Решение от 18 октября 2024 г. по делу № А63-20621/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А63-20621/2023
г. Ставрополь
18 октября 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 18 июня 2024 года

Решение изготовлено в полном объеме 18 октября 2024 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Минеева А.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ксенофонтовой Д.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп», г. Ставрополь, ОГРН <***>, в лице конкурсного управляющего ФИО1, г. Ставрополь,

к обществу с ограниченной ответственностью «Национальный лизинг», г. Москва, ОГРН <***>,

индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Ставрополь, ОГРНИП <***>,

о признании недействительным договора купли-продажи от 28.03.2022 № НЛК/ГДК-06492/ПР, заключенного обществом с ограниченной ответственностью «Национальный лизинг» с индивидуальным предпринимателем ФИО2,

о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника оборудования – окрасочно-сушильной камеры IRVENT 24/120, заводской номер 16/05-17ПО04, 2017 года выпуска, завод изготовить ООО «ПК ЦНИТ»,

в отсутствие представителей сторон,

УСТАНОВИЛ:

общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп» в лице конкурсного управляющего ФИО1 (далее – истец, конкурсный управляющий ООО «ТехноСтавПрицеп») обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Национальный лизинг» (далее – общество, ООО «Национальный лизинг») и индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – индивидуальный предприниматель) о признании недействительным договора купли-продажи от 28.03.2022 № НЛК/ГДК-06492/ПР, заключенного обществом с индивидуальным предпринимателем,

о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника оборудования – окрасочно-сушильной камеры IRVENT 24/120, заводской номер 16/05-17ПО04, 2017 года выпуска, завод изготовить ООО «ПК ЦНИТ».

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал, что в Арбитражном суде Ставропольского края рассматривается дело № А63-5505/2020 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ТехноСтавПрицеп». Определением суда от 11.05.2021 (резолютивная часть определения оглашена 26.04.2020) в отношении ООО «ТехноСтавПрицеп» введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим назначен ФИО1. Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы арбитражным управляющим в порядке, установленном статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-7ФЗ), в периодическом издании – газете «Коммерсанть» от 15.05.2021 № 81(7043). Одновременно конкурсный управляющий указал, что между ООО «Национальный лизинг» (продавец) и индивидуальным предпринимателем (покупатель) 28.03.2022 заключен договор купли-продажи № НЛК/ГДК-06492/ПР, согласно которому продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель – принять и оплатить бывший в употреблении товар: окрасочно-сушильная камера IR VENT 24/120. При этом конкурсный управляющий считает, что окрасочно-сушильная камера является собственностью должника, следовательно, у ООО «Национальный лизинг» не имелось полномочий по распоряжению ею. С учетом изложенного и того, что в результате совершения спорной сделки ООО «Национальный лизинг» передало индивидуальному предпринимателю, заинтересованному по отношению к ООО «ТехноСтавПрицеп» ликвидный актив по заниженной стоимости, за счет реализации которого возможно было погашение требований кредиторов, что, свидетельствует о злоупотреблении правом сторонами сделки, считает вышеназванный договор недействительной сделкой.

ООО «Национальный лизинг» в представленном отзыве на иск возражало против удовлетворения требований, мотивируя это тем, что платежи за окрасочно-сушильную камеру, переданную ООО «ТехноСтавПрицеп» по договору выкупного лизинга полностью не внесены, следовательно, право собственности на эту вещь к истцу не перешло. Включение ООО «Национальный лизинг» в реестр требований кредиторов ООО «ТехноСтавПрицеп» на сумму неоплаченных лизинговых платежей не свидетельствует об исполнении обязательств по договору лизинга, а лишь подтверждает обоснованность требования кредитора и до момента расчета не означает его удовлетворения и не прекращает обязанности должника. То обстоятельство, что конкурсный управляющий при проведении инвентаризации имущества должника, включил спорную окрасочно-сушильную камеру в его опись имущества не порождает у ООО «ТехноСтавПрицеп» право собственности на нее. Также общество полагало, что имеются основания для прекращения производства по настоящему делу, на основании пункта 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), поскольку определением Арбитражного суда Ставропольского края от 12.05.2023 по делу № А63-5505/2020 (оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2023) требования конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи окрасочно-сушильной камеры от 28.03.2022 и применении последствий недействительности сделки оставлены без рассмотрения.

Индивидуальный предприниматель мотивированного отзыва суду не представила.

Судебное заседание начато 04.06.2024 при участии представителя ответчика – ООО «Национальный лизинг» ФИО3 по доверенности от 25.12.2023 № 5/23Ю, в отсутствие иных участников процесса.

