Решение от 13 апреля 2021 г. по делу № А67-165/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А67-165/2021
г. Томск
13 апреля 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 06 апреля 2021 года

Арбитражный суд Томской области

в составе судьи А.В. Кузьмина,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ю.Ю. Томм,

при участии:

от истца: ФИО1 по доверенности от 18.11.2020,

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 01.01.2021 № 64,

рассмотрев в судебном заседании дело № А67-165/2021

по иску общества с ограниченной ответственностью «КРС-Траст» (634016, город Томск, поселок территория Геологов, дом 11, офис 5, ИНН <***>, ОГРН <***>)

к акционерному обществу «Газпром добыча Томск» (634009, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 15 092 252,78 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «КРС-Траст» (далее – ООО «КРС-Траст») обратилось в Арбитражный суд Томской области с иском к акционерному обществу «Газпром добыча Томск» (далее – АО «Газпром добыча Томск») о взыскании 15 092 252,78 рублей убытков.

Исковые требования обоснованы статьями 15, 717 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что ответчиком заявлен односторонний отказ от исполнения договора подряда на проведение капитального ремонта скважин от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 до завершения выполнения истцом объема работ, соответствующего цене договора (фактическая стоимость выполненных истцом работ по договору до одностороннего отказа составила 116 185 068,55 рублей, запланированная цена работ – 364 616 046,74 рублей). Ввиду завышения ответчиком цены договора истец вынужден был внести обеспечительный платеж в сумме, завышенной на 24 843 097,81 рублей; поскольку денежные средства для внесения обеспечительного платежа были привлечены истцом по договорам займа, он понес дополнительные расходы на уплату процентов за пользование займом на сумму завышения обеспечительного платежа. Ответчиком также не возвращен обеспечительный платеж в установленный договором срок, что повлекло невозможность возврата займов займодавцу. По этой причине истцом понесены убытки в сумме 15 038 661,40 рублей, составляющие начисленные проценты за пользование займами за период с 19.10.2016 по 19.11.2020. Кроме того, односторонний отказ от договора свидетельствует о завышении ответчиком размера обеспечительного платежа, вносимого участником тендера, на 8 756 447,94 рублей, вследствие чего истец понес убытки, составляющие расходы на уплату процентов по займу на эту сумму за период с 04.10.2016 по 18.10.2016 в размере 53 591,38 рублей.

АО «Газпром добыча Томск» представило в соответствии со статьей 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на исковое заявление, в котором просило отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Ответчик указал на то, что при расчете общей стоимости работ и размера обеспечительного платежа по договору он исходил из своих потребностей по текущему и капитальному ремонту скважин и не мог предвидеть, что подрядчик исполнит свои обязательства ненадлежащим образом; после произошедшей 10.08.2017 по вине истца аварии на скважине № 8106 куст № 2 Останинского НГКМ ответчик отказался от исполнения обязательств по договору. Никто не вынуждал истца заключать договор с ответчиком на указанных в нем условиях, заключение договора явилось результатом признания предложения истца победителем в открытом запросе предложений, участие истца в указанном запросе предложений было добровольным и не носило для истца обязательного характера. Договоры займа, заключенные истцом с обществом «Томскбурнефтегаз», не содержат информации о целях предоставления займа, сумма займов не совпадает с размером обеспечительного платежа. Денежных средств, уплаченных ответчиком за услуги, оказанные по договору от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01, до одностороннего отказа от исполнения договора, было достаточно для возврата полученных займов займодавцу. Истец самостоятельно несет риски, связанные с осуществлением им предпринимательской деятельности. Договоры займа могли заключаться между обществом «Томскбурнефтегаз» и истцом формально, для каких угодно целей, так как заемщик и займодавец могут являться аффилированными лицами. В соответствии с пунктом 14.3 договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 в случае расторжения договора обязанностью заказчика является оплата подрядчику фактически выполненных работ, право заказчика на возмещение иных убытков договором не предусмотрено. По мнению ответчика, статья 717 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержит исключения из общего правила о возмещении убытков только в случае неправомерных действий причинителя вреда, не освобождает истца от обязанности доказывания состава правонарушения, а лишь ограничивает максимальный размер подлежащих возмещению убытков. Односторонний отказ заказчика от договора подряда являлся правомерным, поскольку такое право установлено статьей 717 Гражданского кодекса и договором, в связи с чем у истца не имеется права на предъявление требования о взыскании убытков. Обязанность ответчика по возврату обеспечительного платежа является предметом спора, рассматриваемого в рамках дела № А67-14079/2018. Истцом пропущен срок исковой давности, который начал течь с даты получения истцом одностороннего отказа от договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 и истек 28.12.2020.

