Постановление от 3 марта 2021 г. по делу № А57-22572/2019




АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-1370/2021

Дело № А57-22572/2019
г. Казань
03 марта 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 марта 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Н.Ю.,

судей Топорова А.В., Желаевой М.З.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Радиотехника»

на решение Арбитражного суда Саратовской области от 08.09.2020 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2020

по делу № А57-22572/2019

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Радиотехника» (ОГРН 1026403353932) к Кузнецовой Наталии Юрьевне, Карлсон Екатерине Юрьевне о взыскании убытков,

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Люфт-1», Зернаева Л.Н., Баранова И.Е., Белозеров А.Г.,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области с исковым заявлением обратилось общество с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Радиотехника» (далее – ООО ТД «Радиотехника», истец, заявитель) о взыскании с Кузнецовой Наталии Юрьевны, Карлсон Екатерины Юрьевны 2 968 431,31 руб. убытков, понесенных в результате неправомерных действий ответчика при исполнении им своих должностных обязанностей в процессе финансово-хозяйственной деятельности организации, выделено в отдельное производство.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 08.09.2020 по делу № А57-22572/2019 в отдельное производство выделено требование ООО ТД «Радиотехника» к Кузнецовой Н.Ю., Карлсон Е.Ю. о взыскании убытков в сумме 21 576 руб. В удовлетворении заявленных исковых требований отказано.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2020 решение Арбитражного суда Саратовской области от 08.09.2020 оставлено без изменения.

Суд апелляционной инстанции отказал ООО ТД «Радиотехника» в удовлетворении ходатайства об истребовании из УМВД по г. Саратову материала проверки по факту хищений Карлсон Е.Ю., ходатайства о приобщении к материалам дела заключения от 07.10.2020 № 060-02/20 и ходатайства о вызове свидетелей.

Не согласившись с решением арбитражного суда и постановлением арбитражного апелляционного суда ООО ТД «Радиотехника» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по основаниям, изложенным в жалобе.

В частности, заявитель кассационной жалобы указывает, что третье лицо Белозеров А.Г. не уведомлен судом в установленном законом порядке, судами не дана оценка доказательствам, представленным истцом.

От Карлсон Е.Ю. поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, суд округа приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы ввиду следующего.

Арбитражными судами первой и апелляционной инстанций установлено, что Карлсон М.М., являясь участником общества с 65% долей, за период с 1997 года по сентябрь 2017 года занимала должность единоличного исполнительного органа в ООО «ТД «Радиотехника», что не оспаривается ответчиками.

Истец указывает, что в результате аудита финансово-хозяйственной деятельности за период с 2015 года по 2017 год, стало известно, что ООО ТД «Радиотехника», в результате действий ответчика, были причинены убытки, произведена выплата работникам общества (Барановой И.Е., Зернаевой Л.Н.) заработной платы в размере 1 949 365 руб. (на данную сумму были выполнены налоговые обязательства в размере 977 900,31 руб.), произведена выплата премии к праздничным датам и отпуску в размере 13 050 руб. (на данную сумму были выполнены налоговые обязательства в размере 6540 руб.)

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 15 ГК РФ расходы, которые лицо произвело для восстановления нарушенного права, относятся к реальному ущербу и возмещаются в составе убытков по требованию лица, право которого нарушено.

Лицо, требующее возмещения причиненных ему убытков, должно доказать факт нарушения ответчиком обязательств, наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у истца убытками, а также размер убытков.

Таким образом, в предмет доказывания требования о взыскании убытков входит наличие в совокупности четырех необходимых элементов:

1) факта нарушения права истца;

2) вины ответчика в нарушении права истца;

3) факта причинения убытков и их размера;

4) причинно-следственной связи между фактом нарушения права и причиненными убытками.

При этом, причинно-следственная связь между фактом нарушения права и убытками в виде реального ущерба должна обладать следующими характеристиками:

1) причина предшествует следствию,

2) причина является необходимым и достаточным основанием наступления следствия.

