Решение от 19 июня 2024 г. по делу № А21-278/2024

Арбитражный суд Калининградской области

Рокоссовского ул., д. 2, г. Калининград, 236040

E-mail: info@kaliningrad.arbitr.ru

http://www.kaliningrad.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А21- 278/2024
г. Калининград
20 июня  2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 5 июня 2024 года

Полный текст решения изготовлен 20 июня 2024 года

Арбитражный суд Калининградской области в составе судьи Кузнецовой О.Д., при ведении протокола секретарем Трапезниковой А.В., рассмотрел в судебном заседании в помещении Арбитражного суда Калининградской области по адресу:236040 <...>, зал судебных заседаний № 11 ,

Дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Калининградоблтоп» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Управлению Федеральной налоговой службы по Калининградской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании недействительными решения от 14.07.2023 г. № 9962 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

При участии

От ООО «Калининградоблтоп»- ФИО1 по паспорту, диплому, доверенности от 20.03.23г., ФИО2 по паспорту, диплому, доверенности от 25.03.24г.;

От УФНС России по Калининградской области- ФИО3 по удостоверению, доверенности от 27.03.24г., ФИО4 по паспорту, доверенности от 27.03.24г., ФИО5 по удостоверению, доверенности от 17.01.24г.

  Решением Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по Северо-Западному федеральному округу  апелляционная жалоба оставилена без удовлетворения. Налогоплательщиком в соответствии с п.2. ст. 138 НК РФ соблюден досудебный порядок урегулирования налогового спора.

    ООО «Калининградоблтоп» (далее -Налогоплательщик, Общество, Заявитель) обратилось в арбитражный суд с заявлением, о признании недействительным Решения Управления ФНС по Калининградской области (далее - налоговый орган, управление) № 9962 от 14.07.2023 г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее-оспариваемое решение, решение, решение № 9962), в части доначисления недоимки:

 - по налогу на прибыль организации на общую сумму 42 842 554 руб. и штрафа за умышленную неуплату налога на прибыль организаций на общую сумму 8 530 926 руб.;

 - по налогу на добавленную стоимость на товары (работы, услуги) (далее НДС)  на сумму 24 708 333 руб. и  штрафа за 3 квартал 2021 на сумму 4 923 485 руб.

 Требования обоснованы ошибочной оценкой налоговым органом фактических обстоятельств, установленных по делу, являющихся, по мнению налогового органа, основанием для начисления недоимки и штрафа; фактически по доводам, изложенным в заявлении,  оспаривается решение по эпизодам доначисления налогов по сделке по продаже имущественного комплекса, по включению во внереализационные расходы  затрат по возгоранию угля, по доначислению налога на прибыль за 2019 в связи с подачей уточненной декларации и фактической уплатой включенного в недоимку налога,  по доначислению налога на прибыль за  2020г.

В отзыве налоговым органом со ссылкой на доводы оспариваемого Решения указывается на то, что обществом умышленно искажены сведения о фактической хозяйственной жизни путем неполного отражения в составе доходов выручки от реализации имущественного комплекса через аффилированное лицо   и не исчисления с данных доходов налога на прибыль организаций а также обществом необоснованно включены в состав внереализационных расходов, учитываемых при определении налоговой базы по налогу на прибыль потери от горения угля, на обоснованность не принятия  к учету уточненной налоговой декларации.

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, судустановил:

Управлением Федеральной налоговой службы по Калининградской области в отношении ООО «Калининградоблтоп» проведена выездная налоговая проверка, по результатам которой был составлен акт налоговой проверки № 2058 от 15.05.2023 г.

Заявителем были представлены письменные возражения, после рассмотрения которых налоговым органом вынесено Решение № 9962 от 14.07.2023 г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Согласно положениям статей 198, 200, 201 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Суд находит оспариваемое решение не соответствующим закону в следующей части.

Налоговым органом доначислены заявителю налоги и штрафы от продажи имущественного комплекса в адрес ООО «Полессктоппром»:

- налог на прибыль организаций за 3 квартал 2021 год в сумме 31 843 663 рублей  в федеральный бюджет, в сумме 5 619 470 рублей - в бюджет субъекта РФ,  в общей сумме – 37 463 133 руб.  и штраф с данных сумм налога в федеральный бюджет – 6 368 732 руб., штраф в  бюджет субъекта РФ – 1 123 894 руб. в общей сумме 7 492 626 руб;

-  НДС за 3 квартал 2021г. в размере 24 708 333 рублей и  штраф в размере 4 941 666,60 руб.

Выводы налогового органа основаны на положениях статьи 54.1.НК РФ, устанавливающей, что превышение допустимых пределов осуществления прав налогоплательщиков может быть связано, в частности, с искажением фактов хозяйственной деятельности, совокупности таких фактов и объектов налогообложения (пункт 1 НК РФ), направленностью действий налогоплательщика на неуплату налогов в качестве основной цели совершаемых им сделок и операций (подпункт 1 пункта 2 НК РФ), использованием формального документооборота с участием лиц, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени (подпункт 2 пункта 2 НК РФ); что сделки с проблемными и подконтрольными контрагентами не имеют разумной деловой цели, наличие с ними нереального осуществления хозяйственных операций.

Вместе  с тем, суд исходит из следующего. 

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов (Постановление от 24.02.2004 N 3-П и Определение от 26.03.2020 N 544-О).

Хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности. В полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, а не вменение им налогооблагаемого дохода исходя из собственного видения способов достижения взаимодействующими налогоплательщиками экономических результатов их деятельности.

Так, согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ, при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

С учетом данного правового регулирования, налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) и несоблюдении налогоплательщиком установленных пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса условий.

Суд находит, что налоговым органом дана ошибочная оценка фактическим обстоятельствам, установленным по делу, что повлекло принятие необоснованного решения по итогам проверке в части следующих эпизодов. 

Суд находит, что искажение сведений о фактах хозяйственной жизни, объектах налогообложения налоговым органом не установлено, как не установлено, что основная цель спорной сделки являлась неуплата налога, а обязательтсво не исполнено стороной  сделки.

