Решение от 16 января 2020 г. по делу № А51-13467/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-13467/2019
г. Владивосток
16 января 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 09 января 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 16 января 2020 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Грызыхиной Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «АНТАРКТИДА» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации в качестве юридического лица 07.12.2002)

к ФИО2 о взыскании 11 092 978 рублей убытков,

при участии:

от истца – не явился, извещен,

от ответчика – не явился, извещен,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «АНТАРКТИДА» (далее – истец, ООО «АНТАРКТИДА») обратилось в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением о взыскании с ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2) как с лица, являющегося единоличным исполнительным органом общества с ограниченной ответственностью «Фламинго» 11 092 978 рублей убытков.

Определением от 09.07.2019 заявление принято к производству по общим правилам искового производства и назначено к рассмотрению.

Стороны, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное разбирательство, назначенное на 09.01.2020 не явились, возражений о рассмотрении дела в их отсутствие не заявили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для проведения заседания в отсутствие указанных лиц.

Оценив представленные в материалы дела документы, в том числе, почтовый конверт, суд приходит к выводу, что ответчик надлежащим образом извещен о судебном разбирательстве назначенном на 09.01.2020, в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о времени и месте судебного заседания или проведения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта не позднее чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или проведения процессуального действия, если иное не предусмотрено АПК РФ.

На основании части 4 статьи 121 АПК РФ извещения направляются арбитражным судом по адресу, указанному лицом, участвующим в деле, либо по месту нахождения организации (филиала, представительства юридического лица, если иск возник из их деятельности) или по месту жительства гражданина.

В пункте 15 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса РФ» в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс РФ» разъяснено, что извещение является надлежащим, если в материалах дела имеются документы, подтверждающие направление арбитражным судом лицу, участвующему в деле, копии первого судебного акта по делу в порядке, установленном статьей 122 АПК РФ, и ее получение адресатом (уведомление о вручении, расписка, иные документы согласно части 5 статьи 122 АПК РФ), либо иные доказательства получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся процессе (часть 1 статьи 123 АПК РФ), либо, документы, подтверждающие соблюдение одного или нескольких условий части 4 статьи 123 АПК РФ.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

Из имеющихся в материалах дела сведений из Единого государственного реестра юридических лиц, усматривается, что юридически м адресом ООО «Фламинго» является: 692756, Россия, г. Артем, Приморский край, ул. Фрунзе 27, оф. 113.

Согласно ответу отдела адресно-справочной работы УМВД России по Приморскому краю, ФИО2 зарегистрирована по месту жительства по адресу: <...> и по месту пребывания по адресу: <...>.

По указанным адресам ответчику направлялись определения суда по настоящему делу, в том числе, определение об отложении судебного разбирательства от 12.11.2019, от 03.12.2019 было направлено ФИО2 по адресу: 690092, Россия, г. Владивосток, Приморский край, Сахалинская, д.56, кв. 421, и адресу: 690021, Россия, г. Владивосток, Приморский край, Могилевская, д. 3 кв. 115.

Почтовые отправления, возвращены органом связи в связи с истечением срока его хранения и неявкой адресата за получением.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о соблюдении установленного порядка вручения заказной корреспонденции из разряда «Судебное» и с учетом требований, установленных статьей 123 АПК РФ, признает ФИО2 надлежаще извещенной о дате и времени судебного заседания.

Суд, руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрел дело в отсутствие извещенных представителей сторон по имеющимся в материалах дела документам.

Изучив материалы дела, оценив доводы истца и представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил следующее.

Между ООО «Фламинго» (Продавец) и ООО «Антарктида» (Покупатель) 01.11.2016 был заключён договор купли-продажи строительных материалов № 0111-16, согласно условий которого, продавец продает, а покупатель покупает строительные материалы в ассортименте, количестве и по ценам, указанным в Приложениях к данному Договору.

Согласно пункта 3.1 договора, договор вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до 31.12.2016.

В пункте 2.1 договора стороны согласовали, что оплата по договору производится покупателем на основании выставленного счёта, счёта-фактуры, в течение 30 (тридцати) рабочих дней с момента предоставления Продавцом указанных документов.

Продавцом были выставлены счёт – фактуры № 275 от 07.12.2016 на 4 720 408,40 рублей, № 269 от 06.12.2016 на 4 050 770 рублей.

