Решение от 23 октября 2024 г. по делу № А40-15870/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-15870/24-62-113
г. Москва
23 октября 2024 г.
Резолютивная часть решения объявлена 10 октября 2024года

Полный текст решения изготовлен 23 октября 2024 года


Арбитражный суд города Москвы в составе

Судьи Жежелевской О.Ю. единолично

при ведении протокола секретарем судебного заседания Юшиной А.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело

по исковому заявлению АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЙ ЗАСТРОЙЩИК "ЛСР. НЕДВИЖИМОСТЬ-М" (115280, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 12.08.2002, ИНН: <***>)

к 1.Шевченко Валерию Дмитриевичу, 2.Шевченко Валерию Валерьевичу, 3.ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТРАНС СТРОЙ" (101000, <...>, ЭТ/ПОМ/КОМ 1/I/5, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 20.03.2012, ИНН: <***>)

о взыскании привлечении к субсидиарной ответственности при участии:

От истца– Абрамова Н.С. (доверенность от 26.09.2023, диплом).

От ответчика 1 – не явился, извещен.

От ответчика 2 - ФИО1 (доверенность от 18.04.2024, диплом)

От ответчика 3 – не явился, извещен..



У С Т А Н О В И Л:

АО "СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЙ ЗАСТРОЙЩИК "ЛСР. НЕДВИЖИМОСТЬ-М" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к ответчикам: 1.Шевченко Валерию Дмитриевичу, 2.Шевченко Валерию Валерьевичу, 3.ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТРАНС СТРОЙ" (101000, <...>, ЭТ/ПОМ/КОМ 1/I/5, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 20.03.2012, ИНН: <***>) о взыскании привлечении к субсидиарной ответственности..

Исковые требования мотивированы тем, что в результате недобросовестного и неразумного поведения ответчика как контролирующего лица ООО «Транс Строй», истец лишен был возможности получить денежные средства присужденные в судебном порядке.

Истец заявленные требования поддержал в судебном заседании.

Ответчик 1,3, в суд не явились, заявленные требования не оспорили, письменный отзыв не представили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, суд счел возможным рассмотрение дела в их отсутствие в порядке ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

Ответчик 2, заявленные требования не признал по доводам письменного отзыва на иск и пояснениям к нему.

Выслушав истца, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему:

В ходе судебного разбирательства установлено, что решением Арбитражного суда г. Москвы от 22.04.2019 по делу № А40-41748/2019-63-405 были удовлетворены исковые требования АО «СЗ «ЛСР. Недвижимость-М» о взыскании с ООО «Транс Строй» задолженности в сумме 12 474 763,93 руб.

Решение суда вступило в законную силу, выдан исполнительный лист. Взыскателем исполнительный лист получен и направлен в Тропарево-Никулинское ОСП УФССП по Москве, где возбуждено исполнительное производство № 70990/19/77027-ИП.

Исполнительно производство № 70990/19/77027-ИП окончено 08.11.2021, согласно п. 3 ч. 1 ст. 46 ФЗ № 229- ФЗ «Об исполнительном производстве», то есть в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличие принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей.

Истец считает, что контролирующее должника лицо – его руководитель и учредители мер направленных на погашение задолженности не предпринял.

Согласно сведениям их ЕГРЮЛ ФИО2 являлся генеральным директором ООО «Транс Строй» с 20.03.20212 по 11.07.2023 и участником в тот же период, ФИО3 также являлся участником ООО «Транс Строй» в тот же период.

Ответчики не принимали действия по урегулированию задолженности с АО «СЗ «ЛСР. Недвижимость-М» не принимает решения ликвидации, не обращаются в суд с заявлением о банкротстве согласно ст. 8 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), хотя ООО «Транс Строй» же обладает всеми признаками неплатежеспособности на момент вступления в силу решения Арбитражного суда г. Москвы оп делу А40-41748/19-63-405. ООО «Транс Строй» не размещает соответствующую отчетность как по состоянию на 31.12.20219, так и в последующих периодах, вплоть до административного исключения юридического лица. Генеральным директором и учредителем не были предприняты меры как по выводу ООО «Транс Строй» из финансового кризиса, так и по урегулированию задолженности перед АО «СЗ «ЛСР. Недвижимость-М».

По мнению истца, вина ФИО2, ФИО3, заключается в том, что они не проявили должную степень заботливости и осмотрительности и не осуществили должный контроль за хозяйственной деятельности общества, что и привело к невозможности погашение долга юридического лица.

Указанные основания и обстоятельства являются по мнению истца достаточными для привлечения лица контролировавшего должника к субсидиарной ответственности.

Рассмотрев исковые требования суд находит их подлежащими удовлетворению.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, в том числе из договоров и иных сделок.