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о взыскании убытков.

Бремя доказывания возникновения убытков лежит на лице, требующем возмещения убытков.

В порядке статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

При обращении в суд с иском о взыскании убытков истцу необходимо доказать факт причинения убытков, их размер, ненадлежащее исполнение договорных обязательств и юридически значимую причинную связь между ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств и возникновением убытков у истца, а также вину ответчика.

Арбитражными судами установлено, что согласно общедоступным сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц учредителями (участниками) ООО «ТД «Радиотехника» являются Карлсон М.М. (правопреемники – Кузнецова Н.Ю., Карлсон Е. Ю., 65% долей) и Кузнецов В.Д. (35% долей).

Карлсон М.М. являлась директором ООО «ТД «Радиотехника», полномочия указанного лица в качестве единоличного исполнительного органа общества основаны на положениях статьи 53 ГК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановлении Пленума № 62) требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействиями) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ.

Ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 53, пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Из разъяснений пункта 1 Постановления Пленума № 62 следует, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Из материалов арбитражного дела следует, что истец по настоящему делу, обратился с настоящим иском к директору общества Карлсон М.М. На момент принятия настоящего спора к производству (определение от 18.09.2019) , Карлсон М.М. 09.09.2019 умерла.

Следовательно, истец, предъявляя к единоличному исполнительному органу ООО «ТД «Радиотехника» требование о возмещении убытков, должен доказать обстоятельства, на которые он ссылается, как на основание своих требований: факт причинения ООО «ТД «Радиотехника» убытков, их размер, противоправность действий директора, наличие причинной связи между бездействием ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

В соответствии с положениями статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников.

Договор между обществом и лицом, осуществляющим функции единоличного исполнительного органа общества, подписывается от имени общества лицом, председательствовавшим на общем собрании участников общества, на котором избрано лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества, или участником общества, уполномоченным решением общего собрания участников общества, либо, если решение этих вопросов отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества, председателем совета директоров (наблюдательного совета) общества или лицом, уполномоченным решением совета директоров (наблюдательного совета) общества.

В качестве единоличного исполнительного органа общества может выступать только физическое лицо, за исключением случая, предусмотренного статьей 42 настоящего Федерального закона.

Единоличный исполнительный орган общества:

1) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки;

2) выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия;

3) издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания;

4) осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

Уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания участников общества на совершение определенных сделок. При отсутствии такого согласия или последующего одобрения соответствующей сделки она может быть оспорена лицами, указанными в абзаце первом пункта 4 статьи 46 настоящего Федерального закона, в порядке и по основаниям, которые установлены пунктом 1 статьи 174 ГК РФ.

Порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.

На основании пункта 3 статьи 43 Федерального закона от 08.02.1998 № 14 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» решение единоличного исполнительного органа общества, принятое с нарушением требования настоящего Федерального закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению этого участника.

Приказы о премировании являются решениями единоличного исполнительного органа.

Истец указал, что пунктом 9.2.25 Устава определение условий оплаты труда директора и его заместителей, относится к компетенции общего собрания общества.

Оценивая указанный довод, арбитражные суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что в соответствии с пунктом 9.3 Устава решения по вопросам, предусмотренным пунктом 9.2.25 принимаются участниками большинством голосов от общего числа голосов участников общества.

Поскольку Карлсон М.М. обладала 65% долей в уставном капитале общества, мнение второго участника, владеющего 35% доли в уставном капитале, не могло повлиять на решение о определении оплаты труда заместителя. Сам же факт приема на работу заместителя относится к компетенции единоличного исполнительного органа.

В соответствии с пунктами 1, 2, 5 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. С иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом общества вправе обратиться в суд общество или его участник.

