Решение от 15 июня 2018 г. по делу № А25-68/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕССКОЙ РЕСПУБЛИКИ ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Р Е Ш Е Н И Е

г. Черкесск Дело № А25-68/2018

пр. Ленина, 9

Резолютивная часть решения объявлена 13 июня 2018 года

Решение в полном объеме изготовлено 15 июня 2018 года

Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе судьи Тебуевой З.Х., при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению «106 Экспериментальный оптико-механический завод» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к акционерному обществу «Народный Банк» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании денежных средств по банковской гарантии,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора:

- общество с ограниченной ответственностью «Автоматизация. Модернизация. Технологии» (ОРГН 1057748781892, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании: от истца - ФИО2, доверенность от 06.04.2017 № 12/17, от ответчика - ФИО3, доверенность от 24.08.2015 р. № 1Д-339, - ФИО4, доверенность от 10.01.2018 № 2, от третьего лица – отсутствует, надлежаще извещен,

У С Т А Н О В И Л:

акционерное общество «106 Экспериментальный оптико-механический завод» (далее-истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к акционерному обществу «Народный Банк» (далее-ответчик, банк) о взыскании денежной суммы по банковской гарантии в размере 170 000 000 рублей, неустойки за период с 27.10.2017 по 28.12.2017 в размере 10 710 000 рублей, а также с 29.12.2017 до даты фактического погашения задолженности в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки (л.д.8-11, т.1).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Автоматизация. Модернизация. Технологии» (далее - третье лицо, принципал).

Исковые требования мотивированы ненадлежащим исполнением обязательств ООО «Автоматизация. Модернизация. Технологии» по договору от 10.02.2014 № 2/14, в обеспечение которого акционерным обществом «Народный Банк» выдана банковская гарантия от 22.12.2016 № БГЮ16120770299-2016.

По мнению истца, решением Арбитражного суда г. Москвы от 23.03.2018 в рамках дела № А40-6603/2018, которым взыскано 9 646 163, 46 рублей неустойки с третьего лица, подтвержден факт просрочки исполнения третьим лицом обязательств по договору строительного подряда от 10.02.2014 № 2/14 (л.д.22-25, т.3).

Истец, обосновывая убытки, связанные с ненадлежащим исполнением третьим лицом своих обязательств по договору, ссылается на то обстоятельство, что договор от 10.02.2014 заключен в целях реализации проекта в рамках ФЦП «Поддержание, развитие и использование системы ГЛОНАСС на период с 2012-2020 годы» за счет средств, полученных в соответствии с трёхсторонними договорами об участии Российской Федерации в собственности субъекта инвестиций от 17.12.2013, от 02.12.2014, от 01.09.2015. Данными договорами предусмотрена ответственность застройщика (АО «106 ЭОМЗ») при недостижении использования предоставленных бюджетных инвестиций в виде уплаты штрафа в размере 25% от суммы предоставленных инвестиций, кроме того убытки истца, по его мнению, составляют также и упущенную выгоду от невозможности обеспечить выпуск продукции на реконструируемых производственных мощностях, поскольку до настоящего времени они не введены в эксплуатацию (л.д.69-71, т.3).

Ответчик в отзыве на исковое заявление в удовлетворении требований просит отказать, указав, что истцом нарушен порядок предъявления требований по банковской гарантии, а именно:

- непредставление истцом нотариально заверенной копии приказа о назначении лица, подписавшего требование,

- повторное требование с приложением необходимых документов направлено в адрес банка после истечения срока действия банковской гарантии,

- заявленное истцом требование об уплате по банковской гарантии не содержит обоснованного расчета убытков, причиненных истцу нарушением третьим лицом сроков выполнения работ по договору, тогда как договор не расторгнут и находится в стадии исполнения (л.д.42-45, т.3).

В дополнениях к отзыву ответчик отметил, что действующим законодательством институт независимых гарантий выведен из исключительной сферы деятельности банков, иных кредитных учреждений и страховых организаций и истец, являясь коммерческой организаций, имеет абсолютно равные права и возможности по выдаче независимых

гарантий, к тому же учитывая, что истец является субъектом регулирования Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» и регулярно сталкивается с таким видом обеспечения как банковские гарантии (по состоянию на 04.06.2018 является заказчиком по 184 закупкам), то и условия ограничения ответственности ответчика в банковской гарантии обязанностью возместить именно убытки истцу не допускают двоякого понимания и должны трактоваться исходя из буквального значения, а не в пользу бенефициара.

