Решение от 29 июля 2024 г. по делу № А40-272089/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело №А40-272089/23-170-3071
г. Москва
29 июля 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 01 июля 2024 года

Полный текст решения изготовлен 29 июля 2024 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Ереминой И. И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Солдатовой П.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

ООО"СЕВЗАПБУКСИР" (192102, РОССИЯ, Г. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ВОЛКОВСКОЕ, БУХАРЕСТСКАЯ УЛ., Д. 24, К. 1, ЛИТЕРА А, ПОМЕЩ. 68, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 25.02.2013, ИНН: <***>)

к АО "БЕЛУГА ПРОДЖЕКТС ЛОДЖИСТИК" (121059, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ДОРОГОМИЛОВО, БРЯНСКАЯ УЛ., Д. 5, ЭТАЖ/КОМ 6/1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 23.11.2009, ИНН: <***>)

третье лицо - ФИО1

о взыскании убытков в размере 5 970 126 евро.

в заседании приняли участие:

от истца – ФИО2 по дов. от 15.06.2023 г.

от ответчика – ФИО3 по дов. от 27.03.2024 г.

от ФИО1 – ФИО4 по дов. от 27.09.2023г., ФИО5 по дов. от 27.09.2023г.

УСТАНОВИЛ:

ООО"СЕВЗАПБУКСИР" (далее истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к АО "БЕЛУГА ПРОДЖЕКТС ЛОДЖИСТИК" (далее – ответчик) о взыскании убытков в размере 5 970 126 евро.

Истец поддержал исковые требования по доводам изложенным в исковом заявлении и возражениях на отзыв.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований по доводам изложенным в отзыве, заявил об оставлении искового заявления без рассмотрения, о пропуске срока исковой давности.

Определением суда от 26.02.2024 судом отказано в ходатайстве ФИО1 о вступлении в дело № А40-272089/23-170-3071 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.05.2024 определением суда от 26.02.2024 отменено, в связи с чем к судебному заседанию допущено к участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО1.

Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между обществом с ограниченной ответственностью «СевЗапБуксир» (истцом) (далее - общество СЗБ) и акционерным обществом «Белуга Проджектс Лоджистик» (ответчик) (далее - компания ФИО6) был заключен Договор уступки права на долю от 01.06.2020 года № БП/02/20 (Договор). В настоящем исковом заявлении общество СЗБ просит взыскать с компании ФИО6 убытки, вызванные нарушением компанией своих обязательств по спорному Договору.

Судно, являющееся предметом Договора, поступило к обществу СЗБ в 2016 г. по договору бербоут-чартера с правом выкупа, правовая природа которого аналогична договору выкупного лизинга.

Из содержания договора бербоут-чартера (Часть I) следует, что он представляет собой договор стандартного бербоут-чартера Балтийского и международного морского совета (БИМКО)1, заключенный на 60 месяцев (п. 21 Части I), в соответствии с которым обществом СЗБ Судно взято в аренду с правом выкупа (п. 42 Части I) на условиях, определенных в Приложении 1 к нему (п.п. 22, 42 Части I).

Договор бербоут-чартера регулируется голландским законодательством (п. 35 Часть I), вместе с тем, использование сторонами обычно применяемой стандартной проформы позволяет уяснить содержание данного договора без установления норм иностранного права.

Экономическое содержания договора бербоут-чартера с правом выкупа аналогично содержанию договора выкупного лизинга — это, по сути, не аренда, а разновидность финансирования. Имущественный интерес Судовладельца заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес Фрахтователя (в настоящем деле — общества СЗБ) — в приобретении Судна в собственность за счет средств, предоставленных Судовладельцем, и при его содействии. Иными словами, договор бербоут-чартера с правом выкупа является одним из видов инвестиционной деятельности, в которой:

-фрахтовщик (судовладелец), приобретая судно в свою собственность при помощи финансовых средств и передавая его во владение и пользование фрахтователю, оказывает ему своего рода финансовую услугу;

-при этом он возмещает стоимость судна за счет поступающих от фрахтователя периодических платежей (фрахта), образующих его доход от такой инвестиционной деятельности.

