Решение от 15 мая 2018 г. по делу № А27-17255/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000

http://www.kemerovo.arbitr.ru

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

Тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А27-17255/2017
город Кемерово
16 мая 2018 года
Резолютивная часть решения оглашена 8 мая 2018 года

Решение в полном объеме изготовлено 16 мая 2018 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Сластиной Е.С.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи

секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Интерстрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Новосибирск

к Акционерному обществу «Черниговец» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Кемеровская область, город Березовский

о признании сделки недействительной,

третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Русстрой», город Кемерово (ИНН <***>), ООО «Индола», г. Кемерово (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО2,

при участии:

от истца: ФИО3, доверенность от 03.05.2018, паспорт;

от ответчика: ФИО4, доверенность от 15.03.2018 № 1798, паспорт, ФИО5, доверенность от 16.03.2018 № 1800, паспорт,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Интерстрой» (далее- ООО «Интерстрой») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к Акционерному обществу «Черниговец» ( далее- АО «Черниговец») о признании договора о залоге прав требования от 02.11.2016 по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 14.07.2016 №ДДУ-1 заключенного между ООО «Интерстрой» и АО «Черниговец», недействительным.

Исковые требования мотивированы тем, что оспариваемая сделка совершена с нарушением порядка, предусмотренного статьей 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в отсутствии одобрения единственного участника.

Определением арбитражного суда от 18.08.2017 дело принято к производству, предварительное судебное заседание назначено на 26.09.2017,отложено на 19.10.2017, в котором подготовка к рассмотрению дела окончена, судебное заседание назначено на 22.11.2017, судебное заседание неоднократно откладывалось.

Определением 29.01.2018 к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Русстрой» (ИНН <***>), являющегося стороной договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома № ДДУ-1 от 14.07.2016, в обеспечении обязательств которого заключен договор о залоге прав требования от 02.11.2016. Определением от 10.04.2018 к участию в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены - общество с ограниченной ответственностью «Индола», ФИО2.

АО «Черниговец» в отзыве на исковое заявление просило в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на то, что организации обязаны учитывать принадлежащее им имущество на самостоятельном балансе согласно п.1 статьи 48 ГК РФ. Минфин России в своем письме от 22.09.2008 № 07-05-06/2013 разъяснил, что нормы законодательства об ООО (п.3 ст. 91 ГК РФ, ст.ст.11.18,23,25,26,45,46) обязывают общество с ограниченной ответственностью вести бухгалтерский учет и составлять бухгалтерскую отчётность, а также утверждать распределение прибыли и убытков. Организация должна составлять бухгалтерскую отчетность за месяц, квартал и год с нарастающим итогом с начала отчетного года. Определить какие основные средства отражены в бухгалтерском балансе невозможно. Спорный договор залога ответчик считает заключенным в процессе обычной хозяйственной деятельности, поскольку истец при заключении договора залога исходил из интересов и целей деятельности общества. При заключении договора залога с истцом, ответчик не знал и не мог знать, что данная сделка является для истца крупной. Истец считает, что основания для квалификации сделки как крупной отсутствуют.

В своих возражениях истец указал на то, что уставом и действующим законодательством РФ не предусмотрена обязанность сдавать промежуточную бухгалтерскую отчетность, стоимость активов общества подлежит определению на 31.12.2015. Ответчик знал и мог знать, что спорная сделка для истца является крупной. Заключая сделку ответчику было очевидно, что никакого встречного предоставления не будет, у истца нет никакого интереса в совершении сделки.

