Решение от 7 февраля 2024 г. по делу № А52-6410/2023

Арбитражный суд Псковской области

ул. Свердлова, 36, г. Псков, 180000

http://pskov.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А52-6410/2023
город Псков
07 февраля 2024 года
Резолютивная часть решения оглашена 30 января 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 07 февраля 2024 года.


Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Бурченкова К.К., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании посредством веб-конференции дело по исковому заявлению

акционерного общества "Элис Фэшн Рус" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>; адрес: 344019, Ростовская обл, Ростов-на-Дону г, 20-я линия ул, зд. 4)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 01.11.2008; место регистрации ИП: Псковская область)

о взыскании 1 556 632 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак,

при участии в заседании:

от истца: ФИО3 - представитель по доверенности (посредством веб-конференции);

от ответчика: ФИО4 - представитель по доверенности;



установил:

акционерное общество "Элис Фэшн Рус" (далее - истец, Общество, Правообладатель) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ответчик, Предприниматель, Пользователь) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №501726 "ELIS" в размере 1 897 022 руб. 48 коп. из расчета двойной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак (подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Из основания иска следует, что ответчик после расторжения договора коммерческой концессии, предусматривающего возможность использования комплекса принадлежащих истцу исключительных прав на товарный знак, коммерческое обозначение и единую технологию продаж, продолжил использовать в своей торговой деятельности товарный знак "ELIS" путем его размещения на вывеске фасада магазина, размещения на рекламных материалах и визитках, реализовав после прекращения действия договора до момента выявления нарушения товар на сумму 948 511 руб. 24 коп.

Арбитражный суд Ростовской области определением от 25.09.2023 передал дело по подсудности в Арбитражный суд Псковской области.

Определением от 20.10.2023 исковое заявление принято к производству Арбитражного суда Псковской области.

Протокольным определением от 21.12.2023 суд в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) принял уточнение (уменьшение) размера исковых требований до 1 556 632 руб.

В судебном заседании 30.01.2024 представитель истца уточненные исковые требования поддержал в полном объеме. Пояснил, что при расчете суммы компенсации в размере 1 556 632 руб. истец руководствовался положениями подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, позволяющего определить размер компенсации от 10 000 руб. до 5 000 000 руб., при этом полагал возможным определить конкретную сумму компенсации свыше 10 000 руб. исходя из 0,1% от рыночной стоимости товарного знака согласно заключению внутренней оценки (1 556 632 000 руб.).

Представитель ответчика в судебном заседании заявил о частичном признании исковых требований в размере 20 000 руб. Относительно удовлетворения иска в большей части возражал, полагая необоснованным определение размера компенсации на основании рыночной стоимости товарного знака согласно заключению внутренней оценки, достоверность которой ничем не подтверждена. Также настаивал, что с учетом фактической даты получения и подписания Предпринимателем соглашения о расторжении договора коммерческой концессии период допущенного нарушения необходимо определить с 22.04.2023 по 18.05.2023, а не с 15.04.2023 по 18.05.2023, как это указывает истец.

Согласно пункту 3 статьи 49 АПК РФ ответчик вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции признать иск полностью или частично.

Суд принимает признание иска в части, так как это не противоречит закону и не нарушает права и интересы других лиц.


Рассмотрев материалы дела, выслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Общество является обладателем исключительных прав на зарегистрированный в Российской Федерации товарный знак "ELIS" на основании свидетельства №501726, классы МКТУ 14, 18,25 и 35.

01.09.2019 между Обществом (Правообладатель) и предпринимателем (Пользователь) заключен договор коммерческой концессии №80 (далее - договор от 01.09.2019), согласно которому Правообладатель представляет Пользователю за вознаграждение на срок действия настоящего договора неисключительное право использовать в предпринимательской деятельности комплекс исключительных прав, принадлежащих Правообладателю, в том числе права: а) на товарный знак; б) на коммерческое обозначение; в) на единую технологию продаж, с целью организации торгового предприятия по розничной реализации поставляемых Правообладателем товаров.

Согласно пункту 1.2 договора от 01.09.2019 Правообладатель предоставляет Пользователю на срок действия договора в пределах договорной территории неисключительное право на использование товарного знака "ELIS" в соответствии со свидетельством №501726 от 09.12.2013.

