Решение от 22 октября 2025 г. по делу № А57-34094/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ 410002, <...>; тел/ факс: <***>; http://www.saratov.arbitr.ru; e-mail: info@saratov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А57-34094/2024
город Саратов
23 октября 2025 года
Резолютивная часть решения оглашена 16 октября 2025года Полный текст решения изготовлен 23 октября 2025года

Арбитражный суд Саратовской области в составе судьи Бобуновой Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Потрясовой Е.Г., рассмотрев в судебном заседании в режиме «Он-лайн» с использованием системы «Картотека арбитражных дел» материалы дела по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Дымовское колбасное производство» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г.Москва

к обществу с ограниченной ответственностью Комбинат «Дубки» (ИНН <***>, ОГРН <***>), Саратовская обл., г. Саратов, п. Дубки

Третье лицо: Прокуратура Гагаринского административного района г. Саратова (410052 <...>)

о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака ООО «Дымовское колбасное производство» по свидетельству РФ № 356004 в размере 112072270руб.

при участии в судебном заседании представителей: истца - ФИО1 по доверенности от 12.03.2024г., ФИО2 по доверенности о 11.09.2023г., судом обозревался паспорт и диплом, ответчика - ФИО3 по доверенности от 12.03.2024 г, судом обозревалось удостоверение адвоката

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Саратовской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Дымовское колбасное производство» с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью Комбинат «Дубки» о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака истца по свидетельству РФ № 356004 в размере 112 072 270 руб.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил заявленные исковые требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, на день рассмотрения дела просил взыскать с ответчика компенсацию в размере 64137617,13рублей.

В судебном заседании, назначенном на 15 час. 00 мин. 11.09.2025, судом были объявлены перерывы в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации до 11 час. 00 мин. 25.09.2025, до 11 час. 00 мин. 09.10.2025, до 12 час. 00 мин. 16.10.2025.

Истец уточненные исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик исковые требования не признал по основаниям, изложенным в отзывах, ходатайствовал о снижении компенсации и об удовлетворении иска в сумме, не превышающей 1 012 667 рублей.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

Арбитражному суду представляются доказательства, отвечающие требованиям статей 67, 68, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, проверив доводы, изложенные в исковом заявлении, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению в части по следующим основаниям.

Мотивируя заявленные требования, истец указывает, что ООО «Дымовское колбасное производство» является правообладателем товарного знака НАПОЛИпо Свидетельству № 356004.

Как указал истец,ему стало известно, что ответчик в нарушение прав истца на товарный знак производил и реализовывал колбасную продукцию под обозначением НАПОЛИ, которое сходно до степени смешения с товарным знаком истца, в частности ответчик производил и реализовывал сырокопченую колбасу НАПОЛИ, в том числе через собственный магазин.

30.11.2023 истец направил в управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору запрос об объемах реализации ответчиком колбасы под обозначением НАПОЛИ в соответствии с государственной базой данных ФГИС «Меркурий».

29.12.2023 управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору предоставило истцу ответ, согласно которого за период с 20.10.2021 по 30.08.2022 объем реализации ответчиком колбасы под обозначением НАПОЛИ составил не менее 198 358 кг.

Истец также указал в иске, что факт использования ответчиком обозначения НАПОЛИ, подтверждается распечаткой из сети «Интернет» с информацией о цене реализации продукции 565 руб. за 1 кг.

18.10.2024 года истец направил ответчику претензию, в которой просил выплатить в добровольном досудебном порядке в пользу истца денежную компенсацию в размере 120 093 924 руб., в ответ на которую ответчик предложил урегулировать возникший спор путем компенсации истцу всех возможных убытков в сумме 5 000 000 руб.

Стороны к соглашению не пришли, в связи с чем истец обратился в суд с настоящим иском.