07.03.2018 от третьего лица ООО «Русстрой» поступил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что не обладает информацией по требованиям о признании недействительным договора залога в связи с отсутствием одобрения его заключения единственным участником истца. По вопросу исполнения договоров участия в долевом строительстве многоквартирного дома пояснил, что ООО «Интерстрой» уступило права требования по всем объектам, кроме заложенных прав требований, другим лицам, с которыми подписаны акты приема-передачи объектов. Оплаты по договору купли-продажи земельного участка от 02.11.2016 не производилось. Между сторонами существовала договоренность, что в счет оплаты за земельный участок будет передано право требования по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома от ООО «Интерстрой», но так как между АО «Черниговец» и ООО «Интерстрой» нет взаимных требований, а заключение договора уступки прав повлекло бы обязанность АО «Черниговец» оплатить уступленные права, было принято решение вместо него заключить договор залога данных прав, чтобы АО «Черниговец» могло получить права требования без встречного предоставления.

В судебном заседании 13.03.2018 представитель истца на исковых требованиях настаивал, дополнительно указал, что действуя разумно и добросовестно при исполнении своих гражданских обязанностей, истец обязан был отразить в бухгалтерском балансе данные хозяйственные операции с момента подписания и регистрации договоров ДДУ (Договор № 1 от 15.07.2016 года. Договор ДДУ - 1 от 14.07.2016 года). Зачет взаимных требований является самостоятельной хозяйственной операцией и не влияет на первоначальное отражение операций по договорам участия в долевом строительстве и договору подряда и отражается в бухгалтерском балансе на основании подписанного соглашения о взаимозачете, а также бухгалтерской справки, на соответствующих счетах учета, а именно: Дебет 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками»/ Кредит 76 «Расчеты с разными дебиторами и кредиторами».

Представитель ответчика ранее изложенные возражения поддержал, дополнительно указал, что указание истцом на тот факт, что правильность составления бухгалтерского баланса не важна и не имеет отношение к рассматриваемому спору, а также указание на возможность недостоверного отражения данных в бухгалтерском балансе указывает на очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения и недобросовестное поведение со стороны истца; действуя разумно и добросовестно, со своей стороны ответчиком был проведен анализ предоставленных истцом при заключении договора залога документов и был сделан вывод, что сделка залога для истца крупной не является; выгода истца состоит не в праве проживания в спорных жилых помещениях, а в получении права собственности на объекты недвижимости, в случае сдачи дома в эксплуатацию, и реализации всех прав как собственника недвижимого имущества, предусмотренных действующим законодательством; оспариваемый договор залога так или иначе был заключен в интересах истца с целью исключения потенциальных убытков и получения экономической выгоды; кроме того оспариваемая сделка не наносит явного ущерба интересам истца; даже в случае использования ответчиком своего права и обращение взыскание на предмет залога по оспариваемому договору, истец был бы вправе потребовать с ООО «Русстрой» соразмерное возмещение убытков.

Третьи лица явку своих полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили. Судебное заседание в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) проведено в отсутствие неявившихся третьих лиц, уведомленных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, сославшись также на то, что поступивший в материалы дела ответ из ИФНС «Упрощенная бухгалтерская отчётность, отчётный период 34, отчетный год 2016 не опровергает доводов истца, так как содержит сведения на конец 2016 года. Сведения, содержащиеся в данном документе об активах на 31.12.2015 совпадают с ранее имеющимися в материалах дела документами, а именно указано на баланс на начало 2016 года – 5 194 000 руб.

Представитель ответчика просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Интерстрой» зарегистрировано Межрайонной инспекций Федеральной налоговой службы № 16 по Новосибирской области 06.11.2015 за ГРН <***>.

02.11.2016 между АО «Черниговец (залогодержатель») и ООО «Интерстрой (залогодатель) заключен договор о залоге прав требования, предметом которого определено, что залогодатель передает залогодержателю, а залогодержатель принимает от залогодателя в первичный залог право требования ( и все иные права) на получение в собственность объектов долевого строительства, принадлежащие залогодателю на основании договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 14.07.2016 № ДДУ-1, заключенного между дольщиком и застройщиком, место заключения г. Кемерово, зарегистрированного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области, номер регистрационного округа 42, дата регистрации 06.09.2016.