Как следует из материалов дела, между ООО «Калининградоблтоп» и ООО «Полессктоппром» был заключен Договор купли-продажи недвижимого имущества от 23.03.2021г. Продажа имущества была осуществлена по рыночной стоимости на основании Отчета № Н-021-21 от 25.01.2021г. Специализированной фирмы «Оценка». Согласно данной оценки рыночная стоимость имущественного комплекса составила 57 976 000 рублей (балансовая стоимость -2 183 135,21 руб., остаточная стоимость – 1 642 968,21 руб.), комплекс состоит из 9 объектов:

- двухэтажное административное здание – 5 802 000 руб. (балансовая стоимость – 443 000 руб., остаточная стоимость – 235 343 руб.);

- одноэтажное здание весовой литер «Б» с пристройкой литер «б» – 855 000 руб. (балансовая стоимость – 28 000 руб., остаточная стоимость – 14 874 руб.);

- одноэтажное здание проходной литер «В» – 583 000 руб. (балансовая стоимость – 9 000 руб., остаточная стоимость - 0 руб.);  

- одноэтажное здание гаражей литер «Г» и тамбур лит. «г» – 3 707 000 руб. (балансовая стоимость – 178 100 руб., остаточная стоимость – 94 616 руб.);    

   - одноэтажное здание склада ГСМ литер «Д» – 109 000 руб. (балансовая стоимость – 760 руб., остаточная стоимость – 0 руб.);  

   - одноэтажное здание подстанции литер «Е» – 126 000 руб. (балансовая стоимость -660 руб., остаточная стоимость - 0 руб.);    

   - одноэтажное здание мастерской литер «Ж» – 217 000 руб. (балансовая стоимость – 480 руб., остаточная стоимость – 0 руб.);  

   - железнодорожные подъездные пути № 1 (протяженностью 608 (шестьсот восемь) п/м), № 2 (протяженностью 331 (триста тридцать один) п/м) протяженностью 939,0 (девятьсот тридцать десять) п/м – 10 351 000 руб. (балансовая стоимость – 405 000 руб., остаточная стоимость – 162 000 руб.);

   - земельный участок – 36 226 000 руб. (кадастровая стоимость –1118135,21руб.).

В последующем ООО «Полессктоппром» продал этот имущественный комплекс АО «Новобалт Терминал» за 270 000 000руб.

Налоговый орган, исчисляя недоимку по налогу, исходит из того, что цена первоначальной была занижена и использует в расчете цену последующей сделки. И при этом ссылается на признаки взаимозависимости (аффилированности/подконтрольности) организаций.

Налоговым органом не оспаривается, что обязательство исполнено стороной  сделки. Суд находит, что налоговым органом не доказаны и другие обстоятельства, указанные в ст. 54 НК РФ, такие как искажение сведений о фактах хозяйственной жизни и объектах налогообложения, и о том,  что основная цель спорной сделки являлась неуплата налога.

Суд находит, что налоговый орган не доказал заключение сделки на нетипичных рыночных условиях и по заниженной цене, рыночная цена сделки в ходе проверке не устанавливалась, как не доказал и создание фиктивного документооборота.

Не может согласиться суд и  с выводом налогового органа о том, что в соответствии с данными, содержащимися в ЕГРЮЛ, имеются признаки взаимозависимости (аффилированности/подконтрольности) организаций ООО «Полессктоппром», ООО «Калининградоблтоп» и ООО «Балтийская угольная компания», влияющие на оценку спорной операции по продаже заявителем объекта в целях налоговой выгоды.

В п. 6 Постановления N 53, п. 13 Обзора Судебной коллегии по экономическим спорам судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, указано, что взаимозависимость участников сделок сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Взаимозависимость может иметь юридическое значение в целях налогового контроля только, если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных недобросовестных действий, направленных на незаконное занижение налоговых платежей.

Понятие взаимозависимых лиц дано законодателем в ст. 105.1 НК РФ.

Налоговым органом не представлено доказательств аффилированности и взаимозависимости  ООО «Калининградоблтоп» и ООО «Полессктоппром» на дату заключения и исполнения вышеуказанного договора, установленные статьей 105.1 НК РФ.

Согласно п. 1 ст. 105.1 НК РФ, если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в настоящем пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения.

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами.

Как следует из указанной нормы, взаимозависимые лица - это такие лица, которые могут оказывать влияние на принятие решения другими лицами, в силу участия одного лица в капитале других лиц.

Таким образом, для доказывания обстоятельств получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды необходимо не просто установить факты взаимозависимости , но и представить обоснованные доводы о том , что подконтрольность лиц создавала возможность заключения сделки на нетипичных рыночных условиях, условия создания «Схемы» ухода от  налогов.

 Суд находит, что обоснованных доводов такой взаимозависимости налоговым органом не представлено. Суд исходит их следующих обстоятельств.

Так, на момент совершения сделки (по состоянию на 23.03.2021 г.), согласно учредительным документам, имеющимся в материалах проверки и представленным в материалы дела, органами управления ООО «Калининградоблтоп» и ООО «Полессктоппром» являлись общее собрание и исполнительный орган – директор. Директором ООО «Калининградоблтоп» являлся ФИО6, директором ООО «Полессктоппром» - ФИО7 Участниками ООО «Калининградоблтоп» на момент совершения вышеуказанной сделки являлись ФИО2 (доля участия – 51 %) и ФИО8 (доля участия – 49 %). Единственным участником ООО «Полессктоппром» являлся ФИО7

В материалах дела также отсутствуют доказательства аффилированности и взаимозависимости ООО «Калининградоблтоп» и ООО «Балтийская угольная компания» на момент совершения сделки. Единственным участником ООО «Балтийская угольная компания» на момент сделки являлся ФИО9, он же являлся и директором.

Суд приходит к выводу, что, вопреки утверждению налогового органа,  на момент совершения сделки (23.03.2021 г.)  ни ООО «Калининградоблтоп», ни ООО «Полессктоппром», ни ООО «Балтийская угольная компания» не являлись ни аффилированными компаниями, ни взаимозависимыми, что могло повлиять на характер спорной сделки.

Несостоятельно и утверждение налогового органа, что одним из признаков подконтрольности ООО «Балтийская угольная компания» и ООО «Калининградоблтоп» является совпадение адресов, так как обе компании находятся по адресу – <...>. 

Как следует из материалов проверки адрес место нахождения ООО «Калининградоблтоп» с момента его государственной регистрации и на момент совершения сделки являлся <...>.  Позднее, после спорной сделки, общество изменило адрес на <...>, литер А, офис 428. 

Факт нахождения ООО «Балтийская угольная компания» по этому же адресу не может свидетельтсвовать о взаимозависимости этого общества с заявителем, поскольку  ООО «Балтийская угольная компания» зарегистрировано по нему с момента его создания более 25 лет.

Каким образом, данные обстоятельства регистрации налогоплательщика и ООО «Балтийская угольная компания» повлияли на определение цены сделки между ООО «Калининградоблтоп» и ООО «Полессктоппром» в решении не указано.

Суд соглашается с доводами заявителя со ссылкой на письмо собственника здания ООО «Криопродукт» №223/1 от 21.05.2024г., что по данному адресу <...> располагаются 48 организаций и 19 из них имеют такой адрес в качестве адреса юридического лица, что не говорит о том, что все эти организации являются взаимозависимыми (аффилированными/подконтрольными). 

Не нашло подтверждение в ходе судебного разбирательства и утверждение налогового органа, что здание, в котором зарегистрированы адреса юридических лиц ООО «Калининградоблтоп» и ООО «Балтийская угольная компания», принадлежат ФИО9.

