Решение от 24 января 2024 г. по делу № А27-14374/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Дело №А27-14374/2023



Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

24 января 2024 г. г. Кемерово

Резолютивная часть решения объявлена 17 января 2024 г.

Решение в полном объеме изготовлено 24 января 2024 г.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе

судьи Бондаренко С.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании при участии представителей

от истца (онлайн) по доверенности от 06.06.2023 ФИО2

от ответчика (онлайн) по доверенности от 01.09.2023 ФИО3 директора ФИО4

дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Стоматологическая клиника "Алмаз", г. Омск, Омская область (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "Алмаз", город Кемерово, Кемеровская область (ОГРН <***>, ИНН <***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора:

Федеральная антимонопольная служба Кемеровской области – Кузбасса, город Кемерово (ОГРН <***>, ИНН <***>)

об обязании прекратить использовать фирменное наименование, о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Стоматологическая клиника «Алмаз» (далее - ООО «СК «Алмаз», истец) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью «Алмаз» (далее - ООО «Алмаз») об обязании прекратить использование фирменного наименования ООО «Алмаз», схожее до степени смешения с охраняемым законом товарным знаком «АЛМАЗ», в отношении следующих видов экономической деятельности: 86.23 Стоматологическая практика, 86.10 Деятельность больничных организаций, 86.21 Общая врачебная практика, 86.22 Специальная врачебная практика, 86.90 Деятельность в области медицины прочая, прекратить незаконное использование товарного знака «АЛМАЗ», при оказании стоматологических услуг, удалить товарный знак с материалов, которыми сопровождается выполнение работ, оказание стоматологических услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок, интернет ресурсов, взыскать с ООО «Алмаз» в пользу ООО «Стоматологическая клиника «АЛМАЗ» денежные средства в размере 1 000 000 руб. в качестве компенсации за незаконное использование товарного знака, а также судебных расходов.

В обоснование иска указано на статьи 1252, 1479, 1514, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик иск оспорил, в отзыве указал, что нарушение действующего законодательства в сфере интеллектуальной собственности и исключительных прав истца на товарный знак «Алмаз» ответчиком не допущено. До момента предъявления искового заявления о существовании ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз» в г. Омске известно не было. В силу специфики оказываемых ООО «Алмаз» стоматологических услуг на ином товарном рынке ООО «Алмаз» не является конкурентом истца, не рекламирует свои услуги в г. Омске, не осуществляет действий для получения преимуществ при осуществлении своей деятельности, не причинило и не способно причинить заявителю в результате своей деятельности какой-либо ущерб. ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз» и ООО «Алмаз» имеют разное фирменное наименование, совпадающее лишь в одном слове АЛМАЗ, тождественными не являются, поскольку используют не все элементы фирменного наименования заявителя в неизменном виде, а также не являются сходными до степени смешения с наименованием заявителя. Размер заявленной компенсации полагает завышенным, в связи с чем, просить снизить до 38 000 руб.

Возражая на доводы ответчика, истец указал, что им представлены надлежащие доказательства нарушения ответчиком интеллектуального права истца. В целях урегулирования спора мирным путем ответчику истцом направлялся проект мирового соглашения, который не был подписан со стороны ООО «Алмаз».

Во исполнение определения суда Федеральной антимонопольной службой Кемеровской области – Кузбасса представлены материалы по заявлению ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз». Явку в настоящее судебное заседание антимонопольный орган не обеспечил, дело рассмотрено без его участия в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель истца заявила ходатайство об уточнении исковых требований, просит суд обязать ООО «Алмаз» прекратить использование фирменного наименования ООО «Алмаз», схожее до степени смешения с охраняемым законом товарным знаком «АЛМАЗ», в отношении следующих видов экономической деятельности: 86.23 Стоматологическая практика, 86.21 Общая врачебная практика, 86.22 Специальная врачебная практика, 86.90 Деятельность в области медицины прочая. Требования в части взыскания размера компенсации не изменились.

Ходатайство судом удовлетворено в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представители сторон поддержали доводы иска, возражений на иск.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, суд установил следующее.

19.05.2014 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись № <***> о государственной регистрации юридического лица ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз». Основным видом деятельности истца является стоматологическая практика (код ОКВЭД 86.23).

23.01.2015 Министерством здравоохранения Омской области истцу выдана лицензия № ЛО-55-01-001595 на медицинскую деятельность по оказанию первичной, в том числе доврачебной, врачебной и специализированной, медико-санитарной помощи по стоматологии в объеме, установленном лицензией. Федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения сведения о лицензии внесены в Единый государственный реестр лицензий, регистрационный номер лицензии: ЛО41-01165-55/00296872.