Так, по мнению ответчика, обязательные условия, подлежащие включению в банковскую гарантию, выданную для обеспечения заключаемого договора предусмотрены опубликованной на официальном сайте конкурсной документацией, утверждённой истцом 25.12.2013, в составе которой имелся образец банковской гарантии, предполагающий установление пределов ответственности ответчика по выданной банковской гарантии, что явилось волеизъявлением истца

Ответчик полагает ошибочным мнение истца о том, что стоимость авансированных и невыполненных в срок третьим лицом работ является для него убытками, подпадающими под возмещение в порядке, предусмотренном условиями банковской гарантии, по сути, требование сводится лишь к взысканию стоимости невыполненных третьим лицом работ на сумму 694 204 029, 72 рублей, что является злоупотреблением правом со стороны истца и не подлежит защите на основании п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ (л.д.20-23, т.4).

Третье лицо отзыв на исковое заявление не представило, своего представителя в судебное заседание не направило, ходатайств и заявлений процессуального характера от него также не поступало.

Дело рассмотрено в порядке части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ в отсутствие надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства представителя третьего лица.

В судебном заседании 04.06.2018 представитель истца поддержал требования по доводам, изложенным в иске и дополнениях к нему.

Судебное разбирательство проведено с объявлением в судебном заседании перерыва в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ с 04.06.2018 по 13.06.2018 до 11-20.

В судебном заседании после перерыва представитель истца отсутствовал в связи с отказом в удовлетворении его ходатайства об участии в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи.

Представители ответчика в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просили отказать по доводам, изложенным в отзыве и дополнениях к нему.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы представителей сторон, суд приходит к выводу, что в удовлетворении иска надлежит отказать по следующим основаниям.

Из обстоятельств дела следует, что между акционерным обществом «106 экспериментальный оптико-механический завод» (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Автоматизация. Модернизация. Технологии» (генподрядчик, принципал) заключен договор строительного подряда от 10.02.2014 № 2/14 на реализацию проекта «Реконструкция и техническое перевооружение для подготовки серийного выпуска бортовой наземной оптико-электронной аппаратуры КА «ГЛОНАСС» на участках ОАО «106 ЭОМЗ» (далее-договор) (л.д.98-120, т.1).

Согласно п. 3.1 цена договора составляет 1 244 400 000 рублей с распределением финансирования следующим образом: в 2014 году - 531 230 000 рублей, в 2015 году- 713 170 000 рублей.

В соответствии с п.5.2 договора срок окончания выполнения работ: 31.12.2015.

Пунктом 4.4 договора предусмотрена оплата выполненных работ ежемесячно в течение 20 банковских дней после подписания заказчиком оформленных генподрядчиком актов о приёмке выполненных работ по форме № КС-2, справок по форме № КС-3 и оригиналов счета.

В силу п. 4.10 договора заказчик вправе предусматривать авансовые платежи, погашение аванса производится пропорционально стоимости выполненных работ.

В условия договора сторонами неоднократно вносились изменения путем заключения дополнительных соглашений от 10.02.2014 № 1-3, от 18.03.2014 № 4, от 10.11.2014 № 5, от 11.12.2014 № 6, от 03.02.2015 № 7, от 18.06.2015 № 8, от 31.12.2015 № 9, от 07.06.2016 № 10, от 23.11.2016 № 11 (л.д.126-150, т.1; л.д.1-56, т.2).

Так, проведение авансовых платежей в размере до 30% впервые предусмотрено дополнительным соглашением от 18.03.2014 № 4, согласно которому погашение аванса производится пропорционально стоимости фактически выполненных работ с приложением графика поставки технологического оборудования на сумму 204 804 387, 16 рублей с марта по сентябрь 2014 года и производства работ в этот же период на сумму 305 000 000 рублей (л.д.136-140, т.1).

