Постановление от 28 октября 2019 г. ФАС ПО (ФАС Поволжского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-42333/2018

Дело № А65-11502/2017
г. Казань
29 октября 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 октября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 октября 2019 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Гильмутдинова В.Р.,

судей Баширова Э.Г., Минеевой А.А.,

при участии:

конкурсного управляющего ФИО1 – лично,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Эктохим» ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.06.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2019

по делу № А65-11502/2017

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Эктохим» о включении в реестр требований кредиторов, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Казанский завод синтетического каучука»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Казанский завод синтетического каучука» (далее – ОАО «КЗСК», должник) общество с ограниченной ответственностью «Эктохим» (далее – ООО «Эктохим») обратилось в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.08.2018, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2018, требования удовлетворены частично, суд определил включить в реестр требований кредиторов должника требование в размере 63 077 673 руб. 11 коп., в остальной части требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 21.02.2019 судебные акты в части удовлетворения заявления отменены, в данной части обособленный спор направлен не новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Также ООО «Эктохим» с учетом принятых судом уточнений обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о включении требований в размере 19 566 568 руб. 75 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.03.2019 заявления ООО «Эктохим» объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.06.2019, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2019, отказано во включении требований ООО «Эктохим» в реестр требований кредиторов должника.

В кассационной жалобе ООО «Эктохим», ссылаясь на неправильное применение судами норм права и несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит отменить принятые по спору судебные акты, удовлетворить заявленные требования.

Уполномоченный орган представил в суд отзыв, в котором просил отказать в удовлетворении кассационной жалобы кредитора.

В судебном заседании конкурсный управляющий ООО «Эктохим» поддержал позицию, изложенную в кассационной жалобе.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между должником (поставщик) и кредитором (покупатель) в период с 22.06.2016 по 07.11.2017 заключены договоры поставки.

Факт перечисления кредитором должнику денежных средств подтверждается платежными поручениями от 24.06.2016 № 2 на сумму 11 600 108 руб., от 28.06.2016 № 4 на сумму 12 000 128 руб., от 29.06.2016 № 5 на сумму 9 001 370 руб. 40 коп., от 29.06.2016 № 6 на сумму 4 140 030 руб., от 25.07.2016 № 22 на сумму 15 500 480 руб., от 10.11.2016 № 109 на сумму 12 100 000 руб.

В связи с неисполнением должником обязательства по поставке вышеуказанные договоры были расторгнуты, в подтверждение чего представлены соглашения о расторжении договоров поставки от 27.06.2016, от 29.06.2016, от 04.07.2016, от 28.07.2016, от 02.08.2016, от 12.12.2016.

В соответствии с пунктами 2.2 указанных соглашений стороны договорились, что за пользование денежными средствами поставщик обязуется выплатить покупателю неустойку, рассчитываемую в виде процентов по ставке 20,5% годовых за фактический срок пользования денежными средствами.

Впоследствии между указанными сторонами были подписаны соглашения от 01.04.2017 о расторжении договора поставки, по условиям пункта 2.2 которых сумма неустойки уменьшена до 16,1% годовых.

Также между кредитором и должником заключен договор займа № 5-ЭК на сумму 11 200 000 руб. на срок до 04.09.2017. В подтверждение факта перечисления денежных средств представлено платежное поручение № 48 от 05.09.2016.

Кроме того, между должником (субарендатор) и кредитором (арендатор) заключен также договор субаренды от 30.12.2015 № 27-ЭК, по условиям которого должнику в субаренду переданы здание насосной станции «Волга», здание насосной станции 1-го подъема с ж/б стаканом, камера переключения и диспетчерской связи, земельный участок кад. № 16:50:081012:1, право аренды которых принадлежит кредитору по договору аренды № 1ФИН/2016 от 01.11.2016, заключенному с ООО «ФинТраст».

Ненадлежащее исполнение должником обязательств по вышеуказанным договорам послужило основанием для обращения кредитора (общества) в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались положениями статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), с учетом разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35, пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), а также позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015, от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1) (2).

Судами установлено, что денежные средства, перечисленные кредитором, получены им от ПАО АКБ «СПУРТ», являющегося аффилированным по отношению к должнику лицом, поскольку они входят в одну группу лиц, находящуюся под контролем конечного бенефициара ФИО2 (акционерами должника являются ФИО2 и ООО «Газ-маркет», которые являются также акционерами АКБ «СПУРТ» (ПАО), ФИО2 является членом совета директоров должника и председателем правления ПАО АКБ «СПУРТ»).