Объектами долевого строительства, право требования которых подлежит передаче залогодержателю и принадлежит залогодателю на основании ДДУ, являются:

- квартира, состоящая из 2 комнат, будет находится в многоквартирном доме на 2 этаже ( проектный номер 13), общей площадью 48,75 кв.м., в соответствии с проектной документацией по адресу: <...>;

- квартира, состоящая из 2 комнат, будет находится в многоквартирном доме на 1 этаже ( проектный номер 16), общей площадью 48,75 кв.м., в соответствии с проектной документацией по адресу: <...>.

Объекты долевого строительства находятся в многоквартирном доме, расположенном на земельном участке с кадастровым номером 42:22:0101001:2018, площадью 875 кв.м, по адресу: <...> принадлежащий залогодержателю на праве собственности.

Договор заключен с целью обеспечения исполнения всех обязательств ООО «Русстрой» перед залогодержателем по договору купли-продажи земельного участка от 02.11.2016, заключенного между АО «Черниговец» и ОО «Русстрой», по которому ООО «Русстрой» выступает покупателем, а залогодержатель – продавцом.

Стороны договора определили, что залоговая стоимость предмета залога составляет 2 340 000 руб.

Ссылаясь на то, что оспариваемая сделка совершена с нарушением порядка одобрения крупной сделки, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

По смыслу закона условием признания сделки недействительной является доказанность нарушений прав и законных интересов заинтересованного лица вследствие заключения сделки с нарушениями, а выбранный способ защиты приведет к восстановлению нарушенного права или защите законного интереса.

В силу статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии со статей 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 № 14-ФЗ крупной сделкой является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки.

Как следует из пункта 3 статьи 46 названного Закона решение об одобрении крупной сделки принимается общим собранием участников общества.

В силу пункта 5 статьи 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» крупная сделка, совершенная с нарушением требований, предусмотренных данной статьей, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

Как разъяснено в пункте 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:

1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (пункт 1 статьи 45 и пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статьи 78 и 81 Закона об акционерных обществах);

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для

них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац пятый пункта 5 статьи 45 и абзац пятый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац пятый пункта 6 статьи 79 и абзац пятый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах). В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Как разъяснено в пунктах 2 и 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.03.2001 № 62 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением хозяйственными обществами крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» при решении вопроса об отнесении сделки к крупной необходимо сопоставлять стоимость имущества, являющегося предметом сделки, с балансовой стоимостью активов общества, а не с размером его уставного капитала. При определении балансовой стоимости активов общества на дату принятия решения о совершении крупной сделки учитывается сумма активов по последнему утвержденному балансу общества без уменьшения ее на сумму долгов (обязательств).

Таким образом, при оспаривании сделки по признакам ее крупности истец обязан представить утвержденный баланс общества.

Сторонами не оспаривается тот факт, что заключенная ими сделка является крупной. В соответствии с представленным в материалы дела бухгалтерским балансом ООО «Интерстрой за 2016 года балансовая стоимость активов на 31 декабря 2015 года общества составила 5 194 000  руб. Залоговая стоимость предмета залога по спорному договору составляет 2 340 000 руб., что превышает 25 % стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности, соответственно, данная сделка относится к категории крупных.

В соответствии с положениями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон N 402-ФЗ) с 2013 года все организации обязаны сдавать годовую отчетность в составе бухгалтерского баланса, отчета о финансовых результатах (отчет о прибылях и убытках) и приложений к ним (пункт 1 статьи 14 Закона N 402-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 15 Закона N 402-ФЗ отчетным периодом для годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности (отчетным годом) является календарный год - с 1 января по 31 декабря включительно, за исключением случаев создания, реорганизации и ликвидации юридического лица.

Промежуточная бухгалтерская (финансовая) отчетность, которая составляется за период менее отчетного года, с 01.01.2013 перестала быть обязательной и подлежит формированию только в случаях, установленных законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов государственного регулирования бухгалтерского учета (пункт 4 статьи 13 Закона N 402-ФЗ).

В силу пункта 4 статьи 15 Закона № 402-ФЗ отчетным периодом для промежуточной бухгалтерской (финансовой) отчетности является период с 1 января по отчетную дату периода, за который составляется промежуточная бухгалтерская (финансовая) отчетность, включительно.