По предусмотренному дополнительным соглашением от 03.02.2015 № 7 авансу в размере 100 000 000 рублей генподрядчик обязался предоставить самостоятельное дополнительное обеспечение исполнения своих обязательств также в размере 100 000 000 рублей в виде безотзывной банковской гарантии (л.д.144, т.1).

Дополнительным соглашением от 18.06.2015 предусмотрено перечисление генподрядчику аванса в размере 77 000 000 рублей (л.д.145, т.1).

Согласно дополнительному соглашению от 31.12.2015 № 9 стороны установили цену договора - 964 290 270 рублей и предусмотрели, что в случае неиспользования или использования аванса генподрядчиком, не связанного с исполнением им принятых на себя по договору обязательств, он лишается права на экономическое стимулирование (бесплатное пользование авансом) и к авансу применяются правила ст. 823 Гражданского кодекса РФ о коммерческом кредите. По условиям данного дополнительного соглашения генподрядчик также обязался представить дополнительное обеспечение в виде безотзывной безусловной банковской гарантии в размере 170 000 000 рублей (л.д.146-149, т.1).

В соответствии с дополнительным соглашением от 07.06.2016 № 10 цена договора установлена в размере 965 187 937, 15 рублей (л.д.150, т.1).

Дополнительным соглашением от 23.11.2016 № 11 к договору стороны пришли к соглашению изменить дату окончания работ - 31.08.2017, а также генподрядчик обязался предоставить дополнительное обеспечение исполнения своих обязательств по договору в виде безотзывной безусловной банковской гарантии в размере 170 000 000 рублей со сроком действия до 31.10 2017 (л.д.53-56, т.2).

В качестве обеспечения обязательств по договору от 10.02.2014 № 2/14 в редакции дополнительного соглашения от 23.11.2016 № 11, ответчиком (гарант) в пользу истца (бенефициар) была выдана банковская гарантия от 22.12.2016 № БГЮ 16120770299-2016 (л.д.20-21, т.1).

В соответствии с условиями банковской гарантии ответчик обязался возместить истцу убытки при наступлении условий ответственности гаранта, указанных в банковской гарантии, но не более 170 000 000 рублей в случае неисполнения и/или ненадлежащего исполнения третьим лицом своих обязательств по контракту.

Согласно п. 3 банковской гарантии для получения суммы гарантии бенефициар направляет в адрес гаранта письменное требование, подписанное уполномоченным лицом с приложением:

- документов, подтверждающих полномочия единоличного исполнительного органа, подписавшего требование (решение об избрании, приказ о назначении, доверенность и т.п.)- нотариально заверенные копии,

- платежного поручения, подтверждающего перечисление бенефициаром аванса принципалу (если выплата аванса предусмотрена контрактом, а требование по гарантии

предъявлено в случае ненадлежащего исполнения принципалом обязательств по возврату аванса),

- документа, подтверждающего факт наступления гарантийного случая в соответствии с условиями контракта,

- расчета суммы, включаемой в требование по гарантии.

Требование должно быть представлено гаранту по месту его нахождения в течение срока действия гарантии. Несоблюдение бенефициаром условий настоящего пункта является основанием для неисполнения гарантом своего обязательства по гарантии.

Ссылаясь на нарушение принципалом сроков выполнения работ по договору, истец обратился в адрес ответчика с требованием от 18.10.2017 № 672 об осуществлении уплаты денежной суммы в размере 170 000 000 рублей по банковской гарантии (л.д.22-24, т.1).

К требованию были приложены:

- протокол заседания совета директоров от 20.03.2017 № 02 об избрании генерального директора ФИО5;

- расчет суммы, включаемой в требование, согласно которому цена контракта965 187 937, 15 рублей, стоимость выполненных работ на дату окончания срока договора270 983 907, 43 рублей, стоимость невыполненных генподрядчиком работ - 694 204 029, 72 рублей, убытки бенефициара состоят в необходимости произведения расходов на общую сумму 694 204 029, 72 рублей для завершения работ по договору;

- протокол от 01.09.2017 совместного совещания заказчика и генподрядчика по исполнению договора от 10.02.2014 № 2/14, где указано, что стоимость подлежащих выполнению работ составляет 965 187 937, 15 рублей, заказчик выплатил генподрядчику авансовые платежи в размере 870 546 982, 03 рублей, конечный срок завершения работ31.08.2017, на 01.09.2017 стоимость выполненных работ и поставленного оборудования270 983 907, 43 рублей, задолженность генподрядчика по незавершенным работам и не поставленному оборудованию составляет 694 204 029, 72 рублей;

- платежные поручения по перечислению суммы аванса в размере 870 546 982, 03 рублей (л.д.25-63, т.1).

