Постановление от 18 сентября 2025 г. по делу № А24-4537/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, <...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2490/2025
19 сентября 2025 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 сентября 2025 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Шведова А.А. судей Никитина Е.О., Сецко А.Ю.

в судебном заседании принял участие представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ПО Камагро» ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 20.01.2025 № 3;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО4

на определение Арбитражного суда Камчатского края от 28.02.2025, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2025

по делу № А24-4537/2016 Арбитражного суда Камчатского края

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ПО Камагро» ФИО2

о процессуальном правопреемстве

по обособленным спорам: о признании сделки по перечислению должником в пользу ФИО5 денежных средств в размере

13 350 000 руб. недействительной и применении последствий ее недействительности; о признании сделки по перечислению должником в пользу ФИО5 дивидендов в размере 6 700 000 руб.

недействительной и применении последствий ее недействительности; о взыскании с ФИО5 убытков в размере

16 500 000 руб.; о взыскании с ФИО5 убытков в размере 22 300 000 руб.

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ПО Камагро» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 683002, <...>),

установил:

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 04.12.2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «ПО Камагро» (далее – должник, общество «ПО Камагро») открыто конкурсное производство; определением суда первой инстанции от 07.12.2017 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсное производство в отношении должника очередной раз продлено определением суда первой инстанции от 24.04.2025 до 24.10.2025.

В рамках процедуры конкурсного производства должника по заявлениям конкурсного управляющего с учредителя и бывшего руководителя общества «ПО Камагро» ФИО5 в пользу должника взыскано 58 850 000 руб., в том числе:

- убытков в размере 22 300 000 руб. (определение суда первой инстанции от 24.07.2019);

- убытков в размере 16 500 000 руб. (определение суда первой инстанции от 31.07.2019);

- в порядке реституции - 13 350 000 руб., полученных ФИО5 в отсутствие каких-либо встречных предоставлений (определение суда первой инстанции от 31.01.2020);

- в порядке реституции – 6 700 000 руб., полученных ФИО5 в порядке выплаты дивидендов (определение суда первой инстанции от 13.03.2020).

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 05.07.2021, вынесенным по делу № 24-5002/2017 о банкротстве ФИО5 завершена процедура реализации имущества гражданина, ФИО5 освобождён от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2021, принятым по делу № А24-5002/2017, определение суда от 05.07.2021 на данному делу изменено, ФИО5 освобождён от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина, за исключением требований, установленных пунктами 4, 5 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

22.05.2023, посредством использования сервиса подачи документов в электронном виде «Мой арбитр», общество «ПО Камагро», ссылаясь на то, что 30.11.2021 ФИО5 умер, обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о замене в порядке процессуального правопреемства в соответствии со статьей 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) умершего ФИО5 на Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея на сумму требований в размере 16 500 000 руб., установленных определением суда первой инстанции от 31.07.2019, мотивируя тем, что после смерти ФИО5 осталось принадлежащее ему недвижимое имущество, на которое может быть наложено взыскание, а именно:

- жилое помещение, расположенное по адресу: Краснодарский край,

г. Анапа, ул. Терская, д. 113 кв. 6, общей площадью 60,6 кв. м, кадастровый номер 23:37:0103001:526, кадастровой стоимостью 4 244 815 руб. (далее – спорная квартира);

- 30/683 доли земельного участка, находящегося в общей долевой собственности, категория земель - земли населенных пунктов, используемого

под жилую застройку площадью 683 кв. м, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 23:37:0103001:44, кадастровой стоимостью 9 176 740 руб. (далее – спорный земельный участок).

Впоследствии в связи с выявлением наследника умершего, конкурсный управляющий уточнил заявленное требование и просил заменить в порядке процессуального правопреемства в соответствии со статьей 48 АПК РФ умершего ФИО5 на его сына ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (в лице законного представителя ФИО6) на общую сумму требований в размере 58 850 000 руб., подтвержденную определениями суда первой инстанции от 24.07.2019, от 31.07.2019, от 31.01.2020, от 13.03.2020 по настоящему делу, в пределах стоимости перешедших к нему в порядке наследования спорных квартиры и земельного участка.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 28.02.2015, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2025, заявление конкурсного управляющего удовлетворено, произведена процессуальная замена умершего ФИО5 на наследника ФИО4 на сумму требований в размере 58 850 000 руб., подтвержденную определениями суда первой инстанции от 24.07.2019, от 31.07.2019, от 31.01.2020, от 13.03.2020 по делу № А24-4537/2016, в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного недвижимого имущества – спорных квартиры и земельного участка, но не ниже стоимости, установленной заключением эксперта общества с ограниченной ответственностью «Эксперт» от 27.01.2025 № 8298 на день смерти