В судебном заседании представитель истца заявил в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об увеличении размера исковых требований до 16 403 605,73 рублей.

Увеличение размера исковых требований принято судом.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении и дополнениях к нему.

Представитель ответчика считал исковые требования не подлежащими удовлетворению по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему.

Исследовав материалы дела, доводы искового заявления и отзыва на него, заслушав представителей сторон, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что исковые требования ООО «КРС-Траст» не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, по результатам тендера на право заключения договора между открытым акционерным обществом «Томскгазпром» (заказчиком) и ООО «КРС-Траст» (подрядчиком) был заключен договор подряда на проведение капитального ремонта скважин от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01, согласно которому подрядчик принял на себя обязательство выполнить комплекс работ по текущему и капитальному ремонту скважин заказчика всех назначений на месторождении(месторождениях) заказчика своими силами и/или силами привлеченных субподрядчиков, а заказчик – принять и оплатить подрядчику результаты работ в порядке, предусмотренном договором (т. 1, л.д. 19-46).

Согласно пункту 1.2 договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 объекты работ, состав, условия проведения и сроки выполнения работ определены сторонами в порядке, установленном договором и Приложениями №№ 1-8.

Общий срок выполнения подрядчиком работ по договору определен периодом с момента подписания по 31.12.2018 (пункт 1.3 договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01).

В соответствии с пунктом 5.1 договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 общая цена договора является ориентировочной и не должна превысить 364 616 046,74 рублей, в том числе НДС (18 %) 55 619 396,96 рублей.

Пунктами 7.1-7.3 договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 стороны установили, что денежная сумма в размере 12 242 000 рублей, предоставленная подрядчиком в обеспечение его участия в конкурентной закупке, с даты подписания договора засчитывается заказчиком в счет обеспечения исполнения обязательств подрядчика по договору. В обеспечение обязательства подрядчика по уплате любых платежей (за исключением авансовых платежей, возврат которых обеспечивается гарантией возврата авансового платежа) по договору, связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением подрядчиком своих обязательств, в том числе при неоплате подрядчиком заказчику сумм неустоек (штрафов, пеней) и/или при невозмещении подрядчиком заказчику убытков, подрядчик обязан предоставить заказчику в течение 45 календарных дней с даты подписания договора безотзывную независимую гарантию банка на сумму, исчисленную таким образом, чтобы на момент выдачи независимой гарантии банка общая сумма обеспечения, предоставленного подрядчиком в соответствии с пунктом 7.1 договора, и сумма предоставляемой им независимой гарантии банка в совокупности составила сумму, равную 10 процентам от общей цепы договора, указанной в пункте 5.1 договора. Вместо предоставления независимых гарантий банка, указанных в пункте 7.2 договора, подрядчик вправе в течение 45 календарных дней с момента подписания договора, дополнительно к сумме обеспечения, предоставленного подрядчиком в соответствии с пунктом 7.1 договора, внести на расчетный счет заказчика, указанный в договоре, денежные средства таким образом, чтобы общая сумма предоставляемого подрядчиком обеспечения по договору составила сумму, равную 10 процентам от общей цены договора, указанной в пункте 5.1 договора.

Платежными поручениями от 04.10.2016 № 1, от 21.12.2016 № 464 ООО «КРС-Траст» внесло обеспечительные платежи в общей сумме 36 461 604,70 рубля (т. 1, л.д. 50-51).

По утверждению истца, денежные средства для внесения обеспечительного платежа были привлечены им по договорам займа от 04.10.2016 № 04/10/16-З, от 21.12.2016 № 21/12/16/-З, заключенным с обществом с ограниченной ответственностью «Томскбурнефегаз» (т. 1, л.д. 52, 54).

Согласно пункту 3 договоров займа от 04.10.2016 № 04/10/16-З, от 21.12.2016 № 21/12/16/-З, на сумму займа ежедневно (каждый календарный день, включая выходные и праздничные дни), начиная со дня, следующего за днем получения заемщиком суммы займа, начисляются проценты в размере 16 % годовых.

Платежными поручениями от 04.10.2016 № 15, от 21.12.2016 № 1473 общество «Томскбурнефегаз» перечислило истцу сумму займов в размере 35 800 000 рублей (т. 1, л.д. 53, 55).

