Решение от 12 ноября 2020 г. по делу № А15-1626/2020

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А15-1626/2020
12 ноября 2020 года
г. Махачкала


Резолютивная часть решения объявлена 05 ноября 2020 года

Полный текст решения изготовлен 12 ноября 2020 года


Арбитражный суд Республики Дагестан в составе судьи Оруджева Х.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 319057100097721, ИНН <***>)

к МКУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства г.Махачкала» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 564996,67 руб. пени по муниципальному контракту от 23.10.2014 №23.14/ОК за период с 23.12.2017 по 12.03.2020,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Республики Дагестан с исковым заявлением к МКУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства г.Махачкалы» (далее – ответчик) о взыскании 564996,67 руб. пени по муниципальному контракту от 23.10.2014 №23.14/ОК за период с 23.12.2017 по 12.03.2020.

К участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечены ООО «Дорожно-строительное управление», ФИО3, ФИО4, на стороне ответчика привлечены Управление имущественных и земельных отношений г.Махачкалы, МКУ "Финансовое управление" администрации ГО "г.Махачкала" и администрация г.Махачкалы.

Дело рассмотрено в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Рассмотрев материалы дела и оценив, руководствуясь статьей 71 АПК РФ, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, МКУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства г.Махачкалы» (заказчик) и ООО «Дорожно-строительное управление» (исполнитель) по результатам открытого аукциона в электронной форме (протокол от 29.09.2014) заключили муниципальный контракт N 23.14/ОК от 23.10.2014 на выполнение работ по капитальному ремонту дворовых территорий многоквартирных домов г. Махачкалы.

Цена контракта - 54 464 853 рубля, в том числе НДС 8 308 197,92 рубля (пункт 1.3 контракта). Срок выполнения работ - не более 30 календарных дней с даты заключения контракта.

Расчет с исполнителем за выполненные работы производится заказчиком в безналичной форме на основании счета, счета-фактуры, акта сдачи-приемки выполненных работ, подписанного обеими сторонами, путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя в срок до 31.12.2014.

В соответствии с формами КС-2, КС-3 от 16.11.2014 (1 117 452 рубля), 24.11.2014 (1 683 479 рублей), 30.11.2014 (2 204 477 рублей), 22.12.2014 (714 016 рублей), 22.12.2014 (1 228 667 рублей), 18.11.2014 (4 057 279 рублей), 28.10.2014 (3 437 039 рублей), 28.10.2014 (1 865 051 рубль), 28.10.2014 (1 503 778 рублей), 17.11.2014 (3 263 816 рублей), 18.12.2014 (397 045 рублей), 16.12.2014 (2 792 853 рубля), 15.12.2014 (991 252 рубля), 07.11.2014 (794 620 рублей), 11.11.2014 (2 885 721 рубль), 18.11.2014 (2 081 177 рублей), 11.11.2014 (4 842 391 рубль), 31.12.2014 (1 876 846 рублей) истцом по контракту выполнены и приняты ответчиком работы на сумму 37 736 959 рублей, из которых ответчиком не оплачено 9 439 349 рублей.

В связи с неоплатой ответчиком оставшейся задолженности и оставлением без удовлетворения соответствующей претензии истца от 10.11.2017, истец обратился в Арбитражный суд РД с иском. Решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 28.06.2019 по делу N А15-7039/2017, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2019, исковые требования удовлетворены частично. С муниципального казенного учреждения "Управление жилищно-коммунального хозяйства г. Махачкалы" взыскано в пользу общества с ограниченной ответственностью "Дорожно-строительное управление" 9 439 349 рублей основного долга и 2 650 647,86 рубля пени. В остальной части иска отказано.

Определением суда от 22.10.2019 по делу №А15-7039/2017 на основании договора уступки права требования (цессии) от 06.08.2019, заключенного между ООО "Дорожно-строительное управление" (цедент) и ФИО4 (цессионарий), на стадии исполнения Арбитражного суда Республики Дагестан от 28.06.2019 по делу №А15-7039/2017 взыскатель - ООО "Дорожно-строительное управление" заменен на его процессуального правопреемника – ФИО4 в части требования о взыскании 3800000 руб. основного долга.