В счёт оплаты по договору, ООО «Антарктида» произвело четыре платежа на общую сумму 11 092 978 рублей, из которых:

- платеж от 29.11.2016 на сумму 2 000 000 рублей с назначением платежа «оплата по договору № 0111–16 от 01.11.2016 за керамогранит»;

- платеж от 30.11.201:6 года на сумму 321 800 рублей с назначением платежа «оплата по договору № 0111 – 16 от 01.11.2016 за керамогранит»;

- платеж от 06.12.2016 на сумму 4 050 770 рублей с назначением платежа «оплата по договору № 0111-16 от 01.11.2016 за стройматериалы, ламинат»;

- платеж от 07.12.2016 на сумму 4 720 408,40 рублей с назначением платежа «оплата по договору № 0111 – 16 от 01.11.2016 за строительные материалы (плитка напольная)».

Как следует из искового заявления, в нарушение условий договора, товары по договору купли – продажи строительных материалов № 0111-16 от 01.П.2016 в адрес ООО «Антарктида» поставлены не были.

Как указал истец в заявлении, в феврале 2019 года ООО «Антарктида» стало известно о том, что ООО «Фламинго» в порядке ст.21.1 ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» ликвидирован.

Обществом с ограниченной ответственностью «АНТАРКТИДА» в адрес директора и единственного участника ООО «Фламинго» ФИО2 была направлена претензия от 25.03.2019 с требованием, незамедлительно вернуть денежные средства в сумме 11 092 978 рублей, перечислив их по реквизитам, прилагаемым к претензии.

Претензия оставлена ответчиком без ответа, денежные средства ответчик не возвратил.

Полагая, что истец по вине ответчика понес убытки в размере задолженности ликвидированного Должника перед Истцом в сумме 11092978 рублей, ООО «Антарктида» со ссылкой на статьи 10, 53, 53.1. и 393 ГК РФ, обратилось в суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, суд считает исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению в силу следующего.

Судом установлено, что общество с ограниченной ответственностью «Фламинго» прекратило деятельность юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1. Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», о чем 18.01.2019 Инспекцией Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Владивостока в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись 2192536065709 от 18.01.2019.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в порядке субсидиарной ответственности с настоящими исковыми требованиями к ФИО2 являющейся единоличным исполнительным органом ООО Фламинго», в результате недобросовестных действий (бездействия) которой, по мнению истца, произошло нарушение исполнения обязательства по передаче оплаченного по договору купли – продажи товара.

В силу пункта 1 статьи 53 Гражданского кодекса российской Федерации (далее – ГК РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу пункта 3 статьи 49 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Статьей 64.2 ГК РФ установлено, что считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).

Аналогичная норма содержится в пункте 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон о регистрации, Закон N 129-ФЗ) в соответствии с которой, юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц.

В соответствии со статьей 21.1. Закона №129-ФЗ, ООО «Фламинго» исключено из ЕГРЮЛ 18.01.2019 на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ, положения которого аналогичны пункту 1 статьи 64.2 ГК РФ.

Истец указывает на недобросовестное поведение ответчика, неисполнении обязанностей и непринятие мер, направленных на исполнение обязательств общества выразившееся в ликвидации общества при не погашенной задолженности.

Пунктами 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

По общему правилу участники общества с ограниченной ответственностью не несут ответственности по обязательствам юридического лица. В силу статьи 2 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ) участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

Порядок и основания привлечения участников, единоличного исполнительного органа общества к субсидиарной ответственности по обязательствам общества установлены законом. При этом само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности участника (руководителя) общества.

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

При этом пункт 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ введен Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ.

Федеральный закон N 488-ФЗ вступил в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования (статья 4 Федерального закона N 488-ФЗ), т.е. с 30.07.2017.

В силу пункта 1 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ установлены новые основания привлечения лица к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица, ранее не предусмотренные законодательством Российской Федерации, и представляют собой нормы материального права.

Исходя из изложенного, положения пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ могут быть применены лишь в отношении действия (бездействия) лица, являющегося основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности, которое было совершено после введения данной нормы закона в действие, т.е. после 30.07.2017.

Договор № 0111-16 купли-продажи строительных материалов, неисполнение которого явилось поводом для настоящего иска, заключен 01.11.2016. Предусматривал поставку в течение 20 дней после оплаты (п.3.2. договора), срок действия договора до 31.12.2016 (п.3.1 договора). Оплата по договору истцом произведена 29.11.2016 на сумму 2 000 000 рублей, 30.11.2016 года на сумму 321 800 рублей, 06.12.2016 на сумму 4 050 770 рублей, 07.12.2016 на сумму 4 720 408,40 рублей. Таким образом, поставка товара, исходя из условий договора, должна быть произведена в декабре 2016 года. Что позволяет сделать вывод о том, что, действия ответчика совершены до введения в действие вышеуказанной нормы права.