Как разъяснено в пунктах 1 и 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо (пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Отказывая в удовлетворении требований в части взыскания убытков, возникших в результате незаконной выплаты заработанной платы и премий за 2014 год, арбитражные суды пришли к выводу о пропуске срока исковой давности.

Довод заявителя о том, что срок исковой давности по требованию о взыскании убытков, возникших в результате незаконной выплаты заработанной платы и премий за 2014 год, не пропущен, поскольку истец узнал о выплаченных премиях в ходе аудиторской проверки в 2018 году, апелляционный суд посчитал несостоятельным по следующим основаниям.

Вопросы исковой давности урегулированы в главе 12 ГК РФ.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пропуск срока исковой давности влечет за собой утрату права на иск в материально-правовом смысле.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании норм статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом, исходя из конституционно-правового смысла рассматриваемых норм (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2006 № 576-О, от 20.11.2008 № 823-О-О, от 25.02.2010 № 266-О-О), установление сроков исковой давности (то есть срока для защиты интересов лица, права которого нарушены), а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота, и не может рассматриваться, как нарушающее конституционные права заявителя.

Установление законодателем срока исковой давности преследует своей целью повысить стабильность гражданского оборота и соблюсти баланс интересов его участников, не допустить возможных злоупотреблений правом и стимулировать исполнение обязанности действовать добросовестно.

Применение положений главы 12 ГК РФ разъясняется в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.02.1995 № 2/1 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

На основании пункта 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 № 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 (в редакции от 07.02.2017) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 ГК РФ), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 49 АПК РФ). В случае истечения срока исковой давности принудительная (судебная) защита прав истца независимо от того, было ли в действительности нарушение его прав, невозможна.

Как разъяснено в пунктах 10, 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ).

Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица.

В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Отказывая в иске по сроку исковой давности в части требования по выплатам премий за 2014 год, арбитражными судами учтено следующее.

Истец представил в материалы дела аналитическую справку по результатам аудиторской тематической проверки ООО «ТД «Радиотехника» на основании договора от 31.07.2017 о том, что нарушения бывшим директором ООО «ТД «Радиотехника» Карлсон М.М. налогового и бухгалтерского законодательства в части оформления документов, правомерности и обоснованности расходов, законности сделок, заключенных ООО «ТД «Радиотехника» (в лице Карлсон М.М.) с аффилированными лицами, носят систематический характер и отражают позицию и принципы бывшего руководства ООО «ТД «Радиотехника» при осуществлении финансово-хозяйственной деятельности, а также аудиторское заключение, подготовленном индивидуальным аудитором (предпринимателем без образования юридического лица) Муравьевой Е.А. на основании договора от 31.07.2017.

Арбитражные суды установили, что аудиторское заключение не содержит указаний на нарушение бывшим директором ООО «ТД «Радиотехника» Карлсон М.М. положений Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в части не проведения собраний участников общества по итогам финансового года (т.е. нарушение положений статьи 34 Федерального закона от 08.02.1998 № 14 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Представители сторон не отрицают, что такие собрания проводились по итогам каждого финансового года.

Следовательно, о выплате премий и заработной платы в 2014 году было известно второму участнику общества – Кузнецову В.Д. до 01.06.2015, и он мог одобрить или не одобрить данные выплаты премий работникам общества, а также предъявить соответствующий иск, как участник общества.

Доказательств того, что истец узнал о выплаченных премиях в ходе аудиторской проверки в 2018 году, материалы дела не содержат, поскольку собрания участников общества проходят ежегодно.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что срок исковой давности по требованиям, заявленным о взыскании убытков, причиненных выплатами премий и заработной платы работникам истца в 2014 году, пропущен истцом.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в части взыскания убытков в виде выплат премий за 2015, 2016 и 2017 годы, арбитражные суды пришли к следующим выводам.

Материалами дела подтверждено, что именно Карлсон М.М. была контролирующим участником ООО «ТД «Радиотехника».