07.08.2019 ООО "Дорожно-строительное управление" (цедент) и ФИО3 (цессионарий) заключили договор об уступке права требования (цессии), в соответствии с которым цедент передает, а цессионарий принимает на себя право требования погашения должником (МКУ "Управление ЖКХ г.Махачкалы") пени по муниципальному контракту от 23.10.2014 №23.14/ОК, начисляемой на сумму основной задолженности в размере 3800000 руб. право взыскания которой договором уступки права требования (цессии) от 06.08.2019 передано ФИО4, за период с 23.12.2017 по день погашения ФИО4 (либо иному лицу) основной задолженности в размере 3800000 руб., взысканной решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 28.06.2019 по делу №А15-7039/2017.

10.03.2020 ФИО3 (цедент) и ИП ФИО2 (цессионарий) заключили договор об уступке права требования (цессии), в соответствии с которым цедент передает, а цессионарий принимает на себя право требования погашения должником (МКУ "Управление ЖКХ г.Махачкалы") пени по муниципальному контракту от 23.10.2014 №23.14/ОК, начисляемой на сумму основной задолженности в размере 3800000 руб. право взыскания которой договором уступки права требования (цессии) от 06.08.2019 передано ФИО4, за период с 23.12.2017 по день погашения ФИО4 (либо иному лицу) основной задолженности в размере 3800000 руб., взысканной решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 28.06.2019 по делу №А15-7039/2017.

Платежным поручением №185430 от 12.03.2020 МКУ "Управление ЖКХ г.Махачкалы" перечислило ФИО4 3800000 руб.

Досудебной претензией от 18.03.2020 истец потребовал от учреждения перечислить ему пени начисленной на сумму основного долга 3800000 руб. за период с 23.12.2017 по 13.03.2020 в размере 614223,25 руб.

Оставление учреждением досудебной претензии от 18.03.2020 без ответа и удовлетворения послужило основанием для обращения предпринимателя суд с иском.

Правоотношения ООО "Дорожно-строительное управление" (цедент) и ФИО3 (цессионарий), а также ФИО3 (цедент) и ИП ФИО2 (цессионарий)

по договору цессии (уступки права требования) регулируются главой 24 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 указанной статьи).

В силу статьи 384 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

В пункте 4 постановления Пленума Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" разъяснено о том, что в силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме, и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Согласно статье 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с пунктом 3 статьи 423 Гражданского кодекса РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

В пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования). Отсутствие в сделке уступки права (требования) условия о цене передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ее ничтожной как сделки дарения между коммерческими организациями.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащихся в абзаце 2 пункта 1 Постановления от 23.07.2009 N 57 "О некоторый процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств", арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения по данному поводу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно пункту 1 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и договором между ними, на основании которого производится уступка.

Судом установлено, что договоры цессии (уступки права требования) от 07.08.2019 и 10.03.2020 в установленном порядке не оспорены, недействительными сделками не признаны.

Оценив договоры цессии (уступки права требования) от 07.08.2019 и 10.03.2020, суд пришел к выводу о заключенности договоров цессии, поскольку в указанных договорах стороны согласовали все существенные условия.

Обязанность личного исполнения государственного (муниципального) контракта (договора) обусловлена необходимостью обеспечения принципов открытости, прозрачности и сохранения конкуренции при проведении закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Таким образом, запрет на замену исполнителя (в данном случае поставщика) направлен на обеспечение надлежащего исполнения подрядчиком основного обязательства, являющегося предметом контракта (договора), для защиты интересов заказчика от возможной уступки прав и обязанностей по заключенному контракту в части исполнения обязательств по поставке товара, выполнению работ, оказанию услуг.

В то же время запрет не может быть распространен на уступку денежного требования, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

При этом необходимость изменения сведений в отношении подрядчика при совершении расчетных операций не может служить обстоятельством, свидетельствующим о существенном значении личности кредитора для должника.

Суд установил, что на момент заключения договора цессии ООО "Дорожно-строительное управление" полностью исполнило обязательства по контракту, право требования оплаты которого уступило. В рассматриваемом случае уступлено не право исполнения контракта в части выполнения работ, а право требования оплаты за уже выполненные работы, которые приняты заказчиком.

