Постановление от 10 февраля 2022 г. по делу № А22-4663/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А22-4663/2019
г. Краснодар
10 февраля 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 03 февраля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 февраля 2022 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Андреевой Е.В. и Соловьева Е.Г., в отсутствие ФИО1, ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «НБК» (ИНН <***>, ОГРН <***>), иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НБК» на определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 21.09.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2021 по делу № А22-4663/2019, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – ФИО1) и ФИО2 (далее – ФИО2) рассмотрены результаты процедуры реализации имущества должников.

Определением суда от 21.09.2021, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 17.11.2021, завершена процедура реализации имущества гражданина в отношении должников – ФИО2 и ФИО1; ФИО2 и ФИО1 освобождены от исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктами 5 – 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В кассационной жалобе общество с ограниченной ответственностью «НБК» (далее – ООО «НБК», кредитор, банк) просит отменить судебные акты и принять по делу новый судебный акт – не применять в отношении должника правила о списании долга перед кредитором. Податель жалобы указывает, что при заключении кредитных договоров от 30.01.2013, 30.01.2014 и 25.07.2014 ФИО1 предоставила недостоверную информацию относительно размера своего дохода; профессиональный статус банка как участника кредитного рынка не освобождает должника от необходимости действовать добросовестно, предоставлять достоверные сведения при получении кредита; завышение должником размера своих доходов и сокрытие иных долговых обязательств при получении кредита является злоупотреблением правом и должно повлечь для должника неблагоприятные последствия в виде неприменения правила об освобождении от такого обязательства.

Отзывы на кассационную жалобу не поступили.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), в отсутствие ее заявителя, должника, иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установили суды, решением от 18.02.2020 ФИО2 и ФИО1 признаны несостоятельными (банкротами), в отношении них введена процедура реализации имущества гражданина.

Сведения о введении процедуры реализации имущества гражданина опубликованы финансовым управляющим в газете «Коммерсантъ» от 07.03.2020 № 42.

В связи с истечением срока процедуры реализации имущества гражданина, от финансового управляющего поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должников, представлен отчет о его деятельности.

Финансовым управляющим проведен анализ финансово-экономического состояния граждан-банкротов, признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у должников не обнаружено, подлежащих оспариванию сделок не выявлено. Из отчета следует, что финансовым управляющим проведены мероприятия по выявлению имущества должника. Направлены уведомления о введении процедуры реализации имущества гражданина в уполномоченные регистрирующие органы, сделаны запросы о наличии и составе имущества должника. Выявлено следующее имущество: ООО «Санрайз тег», ИНН <***>, уставный капитал 10 тыс. рублей, доля участия: 100%, номинальная стоимость 10 тыс. рублей; ООО «Дестино», ИНН <***>, уставный капитал 10 тыс. рублей, доля участия: 100%, номинальная стоимость 10 тыс. рублей; ООО «ИПА "Аранзал"», ИНН <***>, уставный капитал 15 тыс. рублей, доля участия: 100%, номинальная стоимость 15 тыс. рублей; ООО «РИА Калмыкия», ИНН <***>, уставный капитал 15 тыс. рублей, доля участия: 100%, номинальная стоимость 15 тыс. рублей.

Торги по продаже имущества должников посредством прямого договора купли-продажи признаны несостоявшимися ввиду отсутствия заявок на его приобретение. 8 февраля 2021 года кредиторам направлено предложение финансового управляющего о предоставлении отступного и о погашении требований кредиторов путем предоставления отступного. Ответа со стороны кредиторов не поступило. Кредиторы надлежащим образом уведомлены о признании должников банкротами. В реестр требований кредиторов должников в первую и вторую очереди требования кредиторов не включались, в третью очередь включены требования на общую сумму 3 678 428 рублей 90 копеек, погашения по реестру требований не производились.

Завершая процедуру реализации имущества должника, суды руководствовались статьями 65, 71 и 223 Кодекса, статьями 213.9, 213.27 и 213.28 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума № 45), правовой позицией, указанной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019 (далее – Обзор № 3), определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429 по делу № А41-20557/2016.

Суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Завершение процедуры реализации имущества осуществляется в случае отсутствия в конкурсной массе денежных средств или имущества, средства от реализации которого могут быть направлены на расчеты с кредиторами, а также отсутствия иной реальной возможности пополнения конкурсной массы и осуществления расчетов с кредиторами.

Суды установили, что все мероприятия, предусмотренные для процедуры реализации имущества гражданина завершены, имущество должников не реализовано, ввиду отсутствия заявок на его приобретение, кредиторы, желание принять имущество в счет погашения своих требований не изъявили, дальнейшее проведение процедуры банкротства нецелесообразно и приведет к увеличению расходов в деле о банкротстве, в связи с чем, пришли к выводу о возможности завершения процедуры реализации имущества должников.

В указанной части судебные акты не обжалуются.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 данной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Как следует из пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается в частности, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

При таких обстоятельствах арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 45 постановления Пленума № 45, освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429, в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т.п.). При этом по смыслу названной нормы принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Следовательно, исключительность использования механизма освобождения гражданина от долговых обязательств как реабилитационной процедуры предполагает необходимость исследования вопроса о соответствии поведения должника требованиям закона, в том числе оценки его действий на предмет возможности признания их свидетельствующими об уклонении должника от исполнения принятых на себя обязательств либо направленными на воспрепятствование деятельности финансового управляющего, осуществляющего полномочия в рамках дела о банкротстве по формированию конкурсной массы.

Из обстоятельств рассматриваемого дела следует, что в качестве основания, исключающего применение правила пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, кредитор указал на предоставление ФИО1 недостоверной информации относительно своей заработной платы в собственноручно заполненных анкетах по кредитным договорам от 30.01.2013, 30.01.2014 и 25.07.2014.

Отклоняя соответствующие доводы, суды первой и апелляционной инстанций сослались на положения Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях», в силу которых банк как профессиональный участник рынка кредитования вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица.

В пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, сформирована правовая позиция, согласно которой в случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей отказа в освобождении гражданина от долгов в рамках процедуры банкротства.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Кодекса представленные в материалы дела доказательства, установив, что анализ финансового состояния должников признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил, сокрытие или уничтожение принадлежащего должникам имущества, равно как сообщение недостоверных сведений финансовому управляющему не установлено, доказательств, свидетельствующих о предоставлении должником недостоверных сведений по размеру официальной заработной платы на дату получения кредита кредитор не представил, равно как и доказательств запроса банком у должника сведений из пенсионного фонда, налогового органа и т. п., а ссылка банка на недостоверность информации относительно заработной платы в заполненных анкетах по кредитным договорам опровергается имеющимися в деле доказательствами, суды пришли к выводу о том, что кредитором не доказано наличие совокупности условий для неприменения в отношении должника ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств.

В связи с неустановлением в действиях (бездействии) должников недобросовестного поведения и признаков злоупотребления правом, а также обстоятельств, препятствующих освобождению от дальнейшего исполнения обязательств, перечень которых приведен в абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, суды по итогам процедуры банкротства применили правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

Суд кассационной инстанции отмечает, что ФИО1 при заключении кредитного договора с банком предоставила ему сведения о наличии неисполненных обязательств перед кредитным учреждением. Однако данное обстоятельство не явилось препятствием к выдаче должнику еще одного кредита. Фактов совершения должником недобросовестных действий при получении кредитов, а также в процедуре банкротства не установлено. О подаче должником в арбитражный суд заявления должника о признании его банкротом банк был уведомлен и заявил свои требования к должнику в установленном порядке.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования суда первой и апелляционной инстанций и получившим надлежащую правовую оценку, признаются судом кассационной инстанции несостоятельными, поскольку не влияют на обоснованность и законность обжалуемых судебных актов, направлены на переоценку исследованных судами доказательств, установленных фактических обстоятельств, и сделанных на их основании выводов, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (статья 286 Кодекса).

Нормы права при разрешении спора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебного акта, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 21.09.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2021 по делу № А22-4663/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Н.А. Сороколетова

Судьи Е.В. Андреева

Е.Г. Соловьев