Постановление от 22 января 2024 г. по делу № А73-16087/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА


Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-6271/2023
22 января 2024 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 января 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Никитина Е.О.

судей Сецко А.Ю., Чумакова Е.С.

при участии:

от Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»: ФИО1, представителя по доверенности от 27.09.2023;

от Соловья Н.И.: ФИО2, представителя по доверенности от 01.03.2023;

от других участвующих в деле лиц представители не явились

рассмотрев в судебном онлайн - заседании кассационную жалобу коммерческого банка «Интерпромбанк» (акционерное общество) в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 15.09.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2023

по делу № А73-16087/2019

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Эльбрус» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 680038, <...>) в лице конкурсного управляющего ФИО3, коммерческого банка «Интерпромбанк» (акционерное общество) (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 119019, <...>) в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 109240, <...>)

к ФИО4, Соловью Никите Игоревичу

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Партнер» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 680026, <...>) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Хабаровского края от 03.11.2020 общество с ограниченной ответственностью «Партнер» (далее – ООО «Партнер», общество, должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО6.

Определением суда от 23.04.2021 ФИО6 освобождена от исполнения возложенных на нее обязанностей, конкурсным управляющим ООО «Партнер» утверждена ФИО7.

В рамках данного дела о банкротстве общества 06.12.2022 конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «Эльбрус» (далее –ООО «Эльбрус», кредитор) в лице конкурсного управляющего ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО5 и ФИО4 (далее также – ответчики) солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Партнер» в размере 89 241 800 руб.

Впоследствии дело о банкротстве ООО «Эльбрус» прекращено (определение Арбитражного суда Хабаровского края от 06.03.2023 по делу № А73-19562/2021), назначенный на должность генерального директора организации ФИО8 02.05.2023 направил ходатайство об отказе от заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В связи с этим конкурсный кредитор – Коммерческий банк «Интерпромбанк» (акционерное общество) (далее – АО КБ «Интерпромбанк», банк) в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ГК «АСВ») 25.05.2023 заявил ходатайство о вступлении в обособленный спор в качестве созаявителя, в котором просил привлечь Соловья Н.И. и ФИО4 к субсидиарной ответственности в размере 147 474 291,12 руб.

Определением от 31.05.2023 к участию в обособленном споре в качестве созаявителя привлечен конкурсный управляющий АО КБ «Интерпромбанк» – ГК «АСВ».

Определением от 15.09.2023 производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Эльбрус» ФИО3 прекращено. В удовлетворении заявления ГК «АСВ» о привлечении Соловья Н.И. и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2023 определение суда от 15.09.2023 оставлено без изменения.

Не согласившись с определением и апелляционным постановлением, АО КБ «Интерпромбанк» в лице ГК «АСВ» в кассационной жалобе просит их отменить и принять новый судебный акт о привлечении Соловья Н.И. и ФИО4 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Партнер» и приостановлении производства в части определения размера ответственности до рассмотрения требований всех кредиторов. По мнению заявителя жалобы, контролирующими должника лицами совершены действия, которые привели к объективному банкротству ООО «Партнер». В частности, в период подозрительности (с 11.10.2016 по 23.06.2017) обществом осуществлен перевод денежных средств в общем размере 16 722 891,66 руб. аффилированным лицам в отсутствие встречного предоставления. Согласно анализу финансового состояния ООО «Партнер» в период 2016 – 2018 годов произошло снижение стоимости активов на 18,5%, а в период 2015 – 2017 годов собственные средства должника имели отрицательные значения и в течение всего анализируемого периода показатель падал. В соответствии с анализом финансовой деятельности ООО «Партнер», проведенным аудитором, за период с 2014 года по 31.12.2018 реальное экономическое положение должника по всем показателям (динамика чистых активов, платежеспособность, финансовая устойчивость) существенно ухудшилось, отрицательная динамика наблюдается на протяжении всего анализируемого периода, которая в 2018 году достигла своего максимального показателя. Полагает, что в материалы дела не представлены убедительные доказательства того, что банкротство ООО «Партнер» вызвано иными причинами, не связанными с совершением указанных выше сделок, как не опровергнут и анализ временного управляющего ФИО6 о финансовом состоянии должника за период с 2016 по 2018 годы. Считает, что исходя из структуры баланса должника и анализа финансово-хозяйственной деятельности, ООО «Партнер» с конца 2016 года не могло погасить образовавшуюся задолженность, имущество, подлежащее реализации, у него отсутствовало, а выручка была сокращена, то есть на начало 2017 года у должника имелись признаки банкротства, в связи с чем ФИО5 как учредитель и руководитель должен был принять решение о подаче заявления о банкротстве общества.