ФИО5 в размере 8 015 000 руб.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Камчатского края от 28.02.2025 и постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2025, ФИО4 (далее – заявитель жалобы) обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в

которой просит указанные судебные акты отменить и принять новый судебный акт.

Заявитель жалобы полагает, что судами первой и апелляционной инстанций не учтен факт признания постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2021 по делу о банкротстве ФИО5

№ А24-5002/2017 спорных квартиры и земельного участка единственным жильем ФИО5 и их исключение из конкурсной массы гражданина-должника. Ссылаясь на данные обстоятельства, ФИО4 отмечает, что поскольку на праве собственности он не владел и не владеет недвижимым имуществом (жилым помещением), спорные квартира и земельный участок для него является единственным пригодным для проживания жильем. В связи с этим считает, что примененный судами подход способствует возникновению конфликтной ситуации с кредитором общества «ПО Камагро» и нарушению права на достойную жизнь, неприкосновенность жилища, перешедшему ФИО4 в порядке наследования от умершего отца ФИО5

Представитель конкурсного управляющего в отзыве и непосредственно в судебном заседании, ссылаясь на законность и обоснованность оспариваемых судебных актов, просил в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Иные участвующие в деле о банкротстве лица, в том числе заявитель жалобы, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание окружного арбитражного суда не явились, в связи с чем кассационная жалоба рассмотрена в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ в их отсутствие.

Проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, отзыве на нее, выслушав присутствовавшего в судебном заседании представителя конкурсного управляющего, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и подтверждается материалами обособленного спора, обращаясь с заявлением о проведении процессуального правопреемства в соответствии с частью 1 статьи 48 АПК РФ, конкурсный управляющий указал на то, что в состав наследства должника ФИО5, принятого его сыном ФИО4, не достигшим совершеннолетия на момент открытия наследства, вошли спорные квартира и земельный участок, следовательно, наследник, принявший наследство в силу разъяснений, содержащихся в пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании»

(далее – постановление № 9), несет ответственность по долгам наследодателя, от которых последний не был освобождён при завершении процедуры реализации имущества гражданина-должника по делу

№ А24-5002/2017.

В пункте 14 постановления № 9 содержится разъяснение, согласно которому в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ).

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.12.2019 № 303-ЭС19-15056 указано, что субсидиарная ответственность по обязательствам должника (несостоятельного лица) является разновидностью гражданско-правовой ответственности и наступает в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица. В части, не противоречащей специальному регулированию законодательства о банкротстве, к данному виду ответственности подлежат применению положения глав 25 и 59 ГК РФ (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Из этого следует, что долг, возникший из субсидиарной ответственности (убытков), должен быть подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ).

Таким образом, долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к гражданско-правовой ответственности, входит в наследственную массу. Иное толкование допускало бы возможность передавать наследникам имущество, приобретенное (сохраненное) наследодателем за счет кредиторов незаконным путем, предоставляя в то же время такому имуществу иммунитет от притязаний кредиторов, что представляется несправедливым.

Удовлетворяя заявление о правопреемстве, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, исходил из наличия оснований для осуществления процессуальной замены ФИО5, не освобожденного от исполнения требований перед кредитором – обществом «ПО Камагро» на сумму 58 850 000 руб., подтвержденную определениями суда первой инстанции от 24.07.2019, от 31.07.2019, от 31.01.2020, от 13.03.2020, вынесенными по настоящему делу, на его правопреемника ФИО4 в пределах стоимости перешедшего к нему в порядке наследования жилого помещения и земельного участка.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО4 в принадлежащем наследодателю жилом помещении не проживал, совместное хозяйство с ним не вел; на момент вступления в наследство наследник постоянно проживал по адресу: <...> и в жилье не нуждался; мать ФИО4 – ФИО6 в законном браке с ФИО5 никогда не состояла, совместно с ним в спорной квартире не проживала, совместное хозяйство не вела.

