Постановление от 17 сентября 2020 г. ФАС ЗСО (ФАС Западно-Сибирского округа)

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень Дело № А46-17211/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 18 сентября 2020 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Мельника С.А.,

судей Глотова Н.Б.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания с использованием систем видеоконференц-связи помощником судьи Рожковой Г.Р. рассмотрел

кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом

с ограниченной ответственностью «СибПромСтрой» ФИО2 на определение от 11.02.2020 Арбитражного суда

Омской области (судья Сорокина И.В.) и постановление от 09.06.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Смольникова М.В.,

ФИО3, ФИО4) по делу № А46-17211/2018

о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СибПромСтрой» (644116, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>), принятые

по заявлению конкурсного управляющего к ФИО5 (город Омск) об исключении требования из реестра требований о передаче жилых помещений.

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Омской области (судья Ширяй И.Ю.) в заседании участвовали: конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «СибПромСтрой» ФИО2

и представитель ФИО5 ФИО6

по доверенности от 10.12.2019.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «СибПромСтрой» (далее - общество, должник) его конкурсный управляющий Каребо Антон Сергеевич (далее - управляющий) 25.10.2019 обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением об исключении из реестра требований общества о передаче жилых помещений требования Гутникова Михаила Владимировича (далее – ответчик) о передаче жилого помещения общей площадью 79,4 кв. м, расположенного на 4-м этаже многоквартирного жилого дома номер 30/1 по улице 3-я Любинская

в городе Омске (далее – квартира).

Определением суда от 11.02.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 09.06.2020, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе управляющий просит определение арбитражного суда от 11.02.2020 и постановление апелляционного суда

от 09.06.2020 отменить, принять новый судебный акт об исключении требования ответчика из реестра требований общества о передаче жилых помещений.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судами не приняты

во внимание обстоятельства осведомлённости ответчика, являющегося бывшим руководителем должника, о неплатёжеспособности общества

на дату заключения договора участия в долевом строительстве и заведомой невозможности исполнения обязательства по передаче квартиры.

Управляющий полагает, что ФИО5 осуществлено компенсационное финансирование должника в кризисной ситуации, ссылаясь при этом, в том числе на пояснения самого ответчика, данные

им в рамках обособленного спора о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

В отзыве на кассационную жалобу ответчик выражает согласие

с выводами судов первой и апелляционной инстанций.

В судебном заседании управляющий и представитель ФИО5 доводы, изложенные, соответственно, в кассационной жалобе и отзыве

на неё, поддержали.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции нашёл их подлежащими отмене.

Как следует из материалов дела, между обществом (застройщик)

и ФИО5 (участник долевого строительства) заключён договор

от 14.07.2016 № 86/Л участия в долевом строительстве (в редакции дополнительного соглашения от 28.11.2016) (далее – договор № 86/Л),

в соответствии с которым застройщик обязался передать участнику долевого строительства квартиру.

Цена квартиры определена сторонами названного договора в размере

3 000 000 руб.

Судами установлено, что указанная цена уплачена:

внесёнными ответчиком наличными денежными средствами в сумме 600 000 руб. (квитанция к приходному кассовому ордеру от 30.12.2016);

денежными средствами, полученными на основании кредитного договора от 14.07.2016 № 1609041/0327, заключённого с акционерным обществом «Российский Сельскохозяйственный банк» (платёжное поручение от 27.10.2016).

Определением суда от 19.10.2018 принято заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 22.01.2019 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, к обществу применены правила банкротства застройщиков, предусмотренные параграфом 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Требование ФИО5 о передаче квартиры включено в реестр требований участников строительства управляющим на основании положения пункта 3 статьи 201.4 Закона о банкротстве.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, управляющий указал

на наличие у него сведений о притворном характере заключения договора

№ 86-Л, прикрывающего осуществление ответчиком компенсационного финансирования должника в преддверии банкротства последнего.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для исключения требования ФИО5

из реестра.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции, указав, в том числе на недоказанность управляющим неплатёжеспособности должника на дату заключения договора № 86/Л и отсутствия у ответчика действительного намерения на создание правовых последствий, свойственных отношениям по долевому участию в строительстве.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов сделаны

при неверном распределении бремени доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение для спора.