Отзывы на кассационную жалобу не представлены.

Представитель ГК «АСВ» в судебном заседании, проведенном в соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) в режиме веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», поддержал доводы кассационной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Представитель Соловья Н.И. возражал на доводы кассационной жалобы, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения как законные и обоснованные.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие других участвующих в споре лиц.

Заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, изучив материалы дела, проверив законность определения от 15.09.2023 и постановления от 27.10.2023, с учетом доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для их отмены (изменения) отсутствуют.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела, ООО «Партнер» зарегистрировано в качестве юридического лица 25.09.2013, основным видом экономической деятельности общества является покупка и продажа собственного недвижимого имущества.

С момента создания и до 28.11.2018 ФИО5 являлся участником ООО «Партнер», а в период с 25.09.2013 по 14.12.2018 осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа.

В свою очередь ФИО4 являлся генеральным директором общества до открытия процедуры конкурсного производства (27.10.2020) и с 28.11.2018 выступал единственным участником юридического лица.

Ссылаясь на то, что Соловьем Н.И. и ФИО4 не исполнены обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Партнер», ввиду наличия у последнего по состоянию на 01.01.2018 признаков несостоятельности, и передаче документов общества, а также на совершение подконтрольным им юридическим лицом ряда сделок, которые привели к банкротству должника, в связи с чем они подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по статьям 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), АО КБ «Интерпромбанк» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Исходя их разъяснений, изложенных в абзаце первом пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Проверив доводы АО КБ «Интерпромбанк» о наличии у ответчиков статуса контролирующих должника лиц, арбитражные суды установили, что ФИО5 и ФИО4 как участники и руководители ООО «Партнер» в определенные периоды времени, могут быть привлечены к субсидиарной ответственности при наличии совокупности необходимых условий.

Так, в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума № 53).

В пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; а также в иных случаях, предусмотренных названным Федеральным законом.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника, возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 этого же Закона, до дня возбуждения дела о банкротстве (пункт 14 постановления Пленума № 53).

В пункте 12 постановления Пленума № 53 также указано, что наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, презюмируется.

В соответствии с приведенными нормами и разъяснениями, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: 1) возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; 2) момент возникновения данного условия; 3) факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 4) объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Арбитражными судами из материалов дела установлено, что АО КБ «Интерпромбанк», сославшись на анализ финансового состояния ООО «Партнер», указало на снижении финансовых показателей общества в период 2015 – 2018 годов, а также на отсутствие операций по счетам должника в 2018 году, ввиду чего полагает, что на начало 2018 года у юридического лица имелись признаки банкротства.

Вместе с тем из решения Арбитражного суда Хабаровского края от 30.07.2019 по делу № А73-10185/2019 следует, что с ООО «Партнер» в пользу ООО «Эльбрус» взыскан основной долг в размере 14 343 000 руб., возникший из договора займа от 14.06.2016 № 14/06-З, денежные средства по которому перечислены обществу платежными поручениями от 14.06.2016 № 92 на сумму 2 990 000 руб., от 14.06.2016 № 93 на сумму 136 000 руб., от 15.08.2016 № 176 на сумму 212 000 руб., от 11.10.2016 № 211 на сумму 5 000 000 руб., от 17.10.2016 № 223 на сумму 2 000 000 руб., от 17.10.2016 № 224 на сумму 2 000 000 руб., от 18.10.2016 № 225 на сумму 2 000 000 руб., от 29.11.2016 № 333 на сумму 5 000 руб.