Представитель общества в судебном заседании поддержал доводы вышеприведенного отзыва, просил об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В данном судебном заседании с учетом положений статьи 163 АПК РФ объявлен перерыв до 17 часов 00 минут 18.06.2024.

Судебное заседание после перерыва продолжено в том же составе суда. Стороны после перерыва не явились, от ответчика через систему «Мой арбитр» поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя. Рассмотрев указанное ходатайство, учитывая положения статей 123, 156 АПК РФ, суд счел возможным его удовлетворить, провести судебное заседание и рассмотреть спор по существу в отсутствие неявившихся участников процесса.

В связи с неявкой в заседание после перерыва представителей сторон, протоколирование с использованием средств аудиозаписи не велось.

Исследовав материалы дела, суд по существу заявленных требований пришел к следующему.

Из материалов дела следует, что руководитель ООО «ТехноСтавПрицеп», в порядке статьи 9 Закона о банкротстве обратился в суд с заявлением о признании последнего несостоятельным (банкротом), указывая на факт наличия просроченной более трех месяцев задолженности общества в сумме 174 596 527 рублей 36 копеек, погашение которой невозможно за счет средств должника.

Определением суда от 21.04.2020 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу № А63-5505/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТехноСтавПрицеп».

Определением суда от 21.05.2020 (резолютивная часть объявлена 18.05.2020) в отношении ООО «ТехноСтавПрицеп» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4

Решением суда от 11.05.2021 (резолютивная часть объявлена 26.04.2021) ООО «ТехноСтавПрицеп» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры конкурсного производства опубликованы конкурсным управляющим в периодическом издании – газете «Коммерсантъ» от 15.05.2021 № 81(7043).

До возбуждения в отношении истца дела о банкротстве, 16.03.2017 акционерным обществом «Национальный лизинг», правопреемником которого в настоящее время является ООО «Национальный лизинг» (лизингодатель) с ООО «СтавПрицеп» (лизингополучатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга) оборудования № НЛГ/ГДК-06492/ДЛ (далее – договор лизинга).

Названный договор заключен в соответствии с Общими правилами финансовой аренды (лизинга) оборудования, утвержденными Приказом генерального директора общества от 15.03.2017 № 7/Г (далее – Правила), которые являются приложением № 1 к договору лизинга.

Согласно пункту 4 договора лизинга предметом лизинга является окрасочно-сушильную камера IRVENT 24/120 Д/Г, с заводским номером 16/05-17ПО 4, 2017 годы выпуска, производства ООО «ПК «ЦНИТ» (Россия).

Стоимость предмета лизинга составляет 9 960 000 рублей (пункт 5 договора лизинга).

01 октября 2018 года обществом, ООО «СтавПрицеп» и ООО «ТехноСтавПрицеп» заключено соглашение о замене стороны в обязательствах и договоре лизинга, в соответствии с которым все права и обязанности лизингополучателя по договору № НЛГ/ГДК-06492/ДЛ перешли к ООО «ТехноСтавПрицеп».

18 июня 2020 года общество, в связи с ненадлежащим исполнением истцом обязательств по уплате лизинговых платежей за период с 23.10.20219 по 18.06.2020 на сумму 1 714 241 рубль 29 копеек и пени за период с 31.05.2019 по 18.06.2020 в сумме 705 251 рубль 13 копеек направлено последнему уведомление об одностороннем отказе от исполнения договора лизинга с 18.06.2020.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 23.07.2021 (резолютивная часть объявлена 15.07.2021) по делу № А63-5505/2020 требования ООО «Национальный лизинг» в размере 7 386 288 рублей 72 копейки, из которых 5 998 045 рублей 14 копейки основной долг, 1 388 243 рублей 58 копеек неустойка признаны обоснованными и включены в третью очередь кредиторов.

28 марта 2022 года по результатам открытых торгов на электронной площадке «Сбербанк-АСТ» ООО «Национальный лизинг» (продавец) с индивидуальным предпринимателем (покупатель) заключен договор купли-продажи № НЛГ/ГДК-06492 (далее – договор купли-продажи), в соответствии с которым продавец обязался передать в собственность, а покупатель – принять и оплатить следующий товар – окрасочно-сушильную камеру IRVENT 24/120 Д/Г, с заводским номером 16/05-17ПО 4, 2017 годы выпуска, производства ООО «ПК «ЦНИТ».

Общая стоимость товара по договору составляет 3 116 382 рублей 08 копеек, в том числе НДМ 20% (пункт 2.1 договора купли-продажи).

