Решение от 18 мая 2023 г. по делу № А53-30121/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-30121/22
18 мая 2023 г.
г. Ростов-на-Дону



Резолютивная часть решения объявлена 11 мая 2023 г.

Полный текст решения изготовлен 18 мая 2023 г.


Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Абдулиной С.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску публичного акционерного общества банк "Финансовая корпорация Открытие" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "Монтаж и ремонт инженерных систем" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

третье лицо: некоммерческая организация "Ростовский областной общественно полезный фонд содействия капитальному ремонту" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 13741106,6 руб.

при участии:

от истца: представитель ФИО2 по доверенности от 24.06.2022

от ответчика: представитель ФИО3 по доверенности от 24.10.2022

от третьего лица: не явился, извещен



установил:

публичное акционерное общество банк "Финансовая корпорация открытие" обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Монтаж и ремонт инженерных систем" о взыскании 13360337 руб. задолженности по договору о предоставлении банковской гарантии от 19.04.2021 № 20-202, 38076,6 руб. неустойки (уточненные требования).

К участию в деле в качестве третьего лица привлечена некоммерческая организация "Ростовский областной общественно полезный фонд содействия капитальному ремонту".

Истец в судебном заседании поддержал исковые требования, представил пояснения.

Ответчик возражал против удовлетворения иска, представил дополнительные документы, которые приобщены к материалам дела.

Третье лицо не явилось, извещено надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, выслушав сторон, суд установил следующее.

19.04.2021 между Некоммерческой организацией «Ростовский областной фонд содействия капитальному ремонту» (бенефициар, третье лицо) и обществом с ограниченной ответственностью "Монтаж и Ремонт Инженерных Систем" был заключен Договор № 20- 2021 на выполнение Работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме.

Исполнение обязательств принципала по указанному договору было обеспечено банковской гарантией, выданной на основании заключенного между ООО «МиРИС» и ПАО Банк «ФК Открытие» (банк, гарант) договором о предоставлении банковской гарантии № 21777-447-0627027 от 01.04.2021 г.

В соответствии с условиями договора гарант обязался выдать гарантию, обеспечивающую обязательства принципала на сумму 13360337 руб. сроком действия до 01.09.2022 г. (п. 1.5. гарантии).

Согласно пп. 3.4., 5.1.1. договора гарант вправе в порядке регресса требовать от принципала возмещения денежных средств в пределах уплаченной по гарантии суммы.

Во исполнение условий указанного договора банк выдал банковскую гарантию № 21777- 447-0627027 от 05.04.2021, по условиям которой, она обеспечивает надлежащее исполнение обязательств по договору в пределах 13360337 руб. на срок по 01.09.2022 г. (пп.1.2. - 1.5. гарантии).

В связи с неисполнением принципалом своих обязательств по контракту бенефициар направил в адрес истца требование об осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии № 21777-447-0627027 от 05.04.2021 об уплате денежной суммы по гарантии в размере 13360337 руб.

Истец выплатил денежную сумму по гарантии в размере 13360337 рублей, что подтверждается платежным поручением № 1034 от 27.07.2022 г.

Истец направил в адрес ответчика претензию с требованием возмещения указанной суммы в качестве регресса.

Требование оставлено без финансового удовлетворения.

Изложенное послужило причиной для обращения в суд с рассматриваемым иском.

Изучив материалы дела, суд пришел к выводу о том, что требования истца не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Статьей 368 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в силу банковской гарантии банк, иное кредитное учреждение или страховая организация (гарант) дают по просьбе другого лица (принципала) письменное обязательство уплатить кредитору принципала (бенефициару) в соответствии с условиями даваемого гарантом обязательства денежную сумму по представлении бенефициаром письменного требования о ее уплате.

Пунктом 1 статьи 369 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что банковская гарантия обеспечивает надлежащее исполнение принципалом его обязательства перед бенефициаром (основного обязательства).

Требование бенефициара об уплате денежной суммы по банковской гарантии должно быть представлено гаранту в письменной форме с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать, в чем состоит нарушение принципалом основного обязательства, в обеспечение которого выдана гарантия (статья 374 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По пункту 1 статьи 376 Гражданского кодекса Российской Федерации гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование либо приложенные к нему документы не соответствуют условиям гарантии либо представлены гаранту по окончании определенного в гарантии срока.