Как разъяснено в пункте 16 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2019, лицо, осуществляющее полномочия единоличного исполнительного органа, вправе не выполнять указания, содержащиеся в решениях общего собрания акционеров, если это принесет вред интересам общества (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). Ссылка единоличного исполнительного органа на то, что он исполнял решение общего собрания, не освобождает его от ответственности за убытки, причиненные обществу.

При этом единоличный исполнительный орган не может ссылаться на то, что он просто исполняет решение общего собрания, как на основание освобождения его от ответственности за убытки, причиненные обществу, поскольку это часть его обязанностей - оценивать в ходе управления обществом, насколько те или иные действия выгодны для общества и не причинят ли они вреда. Такой подход препятствует единоличному исполнительному органу избегать ответственности, передавая вопросы на рассмотрение общего собрания акционеров.

Пункт 1.2 трудового договора от 22.12.2014, заключенного ООО «ТД «Радиотехника» (высшим органом) и Карлсон М.М. (руководителем), предусматривает, что руководитель самостоятельно решает все вопросы деятельности предприятия, отнесенные к его компетенции настоящим договором, уставом предприятия, другими учредительными документами и действующим законодательством.

В соответствии с пунктами 3.2, 3.4 трудового договора от 22.12.2014 руководитель пользуется правом распоряжения средствами предприятия, заключает трудовые договоры (контракты) со всеми работниками предприятия по найму.

Руководитель не несет ответственности за отрицательные последствия для предприятия (убытки, неполучение прибыли, снижение или недостижение предусмотренных настоящим договором или планами предприятия результатов и т.п.), если причиной тому явились необоснованные решения Высшего органа (пункт 6.3 трудового договора).

Решение о привлечении руководителя к ответственности за невыполнение или ненадлежащее выполнение им своих обязанностей и причинение ущерба предприятию выносится высшим органом (пункт 6.4 трудового договора).

Противоречий пунктов 6.1, 6.2, 6.4 трудового договора, заключенного с Карлсон Е.Ю., апелляционный суд не усмотрел. Оснований полагать, что пункт 6.4 договора является ничтожным, порождающим злоупотребление правом, нет.

Как установлено Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2020 представители ответчиков в судебном заседании арбитражного апелляционного суда от 2-8 июля 2020 года подтвердили, что такое собрание по решению вопроса об обращении в суд с иском к бывшему директору ООО «ТД «Радиотехника» Карлсон М.М. не проводилось.

Заработная плата на общую сумму 1 949 365 руб., налоговые обязательства на данную сумму в размере 977 900,31 руб., всего 2 927 265,31 руб. не подлежат взысканию, т.к. получение данных выплат соответствует пункту 5.1. Трудового контракта от 09.01.2014, заключенного с Барановой И.Е., согласно которому работодатель обязуется выплачивать работнику заработную плату в размере 45 000 руб. в месяц; пункт 5.1. трудового контракта от 09.01.2014, заключенного с Зернаевой Л.Н., согласно которому работодатель обязуется выплачивать работнику заработную плату в размере 8000 руб.

Таким образом, выплата данных денежных средств в виде заработной платы была предусмотрена трудовым контрактом с Зернаевой Л.Н., с Барановой И.Е.

Дополнительные начисления премий к отпуску и праздничным датам в размере 13 050 руб., налоговые обязательства на данную сумму в размере 6540 руб. не подлежат взысканию, т.к. получение данных выплат соответствует пунктам 5.2. трудового контракта от 09.01.2014, заключенного с Барановой И.Е., трудового контракта от 09.01.2014, заключенного с Зернаевой Л.Н.

Таким образом, выплата данных денежных средств в виде премий к отпуску и праздничным датам была предусмотрена трудовым контрактом с Зернаевой Л.Н., с Барановой И.Е.

В соответствии с положениями статьи 274 Трудового кодекса Российской Федерации права и обязанности руководителя организации в области трудовых отношений определяются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором.