Пунктом 1.3 договора от 01.09.2019 Пользователю предоставляется право использовать комплекс исключительных прав на территории нежилого помещения, предназначенного для размещения фирменного магазина под товарным знаком "ELIS" по адресу: ТРЦ "РИО", ул. Фучика, д. 2, Санкт-Петербург.

В соответствии с пунктами 6.1 - 6.4 договора от 01.09.2019 пользователь уплачивает Правообладателю вознаграждение за использование его исключительных прав, размер которого составляет 10 000 руб. в год.

14.04.2023 Предпринимателем получен датированный 07.04.2023 проект Соглашения о расторжении договора от 01.09.2019 (далее - Соглашение), согласно которому стороны определили, что права и обязанности сторон по договору от 01.09.2019 прекращаются с 07.04.2023.

При этом пунктом 7.6 договора от 01.09.2019 определено, что после его расторжения Пользователь обязан в течение 7 календарных дней прекратить использовать исключительные права, демонтировать и убрать все коммерческие обозначения (вывески, наклейки, рекламные материалы и т.п.), содержащие наименования Правообладателя и товарный знак "ELIS", прекратить использование фирменного стиля и технологию продаж товаров, вернуть Правообладателю документацию, переданную во исполнение настоящего договора.

Одновременно с этим между сторонами 26.07.2019 заключен договор поставки (на условиях предварительного заказа) №26/07/2019 (далее - договор от 26.07.2019), согласно которому Поставщик (Истец) обязался поставить Ответчику (Покупателю) швейные изделия и иные товары под товарными знаками ELIS и LALIS, а Покупатель обязуется принять товары и оплатить их.

В соответствии с пунктами 2.5 и 2.6 договора от 26.07.2019 Предприниматель не вправе копировать фирменный стиль, дизайн и архитектуру торговых помещений, которые используются правообладателями товарных знаков ELIS, LALIS, или иным образом копировать бренды ELIS, LALIS. Предприниматель не вправе использовать соответствующие или аналогичные до степени смешения коммерческие обозначения (вывески), какие используют правообладатели товарных знаков ELIS, LALIS, даже если в его торговых помещениях продается исключительно одежда с указанными товарными знаками. Предприниматель обязан воздерживаться от любого поведения, которое может ввести потребителей в заблуждение относительно того, что он является законным пользователем комплекса принадлежащих правообладателям товарных знаков ELIS, LALIS и 20LINE исключительных прав, включая право на товарные знаки, коммерческое обозначение, а также права на другие объекты исключительных прав.

16.05.2023, то есть после расторжения договора от 01.09.2019, представителем ответчика при участии представителя истца составлен акт выявления факта незаконного использования товарного знака "ELIS" в помещении магазина, расположенного по адресу: г. Санкт - Петербург, ул. Фучика, д.2, ТРЦ "РИО", а именно: размещение вывески "ELIS" на фасаде магазина, размещение рекламных материалов товарного знака "ELIS" в торговом зале, использование товарного знака "ELIS" (логотипа) на визитках, рекламных раздаточных местах, фирменной вывеске с логотипом на кассе магазина. В ходе осмотра ТРЦ "РИО" выявлен факт использования на лайтбоксах рекламы весенней коллекции "ELIS" (встречай весну в месте с ELIS).

При таких обстоятельствах, по мнению истца, по истечению 7 календарных дней с момента расторжения договора от 01.09.2019, то есть с 15.04.2023 по 18.05.2023, Предприниматель осуществлял действия по продаже товара, используя коммерческое обозначение (вывески) и рекламные материалы с обозначением товарного знака истца без предоставления ему такого права Обществом, чем нарушил исключительные права последнего.

Претензионным письмом №05-10/189 от 02.06.2023 истец потребовал у ответчика оплатить компенсацию за допущенные нарушения в размере 5 000 000 руб., в ответ на которую последний от оплаты компенсации в заявленной Обществом сумме отказался, что повлекло за собой обращение истца с настоящим иском в суд.


Оценив представленные материалы дела доказательства, суд находит требования истца подлежащими частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 названной статьи исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.


Материалами дела подтверждается факт принадлежности истцу исключительных прав на товарный знак №501726 "ELIS", ответчиком данное обстоятельство не оспаривается.