Статья 9 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу положений статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктами 2, 3 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14- ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании. Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

В силу пункта 2 статьи 15 указанного Кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Как указано Конституционным судом Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" (введенном Федеральным законом от 28 декабря 2016 года N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации") предусмотреть компенсирующий негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества. Предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 июня 2020 года; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 3 июля 2020 года N 305-ЭС19-17007(2)). При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Соответственно, привлечение к ней возможно если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия). Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей. Как неоднократно обращал внимание Конституционный Суд Российской Федерации, недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, может означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года N 580- О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.). В п. 3.2. Постановления от 21.05.2021 № 20-П Конституционный суд Российской Федерации указал, что при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения. По смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, не предоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика. Из п. 4 Постановления от 21.05.2021 № 20-П следует, что пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предполагает его применение судами при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам по иску кредитора - физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности и исковые требования кредитора к которому удовлетворены судом, исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о возмещении убытков разъяснены в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 No25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064ГК РФ).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, на ответчике лежит бремя доказывания добросовестности и принятие всех меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами Таковых ответчик не представил.

Неразумность и недобросовестность действий ответчиков как контролирующих лица должника заключается в том, что не погасив образовавшуюся задолженность перед истцом, а также задолженность по оплате взносов обязательного пенсионного и медицинского страхования, задолженность по оплате налога в бюджет, произвел доведение общества до состояния, когда оно не отвечает признакам действующего юридического лица, что свидетельствует о намерении прекратить деятельность общества в обход установленной законодательством процедуре ликвидации (банкротства).

Кроме того ответчиком ФИО4 была разработана схема ухода от погашения задолженности путем заключения договоров цессии по заниженной стоимости с целью получения дебиторской задолженности ООО «СК Партнер» в обход кредиторов.

Бухгалтерская отчетность от лица ООО «ТоталГрупп» с 2014 не сдавалась, что подтверждается соответствующим ответом из налоговой инспекции, то есть обязанности генерального директора ФИО2 исполнял ненадлежащим образом, контроля со стороны ФИО3 не было произведено. Более того ООО «Транс Строй» было привлечено к налоговой ответственности, что подтверждается актами налоговой проверки, предоставленной в материалы дела ИФНС № 8 по г. Москве от 12.10.2020 и 30.10.2020 и решением ИФНС №8 по г. Москве от 10.12.2020. Исходя из данных, опубликованных на https://pb.nalog.ru/, www.gmcgks.ru, ООО «Транс Строй» не предоставляло данные о своей финансовой и хозяйственной деятельности. ООО «Транс Строй» неоднократно привлекалось к ответственности, имело недоимки по налогу на прибыль, транспортному налогу и налогу на доходы физических лиц. В материалы дела поступила банковская выписка ПАО «МТС-Банк» за период с 01.04.2016 по 11.07.2023 (дата исключения ООО «Транс Строй» из ЕГРЮЛ) (далее – Выписка). ПАО «МТС-Банк» указано, что между ФИО2 и ООО «Транс Строй» заключен Договор займа № 1 от 12.02.2018, в рамках которого ФИО2 была получена денежная сумма 2 836 000 руб., а также заработная плата за период с февраля 2018 по декабрь 2018 в сумме 3 863 236 руб. В материалы дела не предоставлено каких-либо доказательств обоснованности как заключения Договора займа № 1 от 12.02.2023, так и обоснованности размера заработной платы ФИО2, то есть Ответчиками было нарушен принцип имущественной обособленности ООО «Транс Строй».

Несмотря на финансовые затруднения, наличие долга по обязательным платежам генеральный директор и учредители ФИО3 и ФИО2 не предпринимают действия для урегулирования задолженности с АО «СЗ «ЛСР. Недвижимость-М», не принимается решение о ликвидации, отсутствует обращение в суд с заявлением о банкротстве, согласно ст. 8 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», хотя ООО «Транс Строй» обладает всеми признаками неплатежеспособности на момент вступления в силу решения Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-41748/2019-63-405. ООО «Транс Строй» не размещает соответствующую отчетность как по состоянию на 31.12.2019, так и в последующих периодах, вплоть до административного исключения юридического лица. Генеральным директором и учредителем не были предприняты меры как по выводу ООО «Транс Строй» из финансового кризиса, так и по урегулированию задолженности перед АО «СЗ «ЛСР. Недвижимость-М».

Несмотря на финансовые затруднения, наличие долга по обязательным платежам генеральный директор и учредители ФИО3 и ФИО2 не предпринимают действия для урегулирования задолженности с АО «СЗ «ЛСР. Недвижимость-М», не принимается решение о ликвидации, отсутствует обращение в суд с заявлением о банкротстве, согласно ст. 8 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», хотя ООО «Транс Строй» обладает всеми признаками неплатежеспособности на момент вступления в силу решения Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-41748/2019-63-405. ООО «Транс Строй» не размещает соответствующую отчетность как по состоянию на 31.12.2019, так и в последующих периодах, вплоть до административного исключения юридического лица. Генеральным директором и учредителем не были предприняты меры как по выводу ООО «Транс Строй» из финансового кризиса, так и по урегулированию задолженности перед АО «СЗ «ЛСР. Недвижимость-М».