Согласно пункту 4 Положения по бухгалтерскому учету "Бухгалтерская отчетность организации" (ПБУ 4/99)", утвержденного Приказом Минфина России от 06.07.1999 № 43н под отчетным периодом понимается период, за который организация должна составлять бухгалтерскую отчетность; под отчетной датой - дата, по состоянию на которую организация должна составлять бухгалтерскую отчетность.

Датой, на которую составляется бухгалтерская (финансовая) отчетность (отчетной датой), является последний календарный день отчетного периода, за исключением случаев реорганизации и ликвидации юридического лица (пункт 6 статьи 15 Закона N 402-ФЗ).

Таким образом, годовая бухгалтерская отчетность составляется по состоянию на 31 декабря, промежуточная - по состоянию на последний день отчетного периода (месяца, квартала).

Согласно пункту 29 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29.07.1998 № 34н, организация должна составлять бухгалтерскую отчетность за месяц, квартал и год нарастающим итогом с начала отчетного года, если иное не установлено законодательством Российской Федерации. При этом месячная и квартальная бухгалтерская отчетность является промежуточной.

Пунктом 4 статьи 13 Закона № 402-ФЗ предусмотрено, что промежуточная бухгалтерская (финансовая) отчетность составляется экономическим субъектом в случаях, когда законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов государственного регулирования бухгалтерского учета, договорами, учредительными документами экономического субъекта, решениями собственника экономического субъекта установлена обязанность ее представления.

Из указанной нормы права следует, что необходимость составления промежуточной бухгалтерской отчетности должна быть предусмотрена законом либо иными нормативными правовыми актами.

Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденное приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29.07.1998 N 34н, указывая на необходимость составления промежуточной бухгалтерской отчетности по состоянию на последний день отчетного периода (месяца, квартала), не содержит указаний на ее обязательное предоставление.

Так, пункт 52 Положения по бухгалтерскому учету "Бухгалтерская отчетность организации" (ПБУ 4/99), утвержденного приказом Министерства Российской Федерации от 06.07.1999 N 43н, указывает на предоставление промежуточной бухгалтерской отчетности в случаях и в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации или учредительными документами организации.

При исследовании и оценке имеющихся в материалах дела доказательств, в том числе положений устава ООО «Интерстрой» судом не установлено обязанности истца по составлению промежуточной бухгалтерской отчетности. Из устава истца также не следует, что учетной политикой общества принято решение о необходимости ежемесячного составления бухгалтерской отчетности.

Доказательства недостоверности сведений, отраженных в представленном налоговом органом и истцом бухгалтерском балансе, ответчик не представил. О проведении бухгалтерской экспертизы в целях исследования доводов о недостоверности отраженной в бухгалтерском балансе информации, по вопросу вынесенного на обсуждение судом, стороны не заявили.

Истцом спорная сделка оспаривается по факту отсутствия одобрения ее единственным участником общества.

Как следует из положений пункта 3 статьи 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» решение об одобрении крупной сделки принимается общим собранием участников общества.

Согласно представленной в материалы справочной информации Контур-Фокус, на момент совершения спорной сделки единственным участником общества являлся ФИО2.

Уставом ООО «Интерстрой», утвержденным решением № 1 от 23.09.2015, в пункте 6.2 компетенции общего собрания участников, одобрение крупной сделки в числе компетенции собрания не указан. Между тем, в пункте 12 указано, что к компетенции общего собрания отнесено и решение иных вопросов, предусмотренных действующим законодательством.

Согласно пункту 6.7 устава ООО «Интерстрой» в случае если общество состоит из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником единолично и оформляются письменно.

Доказательства одобрения договора залога от 02.11.2016 единственным участником общества – ФИО2, в материалах дела отсутствуют.

