Решение от 2 декабря 2022 г. по делу № А24-4837/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А24-4837/2021
г. Петропавловск-Камчатский
02 декабря 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 28 ноября 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 02 декабря 2022 года.


Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «МАРКУЗ» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Край Камчатки» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 40 928 250 руб.,

при участии:

от истца: ФИО3 – представитель по доверенности от 07.02.2022 (сроком на два года), диплом,

от ответчика: ФИО4 – представитель по доверенности от 08.12.2021 (сроком на 1 год), удостоверение адвоката № 96, ФИО5 – представитель по доверенности от 08.12.2021 (сроком на 1 год), удостоверение адвоката № 306,

от третьего лица: не явились,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, Предприниматель, ИП ФИО2, место жительства: 694046, Сахалинская область, Анивский район, с. Троицкое) обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «МАРКУЗ» (далее – ответчик, ООО «МАРКУЗ», адрес: 684005, <...>) о взыскании 40 928 250 руб., включающих 33 744 350 руб. убытков в виде стоимости доли истца от объема вылова, которая ему не передана ответчиком, 4 669 925 руб. долга за оказанные истцом услуги по вылову сырца из расчета 13 руб. за 1 кг от 50 % доли ответчика от объема вылова, 2 362 937,98 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 16.01.2020 по 23.04.2021, с последующим взысканием процентов по день фактической оплаты долга.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 15, 307-310, 393, 395, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору об оказании услуг от 08.07.2019 (с учетом дополнительного правового обоснования согласно заявлению от 05.11.2021, вх. от 02.11.2021).

Определением от 13.12.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Край Камчатки» (далее – третье лицо, ООО «Край Камчатки», адрес: 684005, <...>).

В период с 13.12.2021 по 10.10.2022 производство по делу приостанавливалось до вступления в законную силу судебного акта, принятого по итогам рассмотрения по существу дела № А24-478/2021.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проводилось в отсутствие третьего лица, извещенного о месте и времени его проведения надлежащим образом по правилам статей 121-123 АПК РФ и не явившегося в суд.

До начала судебного заседания от истца поступило ходатайство о приостановлении производства по дела, поддержанное представителем истца в судебном заседании.

Рассмотрев ходатайство истца, выслушав мнение представителя ответчика, суд протокольным определением от 28.11.2022 отказал в приостановлении производства по делу ввиду отсутствия на то безусловных оснований.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, на который ссылается истец в обоснование ходатайства, арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

В соответствии с данной нормой обязанность приостановить производство по делу связана не с фактом наличия в производстве суда другого дела, а с невозможностью рассмотрения арбитражным судом спора до принятия решения по другому делу (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2019 по делу № 305-ЭС19-8916). Невозможность рассмотрения одного дела до разрешения другого дела, на что ссылается истец как на основание для приостановления производства по делу (пункт 1 части 1 статьи 143 АПК РФ), обусловлена отсутствием итогового судебного акта, принятого по существу спора, имеющего существенное значение для разрешения другого дела.

Однако в рамках дела № А24-478/2021 спор по существу рассмотрен, дело являлось предметом апелляционного и кассационного обжалования, а Верховный Суд Российской Федерации отказал в передаче дела для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Обжалование истцом определения Верховного Суда Российской Федерации по смыслу пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ не образует безусловных препятствий для рассмотрения настоящего дела.

Поскольку объективной невозможности рассмотрения настоящего дела судом не установлено, правовых оснований для удовлетворения ходатайства истца и приостановления производства по делу не имеется.

По результатам разрешения ходатайства о приостановлении производства по делу представитель истца заявил ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании. В обоснование ходатайства представитель истца указал, что не готовился к рассмотрению спора по существу, поскольку рассчитывал на удовлетворение ходатайства о приостановлении производства по делу.

Выслушав мнение представителя ответчика по заявленному ходатайству, суд отказал в его удовлетворении, поскольку неподготовленность представителя к судебному заседанию не является уважительной причиной для отложения рассмотрения дела и влечет нарушение баланса интересов сторон и прав ответчика, подготовившегося к процессу надлежащим образом, на своевременное судебное разбирательство.

Ввиду отказа в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по делу, представитель истца давать пояснения по существу спора отказался, сославшись на отсутствие целесообразности в рассмотрении настоящего спора до разрешения дела № А24-478/2021. При этом представителем истца в порядке реализации процессуальных прав заданы вопросы ответчику, а также даны объяснения суду по представленным им дополнительным доказательствам (приказ о назначении ответственного лица по рыбопромысловому участку, протоколы допроса работников, решение суда по требованиям о взыскании с ООО «МАРКУЗ» заработной платы).

Представитель ответчика в судебном заседании настаивал на необоснованности исковых требований, просил в удовлетворении иска отказать.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Как видно из искового заявления, дополнительных письменных пояснений истца и представленных в материалы дела доказательств, обращаясь с рассматриваемыми требованиями в суд, Предприниматель ссылается на неисполнение ООО «МАРКУЗ» обязательств по договору об оказании услуг от 08.07.2019, по условиям которого ИП ФИО2 (исполнитель) принял на себя обязательство оказать ООО «МАРКУЗ» (заказчик) услуги по вылову рыбы силами бригадой прибрежного лова, ставными неводами, в объеме выделенных лимитов заказчика, а именно: горбуши, кеты, кижуча, нерки прибрежного промысла, – в Петропавловск-Командорской подзоне на рыбопромысловом участке заказчика № 1127 Авачинского залива, общей площадью 6 кв.км, шириной 3 км от границы устья р. Вахиль, длинной 2 км (пункт 1.1 договора).

Конкретное количество рыбы определяется сторонами в приложении № 1, а сроки оказания услуг – в приложении № 2 на основании разрешительных билетов, выдаваемых заказчику уполномоченным органом (пункт 1.2 договора).

Согласно пункту 1.4 договора стоимость услуг исполнителя составляет 50 % выловленного сырца, которым исполнитель вправе распорядиться по своему усмотрению, оставшиеся 50 % – доля заказчика. Заказчик производит оплату за услуги в срок не позднее 15 дней после окончания срока действия разрешительного билета на вылов рыбы путем составления акта раздела выловленного сырца и выставления счета-фактуры за долю сырца исполнителя. Заказчик оплачивает исполнителю за 50 % (доля заказчика) выловленной рыбы 13 руб. за килограмм продукции.