Письмом от 08.11.2017 № 03/5603 ОАО «Томскгазпром» уведомило ООО «КРС-Траст» об отказе от исполнения договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01. Отказ мотивирован выявлением существенных недостатков в работе истца, выразившихся в несвоевременном обеспечении бригад необходимыми для выполнения работ на скважинах материалами, запасными частями и оборудованием, в отсутствии стабильно работающей спецтехники, несвоевременной выплате заработной платы работникам ООО «КРС-Траст», что привело к текучести кадрового состава и снижению уровня профессиональной подготовки работников, а также аварией на скважине № 8106 куст № 2 Останинского месторождения, произошедшей 10.08.2017 по вине ООО «КРС-Траст» (т. 1, л.д. 56).

До прекращения договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 ООО «КРС-Траст» выполнило работы по текущему и капитальному ремонту скважин на общую сумму 116 185 068,55 рублей.

Не согласившись с односторонним отказом ответчика от договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01, ООО «КРС-Траст» оспорило этот отказ в судебном порядке. Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Томской области от 28.08.2019 по делу № А67-14973/2018, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2019, в удовлетворении иска ООО «КРС-Траст» к ОАО «Томскгазпром» о признании недействительной односторонней сделки – отказа от исполнения договора от 19.06.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01, оформленного уведомлением от 08.11.2017 № 03/5603, отказано (т. 1, л.д. 57).

При разрешении упомянутого спора арбитражный суд установил, что после аварии на скважине № 8106 куст № 2 Останинского месторождения, произошедшей 10.08.2017, ОАО «Томскгазпром» продолжало договорные отношения с истцом, допускало ООО «КРС-Траст» к производству работ, принимало выполненные работы и производило их оплату, в связи с чем последующий односторонний отказ заказчика от договора признан судом противоречащим принципу недопустимости противоречивого поведения (пункт 5 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вместе с тем суд пришел к выводу, что утрата возможности одностороннего отказа заказчика от договора в связи с виновными действиями подрядчика не исключает возможности заказчика отказаться от договора в порядке статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ссылаясь на то, что односторонний отказ ответчика от договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 являлся немотивированным, и полагая, что такой отказ свидетельствует об изначальном завышении ответчиком обеспечительного платежа, вносимого участником тендера, и цены договора, в связи с чем у ответчика возникла обязанность возместить истцу убытки, связанные с уплатой процентов по договорам займа, заключенным в целях внесения обеспечительных платежей, ООО «КРС-Траст» претензией от 19.11.2020 потребовало от ответчика возместить причиненные убытки (т. 1, л.д. 58-63).

После указанных событий ОАО «Томскгазпром» изменило наименование на АО «Газпром добыча Томск».

Неисполнение ответчиком требований претензии послужило основанием для обращения ООО «КРС-Траст» в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно пункту 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии со статьей 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора.

Таким образом, законом предусмотрено право заказчика на немотивированный односторонний отказ от договора подряда.

В обоснование исковых требований ООО «КРС-Траст» указало на то, что отказ ответчика от договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 не был обусловлен ненадлежащим исполнением обязательства одной из сторон, а был вызван, по существу, утратой интереса в продолжении исполнения данного договора. По мнению истца, это свидетельствует о том, что изначально указанная в извещении о проведении запроса предложений и согласованная в договоре стоимость услуг (работ) являлась завышенной, то есть, не соответствовала реальному объему услуг (работ), которые ответчик предполагал принять по договору.

Между тем из обстоятельств настоящего спора следует, что отказ ответчика от договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 не был связан с утратой интереса в дальнейшем выполнении работ (оказании услуг) на объекте, а был обусловлен выявлением обстоятельств, свидетельствовавших, по мнению заказчика, о ненадлежащем исполнении договора истцом, а именно: несвоевременным обеспечением бригад необходимыми для выполнения работ на скважинах материалами, запасными частями и оборудованием, отсутствием стабильно работающей спецтехники, несвоевременной выплатой заработной платы работникам истца, снижением уровня профессиональной подготовки работников. До отказа от договора на наличие данных обстоятельств АО «Газпром добыча Томск» неоднократно указывало в претензиях об уплате штрафов, направлявшихся в 2017 году (т. 1, л.д. 93-99).

Кроме того, отказ от договора заявлен обществом «Газпром добыча Томск» также в связи с аварией на скважине № 8106 куст № 2 Останинского месторождения, произошедшей 10.08.2017. Ответчик исходил из того, что по результатам технического расследования причин аварии, результаты которого отражены в акте от 27.09.2017, среди лиц, ответственных за аварию, указаны сотрудники ООО «КРС-Траст» (т. 1, л.д. 87-92).