Письмом от 26.10.2017 № 812 ответчик отказал в удовлетворении заявленного требования в связи с несоответствием приложенных к требованию документов условиям, предусмотренным банковской гарантией, ссылаясь на отсутствие приказа о назначении ФИО5 на должность генерального директора АО «106 экспериментальный оптико-механический завод» (л.д.64-67, т.1).

Истцом направлено повторное требование от 15.11.2017 № 855 о выплате полной суммы по банковской гарантии с приложением, в том числе, копии приказа от 21.03.2017 № 85 о вступлении генерального директора в должность (л.д.68-73, т.1).

Банк оставил указанное требование без ответа.

Со ссылкой на неисполнение ответчиком обязательств по банковской гарантии, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Пунктом 1 статьи 368 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства; требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Согласно пункту 1 статьи 374 Гражданского кодекса РФ требование бенефициара об уплате денежной суммы по банковской гарантии должно быть представлено гаранту в письменной форме с приложением указанных в гарантии документов; в требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать, в чем состоит нарушение принципалом основного обязательства, в обеспечение которого выдана гарантия.

В соответствии со статьей 376 Гражданского кодекса РФ гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование или приложенные к нему документы не соответствуют условиям независимой гарантии либо представлены гаранту по окончании срока действия независимой гарантии.

В требовании от 18.10.2017 и от 15.11.2017 бенефициар заявлял к возмещению сумму в размере оплаченных, но не выполненных принципалом в установленные сроки работ по договору, который не расторгнут и продолжает исполняться.

Из пункта 1 банковской гарантии следует, что гарантом фактически обеспечено возмещение убытков, возникших вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору.

Таким образом, действие банковской гарантии распространяется исключительно на причиненные заказчику убытки в случае неисполнения/ненадлежащего исполнения принципалом своих обязательств по договору.

Следовательно, заказчик лишен возможности получить выплаты по этой банковской гарантии в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения генподрядчиком

обязательств по договору (без установления обстоятельства возникновения у него убытков), поскольку банковской гарантией такая возможность не предусмотрена.

В соответствии с Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса РФ» независимые гарантии могут выдаваться как банками или иными кредитными организациями, так и другими коммерческими организациями (ст. 368 Гражданского кодекса РФ). Следовательно, институт банковских гарантий выведен из исключительной профессиональной сферы деятельности банков, иных кредитных учреждений и страховых организаций.

Сохраняя в новой редакции Гражданского кодекса РФ термин «банковская гарантия» закон не связывает с ним каких-либо особых правил в регулировании института независимой гарантии. Для таких гарантий нет специальных норм, которые определяли бы исключительные требования к ней, порядок вступления в силу, границы ответственности гаранта, порядок предъявления требования по такой гарантии.

Являясь коммерческой организацией в понимании статьи 50 Гражданского кодекса РФ, истец находится в равном положении с гарантом в сфере института независимой гарантии, что исключает возможность толкования условий банковской гарантии в его пользу в соответствии с п.11 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и её пределах».

Судом также учитывается то обстоятельство, что возможность ограничения условий ответственности гаранта была предусмотрена непосредственно конкурсной документацией, приложением к которой являлся образец банковской гарантии, где «гарант настоящим безотзывно гарантирует и обязуется уплатить бенефициару, по его первому требованию, сумму неустойки и возместить убытки в части, непокрытой неустойкой, предусмотренные договором, предъявленной бенефициаром принципалу в размере, не превышающем определенную сумму, в случае неисполнения принципалом своих обязательств по договору в предусмотренные договором сроки или отказа принципала в случае расторжения договора вернуть сумму аванса» (л.д.89, т.4).