Возражая против заявленного конкурсным управляющим требования, ФИО4 ссылался на правовой подход, сформулированный в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2024 № 304-ЭС23-25261, допускающий наделение

земельного участка и находящегося на нем жилого дома, принадлежащего умершему в период банкротной процедуры должнику, статусом единственного пригодного для проживания наследников жильем, подлежащим исключению из конкурсной массы умершего гражданина, и приводил доводы о том, что спорные квартира и земельный участок, исключенные из конкурсной массы в рамках дела о банкротстве ФИО5 как отвечающие критериям единственного пригодного для проживания наследодателя жильем, сохранили исполнительский иммунитет и после смерти наследодателя, поскольку для наследника это недвижимое имущество также является единственным пригодным для проживания помещением.

Действительно, согласно пункту 7 статьи 223.1 Закона о банкротстве по истечении срока принятия наследства, установленного законодательством Российской Федерации, не включается в конкурсную массу имущество, составляющее наследство гражданина, если такое имущество является единственным пригодным для постоянного проживания помещением для наследника.

В пункте 51 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025 (далее – Обзор от 18.06.2025), выражена правовая позиция о том, что наследник и члены его семьи, для которых квартира умершего должника является единственным пригодным для проживания жильем, вправе рассчитывать на оставление ее за собой без изъятия доли наследодателя.

По смыслу упомянутых положений в ситуации, когда вошедшее в состав наследства имущество является единственным пригодным для постоянного проживания наследника, оно подлежит исключению из конкурсной массы в деле о банкротстве наследственной массы.

Положения статьи 223.1 Закона о банкротстве содержат специальные нормы, которые в отличие от общих положений гражданского законодательства регулируют вопрос об ответственности по долгам наследодателя в условиях несостоятельности наследственной массы, то есть превышения размера вошедших в состав наследства пассивов над активами.

В таком случае проводится процедура несостоятельности умершего гражданина, то есть осуществляется банкротство в отношении наследственной массы, в рамках которого аккумулируется все имущество, вошедшее в наследство (даже если наследники уже вступили в наследство), и все долги наследодателя, то есть банкротство осуществляется так, как если бы наследодатель был жив (абзац седьмой пункта 52 Обзора от 18.06.2025).

Вместе с тем отличительными особенностями рассматриваемого спора от спора, по результатам которого Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации вынесено определение

от 26.06.2024 № 304-ЭС23-25261, является то, что спорные квартира и земельный участок исключены из конкурсной массы в процедуре банкротства ФИО5 постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2021 по делу № А24-5002/2017 как наделенные исполнительским иммунитетом с целью соблюдения конституционно значимой потребности только гражданина-должника в жилище; в указанном жилом помещении никто кроме ФИО5 не проживал и прав на него не имел; открытие наследства и его принятие наследником состоялось после прекращения процедуры банкротства, проводимой в отношении наследодателя.

В связи с этим, поскольку ФИО5 умер после прекращения процедуры реализации, исполнительский иммунитет в отношении спорных квартиры и земельного участка прекратился.

В такой ситуации, ФИО4, принявший наследство, стал по отношению к обществу «ПО Камагро» должником, отвечающим по долгам наследодателя в пределах стоимости всего причитающегося ему наследственного имущества, соответственно, суды первой и апелляционной инстанций, пришли к правомерному выводу о наличии оснований для проведения процессуального правопреемства.

Суд апелляционной инстанции обоснованно акцентировал внимание на том, что с учетом предмета заявленных требований – процессуальное правопреемство в связи со смертью гражданина-должника, вопрос о

распространении исполнительского иммунитета на наследственное имущество подлежит рассмотрению в отдельном споре по соответствующему заявлению заинтересованного лица.

При таких обстоятельствах доводы, приведенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о неправильном применении норм процессуального и материального права, разъяснений по вопросам судебной практики, в связи с чем не принимаются во внимание в качестве оснований для признания выводов судебных инстанций неправильными.

Ввиду изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Камчатского края от 28.02.2025, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2025 по делу № А24-4537/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья А.А. Шведов

Судьи Е.О. Никитин

А.Ю. Сецко