Из Приложения I к договору бербоут-чартера (с учетом изменений, внесенных 1-ой и 2-ой поправками к договору бербоут-чартера) следуют следующие договоренности сторон:

-выкупная стоимость Судна - 8 485 800 Евро.

-проценты за выкуп Судна в рассрочку (плата за финансирование) - 2 340 787 Евро.

Итого фактическая величина денежных средств, подлежащих выплате для покупки Судна в рассрочку, — 10 826 587 Евро.

Таким образом, за весь срок действия договора бербоут-чартера Судовладельцу должно было быть возвращено предоставленное им финансирование в размере 8 485 800,00 евро.

Расчет: Итого столбец 3 (сумма возвращенного финансирования в составе ежемесячных платежей) + Итого столбец 5 (авансовые платежи) + Строка 60 столбца 7 (сумма закрытия сделки на конец договора) = 4 225 020,00 евро + 1 303 000,00 евро + 2 957 480,00 евро = 8 485 800,00 евро.

Кроме того, за весь срок действия договора бербоут-чартера Судовладелец был вправе получить в качестве платы за финансирование 2 340 787,00 евро.

Следовательно, полная стоимость Судна по договору бербоут-чартера составляла 10 826 587,00 евро.

Из письма Судовладельца от 07.12.2020 года следует, что общество заплатило по договору бербоут-чартера всего 5 719 129 евро. Если из них вычесть денежные средства, выплаченные компанией ФИО6 в размере 138 194,04 евро, то возможно определить, что общество СЗБ выплатило по договору бербоут-чартера 5 580 934,96 евро собственных денежных средств, составляющих возврат Судовладельцу предоставленного финансирования и платы за него.

Именно по той причине, что полная стоимость Судна составляла 10 826 587,00 евро, при заключении Договора уступки, по условиям которого Судно должно было поступить в равнодолевую собственность Истца и Ответчика, размер финансирования со стороны Истца был определен сторонами как 5 970 126,00 евро, то есть в размере половины стоимости Судна, переданного обществу СЗБ по договору бербоут-чартера без оснащения его оборудованием, а также половина стоимости оборудования, установленного на Судно обществом СЗБ за свой счет.

Однако, из-за того, что компания ФИО6, оплатила лишь 2 % от общего размера своих платежных обязательств, договор бербоут-чартера был расторгнут и общество СЗБ потеряло и Судно, и все уплаченные им денежные средства в размере 5 580 934,96 евро, и стоимость установленного на Судно оборудования (такие же последствия наступают для лизингополучателя при расторжении договора выкупного лизинга).

Заключение Договора было вызвано возникшими у общества СЗБ материальными затруднениями в исполнении обязательств по договору бербоут-чартера и необходимостью привлечения дополнительного источника финансирования в целях сохранения прав на Судно, поскольку в случае прекращения договора бербоут-чартера по причине неисполнения платежных обязательств все уже ранее выплаченные обществом СЗБ по такому договору денежные средства, в составе которых была выкупная цена Судна (статьи А), В), С) договора бербоут-чартера), утрачивались бы им вместе со всеми правами на Судно, в том числе с правом получить Судно в собственность.

29.06.2020 года общество СЗБ уведомило Судовладельца о подписании спорного Договора и попросило внести необходимые изменения в договор бербоут-чартера.

03.07.2020 года компания перечислила обществу по Договору еще 3 млн. руб.

17.07.2020 года обе стороны настоящего спора получили письмо Судовладельца с согласием на продолжение договора бербоут-чартера с учетом объединения сторон. Судовладелец направил текст договора гарантии для его подписания с компанией ФИО6

24.07.2020 года договор гарантии был подписан компанией ФИО6, в нем компания взяла на себя обязательство перед Судовладельцем исполнить все оставшиеся обязательства общества СЗБ по договору бербоут-чартера.

