Постановление от 10 мая 2023 г. по делу № А56-8095/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


10 мая 2023 года

Дело №

А56-8095/2020


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Боровой А.А., судей Кравченко Т.В., Троховой М.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 28.11.2022), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 19.08.2022),

рассмотрев 02.05.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 и ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.04.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2023 по делу № А56-8095/2020,



у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.04.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «Тич ми плиз рус», адрес: 191124, Санкт-Петербург, Новгородская ул., д. 23, лит. А, пом. 188Н, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - Общество).

Решением от 29.06.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Конкурсный кредитор ФИО3 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО6, ФИО1, ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 29.04.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2023, заявление удовлетворено.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 29.04.2022 и постановление от 26.02.2023 в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления в этой части.

Податель жалобы настаивает на том, что отсутствуют основания для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в соответствии с положениями подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), ввиду того, что ответчик не являлся контролирующим должника лицом и в период совершения сделки должник не являлся неплатежеспособным.

В своей кассационной жалобе ФИО3 просит оставить без изменения постановление от 26.02.2023 и вместе с тем указать на ошибочность выводов апелляционного суда об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательства должника в связи с необращением в суд с заявлением о признании Общества банкротом и в связи с заключением и исполнением договора лизинга от 13.07.2018.

Податель жалобы настаивает, что в дело представлены надлежащие доказательства, подтверждающие наличие у должника признаков недостаточности имущества начиная с 25.04.2017, что влекло обязанность руководителя должника обратиться в суд с заявлением о его банкротстве, а также обязанность участников Общества инициировать собрание по данному вопросу.

ФИО3 настаивает на том, что платежи по договору лизинга от 13.07.2018 осуществлены за счет средств должника, и эта сделка повлекла неоправданные расходы и увеличила налоговую нагрузку должника.

В отзывах ФИО1 и ФИО3, а в судебном заседании их представители возражали против удовлетворения жалоб друг друга.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов, приведенных в кассационных жалобах.

Как установлено судами, Общество создано в 2016 году ФИО1 и ФИО7 с равным распределением долей участия в уставном капитале.

Впоследствии, с 15.12.2017, участниками Общества являлись: ФИО7 с долей, равной 30% уставного капитала, ФИО1 с долей, равной 34% уставного капитала, ФИО9, размер доли которой составил 26% уставного капитала и ФИО10, доля которого - 10% уставного капитала.

Обязанности руководителя (генерального директора) Общества с даты создания до даты признания Общества несостоятельным (банкротом) исполняла ФИО6

ФИО3 обратился в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на то, что ответчики своевременно не подали заявление о признании должника банкротом, тогда как структура баланса Общества имела отрицательные показатели, начиная с момента его создания, размер убытка по итогам годовой работы постоянно увеличивался (в 2016 году - 5 218 000 руб., в 2017 году - 22 284 000 руб., в 2018 - 40 259 000 руб., в 2019 - 48 213 000 руб.).

По мнению конкурсного кредитора, начиная с 25.04.2017 - даты поступления первого компенсационного финансирования от участников Общества - должник находился в состоянии объективного банкротства, в этой связи ответчик ФИО6 как генеральный директор должна была обратиться с соответствующим заявлением в суд в срок не позднее 25.05.2017, а его участники, осведомленные о финансовом положении должника ввиду предоставления компенсационного финансирования Обществу в виде процентных займов и финансовой помощи ,в десятидневный срок с момента введения в действие новой редакции Закона о банкротстве (30.07.2017) обязаны были потребовать проведения общего собрания участников Общества для принятия решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Кроме того, в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный кредитор указал, что 13.07.2018 должником и ООО «Контрол лизинг» (лизингодателем) заключен договор лизинга, по условиям которого Обществу передан автомобиль марки «Лэнд Ровер» по цене 10 308 000 руб. с суммой лизинговых платежей 15 124 737 руб.; в связи с просрочкой внесения лизинговых платежей за период с августа по ноябрь 2019 года лизингодатель 26.11.2019 расторг договор лизинга и по акту от 05.12.2019 транспортное средство изъято у должника.

При этом, за период действия указанного договора лизингодателю уплачено 4 517 295 руб. 49 коп., платежи по договору лизинга вносили участники, осведомленные о необходимости нести расходы в связи с приобретением транспортного средства. Как полагал ФИО3, заключение и исполнение должником договора лизинга от 13.07.2018 причинило должнику убытки, и, будучи для него значимой сделкой, причинило существенный вред имущественным правам кредиторов.

В обоснование необходимости привлечения контролирующих должник лиц к субсидиарной ответственности конкурсный кредитор также указал на совершенные должником сделки в пользу аффилированных лиц, в том числе признанные недействительными определением от 02.10.2021 по обособленному спору платежи должника в пользу ООО «Бикси» на сумму 11 784 762 руб. 40 коп.

Суд первой инстанции установил, что обороты по кредиту счета на 93,53% сформированы за счет сумм финансовой помощи и займов, предоставленных участниками должника и аффилированным лицом.

