Решение от 25 августа 2022 г. по делу № А41-5223/2022

Арбитражный суд Московской области

107053, ГСП 6, г. Москва, проспект Академика Сахарова, д.18

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А41-5223/22
25 августа 2022 года
г. Москва



Резолютивная часть решения объявлена 18 августа 2022 года

Полный текст решения изготовлен 25 августа 2022 года


Арбитражный суд Московской области в составе судьи Арешкиной И.Д.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Леоновым С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО «ФК ПУЛЬС» (ИНН: <***>) к ФИО1 (ИНН: <***>) и к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЮДИСА» (ИНН:<***>) взыскании суммы долга в размере 208 406 руб. 20 коп.,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «ВЕЛЕС».

в заседании приняли участие:

от истца – ФИО3 по дов. от 10.03.2022 №07/2022, паспорт, диплом.

от ответчика – не явился, извещен,

от третьего лица - не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ФК ПУЛЬС» (далее – ООО «ФК ПУЛЬС», истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском к ФИО1, ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЮДИСА» взыскании суммы долга в размере 208 406 руб. 20 коп.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «ВЕЛЕС».

Ответчики, третьего лицо, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание своих представителей не направили. В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей ответчиков и третьего лица по имеющимся материалам дела.

Представитель истца в судебном заседании огласил исковое заявление, поддержал доводы иска в полном объеме.

Заслушав истца, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, суд находит иск не подлежащим удовлетворению.

В период с 11.04.2018 по 28.12.2020 руководителем и единственным участником ООО «Юдиса» (141190, МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ, ФРЯЗИНО ГОРОД, ИНСТИТУТСКАЯ УЛИЦА, 8, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 29.10.2002, ИНН: <***>, КПП: 505001001, Дата прекращения деятельности: 28.12.2020) являлся ФИО1.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 27.03.2018 по делу №А41-3580/18 удовлетворены исковые требования ООО «ФК ПУЛЬС», с ООО «ЮДИСА» взыскана задолженность в размере 170 206 (Сто семьдесят тысяч двести шесть) руб. 60 коп., пени в размере 31171 (Тридцать одна тысяча сто семьдесят один) руб. 60 коп., а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 028 (Семь тысяч двадцать восемь) руб. 00 коп.

ООО «ФК ПУЛЬС» был получен исполнительный лист серии ФС №017437902, на основании которого 17.06.2019 СПИ Щелковского ОСП УФССП по г. Москве возбуждено исполнительное производство №88430/19/50046-ИП.

12.12.2019 исполнительное производство в отношении ООО «ЮДИСА» окончено на основании п.3 ч.1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве», исполнительный лист возвращен взыскателю.

На момент подачи настоящего искового заявления решение Арбитражного суда Московской области от 27.03.2018 не исполнено, задолженность ООО «ЮДИСА» не выплачена.

10.12.2019 МИФНС №23 по Московской области была внесена в ЕГРЮЛ запись №2195082301863 о недостоверности сведений о лице, имеющем право действовать без доверенности от имени ООО «ЮДИСА» ФИО1 - сведения недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице).

13.11.2020 МИФНС №23 по Московской области была внесена в ЕГРЮЛ запись №2205004790770 о недостоверности сведений об учредителе (участнике) юридического лица ФИО1 - сведения недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице).

09.09.2020 МИФНС №23 по Московской области внесена в ЕГРЮЛ запись №2205004094910 о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем исключении юридического лица ООО «ЮДИСА» из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ, 28.12.2020 была прекращена деятельность юридического лица ООО «ЮДИСА» в связи с исключением его из ЕГРЮЛ Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №23 по Московской области.

ООО «ЮДИСА» было исключено из ЕГРЮЛ, в связи с теми обстоятельствами, что исполнительный орган и участник общества ФИО1, с момента внесения записи о недостоверности сведений о нем, как об исполнительном органе и участнике общества, не предпринял никаких действий по предоставлению достоверных сведений о лице, имеющем право действовать без доверенности от имени юридического лица, либо по подтверждению сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ.

Решением Арбитражного суда Московской области от 12.12.2019 по делу № А41-29181/2019 ФИО1 (дата и место рождения: ДД.ММ.ГГГГ г.р., гор. Щелково Московской обл.) признан несостоятельным (банкротом) в отношении него введена процедура банкротства – реализация имущества.

Финансовым управляющим ФИО1 утвержден ФИО2 (член Ассоциации АУ СРО «ЦААУ», ИНН <***>).

Доля участия ФИО1 в ООО «ЮДИСА» была реализована с торгов в рамках дела о банкротстве 10.07.2020, что подтверждается публикацией в ЕФРСБ № 5230139 от 20.07.2020 и прикрепленными к ней протоколом об определении участников торгов от 10.07.2020 и протоколом о результатах торгов от 10.07.2020.