В разделе 2 договора определены права и обязанности сторон.

В частности, исполнитель обязуется: производить вылов своими силами, плавсредствами и орудиями лова; организовать надлежащую добычу горбуши, кеты, кижуча, нерки в объемах и в сроки, установленные договором; локальным актом назначить лицо ответственное за добычу (вылов) водных биоресурсов на промысловом участке заказчика и предоставить надлежащим образом заверенную копию локального акта заказчику; обеспечить рыбопромысловую бригаду оборудованием и средствами для взвешивания улова; к началу срока оказания услуг и по договору заключить соответствующие договоры с перерабатывающими комплексами и пунктами сдачи сырца; обеспечить строгий учет выловленной рыбы, включая ведение промыслового журнала, составление приемо-сдаточных документов, подтверждающих сдачу уловов; осуществлять ежесуточное предоставление сведений об объемах выловленной рыбы посредством телефонной или электронной связи представителю заказчика.

Заказчик при этом обязуется: оплатить услуги исполнителя в размере и в сроки, предусмотренные пунктом 1.4 договора; обеспечить получение документации, предоставляющей исполнителю право на вылов горбуши и кеты; своевременно оформить разрешительные и промысловые документы; организовать доставку выловленной рыбы своими силами, способами и в сроки, в результате применение которых не произойдет ухудшения качества выловленной рыбы и, как следствие, уменьшения товарно-потребительских свойств выловленной рыбы, влияющих на ее стоимость.

Истец утверждает, что свои обязательства по договору об оказании услуг от 08.07.2019 исполнил надлежащим образом, в подтверждение чего ссылается на следующие представленные в материалы дела документы:

– приказ от 21.05.2019 о назначении ФИО6 ответственным бригадиром на участке № 1127 (к иску приложен приказ ООО «МАРКУЗ» от 21.05.2019 № 3-п, в судебном заседании 28.11.2022 истцом представлен приказ от аналогичной даты за номером 1, изданный ИП ФИО2);

– договоры оказания услуг (работ) от 01.05.2019, заключенный ИП ФИО2 с гражданами ФИО7 и ФИО8, из содержания которых следует, что перечисленные лица приняли на себя обязательство оказать истцу услуги в составе бригады стана (совместно с работниками ООО «МАРКУЗ» или без них) по вылову рыбы с исопльзованием плавсредств и оборудования ИП ФИО2, а также по погрузке рыбы или рыбной продукции, обслуживанию неводов, ведению учета рыбы и рыбной продукции в период с 30.05.2019 до окончания вылова, район промысла: устье реки Вахиль, участок № 1127 ООО «МАРКУЗ»;

– судовая роль (список бригады) РПУ № 1127от 08.07.2019, подписанная генеральным директором ООО «МАРКУЗ», согласно которой 15 человек бригады, включая бригадира ФИО6, осуществляли работу на плавсредствах Вахиль-1 (регистрационный № 10111962), Вахиль-2 (регистрационный № 10111970), Вахиль-3 (регистрационный № 10111981), Вахиль-4 (регистрационный № 10111997), Вахиль-5 (регистрационный № 10112001);

– судовые билеты на вышеперечисленные плавсредства, в которых указано, что все они находятся в собственности ИП ФИО2;

– разрешение на добычу (вылов) водных биологических ресурсов от 30.05.2019 № 41201901301, согласно которому добыча осуществляется с 05.07.2019 по 31.12.2019 в устье реки Вахиль, участок 1127, ответственный за вылов ФИО6, бригадир;

– договор транспортной экспедиции от 15.05.2019 № 15/05/19, заключенный истцом (исполнитель) с ООО «Край Камчатки» (заказчик), которому, как утверждает истец, согласно устной договоренности с ответчиком он должен был поставить рыбу-сырец. По условиям договора транспортной экспедиции истец обязуется поставить рыбу-сырец с рыбопромыслового участка № 1127, а третье лицо – принять сырец и оплатить доставку. В подтверждение исполнения договора представлен подписанный ответчиком и третьим лицом акт оказания услуг и УПД от 25.09.2019 № 9 о выполнении Предпринимателем третьему лицу услуг по доставке груза на основании договора от 15.05.2019 № 15/05/19 на сумму 1 077 675 руб.

– сопроводительное письмо от 15.11.2019 № 1, адресованное ООО «МАРКУЗ», в котором сообщается об исполнении ИП ФИО2 обязательств по договору об оказании услуг, заключенному 08.11.2019 (дата не соответствует дате представленного в дело договора), и осуществлении вылова рыбы в объеме 718450 кг. Также в письме сообщается о направлении акта от 16.09.2019 № 28 об оказании услуг и счета-фактуры от 16.09.2019 № 28 с целью решения вопроса об организации расчетов по договору об оказании услуг. Документы, подтверждающие направление письма, в материалы дела не представлены;

– подписанный истцом в одностороннем порядке универсальный передаточный документ (УПД) от 16.09.2019 № 28 о передаче от ИП Ковалева ООО «МАРКУЗ» рыбопродукции в объеме, наименовании и по цене, перечисленным в указанном документе, (суммарный объем 718 450 кг) на общую стоимость 67 488 700 руб. Основанием передачи рыбопродукции в УПД от 16.09.2019 № 28 указан договор от 20.06.2019 (не соответствует дате договора, положенного в основание иска). Документы, подтверждающие направление УПД (как вместе с письмом от 15.11.2019, так и отдельно), в материалы дела не представлены;

– подписанный истцом в одностороннем порядке акт от 16.09.2019 № 28 с поименованной в нем рыбопродукцией в суммарном объеме 718 450 кг на общую стоимость 67 488 700 руб. Основанием составления акта указан счет-фактура от 16.09.2019 № 28. Документы, подтверждающие направление акта (как вместе с письмом от 15.11.2019, так и отдельно), в материалы дела не представлены.

Также в иске истец ссылается на наличие журнала промысла на промысловый участок №1127 (регистрационный номер 41-2323 от 2019 года) в подтверждение добычи рыбы не участке устья реки Вахиль в Камчатском крае в период с 11.07.2019 по 11.09.2019, учет выловленной продукции за указанный период времени, ведение журнала ФИО6 Однако данный документ к иску не приложен и в последующем в суду не представлен.