При этом требование о возвращении суммы займа направлено ООО «Эльбрус» в адрес должника только 26.03.2019 (претензия № 37). В связи с отсутствием у конкурсного управляющего ООО «Эльбрус» договора займа от 14.06.2016 № 14/06-З исковое заявление основывалось исключительно на сведениях оборотно-сальдовых ведомостей. Электронное дело № А73-10185/2019 данного договора также не содержит. В материалах настоящего дела о банкротстве отсутствуют первичные документы, позволяющие установить дату возникновения у должника обязанности по возврату займа по договору от 14.06.2016 № 14/06-З.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 16.09.2019 по делу № А73-13953/2019 с ООО «Партнер» в пользу ООО «Эльбрус» также взыскана задолженность в размере 5 793 000 руб.

При рассмотрении данного иска установлено, что 07.09.2016 между ООО «Эльбрус» (покупатель) и ООО «Партнер» (продавец) заключен договор купли-продажи квартиры от № 24-КП/КК-4, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил в собственность двухкомнатную квартиру № 47, расположенную на 11 этаже в доме по адресу <...>, общей площадью 71,7 кв.м стоимостью 5 793 000 руб. Покупатель обязался произвести оплату не позднее 20.09.2016. После 16.09.2016 заключено соглашение о расторжении договора купли-продажи от 07.09.2016 № 24-КП/КК-4, в соответствии с пунктом 3 которого денежная сумма в размере 5 793 000 руб., полученная ООО «Партнер» на текущую дату по договору купли-продажи квартиры, подлежит возврату в полном объеме в срок не позднее, чем через 180 календарных дней. Впоследствии 21.12.2016 ООО «Эльбрус» направило в адрес ООО «Партнер» требование о возврате оплаченной суммы в размере 5 793 000 руб. Общество в ответе от 26.12.2016 подтвердило намерение исполнить в установленный срок обязательство по возврату денежных средств. Соответственно обязанность по возвращению денежных средств возникла в марте 2017 года.

По пояснениям, данным представителями Соловья Н.И. и ФИО4 в судебном заседании, ввиду вхождения ООО «Эльбрус» и ООО «Партнер» в одну группу компаний на стадии исполнения данного судебного решения была достигнута договоренность о предоставлении отсрочки исполнения в связи с наличием у должника активов в виде договоров участия в строительстве, заключенных с обществом с ограниченной ответственностью «Диалог» (далее – ООО «Диалог»).

Определением суда от 09.01.2020 по настоящему делу о банкротстве в реестр требований кредиторов должника включено требование АО КБ «Интерпромбанк» в размере 107 266 179,03 руб., основанное на кредитном договоре от 16.12.2014 № 424-02-31982/РКЛ, исполнение обязательств по которому было обеспечено 37 договорами участия в долевом строительстве, заключенных должником и ООО «Диалог».

Из первичной документации, приложенной к заявлению банка о включении требований в реестр требований кредиторов должника, судами установлено, что погашение по кредитному договору производилось ООО «Партнер» 29.12.2016, 03.08.2016, 04.08.2016 и 15.08.2016. В соответствии с заключенными дополнительными соглашениями к кредитному договору от 16.12.2014 № 424-02-31982/РКЛ сроки уплаты процентов и основного долга неоднократно переносились, вышеуказанные погашения произведены в соответствии с условиями дополнительных соглашений от 01.12.2015 № 1, от 12.06.2016 № 2 и от 27.06.2016 № 3. После 27.06.2016 оплата не производились в связи с переносами дополнительными соглашениями сроков уплаты процентов и основного долга.