При таких обстоятельствах у суда не имеется достаточных оснований полагать, что при размещении запроса предложений и при заключении договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 АО «Газпром добыча Томск» ввело истца и других потенциальных участников запроса предложений в заблуждение относительно действительных объемов и стоимости работ (услуг), оказываемых по договору, и что ответчик изначально не намеревался исполнять данный договор в полном объеме.

Ссылка истца на выводы, содержащиеся в решении Арбитражного суда Томской области от 28.08.2019 по делу № А67-14973/2018, не свидетельствует о завышении ответчиком цены договора, поскольку такой вывод в названном судебном акте отсутствует. При рассмотрении дела № А67-14973/2018 судом не устанавливалось, какими именно мотивами руководствовался ответчик, заявляя об одностороннем отказе от договора; суд, по существу, лишь констатировал наличие у заказчика права на отказ от договора независимо от наличия нарушения договора подрядчиком и последующего поведения сторон после выявления нарушения. В этой связи судебными актами по делу № А67-14973/2018 не установлены какие-либо обстоятельства, имеющие преюдициальное значение для настоящего спора о возмещении убытков.

Указание истца на то обстоятельство, что утрата ответчиком интереса в продолжении исполнения договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 ввиду изменившейся экономической ситуации и отсутствия необходимости в такого рода работах (услугах) подтверждена самим ответчиком в отзыве по делу № А67-5753/2020, отклонено судом. Из отзыва по делу № А67-5753/2020 (т. 3, л.д. 27) не следует, что ответчиком раскрыты мотивы одностороннего отказа от договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01, отличные от мотивов, указанных в письме от 08.11.2017 № 03/5603. Утверждения о том, что после прекращения заключенного с истцом договора ответчик не размещал заказы-наряды другим исполнителям, сформулированы ответчиком применительно к конкретным обстоятельствам спора о взыскании упущенной выгоды, рассматриваемого в рамках дела № А67-5753/2020, и не свидетельствуют об изначальном завышении цены договора, в то время как истец связывает причинение ему убытков в сумме излишне выплаченных процентов по займам именно с завышением общей цены работ (услуг) на дату размещения запроса предложений и на дату заключения договора, а не с фактическим направлением или ненаправлением ответчиком заказов-нарядов в процессе исполнения договора либо после его прекращения.

В силу пункта 1 статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик, отказавшийся от исполнения договора подряда, обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу.

Убытки, подлежащие возмещению подрядчику по правилам статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, представляют собой экономические потери, возникающие у подрядчика вследствие правомерного выхода заказчика из договорных отношений и связанного с этим нарушения программы договорных отношений, сформулированной сторонами при заключении договора. Данные убытки выступают исключительно как компенсационная мера, направленная на возмещение предвидимых экономических потерь подрядчика и на устранение дисбаланса интересов сторон договора в ситуации, когда заказчику предоставлено право на немотивированное прекращение договора.

В этой связи доводы ответчика относительно того, что истцом не доказано нарушение или ненадлежащее исполнение заказчиком договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01, основано на неправильном толковании норм статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в данной норме права речь идет о возмещении убытков в качестве экономической меры, направленной на компенсацию затрат подрядчика, а не в качестве меры гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательства.

Между тем по смыслу статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик вправе требовать возмещения тех экономических потерь от прекращения договора, которые заказчик должен был разумно предвидеть и принимать в расчет, заявляя об одностороннем отказе. Иной подход, основанный на возмещении подрядчику всех возможных экономических потерь, в том числе и не являющихся предвидимыми для заказчика, привел бы к фактическому ограничению права заказчика на односторонний отказ от договора, поскольку в таком случае односторонний отказ был бы связан с риском возложения на заказчика расходов подрядчика, которые невозможно достоверно установить и оценить при принятии решения о прекращении договорных отношений.

В рассматриваемом случае расходы ООО «КРС-Траст» на обслуживание займов, полученных от общества «Томскбурнефтегаз», не были обусловлены подготовкой к выполнению работ, предусмотренных договором, или собственно выполнением работ. По существу, данные расходы явились следствием принятого истцом предпринимательского решения, направленного на поиск источников финансирования обеспечительных платежей по договору от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01; негативные последствия принятия данного решения не могут быть возложены на ответчика. Из материалов дела не следует, что несение подрядчиком дополнительных расходов на уплату процентов по займам являлось предвидимым для заказчика работ, и что необходимость возмещения таких расходов подрядчика должна была приниматься заказчиком во внимание при заключении договора и при его прекращении.