При этом суммы кредитов, которые выдавались АКБ «СПУРТ» (ПАО) кредитору, созданному за 23 дня до начала их выдачи с уставным капиталом 10 000 руб., практически полностью совпадают с суммами перечисления предварительной оплаты кредитором должнику по договорам поставки.

Установив, что денежные средства предоставлялись должнику путем оформления договоров поставки, которые стороны спустя непродолжительный период времени после предоставления денежных средств систематически расторгали с установлением платы за пользование денежными средствами, суды пришли к выводу о не типичности сложившихся между сторонами правоотношений, несоответствии их истинной воли совершению сделок по поставке товара и направленности сделок на создание опосредованных заемных правоотношений, фактической стороной которых являлось ПАО АКБ «СПУРТ.

Проанализировав представленные в материалы документы, суды установили, что денежные средства, предоставленные должнику по договору займа №5-ЭК от 05.09.2016, получены кредитором от ООО «ХимЭксГрупп», которое, в свою очередь получило денежные средства в размере 11 235 960 руб. от должника в тот же день по предварительному договору поставки № 4 от 02.09.2016 за этилацетат. Указанные обстоятельства послужили основанием для вывода суда о транзитном характере рассматриваемых операций внутри группы одной лиц, подконтрольной ФИО2

Суды отметили отсутствие разумных экономических мотивов участия аффилированных лиц в построенной указанным образом системе правоотношений; отсутствие доказательств целесообразности и экономической обоснованности заключения договора субаренды внутри одной группы лиц, необходимости данного имущества должнику и реального использования при осуществлении хозяйственной деятельности.

С учетом изложенного, суды пришли к выводу о том, что поведение кредитора на протяжении длительного периода времени не осуществлявшего действия, направленные на взыскание задолженности, также свидетельствует о нестандартном характере отношений сторон и о том, что действительной целью сторон являлось не заключение договоров поставки и их исполнение, а осуществление транзита денежных средств между аффилированными лицами и искусственное наращивание задолженности в целях участия в распределении конкурсной массы.

Суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не усматривает.

Согласно статьям 71 и 100 Закона о банкротстве требования кредиторов вне зависимости от того, заявлены по ним возражения или нет, могут быть включены в реестр требований кредиторов только на основании определения суда после проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума № 35 разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71, пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Рассматривая обособленный спор об установлении требования кредитора при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в силу положений статей 71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, что в ситуации недостаточности имущества должника приводило бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов, конкурирующих между собой за получение удовлетворения требований, а также должника и его учредителей (участников), законный интерес которых состоит в наиболее полном и справедливом погашении долгов.

Наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявляет возражающее против требований лицо, имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

Исходя из сложившейся судебной практики при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны специальные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущения включения в реестр необоснованных требований (созданных формально и направленных на искусственное формирование задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Оценив представленные сторонами доказательства с позиции статьи 71 АПК РФ, и установив, что сторонами с использованием группы подконтрольных лиц осуществлялись не имеющие экономического смысла сделки, основанные на факте участия в ОАО «КЗСК», не характерные для обычного делового оборота интереса и не отвечающие нормальной цели предпринимательской деятельности, которую в сравнимых обстоятельствах преследует любой участник хозяйственного оборота, суды правомерно отказали в удовлетворении заявления кредитора.

Доводы конкурсного управляющего о том, что ООО «Эктохим» не может признаваться лицом, предъявляющим требование с целью получения влияния на неправомерное распределение конкурсной массы в пользу группы лиц, в которую входит должник, ввиду нахождения Общества в процедуре несостоятельности отклоняются судебной коллегией.

Как усматривается из материалов дела, на момент предъявления требования о включении в реестр требований кредиторов ООО «Эктохим» находилось в процедуре ликвидации, руководителем ликвидационной комиссии (ликвидатором) общества являлся ФИО3, являющийся единственным участником ООО «Эктохим».

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, поскольку, по существу, направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судами первой и апелляционной инстанций на основании произведенной ими оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных статьями 286, 287 АПК РФ.

При таких обстоятельствах у суда кассационной инстанции отсутствуют правовые основания для отмены обжалуемых судебных актов.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.06.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2019 по делу № А65-11502/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья В.Р. Гильмутдинов

Судьи Э.Г. Баширов

А.А. Минеева