Суд выяснил, что хозяйственная деятельность должника осуществлялась за счет финансирования, предоставленными указанными лицами: накануне или в день осуществления расчетов на счет должника от одного из перечисленных выше лиц поступала сумма, необходимая для расчетов с контрагентами, выплаты заработной платы, уплаты обязательных платежей, а поступления от осуществления деятельности должника за весь период составили около 4,25% оборотов по кредиту.

Кроме того, суд пришел к выводу о том, что с 25.04.2017 - даты поступления первой отраженной в выписке суммы предоставленного должнику компенсационного финансирования - и на протяжении всего периода осуществления Обществом хозяйственной деятельности последнее находилось в состоянии объективного банкротства и вело деятельность исключительно за счет финансирования, предоставленного его участниками и аффилированным с ним лицом, что не могло быть неизвестно бывшему руководителю ФИО6, которая в срок не позднее 25.05.2017 должна была обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Суд также согласился с доводами ФИО3 о наступлении у участников должника обязанности потребовать проведения общего собрания для принятия решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в результате заключения договора лизинга от 13.07.2018 причинен вред имущественным правам кредиторов.

Установив, что вступившим в законную силу определением от 02.10.2021, вынесенным в рамках данного дела о банкротстве, признаны недействительными по основаниями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделки должника по перечислению в пользу ООО «Биксби» в период с 23.10.2017 по 20.06.2019 в общей сумме 11 784 762 руб. 40 коп.и при этом в названный период руководителем должника являлась ФИО6, участниками - ФИО7, ФИО1, ФИО9, а участниками ООО «Биксби» - ФИО7 (он же генеральный директор) и ФИО1 с равными долями участия, суд пришел к выводу о том, что указанные лица солидарно несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника по основаниям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции в части привлечения ФИО6, ФИО1, ФИО7 и ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества за совершение платежей в пользу ООО «Биксби».

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции указал, что анализ динамики показателей бухгалтерской отчетности для вывода о наступлении условий, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, в данном случае является недостаточным, поскольку ухудшение показателей на протяжении рассматриваемого периода само по себе не свидетельствует о том, что именно на заявленную дату должник обладал признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Суд посчитал недостаточным для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по правилам пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на заявленную дату, то обстоятельство, что хозяйственная деятельность в указанный период велась Обществом в том числе за счет заемных средств и финансовой помощи участников и иных лиц.

Суд апелляционной инстанции отметил также, что положений, обязывающих участников должника потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника для принятия решения об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом, до внесения Законом № 266-ФЗ изменений в статью 9 Закона о банкротстве, названный Закон не содержал.

В этой связи апелляционный суд посчитал, что ФИО1, ФИО7 и ФИО9 не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по данному основанию.

Апелляционный суд также указал на ошибочность вывода суда первой инстанции о причинении убытков Обществу в результате заключения договора лизинга от 13.07.2018, отметив, что лизинговые платежи, составившие за весь период финансовой аренды 4 517 295 руб. 49 коп., уплачивались за счет средств, предоставленных участниками должника. Суд апелляционной инстанции установил, что доказательства влияния такой сделки на налоговые обязательства Общества не представлены, равно как и того, что лизинговые платежи осуществлялись за счет собственных средств должника. В этой связи, суд указал, что отсутствуют основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения кассационных жалоб и отмены обжалуемых судебных актов.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Суды выяснили, что в период подозрительности должником совершены платежи в пользу третьего лица, аффилированного с контролирующими должника лицами, при отсутствии встречного представления, и которые повлекли в итоге невозможность удовлетворения требований его кредиторов.

Доказательства, опровергающие правомерность этих выводов судов, в дело не представлены.

При таком положении суды обоснованно указали, что в рассматриваемой ситуации в том числе на ФИО1 возложена обязанность опровергнуть презумпцию о том, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, выразившихся в совершении подозрительных сделок.

Так как ФИО1 не опроверг установленную презумпцию, суды правомерно признали доказанным наличие оснований для возложения на него субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводам ФИО3, приведенным в заявлении и в кассационной жалобе, судом апелляционной инстанции дана надлежащая оценка, оснований не согласиться с которой суд округа не усматривает.

Так, апелляционный суд верно указал на отсутствие в деле доказательств того, что заключение договора лизинга от 13.07.2018 в данном случае привело к возникновению на стороне должника убытков.

Апелляционный суд, установив, что вменяемая ФИО6 обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве Общества, должна была быть исполнена, по мнению заявителя, 27.05.2017, то есть до внесения изменений в Закон о банкротстве Законом № 266-ФЗ, пришел к правомерному выводу о том, в данном случае, исходя из специфики и режима деятельности, такая обязанность у руководителя не возникла, как и обязанность у участников по проведению общего собрания для принятия соответствующего решения.

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Суд правильно применил нормы материального права. Нарушения судом норм процессуального права суд кассационной инстанции не установил.

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа



п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.04.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2023 по делу № А56-8095/2020 оставить без изменения, а кассационные жалобы ФИО1 и ФИО3 - без удовлетворения.


Председательствующий

А.А. Боровая

Судьи


Т.В. Кравченко

М.В. Трохова