Истец указывает на то, что никаких платежей ни по спорному Договору, ни по договору гарантии компания ФИО6 больше не осуществляла, перечислив в итоге лишь половину первого платежа из согласованных сторонами девятнадцати, при этом сумма полученных средств составила всего 2 % от общего размера обязательств компании.

Общество СЗБ для сохранения договора бербоут-чартера и возможности исполнения спорного Договора кроме полученных от компании ФИО6 138 тысяч евро перечислило Судовладельцу еще 195 тысяч евро собственных денежных средств.

В конце августа 2020 г. компания ФИО6 сообщила обществу СЗБ об отказе платить по спорному Договору.

Общество СЗБ направило компании ФИО6 две претензии, оставленные компанией без удовлетворения, и обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском о взыскании с компании суммы штрафа (дело № А40-176120/2020). В иске было отказано в полном объеме.

При вынесении решения суд исходил из того, что отказ одной стороны от договора, с которым стороны связали право второй стороны требовать выплаты штрафа, представляет собой сделку, в отношении которой должна быть соблюдена письменная форма, а компания ФИО6, хоть и игнорировала требования общества СЗБ об оплате, не направляла письменного уведомления об отказе от Договора, а потому она должна нести иную ответственность (пени за просрочку оплаты), а не штраф за отказ от Договора.

08.11.2020 года по инициативе Судовладельца был расторгнут договор бербоут-чартера.

18.11.2020 года общество уведомило компанию о расторжении договора бербоут- чартера.

29.12.2020 года компания ФИО6 направила обществу СЗБ предложение о расторжении спорного Договора, с иском о расторжении Договора компания не обращалась.

Впоследствии обществу истцу стало известно, что права на Судно получила связанная с компанией ФИО6 компания на основании договора бербоут-чартера от 01.04.2021., т.е. Компания ФИО6 , по мнению истца, своими действиями создала необходимые для этого условия, лишив общество СЗБ как Судна, так и уплаченных за него денежных средств.

Истец считает, что неисполнение компанией ФИО6 своих платежных обязательств сделало необратимыми последствия финансовых трудностей общества СЗБ в виде расторжения договора бербоут-чартера и утраты всего уже уплаченного по нему вместе с Судном.

По мнению истца, наступление указанных обстоятельств, за которые отвечает компания ФИО6, вне зависимости от того, квалифицировать ли их как основания невозможности исполнения Договора и его прекращения или нет, с точки зрения объема возмещаемых убытков равнозначно сценарию отказа компании ФИО6 от исполнения Договора, то есть убытки должны быть взысканы за полный срыв компанией ФИО6 договорной программы в размере «убытки взамен реального исполнения». Соответственно, должны применяться правила п. 5 ст. 453 и ст. 393.1 ГК РФ о возмещении убытков, которые в обычной ситуации взыскиваются в сценарии расторжения нарушенного договора. Размер таких убытков был фактически согласован сторонами в п. 5.3 спорного Договора в сумме 5 970 126,00 евро.

Размер убытков истца составляет, по мнению истца, не менее 5 580 934,96 евро.

Доводы изложенные в исковом заявлении судом признаны необоснованными, ввиду следующего:

В качестве убытков Истцом заявлены суммы фрахта и финансирования, которые Истец выплатил Судовладельцу - Bravo Ship Leasing 11 B.V. (Нидерланды) за использование морского судна - буксира «АРГО» в рамках договора бербоут- чартера.

Договор бербоут-чартера заключен Истцом в 2016 году, т.е. именно в 2016 году Истец принял обязательства перед Судовладельцем выплатить фрахт (статья «А» бербоут-чартера), невозвратные платежи (- статья «В» бербоут- чартера) и стоимость финансирования за предоставленную рассрочку (статья «С» бербоут-чартера).