Согласно представленным налогоплательщиком документам, правообладателем здания литер А, расположенного по адресу <...>, с 2010 г. и по настоящее время является ООО «КРИОПРОДУКТ», учредителем и директором которого на момент сделки являлся ФИО10, а с 11.11.2022г. и по настоящее время - ФИО11.        Таким образом, выводы о принадлежности здания  ФИО9 являются ошибочными.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ ООО «Полессктоппром» зарегистрировано по адресу <...>.      

Утверждение налогового органа, что ООО «Полессктоппром» зарегистрировано по адресу места нахождения имущества, принадлежащего ООО «Калининградоблтоп» (<...>) не нашло подтверждение., поскольку на момент совершения сделки (23.03.2021 г.), это имущество было внесено обществом на основании протокола о создании ООО «Западтерминал» от 15.02.2021г. в уставный капитал данного общества, которое и являлось на дату сделки и является  собственником данного имущества.

Не принимается судом довод налогового органа о взаимозависимости заявителя, ООО «Балтийская угольная компания» и ООО «Полессктоппром» в связи с предоставлением отчетности данными организациями с одного IP-адреса 109.124.110.2.

Из материалов дела усматривается, что заявителем в 2019, 2020 и 2021 гг. было поручено ведение бухгалтерского учета и сдача отчетности ООО «ОКТАВИУМ, основным видом деятельности которой является деятельность по оказанию услуг в области бухгалтерского учета (Договор аутсорсинга №3 на оказание услуг по ведению бухгалтерского учета и расчета заработной платы от 01.04.2019г.) Данная компания полностью вела бухгалтерский учет заявителя, составляла и предоставляла бухгалтерскую отчетность в налоговые органы, отправляя отчетность со своего IP-адреса.

 Согласно письму от 24 мая 2024г., ООО «ОКТАВИУМ» заключала договоры на ведение бухгалтерского учета с разными компаниями, в том числе был заключен договор и с ООО «Балтийская угольная компания».  Таким образом, на основании заключенных договоров ООО «ОКТАВИУМ» представляло отчетность в налоговые органы со своего IP-адреса по всем обслуживаемым компаниям.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что использование одного IP-адреса не может свидетельствовать о взаимозависимости компаний и о том, что сделки между ними носят формальный характер.  

Не принимается судом и довод налогового органа о взаимозависимости заявителя и ООО «Балтийская угольная компания» потому, что в ООО «Балтийская угольная компания» и ООО «Калининградоблтоп» за период 2019-2021 г. работали одни и те же люди.

Согласно представленной в материалы справке заявителя и представленной справке в адрес заявителя ООО «Балтийская угольная компания» о работниках, работающих в компаниях в марте месяце 2021г. (месяц совершения сделки), и в течение всего 2021 года нет ни одной совпадающей фамилии, т.е. одновременно одни и те же лица не работали в указанных в Решении обществах в период совершения сделки.

Суд приходит к выводу, что в ходе проведения выездной налоговой проверки обстоятельства аффилированности или взаимной подконтрольности Общества и покупателя, налоговым органом не доказаны. Как не доказаны соответствующие обстоятельства и в отношении Общества и ООО «Балтийская угольная компания».

Кроме того, суд учитывает следующее.

В соответствии со ст. 105.17 НК РФ проверка полноты исчисления и уплаты налогов в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами (далее в настоящей главе - проверка) проводится федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов, по месту его нахождения.

В соответствии с положениями разд. V.1 НК РФ на ФНС России возложено бремя доказывания того, что примененная сторонами цена сделки не является рыночной.

В этих целях именно данный орган наделен компетенцией по проведению налогового контроля в форме проверки полноты исчисления и уплаты налога в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами (п. 6 ст. 105.3 и п. 1 ст. 105.17 НК РФ).

Установив специальные процедуры проведения данного вида контроля (сроки, ограничения по количеству проверок, возможность заключения соглашения о ценообразовании, право на симметричную корректировку), НК РФ исключил из числа сделок между взаимозависимыми лицами, подлежащих контролю в порядке, предусмотренном разд. V.1 Кодекса, сделки, не соответствующие критерию контролируемых сделок.

При этом в силу прямого запрета, установленного в абз. 3 п. 1 ст. 105.17 Кодекса, контроль соответствия цен, примененных в контролируемых сделках, не может быть предметом выездных и камеральных проверок.

Таким образом, в соответствии с налоговым законодательством сделка, совершенная между взаимозависимыми лицами, может быть оспорена при несоответствии применяемых цен уровню рыночных.

Вопреки выводу налогового органа, отличие примененной налогоплательщиком цены от  цены последующей сделки не обосновано налогвоым органом отклонением ее от рыночной цены и от цены, обычно применяемой по идентичным (однородным) товарам другими участниками гражданского оборота.

Также не может служить самостоятельным основанием для вывода о  недоимке, определяемой исходя из выявленной ценовой разницей, поскольку налоговый контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности.

Суд находит, что обоснование отклонения сравнением с одной лишь ценой последующей сделки не достаточно для привлечения общества к налоговой ответственности.

Следовательно, у налогового органа отсутствовали достаточные основания для вывода о получении предпринимателем необоснованной налоговой выгоды.  

Одним из основных обоснований выводов  оспариваемого решения налоговый орган указывает на занижение  стоимости, по которой налогоплательщиком был реализован имущественный комплекс. 

Как следует из материалов дела, продажа имущества  была осуществлена  по договору между  налогоплательщиком и        ООО «Полессктоппром» от 23.03.2021 по рыночной стоимости на основании Отчета № Н-021-21 от 25.01.2021г. Специализированной фирмы «Оценка». Согласно данной оценке рыночная стоимость всех объектов составила 57 976 000 рублей, что соответствует стоимости, указанной в договоре, в то время как кадастровая стоимость  всех объектов на дату сделки составляла 43 421 760,01 руб., что ниже цены, по которой имущество было продано.  При этом балансовая стоимость составила  2 183 135,21 руб., остаточная стоимость - 1 642 968,21 руб.

Суд находит, что иной оценки рыночной стоимости нежели  57 976 000 руб. в материалах проверки нет.

Ссылку же налогового органа на Информационное письмо № 257 от 02.11.2020 суд считает несостоятельной, так как данное письмо не является оценкой рыночной стоимости объектов в соответствии с требованиями ФЗ №135 «Об оценочной деятельности». Данным письмом, как следует из его текста, была проведена предварительная оценка бизнеса, а не объектов недвижимости. Данное информационное письмо с целью «определения ориентировочной рыночной стоимости,в том числе на основе существующих запасов и действующих договоров». Согласно этому письму результат оценки предполагалось использовать «для принятия управленческих решений»; оценщиком применен метод прямой капитализации доходов; «информационное письмо предоставлено для целей оперативного принятия решения и не может служить предметом рассмотрения в претензионных и иных контрольных органах в соответствии с законодательством РФ об оценочной деятельности».