04.03.2015 ИП ФИО5 и ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз» заключили договор об отчуждении права на товарный знак «АЛМАЗ» по свидетельству № 226823 в отношении части товаров и услуг, указанных в свидетельстве, а именно услуг 42 класса МКТУ «медицинский, гигиенический и косметический уход, больницы».

Федеральной службой по интеллектуальным правам 18.05.2015 в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации внесена запись о выдаче ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз» свидетельства № 542276 на товарный знак «АЛМАЗ» приоритет: 31.10.2000г., срок действия до 31.10.2020.

12.10.2020 в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации к свидетельству № 542276 внесена запись о продлении срока действия исключительного права на товарный знак, срок действия до 31.10.2030.

По результатам оценки рынка стоматологических услуг на территории Российской Федерации истцу стало известно о нарушении ответчиком исключительного права на товарный знак «АЛМАЗ», принадлежащего истцу.

Ответчик, ООО «Алмаз» в качестве юридического лица зарегистрировано 11.06.2021 ОГРН <***>. Основным видом деятельности ответчика является стоматологическая практика (код ОКВЭД 86.23).

25.05.2022 Министерством здравоохранения Кузбасса ответчику выдана лицензия № ЛО41-01161-42/00294244 на медицинскую деятельность по оказанию первичной, в том числе доврачебной, врачебной и специализированной, медико-санитарной помощи по стоматологии в объеме, установленном лицензией. Сведения о лицензии внесены в Единый государственный реестр лицензий, регистрационный номер лицензии: ЛО41-01161-42/00294244.

Согласно информации сервиса «Государственный информационный ресурс бухгалтерской (финансовой) отчетности», размещенного на официальном сайте ФНС России в сети Интернет по адресу: https://bo.nalog.ru ответчиком предоставлена финансовая отчетность об осуществлении экономической деятельности по ОКВЭД2 – 86.23 и получении дохода от осуществления данной деятельности.

В целях информирования потребителей об осуществляемой деятельности ответчик в частности размещает сведения и платную рекламу в сети Интернет по адресу: https://almaz.clinic, https://go.2gis.com/yd69p, https://vk.com/almaz_clinic, https://yandex.ru/maps/-/CXW8qxC.

На основании заявления истца 26.06.2023 ФИО6, нотариусом нотариального округа город Омск, в порядке обеспечения доказательств, необходимых в случае возникновения в суде дела о защите прав интеллектуальной собственности, принадлежащих ООО "Стоматологическая клиника "АЛМАЗ", был произведен осмотр вышеуказанных интернет ресурсов, о чем был составлен протокол осмотра доказательства. Услуги нотариуса в размере 27 940,00 рублей были оплачены 26.06.2023г., о чем была выдана справка нотариуса.

Истцом 27.06.2023 в адрес ответчика направлена досудебная претензия с требованиями прекратить незаконное использование товарного знака «АЛМАЗ», выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак «АЛМАЗ», предложение заключить лицензионный договор на неисключительное использование товарного знака, с приложением проекта лицензионного договора. Копия досудебной претензии также была направлена на адрес электронной почты ответчика.

Почтовое отправление № 64409284021219 с досудебной претензией ответчиком получено не было и возвращено отправителю (истцу) в связи с истечением срока хранения. Претензия, направленная на адрес электронной почты ответчика, доставлена 27.06.2023, о чем был получен отчет почтовой службы о доставке письма. Досудебная претензия оставлена ответчиком без ответа.

Отсутствие ответа на претензию послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, оценив представленные сторонами доказательства в совокупности и взаимной связи, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В силу пункта 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ, самостоятельно определив способы их судебной защиты в соответствии со статьей статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

На основании пункта 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1473 ГК РФ юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах и включается в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица. Фирменное наименование юридического лица должно содержать указание на его организационно-правовую форму и собственно наименование юридического лица, которое не может состоять только из слов, обозначающих род деятельности.

В силу пункта 1 статьи 1474 Кодекса юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети Интернет.

Исключительное право на фирменное наименование возникает со дня государственной регистрации юридического лица и прекращается в момент исключения фирменного наименования из ЕГРЮЛ в связи с прекращением юридического лица либо изменением его фирменного наименования.

По смыслу пункта 146 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума N 10) фирменное наименование подлежит охране со дня государственной регистрации юридического лица.

В пункте 151 Постановления Пленума N 10 разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 1474 ГК РФ защите подлежит исключительное право на фирменное наименование юридического лица, раньше другого включенного в ЕГРЮЛ, вне зависимости от того, какое из юридических лиц раньше приступило к соответствующей деятельности.

Исходя из изложенного, юридическое лицо имеет право на охрану своего фирменного наименования со дня своей государственной регистрации.

В пункте 3 статьи 1474 ГК РФ указано, что не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица.