Таким образом, положений указанной выше нормы не применимы к рассматриваемому спору и в спорный период отсутствовал закон предусматривающий субсидиарную ответственность исполнительного органа юридического лица в случае ликвидации юридического лица.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В статье 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Поскольку возмещение убытков – это мера гражданско-правовой ответственности, ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом.

Так для применения ответственности в виде взыскания убытков, предусмотренных ст.ст.15, 1064 ГК РФ, необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление убытков, противоправность поведения, вину причинителя убытков и причинно-следственную связь между действиями причинителя и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, доказанность размера убытков.

Таким образом, истец должен доказать размер причиненного ущерба, вину ответчика, наличие противоправных действий, совершенных ответчиком, и наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшим ущербом. Причинная связь между фактом причинения вреда (убытков) и действием (бездействием) причинителя ущерба должна быть прямой (непосредственной).

Исходя из положений названных норм права для наступления ответственности необходима совокупность условий, необходимых для привлечения к деликтной ответственности.

Исходя из системного толкования названной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Из буквального толкования пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на ответчика является наличие причинно-следственной связи между использованием (либо неиспользованием) им своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица, результатом которых стала его неплатежеспособность, что привело, в рассматриваемом случае, к последующему исключению общества из ЕГРЮЛ, как недействующего.

При этом пункт 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ возлагает бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, на лицо, требующее привлечения такого лица к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: - принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; - до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

- совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Как указывалось ранее бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Как следует из материалов дела, на момент исключения общества из ЕГРЮЛ, ФИО2, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, являлась исполнительным органом должника, занимая соответствующую должность директора с 04.12.2015.

Однако, факт недобросовестности действий ФИО2, как директора общества, повлекшее ненадлежащее исполнение условий договора купли – продажи, истцом документально не доказан.

Позиция истца, по сути, сводится к тому, что отсутствие исполнения договора и последующее исключение должника из ЕГРЮЛ презюмирует вину руководителя общества и является достаточным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Суд данный довод истца отклоняет в связи со следующим.

Физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований. Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 Постановление N 62).

При оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица руководителя, должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Между тем, истцом не представлены доказательства, совокупность которых необходима и достаточна для возложения на ответчика ответственности в виде возмещения ущерба, состоящего в размере неисполненного обществом обязательства.

Статьей 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

В нарушение ст. 65 АПК РФ суду не представлено каких-либо доказательств наличия вины ответчика в причинении убытков истцу и в результате его неправомерных действий (бездействия), не доказана и причинная связь, как необходимый элемент обязательства по возмещению ущерба.

При таких обстоятельствах, суд не установил неправомерности в действиях (бездействии) ФИО2 и совокупности оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности и удовлетворения требований истца.

Суд приходит к выводу о недоказанности наличия состава правонарушения в действиях (бездействии) ответчика, и как следствие, отсутствие оснований для возложения на ответчика ответственности в виде заявленного истцом ущерба.

Негативные последствия, наступившие для истца в период времени, когда в состав органов юридического лица входил ответчик, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав заинтересованных лиц, а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности, когда его действия не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Вместе с тем, каких-либо доказательств в подтверждение того, что невозможность погашения задолженности перед истцом возникла вследствие действий (бездействия) ответчика, как и недобросовестности либо неразумности в действиях ответчика, повлекших неисполнение обязательств Общества, истцом в материалы дела не представлено.

Истцом также не доказано, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) руководитель общества уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество должника и т.д.

Кроме того, разумный и осмотрительный участник гражданского оборота (истец - ООО "Антарктида") не был лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке как недействующего юридического лица, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц.

Истец также не был лишен права на обращение в суд с заявлением о признании ООО «Фламинго» банкротом.

Истец указывает, что ответчик должен быть привлечен к ответственности в том числе и за непринятие мер по добровольной ликвидации общества, в том числе путем банкротства общества, однако, привлечение исполнительного органа юридического лица за не подачу заявления признании юридического лица возможно только в рамках дела о банкротстве.

Каких-либо доказательств в подтверждение того, что невозможность погашения задолженности перед истцом возникла вследствие действий (бездействия) ответчика, истцом в материалы дела не представлено. Истцом также не доказано, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) руководитель общества уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество должника и т.д.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются.

Следовательно, обязанность по доказыванию недобросовестности или неразумности действий ответчиков, связанных с исключением из ЕГРЮЛ, возлагается на истца. В данном случае истцом не представлено доказательств явной недобросовестности или неразумности действий ответчиков, в том числе, умышленной ликвидации общества с долгами.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что заявленные ОГОО «АНТАРКТИДА» требования удовлетворению не подлежат.

С учетом результатов рассмотрения спора в соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Грызыхина Е.А.