Договор №БП/02/20 (далее - договор уступки) между Истцом и Ответчиком заключен 01.06.2020 с целью приобретения Ответчиком на условиях п. 3.1 данного договора «права на Vi буксира «АРГО».

Согласно п. 3.1 договора уступки Ответчик должен был оформить дополнения в бербоут-чартер о наличии прав софрахтователя у Ответчика. Учитывая, что платежи за права на судно должны были уплачиваться Истцу, п. 2.4. договора уступки стороны закрепили условие о том, что Истец является единственным плательщиком перед Судовладельцем по бербоут-чартеру, т.е. данное условие определяло обязанность Истца завершить все платежные обязательства перед Судовладельцем по бербоут-чартеру.

Ответчик обязан был произвести первый платеж Истцу в июле 2020 года, а Истец согласно п. 3.1. договора должен был оформить дополнение к договору бербоут-чартера не позднее 01.07.2020.

Авансовые денежные средства Ответчик перечислил Истцу 02.06.2020 в размере 100 466,78 EURn 03.07.2020 в сумме 37 727,26 EUR (всего 138 194,04 EUR).

Истец обязательства по п.3.1 договора не выполнил, письмо Судовладельцу направлено Истцом лишь 29.06.2023 (за 1 день до окончания срока, установленного п. 3.1 договора уступки).

При таких обстоятельствах, в силу ст. 328 ГК РФ, оснований для перечисления денежных средств по договору уступки у Ответчика не имелось.

08.11.2020 Истец подписал с Судовладельцем соглашение об урегулировании задолженности по бербоут-чартеру, судно возвращено Судовладельцу.

В п.1 ст.1 соглашения о расторжении бербоут-чартера прямо указано, что Фрахтователь признает нарушение обязательств по внесению фрахта.

Истец о расторжении договора бербоут-чартера Ответчика не известил, и продолжал настаивать на внесении платежей за судно.

Отсутствуют доказательства направления Истцом письма исх. № 181120-01 от 18.11.2020 в адрес Ответчика.

Факт неисполнения Истцом обязательств по бербоут-чартеру подтверждается представленными Истцом платежными документами за период июнь-июль 2020 года (заявления на перевод: №3 от 03.06.2020 г. на сумму 34 300 EUR; №4 от 03.06.2020 г. на сумму 73 772 EUR; №5 от 02.07.2020 г. на сумму 34 300 EUR; №6 от 02.07.2020 г. на сумму 30 861 EUR; №7 от 03.07.2020 г. на сумму 26 400 EUR; № 8 от 06.07.2020 г. на сумму 16 511 EUR; № 9 от 29.07.2020 г. на сумму 32 557 EUR; № 10 от 29.07.2020 г. на сумму 97 443 EUR, где указано об оплате задолженности Истца за период с июля 2019г. по октябрь 2019г.

Таким образом, все финансовые обязательства Истца, заявленные им в качестве убытков по данному иску возникли с августа 2016 года из самостоятельной сделки Истца (бербоут-чартера).

При этом заключенный сторонами договор уступки по своим условиям предполагал исключительно возникновение у сторон долевой собственности, что было возможно лишь на условиях дополнений в бербоут-чартер (п. 3.1. договора уступки) или путем заключения сторонами отдельной сделки купли-продажи.

Факт отсутствия встречного представления со стороны Истца по суммам перечисленного Ответчиком аванса по договору уступки рассматривался в судебном порядке в рамках арбитражного дела № А56-65358/2021.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.07.2023 требования АО «Белуга Проджектс Лоджистик» о взыскании с ООО «СЕВЗАПБУКСИР» неосновательного обогащения в размере уплаченного аванса признаны обоснованными. Данное решение вступило в законную силу с техническим изменением резолютивной части постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2023.

Касательно доводов Истца о взаимосвязи платежей по договору бербоут- чартера с графиком платежей договора уступки необходимо отметить, что ни одно из условий договора уступки не определяет обязательств Ответчика по финансированию бербоут-чартера.