Таким образом, в приведенной норме сформулировано три признака противоправности использования другим лицом фирменного наименования правообладателя: во-первых, тождественность используемого другим лицом фирменного наименования фирменному наименованию правообладателя или сходство этих наименований до степени смешения; во-вторых, осуществление данными юридическими лицами аналогичной деятельности; в-третьих, более позднее включение в ЕГРЮЛ фирменного наименования другого лица.

Право на фирменное наименование подлежит защите при установлении совокупности признаков противоправности использования другим лицом фирменного наименования правообладателя.

Следовательно, в предмет доказывания по настоящему делу входят сходство фирменных наименований, а также наличие угрозы их смешения и потенциальная возможность введения в заблуждение потребителей или контрагентов при использовании фирменного наименования ответчиком путем осуществления деятельности, аналогичной деятельности истца.

В соответствии с пунктом 41 Правил, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482) обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах; сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком) - если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 42 Правил N 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

Звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

Графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

Смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 162 Постановление Пленума N 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Приведенные разъяснения применимы и при установлении вероятности смешения фирменных наименований.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, указано, что при выявлении сходства до степени смешения обозначений учитывается общее впечатление, которое они производят (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В силу пункта 1 статьи 1473 ГК РФ юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах и включается в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица.

Фирменное наименование юридического лица должно содержать указание на его организационно-правовую форму и собственно наименование юридического лица, которое не может состоять только из слов, обозначающих род деятельности (пункт 2 статьи 1473 ГК РФ).

Как установлено судом и не оспаривается лицами, участвующими в деле, полное собственно наименование истца - общество с ограниченной ответственностью «Стоматологическая клиника «Алмаз».

В свою очередь, полное собственно наименование ответчика - общество с ограниченной ответственностью «Алмаз».

Суд учитывает, что подлежат запрету все действия, способные каким бы ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента (статья 10bis Конвенции по охране промышленной собственности от 20.03.1883, участником которой Российская Федерация является с 01.07.1995).

То есть, использование другими лицами тождественного фирменного наименования неправомерно, так как данная степень сходства затрудняет их индивидуализацию при участии в хозяйственном обороте по аналогичным видам деятельности.

В пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 указано, что вопрос о сходстве до степени смешения двух словесных обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя.

Сопоставив произвольные части фирменных наименований истца и ответчика в соответствии с фонетическими, семантическими и графическими критериями, учитывая общее впечатление, которое производят сравниваемые обозначения, аналогичность видов деятельности, осуществляемых истцом и ответчиком, суд приходит к выводу о том, что имеется высокая вероятность смешения этих фирменных наименований потребителями.

Факт включения фирменного наименования истца в единый государственный реестр юридических лиц ранее фирменного наименования ответчика подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами.

В силу статьи 49 ГК РФ коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом (кредитных организаций, страховых организаций и обществ взаимного страхования, инвестиционных фондов), наделены общей правоспособностью и могут осуществлять любые виды предпринимательской деятельности, не запрещенные законом, в том случае, если в их учредительных документах не содержится исчерпывающий перечень видов деятельности, которыми они вправе заниматься.

Сведения о кодах по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности (ОКВЭД; с 01.01.2016 - ОКВЭД 2), то есть сведения о видах деятельности, которые юридическое лицо предполагает осуществлять, включаются в ЕГРЮЛ (подпункт "п" пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей").

До тех пор, пока не доказано иное, деятельность двух юридических лиц, охватываемая одним подклассом видов экономической деятельности по ОКВЭД, считается аналогичной.

Так, ОКВЭД предназначен для классификации и кодирования видов экономической деятельности и информации о них. При этом он может использоваться, в том числе для определения основного и других фактически осуществляемых видов экономической деятельности хозяйствующих субъектов.

ОКВЭД содержит коды классифицируемых группировок видов экономической деятельности, наименования и описания, раскрывающие содержание группировки и/или дающие ссылки на другие группировки классификатора.

В ОКВЭД использованы иерархический метод классификации и последовательный метод кодирования. Его структура может состоять из классов, подклассов, групп, подгрупп, видов.

Аналогичность видов деятельности определяется судом исходя из позиции среднего потребителя товаров и услуг, адресата соответствующей деятельности. При этом учитывается, возможно ли смешение видов деятельности истца и ответчика в глазах такого потребителя.

Предполагается, что деятельность истца и ответчика, охватываемая одним подклассом экономической деятельности по ОКВЭД, в глазах потребителя является аналогичной, если не доказано иное восприятие потребителем конкретных видов деятельности истца и ответчика.

В рассматриваем случае судом на основании кодов ОКВЭД установлено совпадение видов деятельности истца и ответчика, указанных в отношении них в ЕГРЮЛ.