09.12.2019 истец направил в адрес ответчика претензию, в которой ссылаясь на исполнение обязательств по договору об оказании услуг от 08.11.2019 (дата не соответствует дате представленного в дело договора) потребовал произвести оплату оказанных услуг, в том числе: оплатить 13 руб. за килограмм продукции с 50 % выловленного сырца, причитающегося ООО «МАРКУЗ», подписать акт о разделе сырца и отписать 50 % выловленного сырца Предпринимателю, а при отсутствии сырца – выплатить его стоимость. К претензии приложен акт о разделе сырца от 16.09.2019, подписанный истцом в одностороннем порядке, а также акт и УПД от 16.09.2019 № 28.

Ссылаясь на неисполнение требований претензии, Предприниматель обратился с рассматриваемым иском в суд.

В соответствии с частью 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Истец настаивает, что между сторонами возникли обязательственные отношения, урегулированные договором об оказании услуг от 08.07.2019, предметом которого является возмездное оказание истцом ответчику услуг по вылову водных биологических ресурсов на возмездной основе с получением оплаты услуг в виде половины выловленной рыбопродукции и денежного вознаграждения за вылов, рассчитанного по согласованной договором цене от объема второй половины рыбопродукции, подлежащей передаче ответчику.

Вместе с тем как следует из судебных актов, принятых по результатам рассмотрения по существу дела № А24-478/2021, стороны действительно имели намерение вступить в обязательственные правоотношения по вопросу вылова ответчиком для истца рыбопродукции на основании имеющейся у ООО «МАРКУЗ» разрешительной документации, однако им не удалось достигнуть соглашения по существенным условиям такого соглашения.

Производство по указанному делу инициировало ООО «МАРКУЗ», заявившее требование о расторжении заключенного сторонами договора оказания услуг от 20.06.2019, а ИП ФИО2 обратился с встречным иском о признании договора оказания услуг от 20.06.2019 незаключенным и недействительным и о признании заключенным договора оказания услуг от 08.07.2019.

При рассмотрении дела № А24-478/2021 установлено существование трех варианта договора оказания спорных услуг:

1) договор от 15.05.2019, представленный в материалы дела ИП ФИО2, согласно которому стоимость услуг составляла 1,50 руб. за 1 кг выловленной рыбопродукции;

2) договор от 08.07.2019, на заключенности которого настаивает ИП ФИО2 и условия которого приведены ранее в настоящем решении;

3) договор от 20.06.2019, представленный в материалы дела № А24-478/2021 ООО «МАРКУЗ», идентичный по содержанию договору от 08.07.2019, за исключением пункта 1.4, определяющего стоимость услуг исполнителя, которая в варианте договора ООО «МАРКУЗ» составила 1 руб. за один килограмм выловленного сырца.

Все три варианта договора соответствуют друг другу, за исключением раздела 4, определяющего стоимость услуг, из чего следует, что стороны пытались согласовать указанные условия в части стоимости, а другие условия договора спора не вызвали.

Решением суда первой инстанции от 02.11.2021 в удовлетворении первоначального иска ООО «МАРКУЗ» суд отказано, встречный иск удовлетворен частично:

договор об оказании услуг от 20.06.2019 признан незаключенным;

договор об оказании услуг от 08.07.2019 признан заключенным;

в удовлетворении остальной части встречного иска отказано.

В ходе судебного разбирательства судом первой инстанции назначалась технико-криминалистическая экспертиза, а также принято во внимание представленное в материалы дела внесудебное технико-криминалистическое исследование.

В частности, признавая договор от 20.06.2019 незаключенным, суд первой инстанции исходил из выводов, изложенных в заключении эксперта, указывающих на использование при формировании договора оказания услуг от 20.06.2019 разных оригинал-макетов (электронных файлов договоров), распечатывание печатного текста на страницах договора от 20.06.2019 не в естественной последовательности, не за одну закладку бумаги, а с разницей во времени.

По итогам проведенной судебной экспертизы эксперт указал на невозможность установить, ФИО9 (генеральный директор ООО «МАРКУЗ») или другим лицом выполнены подписи от имени ФИО9, расположенные в реквизитах «Ген. директор» в договоре оказания услуг от 08.07.2019 и договоре оказания услуг от 20.06.2019, ввиду низкого качества копий документов, представленных на исследование, а также поскольку подписи выполнены простыми движениями, с относительной краткостью и простотой строения исследуемых подписей, вариативностью в образцах, что ограничило объем графической информации необходимой для идентификации исполнителя.

В то же время, признавая договор от 08.07.2019 заключенным, суд первой инстанции руководствовался показаниями опрошенных свидетелей, а также заключением эксперта, согласно которому печатные тексты в договоре оказания услуг от 08.07.2019 выполнены на одном и том же струйном принтере или многофункциональном копировально-множительном устройстве с функцией струйного принтера, при формировании договора использован один и тот же оригинал-макет (электронный файл договора), печатные тексты в договоре от 08.07.2019 распечатаны в естественной последовательности, за одну закладку бумаги. Также суд принял во внимание, что подпись директора ООО «МАРКУЗ» на договоре от 08.07.2019 заверена печатью Общества, о фальсификации которой или о выбытии которой из ведения Общества не заявлялось, суд пришел к выводу, что наличие печати на договоре также подтверждает факт его подписания уполномоченным лицом со стороны ООО «МАРКУЗ».

Повторно пересматривая дело № А24-478/2021, Пятый арбитражный апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции в части признания заключенным договора от 08.07.2019, и отказал в удовлетворении требований ИП ФИО2, изложенных во встречном иске.

Апелляционный суд принял во внимание заключение судебной технико-криминалистической экспертизы, и поскольку выводы эксперта по установлению факта подписания или неподписания ФИО9 договора от 08.07.2019, не дали определенного ответа на поставленный вопрос, эксперт не определил однозначно, что договор подписан ФИО9, апелляционный суд пришел к выводу, поддержанному судом кассационной инстанции, о необходимости исследовать обстоятельства сложившихся правоотношений между сторонами для того, чтобы определить, пришли или нет ООО «МАРКУЗ» и ИП ФИО2 к соглашению о существенных условиях договора оказания услуг.