В данном случае права заказчика совершением уступки права требования не нарушаются, условия заключенного с ним договора не изменяются.

В пункте 17 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017 изложена правовая позиция о том, что предусмотренный пунктом 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет не может быть распространен на уступку победителем торгов денежного требования, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника. Необходимость внесения изменений в документацию, - сопровождающую совершение расчетных операций, не может служить обстоятельством, свидетельствующим о существенном значении личности кредитора для должника.

В результате подписания договора цессии не производится замена стороны договора - поставщика (подрядчика, исполнителя), а лишь переходит право требования уплаты начисленной задолженности. При этом заказчик сохраняет право на выдвижение возражений в соответствии со статьей 386 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 17 Обзора).

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", разъяснено, что статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью. При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве. Например, исходя из положений пункта 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет уступки прав по договорам, заключение которых возможно только путем проведения торгов, не затрагивает требований по денежным обязательствам.

Верховный Суд Российской Федерации решением от 23.04.2019 N АКПИ19-112, оставленным без изменения Апелляционным определением от 30.07.2019 N АПЛ19-259, признал не действующим со дня издания письмо Минфина России от 21.07.2017 N 09-04-04/46799, разъясняющее законодательство по вопросу правомерности переуступки права требования по государственным контрактам, и в котором указано, что из содержания положений статей 24 и 103 Закона N 44-ФЗ, статьи 38, пункта 3 статьи 219 Бюджетного кодекса РФ следует, что личность поставщика (подрядчика, исполнителя) по контракту имеет существенное значение для государственного заказчика (абзац первый).

Более того, с 1 июня 2018 года вступила в силу новая редакция пункта 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой победитель торгов вправе уступать требования по денежному обязательству (Федеральный закон от 26 июля 2017 года N 212-ФЗ).

Следовательно, действующим законодательством не исключена возможность уступки права требования по денежному обязательству, возникшему из контракта, а поэтому победитель торгов в данном случае подрядчик по контракту, исполнивший свои обязательства по контракту, вправе уступать требования по денежному обязательству к заказчику.

Таким образом, договоры цессии (уступка права требования) от 07.08.2019 и 10.03.2020, не противоречат закону, оснований предусмотренных статьями 383 и 388 Гражданского кодекса РФ не имеется, следовательно, истец вправе обращаться с требованием о взыскании пени по муниципальному контракту №23.14/ОК от 23.10.2014.

Истцом заявлено требование о взыскании пени за период с 23.12.2017 по 12.03.2020 в размере 564996,67 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств в частности в случае просрочки исполнения, должник обязан уплатить кредитору определенную законом или договором неустойку (штраф, пеню). По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение убытков.

Согласно части 5 статьи 34 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон N 44-ФЗ) в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, поставщик (подрядчик, исполнитель) вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней). Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Такая пеня устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не уплаченной в срок суммы.

Указанием Банка России от 11 декабря 2015 года № 3894-У определено, что с 1 января 2016 года значение ставки рефинансирования Банка России приравнивается к значению ключевой ставки Банка России, определенному на соответствующую дату; не устанавливается самостоятельное значение ставки рефинансирования Банка России.

Ответчик контррасчет не представил и расчет истца не оспорил и не опроверг. Ответчиком не опровергнут довод истца о нарушении им сроков исполнения обязательств.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 38 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017) при расчете пени, подлежащей взысканию в судебном порядке за просрочку исполнения обязательств по государственному контракту в соответствии с частями 5 и 7 статьи 34 Закона N 44-ФЗ, суд применяет размер ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации, действующей на момент вынесения судебного решения.

При взыскании суммы неустоек (пеней) в судебном порядке, в том числе, на основании за период до принятия решения суда подлежит применению ставка рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующая на день его вынесения, а при исполнении основного денежного обязательства - на день исполнения.

Указанный подход соответствует правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 04.12.2018 N 302-ЭС18-10991, от 18.09.2019 N 308-ЭС19-8291.

Арифметически расчет начисленных пени судом проверен, оснований для признания произведенного расчета неверным не установлено, имеющийся расчет ответчиком по существу и предметно к сумме задолженности не оспорен, контррасчет не представлен.