Определением суда от 26.08.2020 по настоящему делу о банкротстве в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ООО «Эльбрус» в размере 89 241 800 руб., возникшее из договора поручительства от 03.02.2016 № 1, обеспечивающего исполнение обязательств общества с ограниченной ответственностью «Монолог» (должник; далее – ООО «Монолог») по договору займа от 03.02.2016 № 0302-3 перед кредитором. Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Хабаровского края от 23.08.2019 по делу № А73-10187/2019 с ООО «Монолог» в пользу ООО «Эльбрус» взыскана задолженность в размере 89 241 800 руб. Из указанного судебного решения также следует, что 27.03.2019 ООО «Эльбрус» как заемщиком в адрес ООО «Монолог» направлено уведомление-претензия от 26.03.2019 № 35 (исх.), в которой конкурсный управляющий кредитора потребовал в течении 20 дней с момента получения указанного требования перевести на расчетный счет организации денежные средства, перечисленные ООО «Монолог» на основании договора займа от 03.02.2016 № 03/02-3, а также причитающиеся проценты. Данное уведомление-претензия получено ООО «Монолог» 29.03.2019 и оставлена им без удовлетворения.

Согласно сведениям информационного ресурса «Банк данных исполнительных производств» первое исполнительное производство возбуждено в отношении ООО «Партнер» 21.03.2019 на основании судебного приказа от 06.11.2018 по делу № А73-18609/2018, которым в пользу товарищества собственников недвижимости «Амурские Зори Люкс-3» взыскана задолженность за жилищно-коммунальные услуги в размере 40 354,85 руб. за период с 01.02.2016 по 31.05.2016.

Ссылаясь на анализ финансового состояния должника, подготовленный временным управляющим ФИО6 (представлен в суд 29.09.2020), АО КБ «Интерпромбанк» указало на снижение размера активов общества в период с 2016 по 2018 годы (с 410 474 000 руб. до 334 195 000 руб. – на 18,5%), отрицательное значение собственных средств должника за период с 2015 по 2017 годы (– 125 771 000 руб. на 2018 год). По указанию банка ликвидные активы присутствовали на балансе предприятия только в период 2015 – 2016 годов анализируемого периода с тенденцией к резкому уменьшению с 2 110 000 руб. в 2015 году до 8 000 руб. в 2016 году, на конец 2017 года ликвидные активы отсутствовали.

Настоящее дело о банкротстве возбуждено 13.09.2019, соответственно, с учетом положений статьи 70 Закона о банкротстве и пункта 2 Временных правил проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 855, период исследования в рамках анализа финансового состояния должен быть произведен не менее чем с 13.09.2017 по 13.09.2019. Исследование периода превышающего двухлетний срок до возбуждения дела о банкротстве законом не запрещено. Между тем временным управляющим анализ финансового состояния ООО «Партнер» произведен за период 2015 – 2017 годов. Выводы временного управляющего сделаны исходя из финансового положения общества на конец 2017 года, с указанием на то, что имущество должника состоит в основном из дебиторской задолженности. Анализ финансовых показателей за 2018 год и 8 месяцев 2019 года в нем отсутствует.

При таких обстоятельствах анализ временного управляющего финансового состояния должника не принят судами в качестве надлежащего доказательства по спору.

В то же время в подтверждение реального экономического положения ООО «Партнер» ФИО4 в материалы дела представлен анализ финансовой деятельности ООО «Партнер», выполненный аудитором индивидуальным предпринимателем ФИО9 за период с 2014 года (с даты образования ООО «Партнер», с учетом заключения основных договоров долевого участия в строительстве в 2014 году) по 31.12.2018, при проведении которого исследованы данные бухгалтерской отчетности и основные сделки должника (договоры долевого участия в строительстве, кредитный договор с АО КБ «Интерпромбанк», информация об изменениях в проектную декларацию по объекту капитального строительства «Жилой комплекс по ул. Салтыкова-Щедрина, 1», расшифровка имущества, дебиторов и кредиторов) за 2014 – 2018 годы.

По результатам проведенного исследования аудитором заключена невозможность определения точки неплатежеспособности ООО «Партнер». Также сделан вывод, что неудовлетворительное финансовое положение общества до 2017 года связано со спецификой инвестиционной деятельности, которая предполагает доход в будущем. После 2017 года неудовлетворительное финансовое положение должника связано с независящими от него хозяйственными (предпринимательскими) рисками в виде не сдачи застройщиком объекта строительства «Жилой комплекс по ул. Салтыкова-Щедрина, 1» и, соответственно, невозможностью реализовать должником объекты недвижимости. В случае своевременной сдачи застройщиком ООО «Диалог» инвестору ООО «Партнер» объектов недвижимости по договорам участия в долевом строительстве от 16.12.2014 №№: 178-СЩ/К-З – 216-СЩ/К-З «Жилой комплекс по ул. Салтыкова-Щедрина, 1», должник за счет имеющихся 37 объектов долевого участия в строительстве, смог бы покрыть вложенные инвестиции и рассчитаться с кредиторами.