В материалы дела из ИФНС № 46 по г. Москве предоставлена историческая выписка из Единого государственного реестра юридических лиц, с указанием на образование самого юридического лица ООО «Транс Строй» и распределение долей в его уставном капитале. В данном документе отсутствует подтверждение продажи доли участия в уставном капитале между Ответчиками. Это заявление направляется в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, в форме электронного документа, то есть 3 необходимость сообщить о сделке по отчуждению доли возложена на нотариуса еще с 01.01.2016 и переход доли или части доли в уставном капитале общества считается совершенным только после внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр юридических лиц. Довод ответчика опровергается как нормой права, так и материалами дела. Доля в размере 30 % уставного капитала ООО «Транс Строй» осталась на ФИО2, такая же позиция подтверждена и судебной практикой постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от по делу А54-6613/2022 от 08.04.2024.

При этом из представленных договора и актов приемки услуг следует, что договор был подписан ФИО3, акты о выполненных работах также подписаны ФИО5 В,В. собственноручно с проставлением печати юридического лица.

Согласно п. 1 ст. 53 ГК РФ, юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами, то есть в момент образования задолженности у ООО «Транс Строй» перед АО «СЗ «ЛСР. Недвижимость-М» Ответчик был учредителем. Согласно указанного выше, с точки зрения п. 3 ст. 53.1 ГК РФ именно ФИО3 является контролирующим лицом для ООО «ТоталГрупп».

Взысканную задолженность ответчик проигнорировал, доказательств принятия каких-либо мер к погашению задолженности не представил. Заявление о банкротстве ответчик не подавал. Ликвидацию не проводил, административному исключению налоговым органом должника из реестра юридических лиц, не препятствовал.

Истец причиненный вред обосновал. Задолженность взыскана судебным актом, им же фактически установлен размер ущерба. Бремя доказывания обратного (опровержение презумпции наличия причинной связи между противоправным бездействием и возникновением убытков, оспаривание размера убытков) лежало на ответчиках, но последний убедительных доводов в опровержении позиции суда не представили.

В соответствии с п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В условиях наличия непогашенного ущерба, ставшей впоследствии основанием для обращения кредитора по обязательству с иском в суд за защитой нарушенного права, действия любого разумного и добросовестного контролирующего лица должника будут заключаться в принятии мер для удовлетворения имеющейся задолженности (статья 10 ГК РФ).

Вопреки указанной добросовестной модели поведения, ответчик таких действий не предпринял, напротив, ввиду бездействия последнего Общество было исключено из ЕГРЮЛ, тем самым возможность погасить имеющуюся задолженность перед кредитором была утрачена. К понятиям недобросовестного или неразумного поведения директора применяется подход по аналогии к разъяснениям, изложенным в пунктах 2 и 3 Постановления №62.

При разрешении настоящего спора ответчики не привели объяснений, оправдывающего их действия с экономической точки зрения, не раскрыли обстоятельства свидетельствующие о принятии мер для погашения кредиторской задолженности, не привели разумных мотивов, свидетельствующих о невозможности произвести расчеты с истцом до исключению Общества из ЕГРЮЛ

Из-за недобросовестного бездействия ответчика по внесению в ЕГРЮЛ достоверных сведений, общество исключено из ЕГРЮЛ, что повлекло невозможность погашения требований истца.

Ответчик в материалы дела не представил доказательств того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и принял все меры для исполнения обществом обязательств перед своим кредитором.

При этом, обязанность по представлению таких доказательств, в соответствии с вышеизложенным, лежит именно на ответчиках.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая доказанность факта возникновения задолженности в заявленной сумме, недоказанность отсутствия вины ответчиков в непринятии мер по исполнению обязательств должника перед истцом, суд пришел к выводу о том, что исковые требования к ответчикам являются правомерными и обоснованными, подлежат удовлетворению в полном объёме.

Расходы по оплате государственной пошлины распределяются в соответствии со статьями 106, 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально удовлетворенным требованиям.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 8, 911, 12, 15, 53, 393, 1064, 1082 ГК РФ, ст. 4, 8, 9, 64-68, 70-71, 101-103, 110, 123, 137, 156, 167-171, 176, 225.1, 225.3 АПК РФ, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТРАНС СТРОЙ" (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 20.03.2012, ИНН: <***>) генерального директора и учредителей - ФИО2 и ФИО3.

Взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО3 в пользу АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЙ ЗАСТРОЙЩИК "ЛСР. НЕДВИЖИМОСТЬ-М" (115280, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 12.08.2002, ИНН: <***>) задолженность в размере 12 474 763 (двенадцать миллионов четыреста семьдесят четыре тысячи семьсот шестьдесят три) руб. 93 коп., государственную пошлину в размере 85 374 (восемьдесят пять тысяч триста семьдесят четыре) руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.



Судья:

О.Ю. Жежелевская