Оснований считать, что спорный договор залога заключен в процессе обычной хозяйственной деятельности истца, у суда не имеется исходя из материалов дела, соответственно, спорный договор подлежал одобрению

Согласно пункту 70 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса РФ" сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу пунктов 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.06.2012 по делу N А27-4626/2009, для признания договора недействительным основания его недействительности должны иметь место либо до его заключения, либо в момент его заключения, но никак не после. действия по исполнению договора сами по себе не могут служить основанием для его недействительности постольку, поскольку они не порочат сам договор.

Согласно пунктам 2 и 5 статьи 166 ГК РФ, пункту 72 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки.

Из материалов дела следует, что на момент подписания договора, истец должен был осознавать критерий крупности этой сделки, требующей соблюдения порядка одобрения единственным его участником. Соответственно, он не вправе оспаривать сделку по указанному основанию.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Кодекса никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 Постановления № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Оценив фактические обстоятельства дела и представленные по делу доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о наличии в действиях ООО «Интерстрой» признаков недобросовестности. Будучи заинтересованным в совершении сделки, ООО «Интерстрой» уклонился от оформления решения об одобрения указанной сделки в надлежащей форме (подписания уполномоченным лицом). Последующее предъявление требований в рамках настоящего дела об оспаривании сделки в целях освобождения от ответственности свидетельствует об использовании норм корпоративного законодательства в целях ее оспаривания.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать в том числе нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), то есть факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац пятый пункта 5 статьи 45 и абзац пятый пункта 5 статьи 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»). В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Доказательства причинения убытков в результате совершения договора залога от 02.11.2016 истец не представил и не обосновал.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что заключение договора отрицательно сказалось на производственной, иной экономической деятельности общества и в результате этого общество понесло или должно будет понести какие-либо расходы. Сам по себе факт возникновения задолженности в результате исполнения договора залога не свидетельствует о его убыточности.

Кроме того, истец в нарушение пункта 1 статьи 65 АПК РФ не представил доказательства, подтверждающие, что возможная реализация заложенного имущества может причинить обществу убытки или иные неблагоприятные последствия.

По смыслу статьи 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» крупная сделка может быть признана недействительной лишь в том случае, если установлено, что другая сторона в сделке знала или должна была знать о ее крупном характере и о несоблюдении установленного порядка ее совершения.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона знать об этих обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие признаков крупной сделки и несоблюдение порядка ее совершения.

С учетом направленности норм о крупных сделках на защиту интересов участников бремя доказывания того, что другая сторона в двусторонней сделке или выгодоприобретатель по односторонней сделке не знали и не должны были знать о наличии признаков крупности и несоблюдении установленного порядка ее совершения, возлагается на указанных лиц.

При решении вопроса о том, должны ли были указанные лица знать о наличии признаков крупной сделки и несоблюдении установленного порядка ее совершения, во внимание принимается то, насколько данные лица могли, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие указанных признаков и несоблюдение порядка совершения сделки.

В рамках исследования обстоятельств осведомлённости ответчика о том, что спорная сделка для истца является крупной сделкой, ответчик пояснил, что при подписании оспариваемого договора залога, ответчику со стороны истца был предоставлен договор ДДУ-1 от 14.07.2016, из которого явно следовало, что сделка для истца крупной не является. Общая стоимость объектов долевого строительства (двух квартир), право требования, которых подлежит передаче ответчику на основании договора залога и принадлежит истцу на основании ДДУ - 1 составляет 2 340 000 руб. При этом общая стоимость 11 объектов долевого строительства (жилых и нежилых помещений), передаваемых истцу как дольщику от ООО «Русстрой» по Договору ДДУ-1 составляет 7 262 341,34 руб. 34 коп.

При подписании спорного договора ответчику было предоставлено соглашение о зачете встречных однородных требование, заключенное между истцом и ООО «Русстрой», согласно которому истец имеет право требования к ООО «Русстрой» (дебиторская задолженность) по договору субподряда на выполнение общехозяйственных работ № 2/2016 от 01.05.2016 года в размере 9 800 000 руб., а ООО «Русстрой» имеет право требования к истцу в сумме 2 535 000 руб.