сумма банковской гарантии, как самостоятельное обязательство, является компенсацией в связи с неисполнением контракта.

Независимость гарантии обеспечивается наличием исчерпывающих оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 ГК РФ), а также отсутствием у гаранта права на отказ в выплате при предъявлении ему повторного требования (пункт 2 статьи 376 ГК РФ).

Сам институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили.

Банк не вправе оспаривать отношения заказчика и подрядчика по контракту, в том числе ссылаться на отсутствие у истца права требовать исполнения банком обязательств по банковской гарантии.

Условия банковской гарантии не содержат каких-либо ограничений, позволяющих поставить выплату по банковской гарантии в зависимость от природы денежных средств, подлежащих выплате в связи с нарушением обязательств по контракту, как и не содержит условий, обязывающих бенефициара производить расчет и подтверждать обоснованность убытков.

Между тем, несмотря на независимый характер банковской гарантии, выданной в обеспечение основного обязательства, она, как и другие способы обеспечения исполнения обязательств, носит акцессорный характер, и призвана обеспечить исполнение основного обязательства. При этом, исходя из смысла ст. 329 и главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации, обеспечение осуществляется лишь в отношении неисполненного должником обязательства.

Следовательно, независимость гарантии не является абсолютной, предел ее независимости лежит в зависимости от экономической и правовой природы банковской гарантии, которая выражается в наличии предмета обеспечения.

В соответствии с п. 16 Обзора ВС РФ от 5 июня 2019 г. принципал вправе взыскать с бенефициара превышение суммы, полученной бенефициаром по независимой гарантии от гаранта, над действительным размером обязательств принципала перед бенефициаром по основному обязательству. Независимый характер обязательства гаранта перед бенефициаром и правила о возмещении гаранту сумм, выплаченных по гарантии, не означают, что бенефициар вправе получить за счет принципала денежные средства в большем размере, чем ему причитается по обеспечиваемому договору. Принципал не лишен возможности обратиться к бенефициару с иском о взыскании средств, полученных бенефициаром без осуществления какого-либо встречного предоставления с его стороны в нарушение условий основного договора (ст. 328, п. 1 ст. 423, абз. 1 п. 1 ст. 424 ГК РФ).

В п. 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28 июня 2017 г.) также разъяснено, что получение заказчиком денежных сумм по банковской гарантии в объеме, предусмотренном такой гарантией, не лишает исполнителя права на возмещение убытков в виде разницы между выплаченной суммой и размером имущественных требований, имевшихся у заказчика в соответствии с обеспечиваемым гарантией обязательством.

Таким образом, гарантия выдается не для получения кредитором ничем не обусловленного права требования, но для компенсации на случай неисполнения должника.

Иное влечет неосновательное обогащение кредитора, поскольку не соответствует обоснованному получению выгоды и противоречит принципу справедливости.

Предметом требования истца являются убытки, состоящие из суммы выплаченной банку в качестве регресса возмещения банковской гарантии.

В соответствии с п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При этом лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт противоправного поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между противоправным поведением и наступлением убытков. Для наступления ответственности в виде возложения на ответчика возмещения убытков необходима доказанность всей совокупности условий.

В соответствии с ч. 1 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

При этом, согласно разъяснению, данному в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»: «Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В соответствии с требованиями названных статей, а также статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец должен доказать факт нарушения обязательств другой стороной по договору, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между невыполнением обязательств по договору и возникшими убытками, причем, все перечисленные условия должны присутствовать в совокупности. Недоказанность хотя бы одного из элементов правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.

Ответчик, оспаривая правомерность заявленных требований, указал на оспаривание решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта ввиду его незаконности. Так, причиной нарушения подрядчиком сроков начала исполнения контракта было обусловлено объективными причинами препятствующему выполнению работ, а также отсутствием надлежащего оказания содействия со стороны заказчика.

Рассмотрев позиции сторон, суд приходит к следующим выводам.

В рамках дела №А53-24539/22 рассматривались требования о признании недействительным одностороннего отказа НКО "Фонд капитального ремонта" от договора подряда №20-2021 от 19.04.2021, во исполнение которого была выдана банковская гарантия от 19.04.2021 № 20-2021.