Данные заявление Истца противоречат документам по исполнению бербоут- чартера, условиям договора уступки и даже условиям гарантии исполнения обязательств.

Объем финансовых обязательств Истца перед Судовладельцем предусмотрен только бербоут-чартером 2016 года на 5 лет (60 месяцев), тогда как Ответчик заключал с Истцом договор уступки в 2020 году - за 1 год до окончания бербоут- чартера.

По графику платежей к договору уступки первый платеж Ответчика 15.07.2020 составлял 226 300 EUR, что не покрывает даже третей части задолженности Истца перед Судовладельцем на июнь 2020 года - 1 143 830 EUR.

Представленная Истцом гарантия исполнения обязательств представлена на подпись Ответчику непосредственно Истцом в качестве документа, необходимого Судовладельцу для оформления дополнений в бербоут-чартер (п. 3.1. договора уступки), что подтверждается электронной перепиской Истца от июля 2020 года.

Гарантия подписана Ответчиком с условием, что она не влечет поручительства (п. 1 текста гарантии), никаких условий о финансировании со стороны Ответчика сделки бербоут-чартера данная гарантия не содержит.

Таким образом, в 2016 году Истец, как самостоятельный субъект коммерческой деятельности, согласовал условия и суммы бербоут-чартера, принял на себя обязательства выплатить Судовладельцу фрахт и выкупную стоимость судна, а также стоимость финансирование за рассрочку платежей.

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков Истец обязан доказать, что именно Ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства, наличие убытков.

Исходя из абз. 2 п. 2 ст. 393 ГК РФ возмещение убытков должно повлечь восстановление прав Истца, нарушенных неисполнением обязательств Ответчиком, т.е. Истец в результате возмещения должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Наличие договора уступки, заключенного Ответчиком в 2020 году, как и отсутствие такового не влияет не объем финансовых обязательств Истца перед Судовладельцем, принятых им по договору бербоут-чартера, и соответственно не имеет причинно-следственной связи с невыполнением Истцом обязательств перед Судовладельцем.

Иск о взыскании убытков предъявлен Истцом за пределами срока исковой давности.

Согласно исковым требованиям, факт возникновения и размер предъявленных ко взысканию убытков Истец обосновывает изъятием судна и расторжением договора бербоут-чартера Судовладельцем по причине задолженности Истца.

В соответствии с п.1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права

Само соглашение о расторжении бербоут-чартера датировано 08.11.2020, т.е. стандартный срок исковой давности в 3 года по правилам ст. 196 ГК РФ истек 09.11.2023, тогда как иск предъявлен 20.11.2023.

Правила приостановления течения срока давности по п. 3 ст. 202 ГК РФ в данном случае не применимы, поскольку досудебная претензия по убыткам в течение срока исковой давности Истцом не направлена, а приложенные к иску претензии заявлены до начала течения срока давности по настоящему иску.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ).

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) должник обязан возместить кредитору убытки причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии определенных условий гражданско-правовой ответственности.

В предмет доказывания по настоящему спору входят наличие факта причинения убытков, ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств, наличие причинной связи между поведением ответчика и наступившим вредом, которая должна подтверждаться допустимыми и относимыми доказательствами, предусмотренными законом и иными нормативными актами.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Учитывая изложенное, суд считает исковые требования подлежащими отклонению в полном объеме.

Остальные доводы и доказательства, приведенные и представленные лицами, участвующими в деле, суд исследовал, оценил и не принимает ко вниманию в силу их малозначительности и/или безосновательности, а также в связи с тем, что по мнению суда, они отношения к рассматриваемому делу не имеют и (или) не могут повлиять на результат его рассмотрения.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ сумма госпошлины подлежит отнесению на истца.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 8, 12, 15, 195-205, 307-310, 309, 310, 314, 382, 393, 421, 431, 606, 1064 ГК РФ, ст.ст. 9, 41, 64-68, 70-75, 110, 112, 123, 156, 167-170, 176, 181 АПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

И.И. Еремина