В порядке статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим АО КБ «Интерпромбанк» выводы аудитора ФИО9 под сомнение не поставлены и документально не опровергнуты.

Из материалов дела о банкротстве ООО «Партнер» не усматривается наличие у должника активов в виде иных договоров участия в долевом строительстве помимо ООО «Диалог».

На основании совокупности изложенных обстоятельств, учитывая, что дело о банкротстве ООО «Диалог» (ИНН: <***>) № А73-14263/2017 возбуждено 15.09.2017, одновременно с этим первая процедура в отношении данного должника введена судом только 16.01.2020, в том числе ввиду отказов заявителей от поданных заявлений и производимых должником погашений задолженности и переносом сроков окончания строительства «Жилого комплекса по ул. Салтыкова-Щедрина» (25.09.2017, 27.02.2018, 22.04.2019, 11.07.2019), суды не усмотрели совокупность условий для обращения Соловья Н.И. по состоянию на 01.01.2018 и ФИО4 в период с 28.11.2018 по 27.08.2019 с заявлением о признании должника несостоятельным.

Исходя из установленных обстоятельств, по мнению судов, ООО «Партнер» и ООО «Эльбрус», входящие в одну группу компаний (наряду с обществом с ограниченной ответственностью «Тутта» и ООО «Монолог» (установлено постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2021 по делу № А40-165463/2019)), а также АО КБ «Интерпромбанк», который на основании положений кредитного договора от 16.12.2014 № 424-02-31982/РКЛ (пункт 6.7.1) осуществлял контроль за финансово-экономической деятельностью общества, добровольно продлевали сроки исполнения должником имеющихся обязательств ввиду наличия у него активов в виде договоров долевого участия в строительстве с ООО «Диалог», сдача объектов строительства по которым неоднократно продлевалась застройщиком.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе следующего обстоятельства – причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона.

При этом в соответствии с пунктом 23 постановления Пленума № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

Обосновывая свою позицию о том, что действия Соловья Н.И. и ФИО4 привели к объективному банкротству ООО «Партнер», АО КБ «Интерпромбанк» указывает на то, что общество в период снижения финансовых показателей приняло на себя обязательства по договору займа от 14.06.2016 № 14/06-З, заключенному с аффилированным лицом – ООО «Эльбрус» (которое в дальнейшем не было исполнено), в связи с чем произошел рост кредиторской задолженности, послуживший основанием для подачи данным кредитором заявления о признании должника банкротом.

Однако судами установлено, что из представленной в материалы дела банковской выписки по специальному расчетному счету № <***>, открытому в публичном акционерном обществе Банк «Финансовая Корпорация Открытие» (далее – ПАО Банк «ФК Открытие»), денежные средства, полученные по договору займа от 14.06.2016 № 14/06-З, направлены в полном объеме на оплату: по договорам долевого участия в строительстве от 27.07.2015 № 364-К/К-2 (платежное поручение от 14.06.2016 № 41) и от 27.07.2015 № 364-К/К-2 (платежное поручение от 14.06.2016 № 42); на частичное погашение основного долга по кредитному договору от 16.12.2014 № 424-02-31982/РКЛ (платежные поручения от 15.08.2016 № 59, от 17.10.2016 № 75 и № 76, от 18.10.2016 № 77); на возврат по договору займа от 10.03.2016, получатель – ФИО10 (платежное поручение от 11.10.2016 № 74).

Соответственно, значительная часть поступивших от ООО «Эльбрус» денежных средств направлена на погашение заемных обязательств должника перед самим АО КБ «Интерпромбанк» в соответствии со сроками, установленными дополнительными соглашениями к кредитному договору.