Суд также учитывает, что при рассмотрении дела №А21-8104/2022. судом проверялась сделка по продаже данного комплекса на предмет соответствия рыночной стоимости продаваемых объектов, и по результатам рассмотрения суд не нашел оснований для признания ее недействительной.

Так, судом было установлено, что спорная сделка между ООО «Калининградоблтоп» и       ООО «Полессктоппром» была заключена по решению собрания участников общества.

По вышеуказанному делу судебным актом  признано, что данная цена была определена на основании отчета                  СФ «Оценка» от 25.01.2021 № Н-021-21 об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества (который представлен и в материалы налоговой проверки), из которого видны балансовая и остаточная стоимости имущества (2 183 135 руб. 21 коп. и 1 642 968 руб. 21 коп., соответственно), которые в 26 раз ниже выкупной цены. При этом суд признал недоказанным, что сделка была совершена на явно невыгодных условиях.

ООО «СФ «Оценка» была сделана предварительная оценка бизнеса, а не отдельных объектов недвижимости, которая понадобилась для привлечения на площадку инвесторов, так как у ООО «Калининградоблтоп» не хватало собственных оборотных средств. По утверждению ответчика, о целесообразности сделки свидетельствует также тот факт, что согласно данным годового баланса общества за 2020 год его убыток составил 22 447 000 руб., обязательства перед ПАО «Россельхозбанк» -                          ок. 120 000 000 руб.

Приведенные аргументы налоговым органом надлежащим образом не опровергнуты.

Таким образом, факт доказанности реальной оценки имущественного комплекса по 57 976 000 руб. установлен судебным актом.

Утверждение налогового органа о том, что эти выводы судебного акта не могут учитываться  поскольку сделаны без учета решения налогового органа, установившего в обстоятельствах совершения сделки правонарушения, судом не принимаются.

Суд находит, что утверждение налогового органа о занижен цены, по которой было реализован имущественный комплекс противоречит выводам судебного акта, вступившего в законную силу, так и исследованным доказательствам по настоящему делу.

Заявителем представлены пояснения ФИО7 (руководитель покупателя ООО ««Полессктонпром» )  с  нотариально заверенной его подписью, из которых усматривается, что он узнал от ФИО8 ( один из учредителей ООО «Калининфадоблтоп») о намерении заявителя продать свою площадку в <...>. 32. Его это заинтересовало, поскольку площадка ему была хороша знакома. В 2017 г. ООО «Полессктонпром» зарегистрировало одно из обособленных подразделений по адресу: т. Калининград, ул. Портовая. 32 и длительное  время  арендовало часть данной площадки для хранения каменного угля. До  заключения договора  купли-продажи директор  заявителя предоставил  ему     отчет  о   проведенной  оценке недвижимого имущества,  он ознакомился    с технической документацией по объектам.

Таким образом, ФИО7  даны  пояснения о том, что намерение купить обществом «Полессктоппром» у заявителя имущественный комплекс возникло изначально    у    покупателя    («Полессктоппром»)        при    наличии хозяйственной необходимости использования его в предпринимательской деятельности. Из этих пояснений не вытекает, что принятие решения о продаже заявителем имущественного комплекса и по заниженной цене, было обусловлено созданной заявителем умышленно схемой получения налоговой выгоды.

Налоговый орган ссылается на предшествующую зсключению спорной сделке переписку заявителя с АО  ««Новобалт Терминал», показания допрошенных в соответствии со ст. 90 НК РФ руководителей АО «Новобалт Терминал» ФИО12 и ООО «Калининградоблтоп» ФИО6 Т., из которых усматривается, что переговоры между этими организациями действительно велись ранее, чем спорная сделка, в 2020г., однако в связи с завышенной ценой, предлагаемой заявителем, сделка не состоялась. Так, в письме ООО «Калининградоблтоп» делало коммерческое предложение АО «Новобалт Терминал» (исх. № 92/11 от 10.11.2020) о продаже имущественного комплекса за 470 млн.рублей.

Подтверждением тому, что сделка заявителя и АО «Новобалт Терминал» не состоялась по причине высокой цены служат и вышеуказанные пояснения руководителя ООО «Полессктоппром» ФИО7 о том, что ему было известно от руководителя АО «Новобалт Терминал», что сделка по приобретению непосредственно у заявителя объекта не состоялась по причине завышенной цены последним.

 Данные пояснения ФИО7 согласуются с содержанием показаний ФИО12 и ФИО6 Т.и принимаются судом в подтверждение последних.

Обоснованием вины общества в оспариваемом решении указано на неявку на допрос учредителя общества ФИО2     Вместе с тем, как видно из возражений на акт налоговой проверки учредитель Общества ФИО2 не смогла явиться на допрос, так как ею повестка была получена позже даты  допроса, о чем она письменно уведомила налоговый орган.

Так, согласно данным отслеживания почтовых отправлений ШПИ № 80104178044609 от 25.11.2022, ФИО2 получила отправление с указанным идентификатором 18.12.2022 г., в то время как на допрос ей необходимо было явиться 13.12.2022 г.   В адрес У ФНС по Калининградской области она направила уведомление от 22.12.2022 г. о невозможности обеспечить явку в указанную в повестке дату, поскольку повестка была получена ею позже даты вызова. 26.12.2022 г. данное уведомление было получено налоговым органом, что подтверждается отчетом об отслеживании отправления (идентификатор 23602278008804).  В дальнейшем никаких вызовов на допрос в качестве свидетеля в адрес ФИО2 не направлялись. Копия уведомления, кассовый чек, отчеты об отслеживании отправлений представлены в дело. Таким образом, и данный довод налогового органа опровергнут и не подтверждает его выводы о влиянии заявителя на ценообразование по сделкам.

Суд находит, что изложенное налоговым органом содержание переговоров по реализации заявителем комплекса АО «Новобалт терминал», не подтверждает выводы налогового органа,что, якобы, переговоры между заявителем и АО «Новобалт терминал» о такой продаже подтверждают факт создания «схемы» уклонения от  уплаты налогов путём включения в нее ООО «Полессктоппром», поскольку из приведенных пояснений руководителей видно, что эта сделка не состоялась по причине несогласования цены. И данные пояснения ни о чем ином, вопреки их оценке налоговым органом, не свидетельствуют.

Так же из пояснений ФИО7 усматривается, что ООО «Полессктоппром», приобретая имущественный комплекс,  было  намерено использовать его в своей предпринимательской деятельности с помощью инвесторов, однако, которых не нашло, и поэтому приняло решение о его продаже.