Исходя из п. 1 ст. 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ). Правила ГК РФ о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг. Так, в силу пп.1,3 ст.1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак (ст. 1233 ГК РФ), если ГК РФ не предусмотрено иное. При этом в соответствии со ст. 1229 ГК РФ правообладатель может

по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование товарного знака. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующий товарный знак без согласия правообладателя. Использование средства индивидуализации без согласия правообладателя является незаконным и влечет установленную законом ответственность.

Как было установлено судом в ходе судебного разбирательства, ответчик использовал в период с 20.10.2021 по 30.08.2022 обозначение НАПОЛИ, сходное до степени смешения с товарным знаком истца НАПОЛИ № 356004, на этикетках продаваемых товаров без согласия истца (правообладателя), в целях их дальнейшего продвижения, распространения неопределенному кругу лиц, что является нарушением действующего законодательства, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами. Размещенное на товаре обозначение НАПОЛИ тождественно зарегистрированному товарному знаку НАПОЛИ. Для установления вероятности сходства обозначения и товарного знака, сравнению подлежат не товары, не упаковка и дизайн товаров, а собственно товарный знак (в нашем случае - слово НАПОЛИ и обозначение, нанесенное на товар – НАПОЛИ).

Ответчик в ходе рассмотрения дела не оспаривал факт использования обозначения НАПОЛИ, тождественного зарегистрированному товарному знаку НАПОЛИ.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительного права истца на спорный товарный знак.

Как указано выше, истец настоящим исковым заявлением с учетом уточнения иска просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № № 356004 в однократном размере стоимости товара, а именно в размере 64 137 617,13руб.

В силу ст. 1515 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на товарный знак правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. Указанной нормой закона установлена минимальная сумма компенсации за нарушение исключительного права в сумме 10000 рублей.

Как установлено судом в ходе судебного разбирательства по делу, расчет компенсации в размере 64 137 617,13 рублей произведен истцом на основании п.2 ч. 4 ст. 1515 ГК РФ в однократном размере стоимости товаров, на которых ответчиком в период с 20.10.2021 по 30.08.2022 незаконно размещен товарный знак № 306754.

При этом истец указал, что им в уточненном иске исключено из объемов, указанных в ответе от 29.12.2023 управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору (198 358 кг), 27 178,80 кг по причине задвоения, в результате чего истец считает, что объем контрафактной продукции составляет 171 179,20 кг.

При этом истец указал, что использует в отношении 101272,76 кг, отгруженных иным покупателям, цену поставки ответчиком в ООО «Центр реструктуризации» (433,07 руб./кг) как наименьшую из цен поставок в ООО «Лента» (681,8 руб./кг) и в ООО «Центр реструктуризации»:

Контрагент

Стоимость с

НДС за 1 кг

Объем, кг

Итого стоимость с НДС, руб.

ООО «Компания Поставка»

284,9

44 935,63

12 802 160,99

ИП ФИО4

279,4

22 304,20

6 231 793,48

ООО «Лента»

681,8

364,41

248 454,74

ООО «Центр реструктуризации»

433,07

2302,2

997013,75

Иные покупатели

433,07

101272,76

43 858 194,17

Итого стоимость

64 137 617,13

Ответчиком в материалы дела представлен контррасчет, в котором из объема, указанного истцом (171 179,20 кг), им исключен объем товара, перемещенного ответчиком на свои склады по транзакции типа «перевозка без смены владельца» в количестве 84 974,3 кг.По данным ответчика, объем товара, проданный ответчиком ООО «Компания Поставка», ИП ФИО4, ООО «Лента», ООО «Центр реструктуризации» и иным покупателям, составляет 86 204,90 кг (171 179,20 - 84 974,3), а объем товара, проданный ответчиком иным покупателям, составляет 16 298,46 кг (86 204,90 –(44 935,63 + 22 304,20 + 2 302,20 + 364,41)).