Таким образом, установление пределов ответственности гаранта явилось волеизъявлением самого истца. Приняв банковскую гарантию, истец согласился с её условиями, в том числе с условием возмещения гарантом исключительно убытков в случае неисполнения/ненадлежащего исполнения принципалом обязательств по договору.

По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Данная позиция подтверждается Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского Кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права.

Ссылка истца в ходе судебного разбирательства на возникновение убытков в случае заявления требования Росимуществом или Роскосмосом об уплате штрафа в размере 25% от суммы предоставленных бюджетных инвестиций в рамках договоров об участии Российской Федерации в собственности субъекта инвестиций от 17.12.2013, от 02.12.2014 и от 01.09.2015 судом оценивается критически.

Так, по условиям указанных договоров Российская Федерация в лице Росимущества и Роскосмоса предоставляют застройщику (истцу) бюджетные инвестиции на осуществление работ по объекту капитального строительства «Реконструкция и техническое перевооружение для подготовки серийного выпуска бортовой наземной оптико-электронной аппаратуры КА «ГЛОНАСС» на участках ОАО «106 ЭОМЗ» (л.д.77- 151, т.3; л.д.1-19, т.4).

Согласно п.5.4 договора от 17.12.2013 и п.5.6 договора от 02.12.2014 при недостижении застройщиком показателей эффективности использования предоставленных бюджетных инвестиций застройщик уплачивает штраф в размере 25% от суммы предоставленных бюджетных инвестиций в соответствии с условиями настоящего договора.

В соответствии с приложениями № 3 к указанным договорам показатели эффективности за 2013 год предполагали: завершение СМР по объекту на сумму 20 000 000 рублей, закупку оборудования на сумму 277 840 000 рублей; за 2014 год

составили: закупку и завершение монтажа технологического оборудования по объекту на сумму 166 000 000 рублей (л.д.126-127, 145-146, т.3).

В конъюнктурных обзорах о выполнении работ по объекту, являющихся приложением № 5 к договорам, лимит бюджетных обязательств профинансированных в 2013 году составил 305 000 000 рублей при освоенности 89 624 339, 74 рублей (процент технической готовности 29,38%), в 2014 году профинансировано 166 230 000 рублей, освоено 12 408 900 рублей (процент технической готовности 7,46%) (л.д.135-136, т.2).

Вместе с тем, из представленных истцом доказательств следует, что по договору от 10.02.2014 № 2/14 сумма по актам выполненных работ формы № КС-2 в 2014 году составила 4 116 982, 03 рублей, в 2015 году - 220 405 210, 77 рублей, в 2016 году - 44 053 511, 94 рублей, в 2017 году - 3 919 459, 01 рублей (л.д.58-134, 147-150, т.2; л.д.1-19, т.3).

Тогда как в этот же период истец авансировал работы платежными поручениями от 05.03.2014 № 286 на 100 000 000 рублей, от 20.05.2014 № 674 на 100 000 000 рублей, от 12.08.2014 № 1028 на 89 750 000 рублей, от 12.08.2014 № 1029 на 3 796 982, 03 рублей, от 16.02.2015 № 200 на 100 000 000 рублей, от 19.06.2015 № 830 на 77 000 000 рублей, от 20.02.2016 № 2 на 400 000 000 рублей (л.д.38-63, т.1).

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что приложения № 3 и № 5 к договорам об участии Российской Федерации в собственности субъекта инвестиций не отражали действительную ситуацию по реализации проекта «Реконструкция и техническое перевооружение для подготовки серийного выпуска бортовой наземной оптико-электронной аппаратуры КА «ГЛОНАСС» на участках ОАО «106 ЭОМЗ».

Так, при финансировании работ в 2014 году на сумму 293 546 982, 03 рублей подрядчиком освоено лишь 4 116 982, 03 рублей, между тем при неосвоенном авансе в размере 289 430 000 рублей истец продолжает финансировать подрядчика в 2015 году на 177 000 000 рублей при выполнении работ в этом же году на сумму 220 405 210, 77 рублей, в 2016 году сумма аванса составила ещё 400 000 000 рублей, тогда как работы выполнены всего лишь на сумму 44 053 511, 94 рублей.