Проанализировав фактические обстоятельства дела, учитывая попытки сторон согласовать редакции спорного договора в части, касающейся стоимости услуг, с учетом сложившихся обстоятельств, касающихся взаимоотношений сторон, апелляционная коллегия пришла к выводу о том, что ООО «МАРКУЗ» и ИП ФИО2 не согласовали стоимость оказания услуг, являющуюся в рассматриваемом случае существенным условием спорного договора оказания услуг по вылову рыбы, что препятствует признать его заключенным в любой редакции.

Довод о заключенности договора от 08.07.2019 со ссылкой на свидетельские показания самого Предпринимателя, а также показания свидетеля Палецкого, отклонены, поскольку Предприниматель в данном споре является лицом заинтересованным, а показания свидетеля Палецкого не могут подтверждать факт заключения и подписания договора, учитывая, что факт подписания спорного договора директором ООО «МАРКУЗ» экспертизой не подтвержден. Более того, как установлено экспертом, а также отражено в заключении, оттиск печати ООО «МАРКУЗ» в договоре оказания услуг от 20.06.2019 и оттиск печати ООО «МАРКУЗ» в договоре оказания услуг от 08.07.2019 выполнены разными клише круглых печатей ООО «МАРКУЗ».

Учитывая приведенные выше противоречия, а также выводы экспертов относительно как договора от 20.06.2019, так и договора от 08.07.2019, апелляционный суд усмотрел в действиях сторон, представляющих в подтверждение своих правовых позиций, порочные доказательства, нарушение статьи 10 ГК РФ, в силу чего пришел к выводу о том, что при рассмотрении как первоначального, так встречного иска следовало отказать в удовлетворении заявленных требований каждой из сторон.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 21.06.2022 постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2022 оставлено без изменения, а Верховный Суд Российской Федерации определением от 30.09.2022 отказал ИП ФИО2 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Таким образом, по результатам рассмотрения дела № А24-478/2021 установлено, что существенные условия договора об оказании услуг, связанных с выловом Предпринимателем рыбы для Общества, сторонами не согласованы, договоры об оказании услуг от 20.06.2019 и от 08.07.2019 признаны порочными доказательствами, и оснований для признания любого из них заключенным судами не установлено.

Следовательно, правовые основания ссылаться на условия договора от 08.07.2019 как на доказательство наличия между сторонами обязательственных правоотношений у ИП ФИО2 отсутствуют, и суд при рассмотрении заявленного им иска исходит из отсутствия между сторонами заключенного договора, регулирующего правоотношения по возмездному оказанию услуг.

Тем не менее, как отмечено ранее со ссылкой на положения статьи 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Обязательственные правоотношения по поводу возмездного оказания услуг урегулированы правилами главы 39 ГК РФ, а соответственно, общими положениями о подряде (статьи 702-729) и положениями о бытовом подряде (статьи 730-739) в части, не противоречащей статьям 779-782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 ГК РФ), и общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779, пунктом 1 статьи 781 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершать определенные действия или осуществлять определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Из совокупного толкования статей 702, 708, 709, 711, 720, 779, 781 ГК РФ следует, что обязательственное правоотношение по договору возмездного оказания услуг состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства исполнителя оказать услуги надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» (далее – Информационное письмо № 51) во взаимосвязи с пунктом 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными», а также правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.09.2011 № 1302/11, отсутствие самостоятельного договора подряда, заключенного в требуемой законом форме, не освобождает заказчика от оплаты фактически выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ, имеющих для последнего потребительскую ценность.

Таким образом, в случае если результат выполненных работ находится у заказчика (либо заказчику оказаны услуги) и у него отсутствуют какие-либо замечания по объему и качеству работ (услуг), отсутствие подписанного сторонами договора подряда (возмездного оказания услуг) не может являться основанием для освобождения заказчика от оплаты работ (услуг). Иной подход не защищал бы добросовестных подрядчиков (исполнителей), которые, выполнив работы (оказав услуги), не смогли бы получить за них оплату, что, в свою очередь, создавало бы на стороне заказчика неосновательное обогащение, поскольку он приобретает полезный результат работ (услуг) без эквивалентного встречного предоставления, что вступает в противоречие с положениями главы 60 ГК РФ.

Исходя из изложенного, основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ (оказанных услуг) является сдача результата работ (услуг) заказчику (статьи 702, 711, 779, 781 ГК РФ, пункт 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51).

По общему правилу, установленному пунктом 4 статьи 753 ГК РФ, сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной. В пункте 8 Информационного письма № 51 указано, что односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (пункт 4 статьи 753 ГК РФ).

Однако согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2015 № 305-ЭС15-3990, акты выполненных работ, хотя и являются наиболее распространенными в гражданском обороте документами, фиксирующими выполнение подрядчиком работ, в то же время не являются единственным средством доказывания соответствующих обстоятельств. Законом не предусмотрено, что факт выполнения работ (оказания услуг) может доказываться только актами выполненных работ (оказанных услуг) (статья 68 АПК РФ), следовательно, выполнение работ (оказание услуг) может доказываться иными документами.

По смыслу статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Оценив документы, на которые ссылается истец в обоснование заявленных требований, суд приходит к выводу о недоказанности Предпринимателем факта оказания для ООО «МАРКУЗ» спорных услуг по вылову рыбы-сырца в объеме 718 450 кг.

Напротив, совокупность представленных в материалы дела документов свидетельствует о том, что фактически вылов осуществлялся ООО «МАРКУЗ» как лицом, которому выдана разрешительная документация на вылов, которое организовало вылов и понесло связанные с выловом расходы.

В частности, согласно Правилам рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна, утвержденным Приказом Минсельхоза России от 19.05.2019 № 267, организовать работу по добыче водных биоресурсов должно лицо (лица), ответственное (ответственные) за добычу (вылов) водных биоресурсов, указанное (указанные) в разрешении на добычу (вылов) водных биоресурсов на рыболовных (рыбопромысловых) участка. Согласно пункту 19 названных Правил, именно это лицо, ответственное за добычу ВБР, распределяет обязанности между работниками юридического лица или индивидуального предпринимателя и обеспечивает соблюдение Правил рыболовства.