Также  ФИО7 даны пояснения о том, что в конце июня начале июля 2021 г.  представители АО «Новобалт терминал» повторно обратились о покупке объекта. Но за цену не более 270 млн. руб. Договор был заключен. Денежные средства за имущество ООО «Полессктоппром» получило в установленные договором сроки.

В связи с этим, тот факт, что в последующем АО «Новобалт терминал» все-таки приобрел этот объект у общества «Полессктоппром» за 270 000 руб. не ставит под сомнение цену спорной сделки.

Таким образом, намерение на дальнейшую сделку по продаже имущественного комплекса между ООО «Полессктоппром» и АО «Новобалт терминал» возникло помимо заявителя, без согласования с ним, а по инициативе АО «Новобалт терминал». Так, ФИО7 пояснил, что АО «Новобалт терминал» обратился к нему первоначально с просьбой о заключении договора на пользование железнодорожными путями, а затем и о продаже объекта. Предложение о цене сделки исходило от ООО «Полессктоппром» (390 мл. руб.), в которую были включены заттраты понесенные в связи с приведением площадки и весовой (объекта) в порядок. В результате переговорорв с АО «Новобалт терминал» цена сделки была снижена до 270 мл. руб.

Содержание данных пояснений, с которыми представитель налогового органа ознакомлен в судебном заседании, им не оспорены, опровержение их  материалами проверки не опровергнуты. Эти пояснения не опровергаются и показаниями ФИО7 в рамках допроса в соответствии со ст. 90 НК РФ.

 С учетом изложенного, суд находит, что налоговый орган не доказал, что спорная сделка между заявителем и ООО  «Полессктоппром» является       формальной, с целью получения необоснованной налоговой выгоды потому, что впоследствии комплекс был реализован по более высокой цене.  

 Ссылку налогового органа на отсутствие обстоятельств, которые, по мнению налогового органа, могли увеличить стоимость имущества к моменту его приобретения АО «Новобалт терминал» до 270ООО руб., суд не принимает, поскольку они не исследованы налоговым органом с достаточной полнотой, а также в связи с тем, что из вышеуказанных пояснений руководителя ООО «Полессктоппром» ФИО7 видно, что после покупки объекта у заявителя необходимо было навести порядок на площадке, в том числе оплатить работы кадастрового инженера для вынесения границ земельного участка в натуру; при проведении  межевых работ кадастровым инженером было обнаружено несоответствие площади у здания весовой, кадастровый инженер выполнил необходимые замеры здания весовой и, подготовил технический план на здание. В последующем, ООО «Полессктоппром» были внесены изменения в сведения о нежилом здании - «весовая», содержащиеся в ЕГРН.  В цену последующей продажи АО «Новобалт терминал» им были включены расходы по вышеуказанным работам.

Данные пояснения налоговым органом не опровергнуты и  не исследованы с достаточной полнотой.

Из изложенного, не усматривается договоренностей о преднамеренном создании схемы по получению необоснованной налоговой выгоды заявителем, об участии заявителя в определении цены последующее сделки.

Тем более, что суд находит, что, если налоговый орган считает, что эта цена (270 000 руб.) необоснованно завышена, то в связи с чем недоимка  им рассчитана по этой цене. Суд находит в этой части доводы налогового органа противоречивыми. 

Учитывая свободу сторон на заключение договора и определение ее цены, суд находит мотивы, изложенные в решении, произвольными, не подтвержденными  бесспорными доказательствами.

Налоговым органом не приняты, достаточные меры в рамках своих полномочий для определения рыночной цены сделки.

Таким образом, из представленных по делу доказательств обстоятельства формирования цены по сделкам не усматривается договоренностей о преднамеренности как первоначальной продажи объекта заявителем по заниженной цене, так и последующей продаже по более высокой цене, и данные обстоятельства не позволяют сделать вывод о том, что цена по сделке, совершенной заявителем, была занижена. 

  С учетом изложенных выводов о неподтверждении продажи спорного объекта по заниженной цене сами по себе обстоятельства связи заявителя с группой организаций по основаниям аффилированности и взаимозависимости, на что ссылается налоговый орган, не могут являться основанием привлечения заявителя к налоговой ответственности.

Не может быть принят довод налогового органа о согласованности действий продавца и покупателя о том,  что после продажи имущественного комплекса заявитель  продолжал пользоваться ж/д путями, а ООО «Полессктоппром», являясь новым собственником, самостоятельно имуществом не распоряжалось.

При этом суд учитывает следующее.

До спорной сделки между заявителем и АО «Новобалт Терминал» действовал договор по предоставлению железнодорожного пути необщего пользования от 09.01.2019 г. (часть имущественного комплекса).

После регистрации перехода права собственности по спорной сделки 22 апреля 2021 года заявитель уведомил АО «Новобалт Терминал» о расторжении в одностороннем порядке этого договора в связи со сменой собственника железнодорожного подъездного пути.

 Данное поведение заявителя соответствует фактическим обстоятельствам, не противоречит закону и обычаям делового оборота.

Заявителем представлено соглашение от 27.04.2021 между заявителем и  АО «Новобалт Терминал»  о продлении на непродолжительный переходный период договора от 09.01.2029 г. в период с 01.05.2021г., что отражено в тексте соглашения.

 Заключение данного соглашения налоговым органом оценено как подтверждение факту продолжения  использования заявителем предмета спорной сделки после его реализации и подконтрольности сторон данных правоотношений, влияющей на оценки спорной сделки как формальной.

Суд соглашается с доводами заявителя, что данное соглашение явилось вынужденной мерой, связанной лишь с переоформлением технической документации на железной дороге новым собственником ж/д путей - ООО «Полессктоппром» и не дает оснований оценивать данное  соглашение как элемент схемы уклонения от уплаты налогов. Соглашение от 27.04.2021 и вышеуказанной уведомление представлены в судебное заседание, с ними представители налогового органа ознакомлены в объявленном судом перерыве. 

Соглашаясь с вынужденностью  заключения данного соглашения после заключения спорной сделки,  суд принимает во внимание особенности такого объекта как железнодорожные пути необщего пользования и особенности его эксплуатации.

Кроме железнодорожных путей в состав проданного имущества входило еще семь объектов недвижимости и земельный участок, являющихся предметом спорной сделки,  в отношении которых налоговым органом не представлено обоснования, что ими заявитель  продолжал пользоваться после продажи и что, якобы, подтверждает формальность спорной сделки.

Таким образом, данная ситуация не свидетельствует о непосредственном использовании  заявителем  предмета спорной сделки и при изложенных обстоятельствах         не    может    рассматриваться    как    доказательство подконтрольности и согласованности неправомерных действий, направленных на  создание схемы получения налоговой выгоды.

Налоговым органом не установлено, что именно налогоплательщик контролировал денежные потоки по сделке, не установлено никаких фактов вывода денежных средств или их обналичивания, а также не установлен возврат денежных средств на личные счета контролирующих и должностных лиц Общества.