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Следовательно, независимо от оснований возникновения обязанности по возмещению убытков, на истца возложено бремя доказывания наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и возникшими убытками.

В соответствии с пунктами 2 договоров займа от 04.10.2016 № 04/10/16-З, от 21.12.2016 № 21/12/16/-З, заключенных истцом с обществом «Томскбурнефтегаз», заем в сумме 11 800 000 рублей подлежал возврату займодавцу в срок до 04.10.2017, а заем в сумме 24 000 000 рублей – в срок до 21.12.2017.

Письмо ответчика об одностороннем отказе от договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 получено истцом 27.12.2017.

Таким образом, на дату прекращения договора подряда суммы займа, полученные истцом, должны были быть возвращены займодавцу с уплатой соответствующих сумм процентов за пользование займами. Поэтому расходы истца, связанные с уплатой процентов в спорный период, были бы понесены истцом независимо от заявленного ответчиком одностороннего отказа от договора и не являются следствием реализации права заказчика на односторонний отказ.

По тем же причинам не могут являться основанием для удовлетворения иска доводы общества «КРС-Траст» о невозврате ответчиком обеспечительного платежа в установленный договором срок. Из условий договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 или иных обстоятельств дела не следует, что сторонами было согласовано финансирование истцом обеспечительных платежей за счет привлечения займов, такой источник финансирования внесения обеспечительных платежей был избран самим истцом и не зависел от действий (бездействия) ответчика. В этой связи необходимость уплаты процентов по договорам займа, заключенным истцом собственной волей и в своем интересе, не является следствием предполагаемого несвоевременного возврата ответчиком внесенного обеспечительного платежа. Кроме того, по условиям договоров займа, суммы займа должны были быть возвращены истцом займодавцу до указанной истцом даты возврата обеспечительных платежей, в связи с чем ответчик не может быть признан лицом, ответственным за расходы истца, связанные с уплатой процентов за этот период.

Доводы истца о том, что своевременный возврат суммы займов был невозможен вследствие нарушения ответчиком условий договора от 19.10.2016 № ПЗРГРП/2017-18/01 о сроках приемки и оплаты выполненных работ, не нашли своего подтверждения в арбитражном суде.

Из материалов дела следует, что в период с 19.10.2016 по 21.12.2017 (даты, до которой истцом должны были быть возвращены займы) ответчиком оплачены истцу работы на общую сумму 70 719 563,52 рубля, что подтверждается соответствующими платежными поручениями (т. 3, л.д. 7-19). Между тем обязательства по возврату сумм займов не были исполнены истцом в установленный договорами займа срок ни в полном объеме, ни в какой-либо части. В этой связи у суда не имеется достаточных оснований полагать, что неисполнение истцом собственных обязательств по договорам займа было вызвано исключительно несвоевременной оплатой ответчиком выполненных работ, и что в случае своевременной оплаты суммы займа были бы возвращены займодавцу.

Поскольку истцом не доказано завышение ответчиком цены договора при его заключении, причинно-следственная связь между односторонним отказом от договора и уплатой процентов по займам (как в период до одностороннего отказа от договора, так и после такого отказа), исковые требования ООО «КРС-Траст» не подлежат удовлетворению.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности отклонены судом.

В соответствии со статьями 195, 196 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Уведомление об одностороннем отказе от договора получено истцом 27.12.2017, и с этого момента ему стало известно об обстоятельствах, на которых основаны требования истца. Таким образом, течение срока исковой давности началось 28.12.2017.

В соответствии с пунктом 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации, если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная процедура и т.п.), течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока – на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

В силу части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

Вопреки утверждениям ответчика, предусмотренный частью 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации досудебный порядок урегулирования спора является обязательным при разрешении указанных гражданско-правовых споров, и отсутствие в договоре указания на обязательность досудебного порядка не исключает необходимость предварительного направления претензии.

Истец предъявил претензию ответчику 20.11.2020. Доказательства вручения истцу ответа на претензию ранее истечения 30 дней, установленных частью 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалах дела отсутствуют. Таким образом, течение срока исковой давности в отношении предъявленных истцом требований приостанавливалось на тридцать календарных дней, и срок исковой давности истекал 27.01.2021.

Исковое заявление подано в арбитражный суд 12.01.2021 в пределах срока исковой давности.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы на уплату государственной пошлины по иску относятся на истца – ООО «КРС-Траст».

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КРС-Траст» в доход федерального бюджета 105 018 (сто пять тысяч восемнадцать) рублей государственной пошлины по иску.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд через принявший решение в первой инстанции арбитражный суд в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Судья А.В. Кузьмин