Суд приходит к выводу, что в результате указанных действий со стороны заказчика, сложилась ситуация необоснованного авансирования генподрядчика по выполнению работ и поставке оборудования в рамках договора от 10.02.2014 № 2/14, в связи с чем стоимость оплаченных заказчиком и невыполненных подрядчиком работ при отсутствии показателей эффективности в заявленной сумме не может быть квалифицировано в качестве убытков.

По приведенным выше обстоятельствам отклоняются также доводы истца о наличии упущенной выгоды от невозможности обеспечить выпуск продукции на реконструируемых производственных мощностях.

Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение причинителем вреда незаконных действий (бездействия); наличие у субъектов гражданского оборота убытков с указанием их размера; наличие причинной связи между неправомерным поведением и возникшими убытками; наличие вины лица, допустившего правонарушение. При взыскании убытков подлежит доказыванию факт противоправных действий причинителя вреда, наличие и размер ущерба, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и противоправными действиями причинителя вреда. Поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков. Отсутствие одного из вышеназванных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований о возмещении вреда.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

По условиям банковской гарантии подлежат возмещению убытки, гарант не отвечал перед бенефициаром за неисполнение принципалом его обязательства в части неотработанного аванса. Истцом не доказан факт соблюдения порядка предъявления требований по банковской гарантии. Истец в требованиях не ссылался на возникновение убытков, не приводил расчет суммы убытков.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Защита нарушенного права путем возмещения убытков должна обеспечивать восстановление нарушенного права кредитора, но не приводить к неосновательному обогащению.

Как следует из обстоятельств дела, требование истца направлено на взыскание стоимости невыполненных работ в размере 694 204 029, 72 рублей, что по своей природе является взысканием неотработанного аванса, а не возмещением убытков.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В рассматриваемом случае удовлетворение требований истца о взыскании денежных средств по банковской гарантии за невыполненные работы в размере 694 204 029, 72 рублей приведет к неосновательному обогащению истца, поскольку договор не расторгнут и находится в стадии исполнения, что в свою очередь является злоупотреблением правом.

Данная позиция высказана в п. 4 Обзора практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии, утвержденного Информационным письмом Президиума ВАС РФ от 15.01.1998 № 27.

Суд также соглашается с доводом ответчика о направлении истцом требования за пределами срока действия банковской гарантии.

Согласно пункту 10 банковской гарантии она вступает в силу с 22.12.2016 и действует по 31.10.2017 включительно.

Из информации, опубликованной на сайте Почты России следует, что истец устранив замечания гаранта направил повторное требование от 15.11.2017 почтовым отправлением, которое было принято в отделении связи 16.11.2017, доставлено в почтовое отделение по месту нахождения адресата - 22.11.2017 (л.д.74, т.1).

В силу пункта 2 статьи 374 Гражданского кодекса РФ требование бенефициара должно быть представлено гаранту до окончания определенного в гарантии срока, на который она выдана.

В силу статьи 165.1 Гражданского кодекса РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Установленная законодателем обязанность бенефициара предоставить гаранту требование в срок означает не только своевременное направление данного требования, но и доставку его гаранту (предъявление, вручение) также в срок. Следовательно, срок

действия банковской гарантии означает срок принятия на себя гарантом кредитного риска бенефициара. В этой связи соответствующие риски прекращаются с истечением срока, на который выдана гарантия.

Таким образом, требование истца от 15.11.2017 № 855, предъявленное и полученное ответчиком после окончания срока действия банковской гарантии (22.11.2017), является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования, при этом возможность восстановления срока его предъявления Гражданским кодексом РФ не предусмотрена.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Расходы по госпошлине по иску возлагаются на истца в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

При таких обстоятельствах, руководствуясь ст.ст.110, 112, 167–170 АПК РФ, Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца с момента его изготовления в полном объеме и может быть обжаловано до истечения указанного срока в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд (Вокзальная улица, дом 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357600) через Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики (проспект Ленина 9, город Черкесск, Карачаево-Черкесская Республика, 369000), а также может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа (Рашпилевская улица, дом 4, г. Краснодар, Краснодарский край, 350063) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья З.Х. Тебуева