Материалами дела подтверждается, что общество передало покупателю по сделки все имущество, являющееся предметом сделки, а покупатель в свою очередь зарегистрировал в установленном законом порядке право собственности на данные объекты, покупатель ООО «Полессктоппром» перечислило, а продавец ООО «Калининградоблтоп» полностью получило от покупателя денежные средства в размере 57 976 000 руб. в соответствии с условиями договора, что подтверждается платежными поручениями № 11 от 22.07.2021 г. и №12 от 23.07.2021 г.

По делу установлено и налоговый орган с этим согласен, что полученные средства налогоплательщик направил на погашение своих долгов, в том числе и перед ООО «Балтийская угольная компания»,  результатом  которых явилось прощение  заявителю штрафных  санкций  в размере 9  067 433,85 руб.  Однако, налоговый орган ошибочно оценил эти обстоятельства как подтверждающие его выводы.

 Выше изложено обоснование отсутствия доказательств взаимозависимости заявителя и ООО «Балтийская угольная компания».

Суд находит данную оценку факту погашения долга произвольной в связи со следующим.

Как следует из Акта сверки по состоянию на 28.02.2021г. задолженность заявителя перед ООО «Балтийская угольная компания» составляла 118 830 508,24 руб., а по данным акта на 30.06.2021 долг составлял 119 644 299,87 руб.

У ООО «Балтийская угольная компания» возникла задолженность перед заявителем в связи с покупкой  последним долга ООО «Балтийская угольная компания» перед АО«Стройсервис» в размере 55 000 000 руб.

Оплата долга была произведена путем проведения зачета встречных денежных обязательств по заявлению ООО «Балтийская угольная компания» на сумму 55 142 676,81 руб., которые были перечислены на счет АО «Стройсервис» по платежным поручением № 186 от 23.07.2021 г.

Суд не находит в этих обстоятельствах нарушений законодательства при проведении данных платежей, а также учитывает экономическую целесообразность данной сделки, так как налогоплательщику, в результате были прощены штрафные санкции в размере 9  067 433,85 руб. 

Суд не принимает также довод налогового органа о создании схемы платежей со ссылкой на трехстороннее соглашение между ООО «Балтийская угольная компания», ООО «Тор-Трейд» и ООО «Полессктоппром» об уступке права (требования) (цессия) от 27.08.2021, так как к данной сделке налогоплательщик никакого отношения не имел, стороной в указанной сделке общество не являлось, платежи не осуществляло.

В решении налоговым органом не представлены бесспорные и достаточные доказательства совершения обществом и его контрагентами согласованных умышленных действий, лишенных экономического содержания и направленных на искусственное, без реальной хозяйственной цели, создание оснований для неуплаты налогов в бюджет, а также доказательства, подтверждающие наличие у общества при заключении и исполнении сделок с контрагентами умысла, направленного не на получение дохода от предпринимательской деятельности, а на незаконное сокращение налоговых обязательств.

Схем кругового движения и обналичивания денежных средств непосредственно обществом, в результате чего выявился бы возврат в его адрес ранее направленных денежных средств либо перевод в наличную форму средств с его счета в банке с целью их исключения из-под налогового контроля в ходе налоговой проверки не выявлено. Возвращение к самому обществу денежных средств через цепочку последующих организаций, индивидуальных предпринимателей или физических лиц не доказано, согласованность в действиях контрагентов с обществом не установлена. Взаимосвязь или аффилированность между обществом и спорными контрагентами налоговым органом не установлена. Налоговым органом не представлено безусловных доказательств, свидетельствующих о том, что стороны действовали согласованно и умышленно, с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Суд считает, что налоговым органом не представлено убедительных доказательств юридической, экономической и иной подконтрольности сторон по сделкам на даты совершения данных сделок, а реальность хозяйственных операций по вышеуказанным сделкам налоговым органом не опровергнута.

В рассматриваемом случае признаки "имитации" реальной деятельности отсутствуют, все отношения носили реальный характер и исполнены сторонами надлежащим образом. Указанные факты подтверждены, в том числе, полученными в ходе проверки доказательствами (первичные учетные документы, бухгалтерские документы).

При таких обстоятельствах, факт неисполнения ООО «Полессктоппром» обязанности по исчислению и уплате в бюджет соответствующей суммы НДС и налога на прибыль по сделке купли-продажи, не является основанием для признания данного общества «транзитной» аффилированной организацией по отношению к ООО «Калининградоблтоп».

Таким образом, ни обстоятельства, предусмотренные пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, ни обстоятельства, предусмотренные пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ, исключающие получение налоговой выгоды, налоговым органом не доказаны. Реальность сделок налоговым органом не оспорена.

Суд считает незаконным не включение налоговым органом потерь от горения угля на сумму 31 152 777 рублей в состав внереализационных расходов, учитываемых при определении налоговой базы по налогу на прибыль за 2021г. и доначисление налогоплательщику налога на прибыль в федеральный бюджет в размере 934 583 руб. и в размере 5 295 972 руб. в бюджет субъекта РФ, а также начисление штрафов в размере  186 916 в федеральный бюджет и штрафа в размере 1 059 194 в бюджет субъекта РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов.

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме, а под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Положениями пп. 6 п. 2 ст. 265 НК РФ предусмотрено отнесение к внереализационным расходам потерь от стихийных бедствий, пожаров, аварий и других чрезвычайных ситуаций, включая затраты, связанные с предотвращением или ликвидацией последствий стихийных бедствий или чрезвычайных ситуаций.

Налоговый орган, не отрицая право налогоплательщика на отнесение данных затрат к внереализационным расходам, считает, что основание такого учета обществом надлежащим образом не подтверждено.

Вместе с тем, суд учитывает следующее.

В случае стихийного бедствия, пожара или других чрезвычайных ситуаций, вызванных экстремальными условиями, проведение инвентаризации обязательно, это предусмотрено ч. 3 ст. 11 Закона о бухгалтерском учете, п. 27 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Минфина России от 29.07.1998 N 34н, п. 1.5 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными Приказом Минфина России от 13.06.1995 N 49.

В соответствии со ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

В Постановлении Президиума ВАС РФ от 24.07.2012 N 3546/12 сформирована правовая позиция, в соответствии с которой списание убытка возможно только при наличии первичных документов, подтверждающих факт и размер понесенных расходов.

Таким образом, убытки, понесенные в результате пожара, могут учитываться для целей налогообложения, если они соответствуют условиям признания расходов, приведенным в п. 1 ст. 252 НК РФ, в том числе условию обязательного документального подтверждения данных расходов.

Суд находит, что заявителем выполнены вышеизложенные нормативные положения.