Предусмотренный названным договором товар передан покупателю по акту приема-передачи, подписанному сторонами договора купли-продажи.

В последующем ООО «Национальный лизинг» в рамках дела № А63-5505/2020 обратилось с заявлением о корректировке (уточнении) реестра требований кредиторов должника ООО «ТехноСтавПрицеп» с учетом продажи предмета лизинга и расчета сальдо встречных обязательств.

Определением суда от 07.06.2022 по делу № А63-5505/2020 заявление общества о корректировке реестра принято к производству и назначено к рассмотрению судом.

Определением от 07.03.2023 (резолютивная часть объявлена 28.02.2023) суд приостановил производство по указанному заявлению, до вступления в законную силу судебного акта, вынесенного по итогам рассмотрения заявления конкурсного управляющего о признании недействительным заключенного между ООО «Национальный лизинг» и индивидуальным предпринимателем договора купли-продажи окрасочно-сушильной камеры IRVENT 24/120 и применения последствий недействительности сделки в виде возврата указанного имущества в конкурсную массу, формируемую в деле о банкротстве ООО «ТехноСтавПрицеп».

Определением арбитражного суда от 12.05.2023 (резолютивная часть объявлена 03.05.2023), вынесенного в рамках дела № А63-5505/2020, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 02.08.2023 и постановлением суда кассационной инстанции от 05.10.2023 заявление конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 28.03.2022 № НЛГ/ГДК-06492/ПР, заключенного обществом с индивидуальным предпринимателем в отношении окрасочно-сушильной камеры IRVENT 24/120 и применении последствий его недействительности, оставить без рассмотрения, поскольку спор не подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве, так как должник (ООО «ТехноСтавПрицеп») не является стороной оспариваемой сделки, и данная сделка не относится к сделкам, совершенным за счет должника.

Ссылаясь на указанное определение, положения статей 10, 166, 168, 170, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий 24.10.2023 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском о признании договора купли-продажи от 28.03.2022 недействительным и применении последствий недействительности сделки, путем возврат в конкурсную массу ООО «ТехноСтавПрицеп» окрасочно-сушильной камеры по общим правилам гражданского законодательства.

В пункте 4 постановления Пленума Высший Арбитражный Суд Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ). При этом, налоговый орган при обращении в суд с рассматриваемым иском исходил не из подозрительного характера оспариваемой сделки (статья 61.2 Закона о банкротстве), а из наличия злоупотребления правом, выразившееся в нарушении запрета недобросовестного поведения и указал, что сделка направлена на нарушение прав и законных интересов должника и его кредиторов со ссылкой на статью 10 ГК РФ. В связи с изложенным, в силу разъяснений пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», запрета налоговому органу на оспаривание сделки по статье 10 ГК РФ законодательство о банкротстве не содержит.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий, ссылаясь на положения статьи 168 ГК РФ во взаимосвязи со статьей 10 названного Кодекса, то есть на нарушение оспариваемой сделкой положений закона о злоупотреблении правом, затрагивающей интересы третьих лиц, то есть фактически считает сделку ничтожной.

Согласно статье 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Вместе с тем, согласно части 2 данной статьи сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения данных требований арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. Указанная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей.

Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановлении от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статьей 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Возникшие правоотношения сторон фактически вытекают из договора лизинга и регулируются нормами главы 34 ГК РФ, Федерального закона Российской Федерации от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон № 164-ФЗ).

Статьей 19 названного Федерального закона определено, что под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором.

В соответствии со статьей 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование. Арендодатель в этом случае не несет ответственности за выбор предмета аренды и продавца.

В пункте 34 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее – Обзор) разъяснено, что особенность отношений, вытекающих из выкупного лизинга (статья 19 Закона № 164-ФЗ) при банкротстве, состоит в том, что в отличие от случаев предоставления финансирования в иной форме имущество, обеспечивающее исполнение обязательства перед кредитором (лизингодателем), в случае нарушения должником своих обязательств и расторжения договора не включается в конкурсную массу, а остается в собственности кредитора.

Как следует из разъяснений в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление № 17), приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного. В ситуации, когда должником не завершены расчеты по договору выкупного лизинга, лизинговая компания, действующая исходя из своих имущественных интересов, как правило, вправе предпринять действия по расторжению договора лизинга и определению завершающей обязанности одной из сторон договора (пункт 3.1 постановления № 17). При этом сохранение права собственности и получение средств от последующей продажи предмета лизинга позволяют лизингодателю покрыть свои убытки от расторжения договора, минуя установленный Законом о банкротстве порядок получения удовлетворения кредиторами своих требований.