В дополнительных пояснениях от 25.07.2023 банк также указывал, что 11.10.2016 со счета ООО «Партнер» осуществлен перевод 5 000 000 руб. в адрес ФИО10, с назначением платежа: «возврат по договору займа № б/н от 10.03.2016 (16%), без НДС»; 23.06.2017 произведено перечисление денежных средств в размере 6 800 000 руб. в адрес Соловья Н.И. с назначением платежа: «возврат займа по договору займа №б/н от 22.09.2016»; 23.06.2017 перечислен 1 100 000 руб. в адрес общества с ограниченной ответственностью «Премиум» (далее – ООО «Премиум»), с назначением платежа: «возврат предоплаты по договору поставки от 01.08.2016 № ТМЦ-П/Т/2016, по письму от 23.06.2017, в т.ч. НДС – 167796,61 руб.»; 23.06.2017 денежные средств в размере 3 822 891,66 руб. направлены в адрес индивидуального предпринимателя ФИО11, с назначением платежа: «оплата по предварительному договору от 01.06.2017 № ПД-П/М-2017 за производственные помещения», при этом в выписках по расчетным счетам общества в ПАО Банк «ФК Открытие» и АО КБ «Интерпромбанк» отсутствуют операции по получению должником указанных денежных средств.

Между тем правомерность возвращения 11.10.2016 ФИО10 5 000 000 руб. следует из представленного в материалы дела платежного поручения от 10.03.2016 № 1 о предоставлении ООО «Партнер» указанным лицом займа в размере 69 825 000 руб. В подтверждение перечисления 23.06.2017 Соловью Н.И. 6 800 000 руб., имеется выкопировка из выписки по лицевому счету должника № 40702810201010031982, в которой имеются сведения о предоставлении ответчиком должнику займа в размере 7 500 000 руб.

Данные сведения АО КБ «Интерпромбанк» как заявителем по обособленному спору и обладателем сведений о движении денежных средств по счету должника № 40702810201010031982 в порядке статьи 65 АПК РФ документально не опровергнуты. Полная выписка по данному счету в материалы обособленного спора не представлена. Перечисления от 23.06.2017 в пользу ООО «Премиум» в размере 1 100 000 руб., а также от 23.06.2017 в пользу ФИО11 на сумму 3 822 891,66 руб. в качестве недействительных сделок в процедуре банкротства не оспаривались.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание перенос сроков сдачи объекта строительства ООО «Диалог», повлиявший на возможность исполнения ООО «Партнер» своих обязательств перед кредиторами, приведенные перечисления денежных средств не повлекли несостоятельность должника.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве ответственность, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 7, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64 и пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Кроме того, названная ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 401 и пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В пункте 24 постановления Пленума № 53 разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Из материалов дела арбитражными судами установлено, что определением суда от 11.03.2020 по настоящему делу о банкротстве на ФИО4 как последнего руководителя ООО «Партнер» возложена обязанность передать временному управляющему должника надлежащим образом заверенные копии документов с 2016 года по настоящее время, согласно перечню, приведенному в резолютивной части судебного акта.

С целью принудительного исполнения определения от 11.03.2020 выдан исполнительный лист серии ФС № 030919325, на основании которого 14.07.2020 возбуждено исполнительное производство № 30323/20/27002-ИП.

По акту приема-передачи документов от 14.07.2020 ФИО4 передал временному управляющему ФИО12 истребованную в судебном порядке документацию, согласно перечню, приведенному в определении суда от 11.03.2020, в связи с чем Отделом судебных приставов по Кировскому району города Хабаровска 09.11.2021 исполнительное производство № 30323/20/27002-ИП окончено.

Также в рамках дела о банкротстве определением от 25.06.2020 судом по заявлению временного управляющего ФИО12 у обществ с ограниченной ответственностью «Проминстрах», «Эридан», «А Групп», «Премиум», «АмурСтройСервис», «Мастер Билл», «Диалог» и «Тутта» истребованы документы, подтверждающие встречное исполнение по полученным от должника денежным средствам (в том числе договоры, соглашения, товарно-транспортные накладные, акты приемки-передачи выполненных работ, оказанных услуг и иную первичную и исполнительную документацию).