Также ответчиком расчетным путем определено, что от общего объема товаров, поставленных им в ООО «Компания Поставка», ИП ФИО4, в ООО «Лента» и в ООО «Центр реструктуризации»:

- объем товара в количестве 44 935,63 кг, проданный ответчиком в адрес ООО «Компания Поставка», составляет 64,28% (44 935,63 × 100 ÷ (44 935,63 + 22 304,20 + 364,41+2 302,20));

- объем товара в количестве 22 304,20 кг, проданный ответчиком ИП ФИО4, составляет 31,91% (22 304,20 × 100 ÷ (44 935,63 + 22 304,20 + 364,41+2 302,20));

- объем товара в количестве 2 302,2, проданный ответчиком в адрес ООО «Центр реструктуризации», составляет 3,29% (2 302,20 × 100 ÷ (44 935,63 + 22 304,20 + 364,41+2 302,20));

- объем товара в количестве 364,41 кг, проданный в адрес ООО «Лента», составляет 0,52% (364,41 × 100 ÷ (44 935,63 + 22 304,20 + 364,41+2 302,20)).

В своем контррасчете ответчик на объем товара в количестве 16298,46кг, проданный иным покупателям, использует данные о среднерыночной цене, которая определена им следующим образом: (16 298,46 × 64,28% × 284,90) + (16 298,46 × 31,91% × 279,40) + (16 298,46 × 3,29% × 433,07) + (16 298,46 × 0,52% × 681,80) = 4 727 916,32 рублей или 290,08 рублей с НДС за 1 кг:

Контрагент

Стоимость с

НДС за 1 кг

Объем, кг

Итого стоимость с НДС, руб.

ООО «Компания Поставка»

284,90

44 935,63

12 802 160,99

ИП ФИО4

279,40

22 304,20

6 231 793,48

ООО «Центр реструктуризации»

433,07

2 302,20

997 013,75

ООО «Лента»

681,80

364,41

248 454,74

Иные покупатели

290,08

16 298,46

4 727 916,32

ИТОГО

86 204,90

25 007 339,28

Проверив расчет истца и контррасчет ответчика, исследовав материалы дела, суд считает доказанным объем реализованных ответчиком в период с 20.10.2021 г. по 30.08.2022г. товаров, на котором незаконно размещено обозначение, сходное с товарным знаком истца, в размере 86 204,90кг общей стоимостью 25 007 339,28 руб. с НДС, исходя из следующего.

Введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации без согласия лица, которому принадлежит исключительное право на товарный знак, товаров, на которых размещен этот товарный знак, влечет применение в отношении нарушителя определенных мер воздействия (ответственности). В частности, правообладатель вправе требовать изъятия из оборота и уничтожения контрафактных товаров за счет нарушителя, а также требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения (пункты 1 и 2 и подпункт 1 пункта 4 ст. 1515 ГК РФ) (Постановление Конституционного Суда РФ от 13.02.2018 № 8-П).

Из системной связи положений пункта 1 ст. 2, пункта 2 ст. 15, ст. 1272, пунктов 1 и 2 ст. 1275, пункта 1 ст. 1302 ГК РФ и других норм следует, что под гражданским оборотом понимается совокупность всех действий, совершаемых субъектами гражданского права в целях свободного отчуждения или перехода материальных благ от одних лиц к другим в порядке, установленном законом.

Во вкладке «Исходящие ВСД» CD-диска с данными из ФГИС «Меркурий», приобщенного к материалам дела истцом, имеется таблица, одиннадцатый столбец которой содержит сведения о типе транзакции.

На сайте ФГИС «ВетИС» (https://help.vetrf.ru/wiki Оформление_транспортного _эВСД_в_Меркурий.ГВЭ) указано, что во исполнение Постановления Правительства РФ от 07.11.2016 № 1140, предусмотрены следующие типы транзакций:

«перевозка со сменой владельца» – перемещение подконтрольного товара c переходом права собственности на него;

«перевозка без смены владельца» – перемещение подконтрольного товара без перехода права собственности на него;

«смена владельца без перевозки» – переход права собственности на подконтрольный товар без перемещения, т.е. фактически продукция остается на предприятии.