18.04.2023 по делу вынесено решение суда, согласно которому подтвержден факт наличия объективно препятствующих выполнению работ подрядчиком в период действия договора, а также признано недействительным решение от 10.06.2022 № 7843 некоммерческой организации «Ростовский областной общественно полезный фонд содействия капитальному ремонту» об одностороннем расторжении договора на выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме от 19.04.2021 № 20-2021.

Таким образом, в настоящем случае подтвержден факт того, что обстоятельство, на случай возникновения которого, выдана независимая гарантия, не возникло.

Статья 374 ГК РФ устанавливает, что в требовании об оплате по банковской гарантии бенефициар должен указать, в чем состоит нарушение принципалом основного обязательства, в обеспечение которого выдана гарантия.

Следовательно, при всей независимости банковской гарантии и специфике правового регулирования как абстрактной сделки, банковскую гарантию нельзя считать абсолютно безусловной сделкой, совершенно не зависящей от факта отсутствия основного обязательства, хотя бы потому, что в силу прямого указания в законе она является способом обеспечения обязательства, а неотъемлемым условием ее исполнения является нарушение принципалом основного обязательства.

Из пункта 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 05.06.2019 следует, что отход от принципа независимости гарантии допускается только при злоупотреблении бенефициаром своим правом на безусловное получение выплаты. Для применения норм о злоупотреблении правом в споре о взыскании долга по независимой гарантии необходимо, чтобы из обстоятельств дела явно следовало намерение бенефициара, получившего вне всяких разумных сомнений надлежащее исполнение по основному обязательству, недобросовестно обогатиться путем истребования платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что принципал не должен отвечать перед гарантом ввиду отсутствия с его стороны нарушений и злоупотребления правом со стороны бенефициара.

При этом суд предлагал истцу рассмотреть вопрос о привлечении Фонда в качестве соответчика, однако истец соответствующее ходатайство не заявил, при этом не лишен возможности обращения в суд с требованием возврата необоснованно полученных по банковской гарантии денежных средств.

Согласно ст. 375.1 ГК РФ бенефициар обязан возместить гаранту или принципалу убытки, которые причинены вследствие того, что представленные им документы являлись недостоверными либо предъявленное требование являлось необоснованным.

При этом довод истца о неосведомленности банка о добросовестности принципала во взаимоотношениях с бенефициаром сам по себе не опровергает факт отсутствия оснований для возложения на принципала обязанности по выплате.

Таким образом, оценка представленных в материалы дела доказательств позволяет суду прийти к выводу о недоказанности причинно-следственной связи между действиями ответчика и убытками истца, а в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации недоказанность хотя бы одного обстоятельства, названного в данной статье, является основанием для отказа в иске.

В силу изложенного, исковые требования о взыскании убытков удовлетворению не подлежат.

Истцом также заявлено требование о взыскании неустойки за нарушение обязанности по возмещению уплаченной денежной суммы по банковской гарантии.

В соответствии со статьями 329 - 331 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность в виде неустойки за нарушение обязательств, которую взыскивает истец, наступает в том случае, если неустойка предусмотрена условиями договора (в данном случае соглашения) или законом. При этом соглашение о применении неустойки должно быть достигнуто в письменном виде.

Ввиду отсутствия факта нарушения ответчиком обязательств по возмещению гаранту уплаченных денежных средств, что подтверждено в ходе настоящего судебного разбирательства, основания для начисления неустойки за такое нарушение также отсутствуют.

При таких обстоятельствах, требования истца не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Истцом при подаче искового заявления оплачена государственная пошлина по платежному поручению № 597 от 31.08.2022 в размере 91706 руб.

В соответствии со ст. 333.21 НК РФ, сумма государственной пошлины по настоящему иску с учетом уточнений, составляет 89992 руб.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по иску подлежит отнесению на истца, 1714 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета в связи с уменьшением истцом суммы исковых требований.

Поскольку истцом не представлен оригинал платежного поручения № 597 от 31.08.2022, оснований для возврата государственной пошлины из федерального бюджета РФ не имеется.

Государственная пошлина судом будет возвращена истцу после предоставления соответствующего ходатайства с приложением оригинала платежного поручения № 597 от 31.08.2022 на бумажном носителе с отметкой банка.

Руководствуясь статьями 110, 156, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья Абдулина С. В.