В подтверждение указанных расходов налогоплательщиком в адрес налогового органа были представлены Приказ о проведении инвентаризации от 31.03.2021г., Инвентаризационная опись №5 от 31.03.2021г., Инвентаризационная опись №6 от 31.03.2021г., Акт о списании товаров КОБП-000001 от 31.03.2021г., и Акт о списании товаров КОБП-000002 от 31.03.2021г.

Таким образом, размер и стоимость списанного угля определена в порядке, установленным правилами ведения бухгалтерского учета, а списание оформлено налогоплательщиком в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Также представлены подтверждающие факт пожара угля запросы прокуратуры Московского района г. Калининграда в адрес налогоплательщика, о причинах возгорания угля (№ 745ж-2017 от 01.09.2020 г.) и  представление Прокуратуры Московского района г. Калининграда № 625ж-2020 от 30.09.2020 об устранении нарушений законодательства в сфере противопожарной безопасности.

В ходе судебного разбирательства заявителем были представлены фотографии, зафиксировавшие горение угля.

Также представлены данные сайта МЧС России по Калининградской области, подтверждающие один из вызовов МЧС России по Калининградской области в 2020г.  на тушение пожара на угольном складе заявителя по адресу <...> и фактическое тушение пожара работниками регионального МЧС, что опровергает утверждение налогового органа об отсутствии данных о горении угля.       

Данные материалы опровергают также и ответ МЧС на запрос налогового органа, на который ссылается последний, что, якобы, обращения по фактам пожара в 2019-2021г.г. по площадке ООО «Калининградоблтоп» не зарегистрированы.

С данными материалами налоговый орган ознакомлен.

Суд не принимает довод налогового органа об обязанности документального подтверждения возгорания угля путем составления справки Управлением Государственной противопожарной службы, протокола осмотра места происшествия и акта о пожаре о причинах пожара и иных документов. 

Подпункт 6 пункта 2 статьи 265 НК РФ не связывает право налогоплательщика на отнесение убытков от стихийных бедствий к внереализационным расходам ни с фактом не установления лица, виновного в них, ни с конкретной причиной произошедшего события.

Как пояснил заявитель возгорание угля начиналось с 2020г. и продолжалось длительное время на значительной площади.

Из материалов прокурорской проверки не следует, что имеется конкретное лицо, виновное в возгорании, что, по мнению налогового органа, исключало бы право на включение расходов во внереализационные.

Таким образом, вопреки утверждению налогового органа, заявителем представлены доказательства факта горения угля и стоимость списанного угля. Не оформление МЧС результатов обращения заявителя в МЧС и факта тушения возгорания силами МЧС не может быть поставлено в вину налогоплательщику.

В остальной части суд признает оспариваемое решение соответствующим закону и фактическим обстоятельствам и не находит оснований для признания оспариваемого решения недействительным

Налоговым органом произведено доначисление налога на прибыль за 12 месяцев 2019 года в федеральный бюджет в размере 30 535 руб., в бюджет субъекта РФ в размере 173 034 руб., соответственно начисленных штрафов с данных доначисленных налогов в размере – 6 107 руб.  в федеральный бюджет, штраф в размере 16 426 руб. в бюджет субъекта РФ.

Из материалов дела следует, что  Заявителем были направлены в налоговый орган декларации по налогу на прибыль за 2019 год по сроку подачи, а также в декабре 2022 г. корректировка1 за 2019 г.

В первичной декларации по налогу на прибыль за 2019 год налогоплательщиком указаны расходы, уменьшающие доходы в размере 32 241 868 руб., которые приняты налоговым органом в ходе проверки, отражена прибыль по строке 060 в размере 5 048 310 рублей, строка 180 сумма исчисленного налога составила 1 009 662 рублей (5 048 310 руб. х20%), в том числе: федеральный бюджет – 151 449 рублей; бюджет субъекта РФ - 858 213 рублей.

Корректирующая декларация налоговым органом не была принята в части увеличения расходов, уменьшающих сумму доходов, в связи с непредоставлением налогоплательщиком первичных документов.

В связи с чем, доводы общества по данному эпизоду судом не принимаются.

Принятие при этом налоговым органом внереализационных расходов и  учет убытка от реализации от продажи амортизируемого имущества, в результате чего налогооблагаемая прибыль уменьшилась, не влияет на выводы налогового органа о непринятии корректирующей налоговой декларации в части увеличения расходов. 

Суд считает законным доначисление налоговым органом заявителю налога на прибыль за 12 месяцев 2020 года в федеральный бюджет в размере 917 руб., в бюджет субъекта РФ в размере 5197 руб., всего на 6 114 руб.

В заявлении обществом не приведены конкретные доводы в этой части.

За 2020г. согласно налоговым декларациям по налогу на прибыль был получен убыток в сумме 15 628 295 руб.

Суд соглашается с выводом налогового органа, что налогоплательщиком занижена налоговая база за 2020г. на 30 568 руб., что повлекло неполную уплату налога на прибыль в размере 6114 руб.

Налогоплательщиком не представлено доказательств незаконного доначисления налога на прибыль за 2020г. и не опровергнут данный вывод налогового органа в ходе судебного разбирательства.

В указанной части решения основанием начисления штрафа явились действия общества по искажению сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.  В связи с этим исчисление штрафов по эпизодам, по которым  выводы налогового органа признаны обоснованными, произведено в соответствии с законом. Налоговым органом учтено смягчающее обстоятельство, что повлекло снижение штрафных санкций.  В связи с этим требование общества о признании исчисления штрафных санкций незаконным по данным эпизодам не подлежит удовлетворению.

Пени оспариваемым решением не начислялись.

Кроме того, в заявлении в суд общество указывает на несогласие  с выводами оспариваемого решения в следующей части:

1) при продаже транспортных средств HYUNDAI SOLARIS, VIN Z94k241CBLRl92681; HYUNDAI SOLARIS, VIN Z94k241CBLRl 90823; HYUNDAI SOLARIS, VIN <***> в назначении платежа, поступившего от покупателя ТС ФИО13, отсутствует указание на документ основания купли-продажи транспортных средств;

2) налогоплательщиком проданы транспортные  обществу «Динамика Калининград Хёндэ»: HYUNDAI SOLARIS, С479А039, Z94k241BAJR054132 и  HYUNDAI SOLARIS, Z94k241BAJR053153, СЗООА039согласно данным информационного ресурса налоговых органов, а также данным МРЭО ГИБДД УМВД по Калининградской области ООО «Динамика Калининград Хёндэ» никогда не являлся владельцем вышеуказанного транспорта. С 06.11.2019 г. владельцами транспортных средств являются Рейн А.В.; ФИО14;

3)налоговым органом проведен анализ расчетных счетов и в последствии сделан вывод об отсутствии платежей за проданные транспортные средства;

4) налоговым органом сделан вывод об отсутствии платежей за проданные транспортные средства ввиду отсутствия (не представления) информации, подтверждающей оплату путем взаимозачета между ООО «Калининградоблтоп» и ООО «ГРУППА «СТЕПС»;

5) в решении указано на неявку на допрос руководитель Общества Тусупбеков СТ. и учредитель общества ФИО2, оба по повестке не явились, допрос не произведен.