Также из материалов дела, в том числе составленного представителем ответчика при участии представителя истца акта от 16.05.2023, следует что Предприниматель после расторжения договора от 01.09.2019, то есть в отсутствие договорного основания, использовал принадлежащий Обществу товарный знак №501726 "ELIS" при осуществлении торговой деятельности путем размещения вывески "ELIS" на фасаде магазина и рекламных материалов товарного знака "ELIS" в торговом зале, а также путем использования товарного знака "ELIS" (логотипа) на визитках, рекламных раздаточных местах, фирменной вывеске с логотипом на кассе магазина.

Представитель ответчика факт использования при указанных обстоятельствах при отсутствии договорных отношений с истцом спорного товарного знака не отрицал, оспаривая лишь период такого использования с учетом фактической даты подписания Соглашения (с 22.04.2023, а не с 15.04.2023).

Между тем в силу части 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В связи с изложенным суд полагает установленным факт нарушения ответчиком исключительного права истца на товарный знак №501726 "ELIS".


В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно пункту 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.


Первоначально истец при обращении в суд с иском заявил о взыскании компенсации в размере 1 897 022 руб. 48 коп. в порядке подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ из расчета двойной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, реализованных после расторжения договора от 01.09.2019, а именно: 948 511 руб. 24 коп. * 2.

В последующем, после вынесения судом на обсуждение возражений ответчика в части того, что товар реализовывался на основании действующего договора поставки от 26.07.2019, а потому не представляется возможным утверждать о незаконном размещении товарного знака на данный товар, истец изменил способ расчета компенсации, определив его на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в размере 1 556 632 руб., настаивая на незаконности использования товарного знака путем его размещения на вывеске магазина, в рекламных буклетах и прочее.

В свою очередь ответчиком заявлено о признании иска на сумму 20 000 руб.; по мнению Предпринимателя такая сумма является разумной и соразмерной допущенному нарушению с учетом длительности незаконного использования товарного знака (менее месяца), а также стоимости такого использования, определенной договором от 01.09.2019 (10 000 руб. за год).


Определяя размер подлежащей взысканию компенсации, суд исходит из следующего.

Из разъяснений пункта 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление №10) следует, что по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При этом, суд принимает во внимание, что в силу специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды).

С учетом указанной специфики, предопределяющей необходимость установления специальных способов защиты нарушенных исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности ГК РФ, и в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения, при этом правообладатель, обратившийся за защитой права, требуя от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты соответствующей компенсации, освобождается от доказывания в суде размера причиненных убытков.

Тем самым приведенное правовое регулирование позволяет взыскивать в пользу лица, чье исключительное право на объект интеллектуальной собственности было нарушено, компенсацию в размере, который может и превышать размер фактически причиненных ему убытков. Допущение законом такой возможности - тем более принимая во внимание затруднительность определения размера убытков в каждом конкретном случае правонарушения - нельзя признать мерой, несовместимой с основными началами гражданского законодательства, не исключающего, в частности, при определении ответственности за нарушение обязательств взыскание с должника убытков в полной сумме сверх неустойки (пункт 1 статьи 394 ГК РФ) и предусматривающего в качестве одного из способов защиты нарушенных гражданских прав, помимо возмещения убытков, возможность установления законом или договором обязанности причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1 статья 1064 ГК РФ).

В исключение из общего правила, согласно которому предусмотренные ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное при осуществлении предпринимательской деятельности, предусмотренные пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса и, соответственно, пунктом 4 статьи 1515, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если только он не докажет, что нарушение произошло вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 1250 ГК РФ).

При этом нет оснований полагать, что пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ, равно как и другими, связанными с ним, нормами гражданского законодательства, не учитывается принцип соразмерности. Статья 1252 ГК РФ обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Данный вывод соотносится с неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позицией, в силу которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным.

В своем постановлении от 13.02.2018 №8-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что положения пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в целях охраны исключительного права на товарный знак создают для правообладателя преимущества, освобождающие его от бремени доказывания размера причиненного ущерба и наличия вины нарушителя. Вместе с тем это не освобождает суд, применяющий в конкретном деле нормы, которые ставят одну сторону (правообладателя) при защите своих прав в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, от обязанности руководствоваться в рамках предоставленной ему дискреции правовыми критериями баланса конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности правонарушающему деянию. Иное не согласовывалось бы ни с конституционными принципами справедливости и соразмерности, ни с общими началами частного права.