Согласно абзацу третьему пункта 7 статьи 201.4 Закона о банкротстве если после включения конкурсным управляющим требования участника строительства в реестр требований участников строительства конкурсному управляющему станут известны обстоятельства, свидетельствующие

о необоснованном включении такого требования, о наличии которых

он не знал и не должен был знать на момент его включения в реестр, конкурсный управляющий вправе обратиться в арбитражный суд

с заявлением об исключении этого требования из реестра.

Реализация конкурсным управляющим права на подачу такого заявления влечёт за собой последующую судебную проверку обоснованности

уже включённого в реестр требования и преследует конечную цель недопущения включения в реестр необоснованных требований,

что в ситуации недостаточности имущества должника привело

бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов и должника.

Проверка обоснованности требования осуществляется по общим правилам, предусмотренным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве исходя из допустимости сохранения в реестре только тех требований, в отношении которых представлены достаточные доказательства их обоснованности.

Как следует из материалов дела, на дату заключения договора № 86/Л ответчик являлся единоличным исполнительным органом (директором) общества, то есть контролирующим должника лицом, подпадающим

под признаки пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных

с ним лиц, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

При этом неустранённые контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

Выражая сомнения в правовой природе спорного договора,

на основании которого общество получило от ответчика денежные средства, управляющий, в частности, указывал на то, что:

цель недопущения банкротства должника путём предоставления

ему необходимых денежных средств признавалась самим ФИО5

в рамках обособленного спора о привлечении его к субсидиарной ответственности;

финансирование было осуществлено в условиях финансового кризиса,

в ситуации отсутствия у общества активов, необходимых для расчётов

с контрагентами (внесения платы за подключение к сетям);

с середины 2016 года общество не имело финансовой возможности

для строительства жилого дома (2-я очередь), в котором должна находиться квартира;

оборот денежных средств по расчётному счёту должника составил

во втором полугодии 2016 года 3 756 500 руб., в 2017 году - 1 617 500 руб.

По сути, управляющий исходил из того, что, заключая в условиях очевидной для контролирующего лица ситуации невозможности возведения жилого дома договор, предусматривающий передачу квартиры, ответчик

не мог преследовать иной цели кроме компенсационного финансирования.

Данные сомнения носят разумный характер, основаны на исследовании обстоятельств, выявленных управляющим в ходе проведения процедуры конкурсного производства, и направлены на недопущение возможности удовлетворения за счёт конкурсной массы требования контролирующего лица наравне с требованиями привилегированных кредиторов.

Соответственно, с учётом приведённых разъяснений высшей судебной инстанции суды должны были возложить на ответчика бремя опровержения этих сомнений путём представления ясных и убедительных доказательств, свидетельствующих о преследовании им при заключении договора № 86/Л исключительно цели приобретения жилья.

Между тем судами этого сделано не было.

Кроме того, управляющим также было указано на использование должником части полученных от ФИО5 денежных средств

для осуществления выплаты в пользу лица, оказывавшего ответчику юридические услуги (1 050 000 руб.), а также выдачи заработной платы самому ответчику и его близкому родственнику (801 553 руб. 81 коп.).

Расходование должником денежных средств не в собственных предпринимательских целях, а перенаправление их другим лицам, юридически или фактически аффилированным с ответчиком, может

по смыслу разъяснений, приведённых в пункте 1 Обзора, указывать

на мнимый характер финансирования.

Оценка данным доводам управляющего судами не дана.

Таким образом, обжалуемые судебные акты подлежат отмене

с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду необходимо с учётом разъяснений высшей судебной инстанции об особенностях установления в процедурах банкротства требований контролирующих должника лиц правильно распределить бремя доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение для верного разрешения спора, дать надлежащую оценку доводам участвующих в споре лиц, принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 11.02.2020 Арбитражного суда Омской области

и постановление от 09.06.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-17211/2018 отменить. Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Омской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий

двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.А. Мельник

Судьи Н.Б. Глотов

О.В. Кадникова