Суд соглашается с доводами заявителя в части указанных эпизодов. 

Отчуждение транспортных средств осуществлялось ФИО13 путем уступки ему прав и обязанностей ООО «Калининградоблтоп», возникших из исполнения договоров лизинга. Договора уступки (цессии) заключены между ООО «Калининградобтоп» и ФИО13 с согласия лизингодателя ООО «Каркаде». Необходимость заключения данных договоров уступки была вызвана большой кредиторской задолженностью общества, что привело к невозможности перечисления обществом лизинговых платежей в установленные договорами лизинга сроки. По условиям договоров уступки ИП ФИО13 принял обязательства оплатить за ООО «Калининградоблтоп» имеющуюся задолженность перед лизингодателем, а также начисленные пени. За уступленные права и обязанности по договорам лизинга ФИО13 перечислил ООО «Калининградоблтоп» денежные средства (договорную сумму) на расчетный счет общества № 40702810555000003304 в Калининградском РФ АО «Россельхозбанк» с назначением платежа «Оплата по договору уступки (цессии)». Соответственно, указание иного документа в назначении платежа, кроме как договора уступки (цессии), противоречило бы экономическому смыслу финансовой операции.

Не отрицая, что вышеуказанные транспортные средства не были зарегистрированы и поставлены на учет на имя покупателя - ООО «Динамика Калининград Хёндэ», заявитель пояснил, что  в силу условий договоров купли-продажи автотранспортных средств, заключенных между ООО «Калининградоблтоп» и ООО «Динамика Калининград Хёндэ», данные транспортные средства приобретались Покупателем в качестве товара для целей предпродажной подготовки и дальнейшей реализации третьим лицам. Договорами предусмотрено, что покупатель не осуществляет регистрационных действий, связанных с продажей товара (п. 1.3. договоров). Руководствуясь условиями договоров, ООО «Динамика Калининград Хёндэ» приобрело вышеуказанные транспортные средства без постановки на учет на свое имя в регистрирующем органе. Что в дальнейшем и было выполнено, ООО «Динамика Калининград Хёндэ» продало транспортные средства третьим лицам Рейн А.В. и ФИО14

Суд соглашается с тем, что    вывод налогового органа об отсутствии платежей за транспортные средства является ошибочным.  Налогоплательщик предоставил документы, подтверждающие факт поступления денежных средств путем внесения денежных средств в кассу ООО «Калининградоблтоп» за продажу транспортных средств (приходно-кассовый ордер от 15.02.2022 № 1, приходно-кассовый ордер от 16.12.2021 № КОБП-000143 от Губка Ф.Г.). 16.12.2021 г. ООО «Калининградоблтоп» внес эти денежные средства в размере 1,5 млн. руб. на свой счет № 40702810555000003304, открытый в Калининградском РФ АО «Россельхозбанк», что подтверждается квитанцией № 2187504 от 16.12.2021 г., банковским ордером № 1773 от 16.12.2021. Подтверждающие документы представлены.

Что касается транспортного средства, проданного ФИО13, то полученные от продажи денежные средства внесены в кассу  и в дальнейшем денежные средства выданы в качестве подотчета на хозяйственные нужды директору ООО «Калининградоблтоп» ФИО6 СТ., что подтверждается авансовыми отчетами №№ 3 от 16.02.2022; 4 от 17.02.2022; 6 от 25.02.2022; 9 от 21.03.2022; кассовыми чеками, а также выданы подотчет на хозяйственные нужды сотруднику общества ФИО15 (авансовый отчет № 8 от 22.03.2022, кассовый чек № 1 от 22.03.2022). Подтверждающие документы представлены.

Заявителем в ходе проверки указывалось и  им представлены документы (заявление о зачете), подтверждающие, что оплата транспортных средств произведена путем взаимозачета однородных требований между ООО «Калининградоблтоп» и ООО «ГРУППА «СТЕПС».  Отчуждение вышеуказанных 2-х транспортных средств осуществлялось ООО «ГРУППА «СТЕПС» путем уступки обществу прав и обязанностей ООО «Калининградоблтоп», возникших из исполнения договоров лизинга. Договора уступки (цессии) заключены между ООО «Калининградобтоп» и ООО «ГРУППА «СТЕПС» с согласия лизингодателя ООО «Каркаде» на общую сумму 166 581,18 руб. По условиям договоров уступки ООО «ГРУППА «СТЕПС» приняло обязательства оплатить за ООО «Калининградоблтоп» имеющуюся задолженность перед лизингодателем, а также начисленные пени. ООО «ГРУППА «СТЕПС» перечислило очередные лизинговые платежи за ООО «Калининградоблтоп» на счет лизинговой компании ООО «Каркаде» по платежным поручениям №№ 202 от 18.06.2021; 237 от 12.07.2021; 238 от 12.07.2021; 255 от 30.07.2021; 256 от 30.07.2021. Общая сумма перечислений составила 218 560,39 руб.

Соглашаясь  с доводами заявителя в части указанных эпизодов, суд не усматривает оснований для признания решения недействительным в данной части, поскольку вышеизложенные ошибочные выводы налогового органа не повлекли доначислений налогов и штрафов и не оказали влияние на основания и объем налоговой ответственности заявителя за совершенное правонарушение. 

Позиция налогового органа о неявке на допрос его руководителя и учредителя связана с оценкой обстоятельств правонарушения через поведение этих лиц.

Изложенная  налоговым органом в решении позиция в этой части оценена судом в решении при оценке данных обстоятельств и не приняты судом в качестве обоснования законности решения.

Существенных нарушений процедуры проверки, влекущих признание решения недействительным, судом не установлено.

Руководствуясь статьями 201,176 АПК РФ, суд

Решил:

Признать недействительным решение Управления ФНС по Калининградской области № 9962 от14.07.2023г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО «Калининградоблтоп» в части:

- эпизода по сделке продажи имущественного комплекса в сумме исчисленной недоимки за третий квартал 2021г.: по налогу на прибыль в федеральный бюджет и в бюджет субъекта РФ в общей сумме 37 463 133 руб. и штрафа в размере 7 492 626 руб.; по налогу на добавленную стоимость в сумме 24 708 333 руб. и штрафа в размере 4 941 666,60 руб.;

- по эпизоду включения потерь от горения угля в состав внереализационных расходов в сумме исчисленной недоимки по налогу на прибыль за 2021г. в сумме 5 169 732 руб. и штрафа в размере 1 033 947,60 руб.

В удовлетворении заявления в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.


Судья                                                              Кузнецова О.Д.