В силу пункта 36 Обзора включение требования лизингодателя об уплате лизинговых платежей в реестр требований кредиторов лизингополучателя по не расторгнутому договору лизинга не препятствует удовлетворению требования лизингодателя о возврате предмета лизинга. Во избежание двойного удовлетворения требований лизингодателя после фактического возврата предмета лизинга производится корректировка реестра. По смыслу пункта 3 статьи 15 досрочное расторжение договора лизинга и возврат предмета лизинга от лизингополучателя являются правами лизингодателя, которые реализуются по усмотрению последнего, что, как правило, связано с оценкой лизингодателем целесообразности принятия им собственных мер по продаже предмета. При этом включение требования лизингодателя об уплате лизинговых платежей в реестр требований кредиторов само по себе не свидетельствует об исполнении обязательств по договору лизинга и о появлении оснований для включения предмета лизинга в конкурсную массу лизингополучателя.

Закон о банкротстве не содержит положения о том, что открытие в отношении должника-лизингополучателя процедуры конкурсного производства лишает лизингодателя права на расторжение договора при наличии к тому оснований, установленных иными законами и договором (пункт 35 Обзора).

В силу пункта 3 статьи 11, пункта 2 статьи 13 Закона № 164-ФЗ, а также положений пунктов 8.2.3, 8.2.4, 8.2.9 приложения № 1 к договору лизинга лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества при ненадлежащем исполнении им своих обязательств.

Из анализа вышеприведенных положений законодательства следует, что в рассматриваемом случае, поскольку ООО «ТехноСтавПрицеп» не произвело уплату всех лизинговых платежей, что истцом не отрицалось, право собственности на предмет лизинга (окрасочно-сушильную камеру) не перешло к должнику-лизингополучателю, в связи с чем ООО «Национальный лизинг», являясь собственником предмета лизинга, правомерно заключило с индивидуальным предпринимателем договор купли-продажи окрасочно-сушильной камеры IRVENT 24/120 и передало ее индивидуальному предпринимателю по акту приема-передачи.

При этом включение истцом в конкурсную массу ООО «ТехноСтавПрицеп» спорного оборудования, собственником которого должник не является, не свидетельствует о том, что оспариваемый договор купли-продажи заключен в отношении имущества должника либо за счет должника и соответственно о злоупотреблении сторонами договора купли-продажи в понимании статьи 10 ГК РФ.

Довод о заинтересованности (аффилированности) индивидуального предпринимателя по отношении к ООО «ТехноСтавПрицеп» не подтвержден относимыми, допустимыми и достаточными доказательствами.

Кроме того, он не имеет правового значения для разрешения спора о признании недействительным договора купли-продажи от 28.03.2022, поскольку как указано выше ООО «ТехноСтавПрицеп» не является собственником спорной окрасочно-сушильной камеры. Продажу спорной вещи осуществлял ее собственник – ООО «Национальный лизинг», сведений о заинтересованности покупателя (индивидуального предпринимателя) по отношению к которой не имеется.

В обоснование исковых требований истец также сослался на положения пункта 2 статьи 174 ГК РФ, согласно которой совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Однако обстоятельств, к которым возможно применение данной нормы, конкурсным управляющим не приведено. Оснований для квалификации сделки недействительной по пункту 2 статьи 174 АПК РФ в данном случае отсутствуют.

Оценивая ссылки истца по положения статьи 170 ГК РФ в обоснование требований, суд счел необходимым указать следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности о включении в реестр требований кредиторов).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора («дружественного» кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

Ввиду заинтересованности сторон мнимой сделки в сокрытии действительной цели сделки при установлении признаков мнимости повышается роль косвенных доказательств. Судебной оценке подлежат доводы: о несогласованности представленных доказательств в деталях; о противоречиях в доводах сторон здравому смыслу или обычно сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений в той или иной сфере предпринимательской деятельности; об отсутствии убедительных пояснений разумности в действиях и решениях сторон сделки и т.п.

В Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009 по делу № А40-235730/2016 и от 11.07.2017 № 305-ЭС17-2110 по делу № А40-201077/2015, сформулирована общая правовая позиция, применимая и к мнимым, и к притворным сделкам: «Совершая мнимые либо притворные сделки, их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке».