В материалы дела представлено разрешение на добычу водных биологических ресурсов № 412019011301, дата выдачи 30.05.2019, в котором указаны следующие основные сведения: виды ВБР – горбуша, кета, нерка, кижуч; орудия (способы добычи вылова ВБР) – невод закидной, сеть ставная; срок добычи – с 05.07.2019 по 31.12.2019. Сведения о пользователе, указанные в разрешении: ООО «МАРКУЗ», <...>, ИНН <***>.

Лицом, ответственным за добычу ВБР, в разрешении указан ФИО6, назначенный ответственным бригадиром на участке № 1127 приказом ООО «МАРКУЗ» от 21.05.2019 № 3-п.

При рассмотрении настоящего дела представитель истца в судебном заседании 28.11.2022 представил в материалы дела приказ аналогичного содержания с аналогичной датой, но изданный ИП ФИО2 за номером 1, из которого следует, что ФИО6 назначался бригадиром на время работы на спорном участке не Обществом, а Предпринимателем.

Однако изучив указанный документ, суд оценивает его критически, поскольку доказательств тому, что подобный документ раскрывался Предпринимателем ранее во взаимоотношениях с ответчиком, не содержат ни материалы рассматриваемого дела, ни судебные акты, принятые по делу № А24-478/2021, ни судебные акты Елизовского районного суда, ни представленные в материалы дела протоколы допроса.

Сам истец, обращаясь с иском и ссылаясь на приказ о назначении бригадира, прикладывает к иску именно приказ ООО «МАРКУЗ» от 21.05.2019 № 3-п, копия которого является также частью представленного в материалы дела экспертного заключения. Из судебных актов по делу № А24-478/2021 не следует, что Предприниматель ссылался на подобное доказательство при установлении вопроса о том, чьим именно работником являлся ФИО6 и кем именно он назначался бригадиром.

Суд отмечает, что спорный документ раскрыт ИП ФИО2 исключительно после того, как в принятом постановлении по делу № А24-478/2021 суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы Предпринимателя о заключенности договора от 08.07.2019, обратил внимание на то, что именно ООО «МАРКУЗ» назначило лицо, ответственное за добычу (вылов) ВБР на промысловом участке, что в соответствии с текстом договора от 08.07.2019 обязан был сделать Предприниматель.

Более того, как следует из представленного самим же истцом решения Елизовского районного суда Камчатского края от 06.07.2020 (дело № 2-160/2020) ФИО6, ФИО10, ФИО11 и ФИО12 в лице своего представителя ФИО3 (он же – представитель ИП ФИО2 в рассматриваемом деле) обратились в суд с самостоятельными исками, объединенными впоследствии судом в одно производство, к ООО «МАРКУЗ», ссылаясь на то, что с 20.06.2019 по дату принятия решения они состоят в трудовых отношениях с Обществом, которое в нарушение трудового законодательства в установленные сроки не выплатило им заработную плату за период с 20 июня по 25 ноября 2019 года, не оформило надлежащим образом прекращение трудовых отношений по окончании действия срочных трудовых договоров, заключенных с ними, и не произвело окончательный расчет, чем причинило им моральный вред.

Проанализировав представленные в материалы дела № 2-160/2020 документы, в частности: содержание разрешения на добычу водных биологических ресурсов № 412019011301, приказа ООО «МАРКУЗ» от 21.05.2019 № 3-п, утвержденную им судовую роль, – Елизовский районный суд пришел к выводу, что ФИО6 указан в перечисленных документах в качестве должностного лица ООО «МАРКУЗ» и на рыбопромысловом участке № 1127 действовал именно как работник ООО «МАРКУЗ» в составе утвержденной им бригады в качестве бригадира, на чем настаивал и сам ФИО6 предъявляя к Обществу требование о взыскании заработной платы.

Факт исполнения ФИО6 обязанностей бригадира в спорный период на спорном участке именно в качестве работника ООО «МАРКУЗ» подтверждается также и показаниями иных членов утвержденной Обществом бригады, что следует из представленных истцом в материалы дела протоколов допроса, в частности, ФИО13, ФИО14, ФИО11, ФИО10, а также протокола допроса самого ФИО6

Таким образом, лицом, ответственным за добычу ВБР в спорный период на спорном рыбопромысловом участке являлся именно работник ООО «МАРКУЗ».

При рассмотрении дела № А24-478/2021 на основе анализа представленных в дело документов, в том числе судебных актов Елизовского районного суда, установлено, что что в Елизовском районном суде Камчатского края рассмотрены исковые заявления ФИО6, ФИО10, ФИО15, ФИО16, ФИО13, ФИО14, ФИО11, ФИО12 о взыскании заработной платы и нарушении конституционных прав, предусмотренных статьями 17.19, 16, 18 Конституции Российской Федерации.

Кроме того, ИП ФИО2 представил в материалы дела № А24-478/2021 копии материалов уголовного дела № 12002300004000054, из содержания которых следует, что в отношении ФИО9 (руководитель ООО «МАРКУЗ») возбуждено уголовное дело по признакам преступления, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 145.1 УК РФ.

Решениями Елизовского районного суда Камчатского края в пользу ФИО6, ФИО10, ФИО15, ФИО16, ФИО13, ФИО14, ФИО11, ФИО12 взыскана заработная плата за период с 20.07.2019 по 12.09.2019.

В частности, из решения Елизовского районного суда Камчатского края от 06.07.2020 (дело № 2-160/2020) следует, что о работе на спорном рыбопромысловом участке в спорный период времени в качестве работников ООО «МАРКУЗ» в составе утвержденной им бригады, помимо ФИО6, заявили ФИО10, ФИО11 и ФИО12 Из письменных объяснений указанных лиц, на которые приведена ссылка в решении суда, следует, что именно работодатель ООО «МАРКУЗ» привез их к месту работы на рыбопромысловый участок № 1127, находящийся неподалеку от реки Вахиль Камчатского края, для подготовки к промыслу в период с 20 по 23 июня 2019 года; непосредственно к вылову рыбы приступили 05.07.2019 и осуществляли его до 11.09.2019. Из показаний допрошенного судом специалиста отдела кадров и главного бухгалтера Общества установлено, что текст представленных истцами трудовых соглашений подготовлен лично данным специалистом по указанию генерального директора ООО «МАРКУЗ».