Общая сумма дебиторской задолженности ООО «Русстрой» к ООО «Интерстрой» только исходя из двух договоров составляла на 02.11.2016 года 16 867 341 руб. 34 коп.

Таким образом, суд соглашается с доводами ответчика о том, что исходя из целей деятельности истца, заключаемых истцом сделок, а также предоставленных истцом документов, ответчик не мог знать, что данная оспариваемая сделка является для него крупной и требовала одобрения.

Кроме того, суд соглашается с пояснениями ответчика о том, что спорный договор залога заключался в рамках взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью. Между истцом и ООО «Русстрой» был заключен Договор № 1 от 15 июля 2016 года, зарегистрированный в Уравнении федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии Кемеровской области, по которому предполагалась передача 11 объектов долевого строительства (жилых и нежилых помещений) в счет выполненных работ по устройству дороги в <...> по договору субподряда на выполнение общехозяйственных работ №2/2016 от 01.05.2016, заключенного между этими же организациями.

В связи с необходимостью оформления разрешительной документации и ввода в эксплуатацию построенного объекта 02.11.2016 между ООО «Русстрой» и АО «Черниговец» был заключен договор купли-продажи земельных участках М-118/2016 с кадастровыми номерами 42:22:0101001:2018 и 42:22:0101001:4787, принадлежащие ответчику на праве собственности. Стоимость земельных участков была определена соглашением сторон и составила 2 340 000 руб. В случае несоблюдения ООО «Русстрой» обязанностей по договору купли-продажи № М-118/2016 от 02.11.2016 г. об оплате стоимости полученных земельных участков, многоквартирный дом, расположенный по адресу <...> не был бы введен в эксплуатацию и 11 объектов недвижимого имущества не перешли бы истцу в собственность и реализовать свои права как собственника недвижимого имущества.

С целью обеспечения исполнения обязательств ООО «Русстрой» по оплате стоимости земельного участка, 02.11.2016 ООО «Интерстрой» одновременно с подписанием договора № М-118/2016 - передало АО «Черниговец» в залог право требования к ООО «Русстрой» и все иные права на получение в собственность 2 (двух) объектов долевого строительства, принадлежащие залогодателю на основании договора № ДДУ-1.

Спорный договор оспорен истцом также со ссылкой на то, что единственной целью заключения договора являлось скрыть сделку по отчуждению прав требования по ДДУ, при этом истец считает, что это свидетельствует о мнимости ( приторности) договора, при этом отчуждения должно было быть безвозмездным, поскольку никакого встречного предоставления в совершении сделки у истца не имелось. Указанная цель, по мнению истца подтверждается тем, что никаких требований к ООО «Русстрой» по оплате земли ответчиком не предъявляется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Для признания сделки недействительной ввиду ее мнимости (пункт 1 статьи 170 ГК РФ) необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида; мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как следует из разъяснений в пункте 87 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения нормы статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Предоставленное в материалы дела письма № 5200 от 28.10.2006 подтверждает наличие преддоговорных отношений между сторонами и в целом определяет волеизъявление сторон в части определения порядка расчетов между истцом, ООО «Русстрой» и ответчиком, в рамках заключенных сделок, объединенных общей хозяйственной целью – строительство и ввод в эксплуатацию жилого дома, расположенного в <...>.

Предъявление требований к ООО «Русстрой» об оплате имеющейся задолженности по договору купли-продажи земельных участков, равно как и требования к истцу, вытекающие из договора залога прав требования передачи квартир, является правом АО «Черниговец», которым общество не воспользовалось на настоящий момент.

Какую именно сделку прикрывает спорная сделка, истец не обосновал. Мнимости и притворности сделки судом не установлено.

С учетом изложенного, исковые требования не подлежат удовлетворению.

Государственная пошлина по заявленным требованиям в силу частей 1, 2 статьи 110 АПК РФ относится на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение в месячный срок со дня его принятия может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Судья Е.С. Сластина