На основании части 3 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества издает приказы, в том числе о мерах поощрения.

Проанализировав положения устава общества, арбитражными судами установлено, что из толкования пункта 10.6 Устава ООО «ТД «Радиотехника», пункта 3.2 трудового договора следует, что Карлсон М.М. действовала в пределах предоставленных ей полномочий руководителя ООО «ТД «Радиотехника».

Кроме того, арбитражными судами приняты во внимание пункты 3.1-3.3 Положения о заработной плате организации, утвержденного директором ООО «ТД «Радиотехника» от 01.01.2008, согласно которому премирование работников производится в целях усиления их материальной заинтересованности в улучшении результатов их деятельности и не является гарантированной выплатой, предоставляемой ООО «ТД «Радиотехника».

Размер премии определяется руководителем организации в зависимости от личного вклада работников в общие результаты работы организации.

Премии относятся к расходам организации на оплату труда, выплачиваются одновременно с заработной платой и включаются в средний заработок для оплаты ежегодных отпусков и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, на основании приказа директора организации.

Истец вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не доказал, что Карлсон М.М. при исполнении своих обязанностей действовала за пределами предоставленных ей полномочий уставом общества, трудовым договором, не представил доказательства наличия обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Доказательств обратного заявителем не представлено. Сведений о том, что Зернаева Л.Н. и Баранова И.Е. не являлись работниками ООО ТД «Радиотехника», в материалах дела отсутствуют. Каких-либо злоупотреблений, нарушений устава общества со стороны директора общества при начислении премий своим сотрудникам судом апелляционной инстанции не установлено.

Истец не доказал, что ответчик при принятии решений по вопросам выплаты премий работникам ООО «ТД «Радиотехника» действовал недобросовестно и неразумно, вопреки интересам ООО «ТД «Радиотехника», а также сам факт возникновения убытков.

При этом решение единоличного исполнительного органа общества по вопросам выплаты премий одобрено участником общества с 65% долей, вопросы о предоставлении работникам ООО «ТД «Радиотехника» премий разрешены ответчиком в пределах его компетенции и в соответствии с действующим законодательством.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.04.2017 № 306-ЭС17-3194 по делу № А65-1634/2016.

Таким образом, исходя из конкретных обстоятельств настоящего спора, арбитражные суды пришли к выводу о том, что истец не доказал совокупность обстоятельств, при наличии которых в силу статьи 15 ГК РФ и статьи 44 Закона № 14-ФЗ у ответчика могла возникнуть обязанность возмещения убытков обществу в указанной части, а также факт наступления негативных последствий для общества в результате противоправных действий ответчика, равно как наличие между ними причинно-следственной связи.

Кроме того, действия ответчика, выполняющего функции единоличного исполнительного органа общества, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска и соответствовали обычным условиям делового оборота.

Довод заявителя о не вызове в суд свидетелей апелляционный суд отклонил, поскольку явку свидетелей должна обеспечить запрашиваемая сторона. Вместе с тем, свидетели со стороны истца не явились ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанций.

Довод заявителя о необоснованном отказе суда в удовлетворении ходатайства об истребовании из УМВД по г. Саратову материала проверки по факту хищений Карлсон Е.Ю. также отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку дело может быть рассмотрено по имеющимся в деле доказательствам.

Довод заявителя о том, что третье лицо Белозеров А.Г. не было извещено надлежащим образом, суд апелляционной инстанции посчитал несостоятельным, поскольку материалы дела содержат доказательства надлежащего извещения третьего лица.

Третье лицо Белозеров А.Г. с кассационной жалобой в связи с нарушением его прав, не обращался.

При таких обстоятельствах, арбитражные суды пришли к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают законность и обоснованность принятых по делу судебных актов и правильности выводов судов, а свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов судами нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 08.09.2020 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2020 по делу № А57-22572/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья Н.Ю. Мельникова


Судьи А.В. Топоров


М.З. Желаева