Подтверждая факт трудовых отношений между перечисленными работниками и ООО «МАРКУЗ», Елизовский районный суд, проанализировав представленные доказательства, резюмировал, что судовая роль (список бригады) РПУ № 1127 от 08.07.2019, в которой ФИО6 указан в качестве бригадира, ФИО10 в качестве трамастера (заводного), ФИО11 и ФИО12 в качестве рыбаков, согласуется с разрешением № 412019011301 на добычу (вылов) биологических ресурсов, выданным Обществу, промысловым журналом на рыбопромысловый участок № 1127, имеющим регистрационный номер 41-2323/2019, и пунктами 18 и 19 Правил рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Минсельхоза России от 23.05.2019 № 267. При этом указание в судовой роли плавсредств, принадлежащих иному лицу, как указал Елизовский районный суд, не влияет на вывод о том, что перечисленные лица осуществляли трудовую деятельность, связанную с выловом рыбы на спорном рыбопромысловом участке в спорный период на основании выданного Обществу разрешения именно в качестве работников ООО «МАРКУЗ», поскольку в отличие от списка сотрудников, список плавсредств дан с указанием их регистрационных номеров, позволяющих соотнести их принадлежность другому лицу.

В решении приведены показания свидетеля ФИО17., работающего в ООО «МАРКУЗ» в спорный период, из которых следует, что на рыбопромысловом участке Общества № 1127 в рыбопромысловый сезон 2019 года вылов рыбы осуществляла только бригада ООО «МАРКУЗ»; другие лица официально разрешенный вылов рыбы на данном рыбопромысловом участке не осуществляли.

В ходе рассмотрения дела № 2-160/2020 Елизовский районный суд отклонил доводы о том, что ФИО6, ФИО10, ФИО11 и ФИО12 осуществляли добычу рыбы на рыбопромысловом участке № 1127 в качестве работников ИП ФИО2, указав, что само по себе заключение Обществом с Предпринимателем договора об оказании услуг от 20.06.2019, согласно которому названный предприниматель обязался оказать ООО «МАРКУЗ» услуги по вылову рыбы своими силами бригадой прибрежного лова и ставными неводами на рыбопромысловом участке № 1127, составление ИП ФИО2 акта от 16.09.2019 № 28 о якобы выполненных им услугах, который, тем не менее, Обществом не подписан, и выставление им Обществу счета-фактуры от 16.09.2019 № 26, доказательством наличия между истцами-работниками и ИП ФИО2 трудовых или иных правоотношений служить не может. Суд не принял перечисленные документы в качестве доказательств того, что непосредственный вылов рыбы на рыбопромысловом участке № 1127 в рыбопромысловый сезон 2019 года осуществлял ИП ФИО2, поскольку какими-либо документами первичного бухгалтерского учета, в том числе приемо-сдаточными документами либо их копиями, заверенными подписью лица, ответственного за добычу (вылов) водных биоресурсов, соответствующие обстоятельства не подтверждены, в том числе и накладными, исследованными судом и представленными сторонами, и, более того, опровергнуты свидетельскими показаниями. Перечисление в судовой роли от 08.07.2019 плавсредств, принадлежащих ФИО2, а также показания свидетеля подтверждают лишь факт использования ООО «МАРКУЗ» в рыбопромысловый сезон 2019 года на рыбопромысловом участке № 1127 маломерных судов указанного индивидуального предпринимателя.

Аналогичные выводы содержатся и в решении Елизовского районного суда Камчатского края от 30.07.2020 по иску ФИО13 к ООО «МАРКУЗ» о взыскании заработной платы.

Из установленных Елизовским районным судом обстоятельств, согласующихся с содержанием представленных в материалы дела протоколов допроса, очевидно следует, что работу по вылову рыбы на основании выданного ООО «МАРКУЗ» на принадлежащем обществу рыбопромысловом участке в спорный период времени осуществляли лица, состоявшие в трудовых отношениях именно с ответчиком, а не с истцом, вследствие чего именно на ООО «МАРКУЗ» судом возложено несение расходов на выплату указанным работникам заработной платы.

Представленные Предпринимателем договоры оказания услуг (работ) от 01.05.2019, заключенные ИП ФИО2 с гражданами ФИО7 и ФИО8, которые также значатся в судовой роли в качестве членов бригады ООО «МАРКУЗ», указанный вывод не опровергают, поскольку, из содержания этих договоров следует, что перечисленные лица приняли на себя обязательство оказать истцу услуги в составе бригады стана совместно с работниками ООО «МАРКУЗ» или без них. То есть содержание договоров предполагает оказание услуг перечисленными лицами совместно с работниками ООО «МАРКУЗ», а, соответственно, не опровергает факт вылова рыбы силами работников Общества.

Однако в отличие от Общества, Предприниматель не представил доказательств, что указанные работники фактически приступили к выполнению обязанностей и что ИП ФИО2 понес расходы, связанные с выплатой им соответствующего вознаграждения за услуги по вылову рыбы на спорном участке в спорный период.

Довод ИП ФИО2 о том, что факт добычи ВБР силами Предпринимателя подтверждается принадлежностью ему плавсредств, перечисленных в судовой роли, суд отклоняет, поскольку перечисление в судовой роли (списке бригады) РПУ № 1127, составленной ООО «МАРКУЗ» 08.07.2019, плавсредств, принадлежащих истцу, подтверждают лишь факт использования ООО «МАРКУЗ» в рыбопромысловый сезон на рыбопромысловом участке маломерных судов истца и не более того.

Оснований для иной оценки судовой роли, отличной от оценки, данной этому документу Елизовским районным судом и Пятым арбитражным апелляционным судом, в рассматриваемом случае суд не усматривает.

Также в иске истец ссылается на наличие журнала промысла на промысловый участок №1127 (регистрационный номер 41-2323 от 2019 года) в подтверждение добычи рыбы не участке устья реки Вахиль в Камчатском крае в период с 11.07.2019 по 11.09.2019, учета выловленной продукции за указанный период времени, ведения журнала ФИО6 Однако данный документ к иску не приложен и в последующем в суду не представлен, что не позволяет произвести его оценку как доказательству, на которое ссылается истец.