При рассмотрении дел о нарушении права на фирменное наименование истец должен доказать, какими видами деятельности фактически занимается и он, и ответчик, а также аналогичность соответствующих видов деятельности.

Именно фактическое осуществление аналогичных видов деятельности создает реальную угрозу смешения различных производителей и поставщиков товаров (услуг) в глазах потребителя.

Факт осуществления заявленных в ЕГРЮЛ видов деятельности подтверждается материалами дела, ответчиком не опровергнут.

Из пункта 152 Постановления Пленума N 10 следует, что требование прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию правообладателя или сходного с ним до степени смешения, в отношении видов деятельности, аналогичных видам деятельности, осуществляемым правообладателем, или изменить фирменное наименование, а также возместить правообладателю причиненные убытки в силу пункта 4 статьи 1474 ГК РФ может заявить только правообладатель.

Требование о прекращении использования фирменного наименования может быть удовлетворено, если нарушение имеет место на момент вынесения судом решения.

При этом выбор способа прекращения нарушения исключительного права - прекращение использования фирменного наименования в отношении конкретных определенных судом видов деятельности или изменение фирменного наименования в силу пункта 4 статьи 1474 ГК РФ (в редакции Федерального закона N 35-ФЗ) - принадлежит не истцу, а ответчику. В связи с этим в резолютивной части решения суда, установившего факт нарушения права на фирменное наименование истца, указывается на запрет ответчику осуществлять определенные виды деятельности под определенным фирменным наименованием. Выбор способа исполнения такого решения суда осуществляется ответчиком на стадии исполнения решения суда.

При таких обстоятельствах суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению.

Согласно статье 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

В случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как отмечено в пункте 62 Постановления Пленума N 10, суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации в размере 1 000 000 руб.

Заявленный размер компенсации обоснованы истцом со ссылкой на следующие обстоятельства:

- установленный законодательством принцип «старшинства прав», в соответствии с которым преимущество имеет средство индивидуализации право на которое возникло ранее;

- учитывая факт нарушения исключительно права на товарный знак, в том числе и после получения претензии и предложения заключить лицензионный договор, характер нарушения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 N 28-П, суд при определенных условиях может снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

-использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации до 38 000 руб.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021) указано, что определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 4.2 Постановления от 13.12.2016 N 28-П разъяснил, что взыскание предусмотренной подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является, тем не менее, частноправовым институтом, который основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а именно правообладателя и нарушителя его исключительного права на объект интеллектуальной собственности, и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, то есть таким образом, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота.

Доказательства систематического совершения ответчиком аналогичных нарушений отсутствуют.

Учитывая указанные обстоятельства, степень вины нарушителя, отсутствие сведений о понесенных истцом значительных убытков, совершение правонарушения ответчиком впервые, учитывая действия ответчика, направленные на устранение нарушений в части использования заявленного товарного знака, что также подтверждается сведениями информационных ресурсов 2ГИС и официального сайта клиники (https://almstom.clinic/service?utm_source=yandexdirect&utm;_medium=cpc&utm;_campaign=104243880&utm;_content=ch_yandex_direct&utm;_term=%D0%B0%D0%BB%D0%BC%D1%81%D1%82%D0%BE%D0%BC&yclid;=59209508333551615) исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, и принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям допущенного нарушения, суд полагает возможным снизить заявленный истцом размер компенсации до 100 000 рублей.

На основании изложенного, Арбитражный суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца и взыскании 100 000 рублей компенсации.

Согласно статье 110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Учитывая исход рассмотрения спора, руководствуясь положениями статей 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд также отнес на ответчика обязанность по возмещению истцу понесенных в связи с рассмотрением настоящего спора судебных расходов на оплату услуг нотариуса, а также почтовых расходов в общей сумме 53 569 руб. 98 коп., факт несения которых документально подтвержден.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Иск удовлетворить частично.

Обязать общество с ограниченной ответственностью "Алмаз", город Кемерово, Кемеровская область (ОГРН <***>, ИНН <***>) прекратить использование фирменного наименования, схожего до степени смешения с фирменным наименованием общества с ограниченной ответственностью "Стоматологическая клиника "Алмаз", г. Омск, Омская область (ОГРН <***>, ИНН <***>) либо изменить свое фирменное наименование в течение месяца со дня вступления решения в законную силу.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Алмаз", город Кемерово, Кемеровская область (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Стоматологическая клиника "Алмаз", г. Омск, Омская область (ОГРН <***>, ИНН <***>) 100 000 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака, 27 940 руб. расходов на оплату услуг нотариуса, 8 897 руб. расходов по государственной пошлине, в доход федерального бюджета 279 руб. государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.


Судья С.С. Бондаренко