В таком случае, по мнению нижестоящих судов, АО КБ «Интерпромбанк» не обосновало и не доказало, каким именно образом отсутствие тех или иных документов и сведений препятствовало проведению процедуры банкротства, в ходе которого сформирована конкурсная масса из принадлежащих должнику прав участника долевого строительства, объекты долевого строительства реализованы и частично погашены требования банка.

Таким образом, исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций признали необоснованными требования АО КБ «Интерпромбанк» о привлечении Соловья Н.И. и ФИО4 к субсидиарной ответственности по подпунктам 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 и статьи 61.12 Закона о банкротстве.

При этом посчитав возможным принять отказ ООО «Эльбрус» от заявленных требований, суд первой инстанции прекратил производство по заявлению кредитора.

Арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражными судами первой и апелляционной инстанций, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы (часть 1 статьи 286 АПК РФ).

Поскольку кассационная жалоба АО КБ «Интерпромбанк» не содержит доводов о нарушении судом процессуального законодательства при принятии отказа ООО «Эльбрус» от заявленных требований, судебный акт первой инстанции проверке в указанной части не подлежит.

Оснований не согласиться с выводами судов об отсутствии совокупности необходимых условий для привлечения контролирующих должника лиц к гражданско-правовой ответственности в виде убытков у кассационной инстанции не имеется.

Доводы о том, что, контролирующими должника лицами совершены действия, которые привели к объективному банкротства ООО «Партнер», а именно в период подозрительности (с 11.10.2016 по 23.06.2017) осуществлен перевод денежных средств должника в общем размере 16 722 891,66 руб. аффилированным лицам в отсутствие встречного предоставления, не принимаются судом округа.

При рассмотрении обособленного спора судами нижестоящих инстанций установлено, что основным активом ООО «Партнер» как организации осуществляющей покупку и продажу собственного недвижимого имущества, являлись права по договорам участия в строительстве. Невозможность исполнения должником своих обязательств перед кредиторами возникла вследствие неоднократного переноса сроков сдачи объекта строительства ООО «Диалог». Совершенные в указанный период перечисления денежных средств не были значимыми для общества сделками применительно к масштабам его деятельности, не являлись существенно убыточными и совершены в обычной хозяйственной деятельности, что подтверждается представленными в материалы обособленного спора доказательствами.

Как верно отмечено судом первой инстанции, субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Соответственно не любое действие должно толковаться против ответчика, а лишь виновное действие, в результате совершения которого стало невозможным полное погашение требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308- ЭС17-6757(2,3)).

Довод о том, что исходя из структуры баланса должника и анализа финансово-хозяйственной деятельности, ООО «Партнер» с конца 2016 года не могло погасить образовавшуюся задолженности, имущество, подлежащее реализации у него отсутствовало, а выручка была сокращена, то есть на начало 2017 года у должника имелись признаки банкротства, в связи с чем ФИО5 как учредитель и руководитель должен был принять решение о подаче заявления о банкротстве общества, также подлежит отклонению, поскольку, с учетом специфики деятельности общества, судами фактически установлено, что руководители должника разумно рассчитывали на преодоление финансовых трудностей после исполнения ООО «Диалог» своих обязательств по договорам участия в долевом строительстве.

Более того, оценивая поведение самого АО КБ ««Интерпромбанк» предоставившего ООО «Партнер» кредит, обеспеченный залогом прав по 37 договорам участия в долевом строительстве, кредитор также полагал, что заемные обязательства будут исполнены в будущем, в связи с чем допускал неоднократное перенесение срока возврата денежных средств, при частичном погашении долга обществом.

В целом доводы кассационной жалобы не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, являлись предметом их рассмотрения и по существу сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств.

Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 15.09.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2023 по делу № А73-16087/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья Е.О. Никитин

Судьи А.Ю. Сецко

Е.С. Чумаков