Вместе с тем такой журнал представлялся в материалы дела Елизовского районного суда Камчатского края № 2-160/2020, и в принятом по делу решении от 06.07.2020 суд, проанализировав содержание журнала, установил, что заполнял его в качестве лица, ответственного за добычу (вылов) ВБР ФИО6, который, как установлено ранее, в спорный период являлся работником ООО «МАРКУЗ» и осуществлял вылов ВБР на спорном участке в составе утвержденной бригады именно как работник Общества.

Согласно промысловому журналу в период с 11.07.2019 по 12.09.2019 на рыбопромысловом участке № 1127 бригада ООО «МАРКУЗ» добыла (выловила) ВБР общим весом 718 450 кг. Именно исходя из этого объема вылова и период лова, судом производился расчет заработной платы, причитающейся выплате истцам.

В графе журнала «Наименование подразделения пользователя, осуществляющего добычу (вылов) водных биологических ресурсов» указано, что это структурное подразделение является бригадой, без отметок о том, что указанная бригада не принадлежит Обществу, тогда как по смыслу наименования указанной графы промыслового журнала, форма которого утверждена приказом Минсельхоза России от 24.08.2016 № 375, в случае, если вылов рыбы осуществлялся не подразделением пользователя ВБР, об этом прямо и недвусмысленно должно быть указано в названной графе промыслового журнала.

Таким образом, содержание промыслового журнала, исходя из сведений, приведенных в решении Елизовского районного суда и приведенной правовой оценки, лишь подтверждает, что в спорный период времени на спорном участке бригада ООО «МАРКУЗ» в составе его работников осуществила вылов ВБР на основании выданного Обществу разрешения на принадлежащем ему участке в общем объеме 718 450 кг.

Сведений о том, что вылов осуществлялся силами ИП ФИО2, журнал не содержит. Доказательств обратного суду не представлено. Использование плавсредств ИП ФИО2 при осуществлении лова, само по себе, не достаточно для признания обоснованными доводов истца о том, что именно он осуществлял вылов ВБР в спорный период для ответчика.

Не подтверждает указанные обстоятельства и представленный истцом в материалы дела договор транспортной экспедиции от 15.05.2019 № 15/05/19, заключенный между ИП ФИО2 (исполнитель) и ООО «Край Камчатки» (заказчик). Данный договор в совокупности с документами о его исполнении (акт оказания услуг и УПД от 25.09.2019 № 9 на сумму 1 077 675 руб.) свидетельствует лишь о том, что Предприниматель по заданию ООО «Край Камчатки» оказал последнему услугу по доставке груза.

Причем то обстоятельство, что груз перевозился именно с участка № 1127, вопреки убеждению ИП ФИО2, не подтверждает его доводов о том, что перевозимый сырец выловлен именно Предпринимателем. Из содержания договора подобных сведений не следует, а специфика договора определяет истца исключительно как перевозчика, а не как лицо, осуществившее вылов подлежащей перевозке рыбы.

Таким образом, исходя из того, что разрешение на вылов выдано ответчику, судовая роль (список бригады) утверждена генеральным директором ООО «МАРКУЗ» в соответствии с требованиями пунктов 18 и 19 Правил рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна, утвержденных Приказом Минсельхоза России от 19.05.2019 № 267, ответственным лицом на участке являлся работник ответчика, затраты на добычу ВБР в виде заработной платы членам бригады РПУ № 1127 возложены решением суда именно на ООО «МАРКУЗ», исходя из установленного факта трудовых отношений между членами бригады и ответчиком и того обстоятельства, что работу на спорном участке данные члены бригады осуществляли именно от лица ООО «МАРКУЗ» как его работники, а также принимая во внимание, что перечисленные обстоятельства согласуются с содержанием промыслового журнала и показаниями членов бригады, тогда как доказательств осуществления вылова не Обществом, а Предпринимателем, равно как и несения последним затрат при оказании таких услуг в материалы дела не представлено, суд приходит к выводу о недоказанности истцом факта оказания спорных услуг ответчику.

Будучи убежденным, что отношения сторон урегулированы договором об оказании услуг от 08.07.2019, ИП ФИО2, тем не менее, не представил суду относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что он оказал ответчику услуги по вылову рыбы своими силами, что понес какие-либо расходы, связанные с оказанием спорных услуг.

Исходя из перечня обязанностей исполнителя, приведенных в разделе 2 указанного договора, который по убеждению истца является заключенным и действительным, суд обращает внимание на непредставление в материалы дела доказательств организации работы по добыче (вылову) ВБР (например, документов, подтверждающих понесенные расходы на выплату вознаграждения работникам, расходы на приобретение и транспортировку оборудования, наличие в собственности орудий лова, утверждение перечня работников), обеспечения рыбопромысловой бригады оборудованием и средствами для взвешивания улова, заключения к началу срока оказания услуг договоров с перерабатывающими комплексами и пунктами сдачи сырца, обеспечения строгого учета выловленной рыбы, включая ведение промыслового журнала, составление приемо-сдаточных документов, подтверждающих сдачу уловов, осуществления ежесуточное предоставление сведений об объемах выловленной рыбы посредством телефонной или электронной связи представителю заказчика.

Как следует из содержания судебных актов по делу № А24-478/2021, согласно всем редакциям договора оказания услуг ИП ФИО2 должен был назначить лицо, ответственное за добычу (вылов) ВБР на промысловом участке заказчика и предоставить надлежащим образом заверенную копию локального акта заказчику. Однако фактически ответственное лицо назначено приказом самого общества, а аналогичный приказ Предпринимателя в отношении бригадира ФИО6, как отмечено ранее, оценен судом критически как не раскрытый ранее при рассмотрении иных споров. При этом доказательств направления данного приказа Обществу в материалы дела также не представлено.

Каких-либо дополнительных документов, способных оказать влияние на вышеперечисленные выводы суда, в том числе свидетельствующих о необходимости иной оценки ранее раскрытых доказательств, Предпринимателем в материалы дела не представлено.