Истец полагает, что в результате недобросовестных или неразумных действий ответчиков обязательство ООО «Юдиса» перед ним не было исполнено, поэтому ответчики несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника и с них солидарном подлежат взысканию 208 406 руб. 20 коп.

Согласно п. 6 ст. 11 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» от 03.08.2018 г. № 129-ФЗ в случае, если по результатам проведения проверки достоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, установлена недостоверность содержащихся в нем сведений о юридическом лице, предусмотренных подпунктами «в», «д», и (или) «л» пункта 1 ст. 5 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», регистрирующий орган направляет юридическому лицу, недостоверность сведений о котором установлена, а также его учредителям (участникам) и лицу, имеющему право действовать без доверенности от имени указанного юридического лица, уведомление о необходимости представления в регистрирующий орган достоверных сведений. При этом п. «д» предусматривает сведения об учредителях (участниках) юридического лица, а п. «л» - фамилию, имя, отчество и должность лица, имеющего право действовать без доверенности от имени юридического лица.

В течение 30 дней с момента направления уведомления юридическое лицо обязано сообщить в регистрирующий орган соответствующие сведения или представить документы, свидетельствующие о достоверности сведений, в отношении которых регистрирующим органом направлено уведомление о недостоверности. В случае невыполнения юридическим лицом данной обязанности, регистрирующий орган вносит в ЕГРЮЛ запись о недостоверности содержащихся в нем сведений о юридическом лице.

По мнению истца, недобросовестное и неразумное бездействие ФИО1 и финансового управляющего ФИО2 по непредоставлению в регистрирующий орган достоверных сведений или документов, свидетельствующих о достоверности сведений, в отношении которых направлено уведомление о недостоверности, привело к исключению общества из ЕГРЮЛ и неисполнению ООО «ЮДИСА» своих обязательств по оплате товаров, поставленных ООО «ФК ПУЛЬС».

Таким образом, истец считает, что существует прямая причинно-следственная связь между недобросовестными действиями ответчиков и ущербом, причиненным истцу.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применяя положения статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Исходя из п. 1 ст. 399 Гражданского кодекса Российской Федерации до предъявления требования к субсидиарному должнику кредитор должен предъявить требование к основному должнику. При этом кредитор вправе предъявить требование к субсидиарному должнику лишь в случае, если основной должник отказался удовлетворить требования кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответа на предъявленное требование.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 по делу № 306-ЭС19-18285 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа или контролирующих лиц, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Согласно п. п. 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Порядок и основания привлечения единоличного исполнительного органа общества к субсидиарной ответственности по обязательствам общества установлены законом.

Само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности участника (руководителя) общества.

Таким образом, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению, равно как и неисполнение обязательств и наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с п. 3.1, введенного Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ в ст. 3 Закона № 14-ФЗ.

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в пп. 1 - 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически доведение до банкротства.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности о (или) неразумности действий (бездействия) директора и финансового управляющего, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии со ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле должно доказывать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд исходит из того, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что задолженность ООО «ЮДИСА» перед ООО «ФК ПУЛЬС» возникла вследствие действий (бездействия) ответчиков, а также не представлено доказательств противоправности действий ответчика, не доказано, что ответчик совершал действия, направленные на намеренное неисполнение обязательств ООО «ЮДИСА» по отношению к истцу.

При этом истец после окончания исполнительного производства 12.12.2019 и до 28.12.2020 даты внесения сведений о прекращении деятельности ООО «ЮДИСА» не предпринимал мер по недопущению исключения общества из ЕГРЮЛ, именно исключение общества из ЕГРЮЛ явилось основанием для обращения истца в суд.

Истец не был лишен возможности заявить возражения в отношении принятого регистрирующим органом решения о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ как юридического лица, в отношении которого внесены сведения о недостоверности, обратиться в суд с заявлением о признании ООО «ЮДИСА» несостоятельным (банкротом), чего истцом сделано не было.

Истцом не доказано, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) ответчик уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество общества, выводил активы, принял решение о ликвидации общества и т.д.

Доводы истца, по сути, сводятся к тому, что непогашение имеющейся перед ним задолженности и последующее исключение ООО «ЮДИСА» из ЕГРЮЛ презюмирует вину руководителя общества и является достаточным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Вместе с тем, необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава 3.2 Закона о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в определении от 05.03.2019 № 305-ЭС18-15540), противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

При оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Между тем, соответствующих обстоятельств судом не установлено, а истцом не доказано.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о недоказанности истцом недобросовестности и противоправности действий (бездействия) ответчиков, их вины, а также наличия причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступившими последствиями, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению между сторонами согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня принятия.



Судья И.Д. Арешкина