Прилагая обстоятельства совершения оспариваемого договора к указанным выше нормам права и выработанным судебной практикой критериям определения недействительности сделки, суд пришел к выводу, что истец не обосновал, в чем выражается притворный характер оспариваемого договора купли-продажи (пункт 1 статьи 170 ГК РФ) и не привел убедительных аргументов о наступлении негативных последствий в результате его совершения, позволяющих признать договор недействительным (ничтожным) на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Кроме того, по общему правилу статьи 167 ГК РФ последствием признания сделки недействительной является возвращение сторон сделки в первоначальное положение.

Согласно статье 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Однако в рассматриваемом случае продажа предмета лизинга совершена третьим лицом – лизингодателем, а не должником, соответственно, окрасочно-сушильная камера не может быть возвращена ООО «ТехноСтавПрицеп», не являющемуся стороной оспариваемой сделки, посредством признания ее недействительной и применения последствий недействительности.

Принимая во внимание изложенное, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ уставленные при рассмотрении дела обстоятельства и представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи, учитывая, что истец не обосновал, в чем состоит его заинтересованность в признании сделки недействительной в силу ничтожности, при том, что к ООО «ТехноСтавПрицеп» в собственность спорная окрасочно-сушильная камера не переходила, не доказал, каким образом оспариваемый договор нарушает государственные, общественные и публичные интересы и каким образом признание заключенного договора недействительным повлечет восстановление нарушенных чьих-либо прав, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания недействительной (ничтожной) сделкой договора купли-продажи от 28.03.2022 № НЛК/ГДК-06492/ПР и применении последствий недействительности ничтожной сделки, в связи с чем отказал в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Оценив довод ООО «Национальный лизинг» о наличии оснований для прекращения производства по делу, суд счел его подлежим отклонению ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.

Исходя из смысла изложенной нормы, суд прекращает рассмотрение дела по существу заявленного материального требования, в случае если такое требование с теми же основаниями уже являлось предметом рассмотрения суда и по нему принят вступивший в законную силу судебный акт.

Как установлено материалами дела, определением арбитражного суда от 12.05.2023 (резолютивная часть объявлена 03.05.2023), вынесенного в рамках дела № А63-5505/2020, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 02.08.2023 и постановлением суда кассационной инстанции от 05.10.2023 заявление конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 28.03.2022 № НЛГ/ГДК-06492/ПР, заключенного обществом с индивидуальным предпринимателем в отношении окрасочно-сушильной камеры IRVENT 24/120 и применении последствий его недействительности, оставить без рассмотрения, поскольку спор не подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве, так как должник (ООО «ТехноСтавПрицеп») не является стороной оспариваемой сделки, и данная сделка не относится к сделкам, совершенным за счет должника.

При этом оставление судом без рассмотрения заявления в связи с тем, что заявленные требования о признании договора купли-продажи № НЛГ/ГДК-06492/ПР не подлежат рассмотрению в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника, не лишает заявителя права на судебную защиту своих прав и законных интересов путем обращения в суд в общем порядке (постановления Арбитражного суда Московского округа от 30.07.2020 по делу № А40-273269/2018, Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.11.2021 по делу № А53-23501/2019).

Учитывая изложенное, а также что требования конкурсного управляющего о признании договора купли-продажи от 28.03.2022 № НЛГ/ГДК-06492/ПР в рамках дела № А63-5505/2020 по существу не рассматривались, в настоящее время фактически отсутствует вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт, соответственно отсутствуют предусмотренные пунктом 2 части 1 статьи 150 АПК РФ основания для прекращения производства по рассматриваемому делу.

С учетом изложенного судом отклонен вышеуказанный довод общества, как основанный на неверном толковании норм действующего законодательства и носящий предположительный характер.

Доводы сторон, приведенные в ходе судебного разбирательства в письменной либо устной форме, не нашедшие отражения в настоящем решении, не имели существенного значения и не могли повлиять на изложенные в нем выводы суда.

В соответствии с частями 1, 3 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Государственная пошлина, от уплаты которой в установленном порядке освобожден истец, взыскивается в доход федерального бюджета с ответчика.

Согласно пункту 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств.

Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

При обращении в суд истцом государственная пошлина не была уплачена.

Учитывая изложенное, положения подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, отказ в удовлетворений требований конкурсного управляющего в полном объеме, суд взыскал с ООО «ТехноСтавПрицеп» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 рублей.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп», г. Ставрополь, ОГРН <***>, в лице конкурсного управляющего ФИО1, г. Ставрополь, отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп», г. Ставрополь, ОГРН <***>, в доход бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размер 6 000 (Шесть тысяч) рублей.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в двухмесячный срок после вступления в законную силу в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья А.С. Минеев