Уклоняясь в судебном заседании от изложения правовой позиции по спору исключительно в связи с несогласием с отказом в приостановлении производства по делу, ИП ФИО2 не учел, что исходя из специфики правоотношений, связанных с возмездным оказанием услуг, заключенность либо действительность договора возмездного оказания услуг не оказывает определяющего значения. В отношениях, возникающих в связи с предоставлением услуг, решающее значение имеет лишь доказанность самого факта оказания услуг, поскольку при недоказанности данного факта, даже при действительном договоре, требования исполнителя о получении платы за неоказанные услуги удовлетворению не подлежит. Тогда как отсутствие соглашения о стоимости услуг при доказанном факте их оказания не препятствует удовлетворению требований исполнителя по цене, определенной по правилам статьи 424 ГК РФ.

Тем не менее, истец воспользовался своими процессуальными правами в той мере, в какой счел необходимым, неся соответствующие процессуальные последствия.

В исковом заявлении Предпринимателем заявлялись ходатайства об истребовании материалов уголовного и арбитражного дела, а также об истребовании документов в Росрыболовстве, однако последнее представителем истца в предварительном судебном заседании не поддержано, а в истребовании материалов уголовного и арбитражного дела судом отказано, поскольку истцом не представлено доказательств выполнения требований статьи 66 АПК РФ, в частности: доказательств отсутствия возможности самостоятельно ознакомиться с материалами дел и получить копии необходимых документов, имеющих, по мнению истца, существенное значение для рассматриваемого дела.

За весь период нахождения дела в производстве суда (с 13.10.2021), составляющий более года, включая период приостановления производства по делу, истец не предпринял мер по сбору относимых и допустимых доказательств, в том числе из материалов уголовного дела, по запросу необходимых сведений в Росрыболовстве и пр., распорядившись процессуальными правами по своему усмотрению.

Документов, отличных от тех, которым уже неоднократно дана оценка при рассмотрении дел Елизовским районным судом, а также арбитражными судами в рамках дела № А24-478/2021, из которых можно было бы достоверно установить факт оказания истцом ответчику спорных услуг, истцом вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представлено.

В свою очередь, суд не вправе за истца совершать какие-либо процессуальные действия, в том числе по сбору доказательств с целью подтверждения обоснованности исковых требований, поскольку это является нарушением принципа состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с частью 3 статьи 8 АПК РФ арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон. Исходя из закрепленного в статье 9 АПК РФ принципа состязательности и положений части 2 статьи 66 названного Кодекса, арбитражный суд вправе, но не обязан предлагать участвующим в деле лицам представлять дополнительные доказательства в обоснование своей позиции.

Стороны в арбитражном процессе пользуются равными правами на заявление ходатайств, представление доказательств, участие в их исследовании, представление суду своих доводов и объяснений, осуществление иных процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом. При этом согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ, часть 3 статьи 41 АПК РФ).

Таким образом, в силу закрепленного в АПК РФ принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции.

Арбитражный суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств. Сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, арбитражный суд осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Исходя из изложенного, каждая сторона должна самостоятельно принимать решения о представлении или непредставлении тех или иных доказательств суду, избирая ту или иную стратегию защиты своих прав. В свою очередь, суд, являясь независимой стороной, обязан разрешить спор на основе доказательств, представленных сторонами по собственному волеизъявлению.

В ходе разрешения спора у сторон имелось достаточно времени для подготовки своей позиции по делу, представления доказательств в обоснование своих требований и возражений. Стороны воспользовались своими процессуальными правами в той мере, в какой сочли необходимым. Последствия совершения или несовершения соответствующих процессуальных действий является их риском (статья 9 АПК РФ).

В отсутствие достаточного объема доказательств, достоверно подтверждающих обоснованность заявленных исковых требований, оснований для удовлетворения таких требований не имеется.

Учитывая вышеприведенные нормы, суд приходит к выводу о том, что истец, являясь участником арбитражного процесса и неся риск совершения или несовершения им процессуальных действий, в том числе по представлению доказательств в материалы дела, не доказал вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ факта оказания спорных услуг ответчику, в связи с чем отказ ответчика от подписания полученных вместе с претензией акта и УПД от 16.09.2019 № 28, а также акта о разделе сырца признается судом обоснованным.

К выводу о недоказанности Предпринимателем факта исполнения для Общества спорных услуг, факта несения затрат, связанных с их исполнением, пришел также Пятый арбитражный апелляционный суд при рассмотрении дела № А24-478/2021, указав на это в принятом постановлении, а при рассмотрении настоящего дела ИП ФИО2 не учел выводы апелляционного суда и не представил каких-либо дополнительных документов, способных оказать существенное влияние на оценку фактических отношений сторон.

В связи с недоказанностью факта оказания для ООО «МАРКУЗ» услуги по вылову сырца (в любом объеме) правовых оснований для удовлетворения требований ИП ФИО2 о взыскании с ответчика долга и начисленных на него процентов за пользование чужими денежными средствами у суда не имеется.

Равным образом отсутствуют и предусмотренные статьями 15, 393 ГК РФ основания для взыскания с ответчика в пользу истца убытков в виде стоимости доли истца от объема вылова.

По смыслу перечисленных правовых норм должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно было произвести для восстановления нарушенного права (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, истцу при предъявлении иска, обоснованного положениями статей 15 и 393 ГК РФ, необходимо доказать наличие совокупности условий договорной ответственности, а именно: факт наличия у него убытков и их размер, противоправность действий ответчика, выраженных в нарушение условий договора, а также наличие причинной связи между понесенными убытками и действиями ответчика. При этом недоказанность хотя бы одного из указанных условий ответственности является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Факт возникновения убытков истец обосновывает условиями договора об оказании услуг от 08.07.2019, которые предполагают передачу ответчиком истцу половины выловленной рыбы-сырца в счет оплаты оказанных услуг по вылову.

Однако поскольку указанный договор признан незаключенным в рамках дела № А24-478/2021, то есть не порождающим правовых последствий, а в рамках рассматриваемого дела истец не доказал, что осуществил для ответчика вылов ВБР, следовательно, правовых оснований требовать от Общества как передачи половины выловленного сырца, так и его стоимости у Предпринимателя не возникло, что исключает факт наступления у него убытков вследствие неполучения спорной рыбопродукции.

Изложенные обстоятельства свидетельствует о неправомерности иска в исследуемой части, в связи с чем в удовлетворения данного требования суд также отказывает.

Поскольку в удовлетворении иска отказано в полном объеме, понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины по правилам статьи 110 АПК РФ возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья О.А. Душенкина