При изложенных обстоятельствах требования истца о взыскании пени подлежат удовлетворению в полном объеме.

Как следует из положений статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Относительно применения названной нормы права Пленумом Верховного Суда Российской Федерации даны разъяснения в постановлении от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7), согласно пункту 69 которого подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 78 Постановления N 7 правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ применяются также в случаях, когда неустойка определена законом.

Как разъясняется в абзацах первом и втором пункта 71 Постановления N 7 неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 ГК РФ только при наличии обоснованного заявления со стороны ответчика, являющегося или коммерческой организацией, или индивидуальным предпринимателем, или некоммерческой организацией при осуществлении ею приносящей доход деятельности. При взыскании неустойки с иных лиц правила статьи 333 ГК РФ могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, свидетельствующие о такой несоразмерности (статья 65 АПК РФ). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 ГК РФ.

Критериями для установления явной несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезвычайно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательств и другое (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 года N 17).

Таким образом, в силу положений статьи 333 ГК РФ и указанных разъяснений снижение неустойки в рассматриваемом случае судом возможно только в одном случае - в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

По настоящему делу доказательства явной несоразмерности неустойки в материалах дела отсутствуют.

При рассмотрении дела ответчиком и третьим лицом заявлено о применении срока исковой давности.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску истца, право которого нарушено.

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В пункте 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Истечение срока исковой давности в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в удовлетворении иска.

Как следует из пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 07.02.2017) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - постановление N 43) согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

В силу пункта 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию.

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - постановление Пленума N 43) предъявление в суд главного требования не влияет на течение срока исковой давности по дополнительным требованиям (статья 207 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, в случае предъявления иска о взыскании лишь суммы основного долга срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки продолжает течь.

По смыслу данных разъяснений и приведенных норм права самостоятельное течение срока исковой давности по повременным платежам не означает того, что срок давности по требованию об их взыскании может быть сочтен полностью истекшим, если такой срок не истек по основному требованию.

Подобное возможно в ситуации, когда основная задолженность взыскана с должника в судебном порядке (то есть вопрос об исковой давности в отношении этого требования уже не может обсуждаться), а иск о взыскании задолженности по исполнению обязательств по оплате повременных санкций (процентов за пользование чужими денежными средствами, пени) заявлен самостоятельно и по истечении значительного периода времени после наступления срока оплаты, а равно позднее взыскания основной задолженности.

Поскольку обязательство по оплате повременной неустойки как любого периодического платежа возникает по истечении каждого нового периода, с которым закон или договор связывают ее начисление, то общая сумма повременной неустойки, таким образом, представляет собой совокупность множества самостоятельных обязательств по оплате неустойки за каждый период просрочки (час, день, месяц и пр.), каждое из которых может быть заявлено по отдельности.

Таким образом, если срок исковой давности по требованию о взыскании суммы основного долга не истек, и это требование было предъявлено в пределах срока исковой давности и удовлетворено судом, то срок исковой давности по самостоятельному исковому требованию о взыскании повременной неустойки (пени) считается не истекшим в части начисления пени за период, предшествующий дате предъявления иска о взыскании такой санкции, равный сроку исковой давности для соответствующего вида обязательства, за нарушение которого пени начислены.

Указанный правовой подход выражен в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.11.2018 по делу N А53-8745/2018.

Оценив представленные доказательстве и доводы сторон в порядке статьи 71 АПК РФ суд пришел к выводу о том, что с учетом того, что данный иск поступил в арбитражный суд 07.05.2020, срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки за период с 23.12.2017 по 12.02.2020 не истек.

В соответствии со статьями 112 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, разрешаются вопросы распределения между сторонами судебных расходов.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Истцу при обращении в арбитражный суд предоставлена отсрочка от уплаты государственной пошлины в размере 14300 руб.

Вопрос о взыскании государственной пошлины судом не рассматривается, поскольку ответчик освобожден от его уплаты.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 156, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с МКУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства г.Махачкала» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 564996,67 руб. пени по муниципальному контракту от 23.10.2014 №23.14/ОК за период с 23.12.2017 по 12.03.2020.

Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение суда может быть обжаловано в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Ессентуки Ставропольского края) в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Дагестан.

Судья Х.В. Оруджев