По смыслу закона принцип состязательности сторон арбитражного процесса и правило распределения бремени доказывания обстоятельств, на которые сторона ссылается в обоснование своих требований или возражений, предполагает опровержение доводов другой стороны не только путем оспаривания предоставленных последней документов, но и предоставление своих доказательств, подтверждающих возражения.


Вместе с тем, поскольку заявленный истцом размер компенсации (1 556 632 руб.) превышает установленный законом минимальный размер, предусмотренный для данного вида компенсации (10 000 руб.), представление обоснования размера требуемой им суммы компенсации является обязанностью истца.

В рамках настоящего спора истец в обоснование компенсации в размере 1 556 632 руб. сослался на рыночную стоимость товарного знака согласно заключению внутренней оценки от 04.12.2023 (1 556 632 000 руб.), полагая разумным определение стоимости компенсации исходя из 0,1% от стоимости товарного знака.

В тоже время соответствующий порядок определения размера компенсации исходя из рыночной стоимости товарного знака ни законом, ни актами его толкования либо правовой доктриной не предусмотрен.

При этом само по себе наличие указанного заключения не исключает права суда на определение итоговой суммы компенсации по своему внутреннему усмотрению, исходя из характера нарушения и с учетом иных существенных обстоятельств дела.

Кроме того суд учитывает, что указанный отчет составлен истцом, которым фактически проводилась самостоятельная экспертиза, без уведомления ответчика, который был лишен возможности воспользоваться своими правами при проведении исследования. О назначении судебной экспертизы по делу не заявлялось.

Также в обоснование размера компенсации истец указывает на широкую известность для покупателя товарного знака "ELIS", в то время как ответчик после расторжения договора от 01.09.2019 под вывеской со спорным товарным знаком осуществлял продажу товаров иных брендов (SAVAGE, BULMER), что подрывало авторитет истца и ставило под сомнение качество его товара.

В тоже время истец, несмотря на предложение суда в судебном заседании 30.10.2024, не смог обосновать, что бренд "ELIS" является более элитарным в сравнении с иными указанными истцом брендами, и одновременная продажа товара данных брендов может каким-либо образом негативно отразиться на репутации Правообладателя.

Одновременно с этим суд учитывает, что даже если исходить из расчета истца, период незаконного использования ответчиком товарного знака составил чуть более месяца, в то время как согласно условиям договора от 01.09.2019 плата за право такого использования в течение одного года составила 10 000 руб.

При этом в судебном заседании 30.01.2024 представитель истца пояснил суду, что условия договора от 01.09.2019 в части платы за пользования товарным знаком являются стандартными, такую же сумму выплачивают иные лица, с которым Общество заключает аналогичные договоры.

При таких обстоятельствах, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, исходя из требований разумности и справедливости, приняв во внимание характер допущенного нарушения, его длительность, степень вины ответчика, учитывая вероятные убытки правообладателя, основываясь на оценке совокупности всех собранных по делу доказательств, суд считает необходимым взыскать с ответчика компенсацию в размере 20 000 руб., что соответствует договорной стоимости использования товарного знака за два года, полагая заявленную сумму 1 556 632 руб. чрезмерной.


В соответствии с пунктом 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Судебные расходы истца на оплату государственной пошлины подлежат возмещению за счет ответчика в размере, исчисленном пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований и с учетом частичного признания иска ответчиком.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию госпошлина в размере 256 руб. 45 коп.

Также истцу надлежит возвратить из федерального бюджета 3661 руб. 95 коп. государственной пошлины в связи с уточнением (уменьшением) исковых требований.

Руководствуясь статьями 49, 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



РЕШИЛ:

частичное признание иска ответчиком в сумме 20 000 руб. 00 коп. принять.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу акционерного общества "Элис Фэшн Рус" 20 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, а кроме того, 256 руб. 45 коп. расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении иска в оставшейся части отказать.

Возвратить акционерному обществу "Элис Фэшн Рус" из федерального бюджета 3661 руб. 95 коп. государственной пошлины.

На решение в течение одного месяца после его принятия может быть подана апелляционная жалоба в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Псковской области.



Судья К.К. Бурченков