Таким образом, при перемещении подконтрольного товара без перехода права собственности на него («перевозка без смены владельца») не происходит введения товара в гражданский оборот, т.к. отсутствует отчуждение или переход материальных благ от одних лиц к другим.

Следовательно, транзакции, в отношении которых в одиннадцатом столбце таблицы («тип транзакции»)на вкладке «Исходящие ВСД» CD-диска с данными из ФГИС «Меркурий» указана«перевозка без смены владельца», не являются нарушающими прав истца, т.к. они непосредственно не связаны с введением товара в оборот и они в любом случае не могут учитываться при определении объема контрафактной продукции. Указанные транзакции свидетельствуют о транспортировке товаров ответчиком в объеме 84 974,3 кг (171 179,2 - 86 204,90) в иные места хранения без перехода права собственности на него.

При этом, истцом не представлено суду доказательств, что перевезённый без смены владельца товар в объеме 84 974,3 кг. был реализован ответчиком или хранился для целей реализации. Утверждения истца о том, что товар в объеме 84 974,3 кг хранился им в розничных магазинах, принадлежащих ответчику, с целью дальнейшей продажи, не подтверждены им надлежащими доказательствами. Тогда как ответчиком в материалы дела представлены доказательства того, что в период с 01.11.2021 по 31.07.2022 согласно отчету по проводкам в пищевой блок производства ответчика для питания сотрудников была передана освобожденная от этикетки и оболочки нарезка колбас в количестве 78 668,21 кг. Ссылка истца на то, что согласно порядку оформления инвентаризации в ФГИС «Меркурий» потребление продукции сотрудниками должно отражаться в базе ФГИС «Меркурий», т.к. при потреблении произведенной продукции сотрудниками оформляется корректировка вырабатываемой продукции через инвентаризацию путем оформления акта

списания, тогда как в настоящем случае отсутствуют сведения в ФГИС «Меркурий», - является несостоятельной, т.к. порядок оформления инвентаризации в ФГИС «Меркурий», на который ссылается в своих уточнениях истец, установлен Приказом Минсельхоза России от 13.12.2022 № 862, соответственно, указанный порядок не действовал в период с 01.11.2021 по 31.07.2022, когда согласно отчету по проводкам ответчика была передана в пищевой блок для питания сотрудников освобожденная от этикетки и оболочки нарезка колбас в количестве 78 668,21кг. Доказательств обратного истцом в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд считает установленным объем товаров с использованием обозначения НАПОЛИ, отгруженный ответчиком иным покупателям, в размере 16 298,46 кг, т.к. истцом в объем, поставленный иным контрагентам (101 272,76 кг) необоснованно включен товар, перемещённый ответчиком без смены владельца (84 974,3 кг).

Суд приходит к выводу, что использование истцом для расчета цены товаров, поставленных иным покупателям, цены поставки в адрес ООО «Центр реструктуризации» (433,07 руб./кг с НДС) не отвечает принципам справедливости и соразмерности, т.к. партия товара, поставленного в ООО «Центр реструктуризации», составляет всего 2,67% от всего объема товара, перевезенного ответчиком в спорный период со сменой владельца. Примененный ответчиком способ расчета цены товаров, отгруженных в адрес иных покупателей, основанный на пропорциональном учете цены сделок ответчика с ООО «Компания Поставка», ИП ФИО4, ООО «Центр реструктуризации» и ООО «Лента», относительно объема указанных сделок, в отсутствие надлежащих доказательств аффилированности ООО «Компания Поставка» и ИП ФИО4 с ответчиком в спорный период является наиболее соответствующим принципам справедливости и соразмерности.

При этом, судом отклоняется довод истца о недобросовестном поведении ответчика в связи с тем, что им не раскрыты сведения о стоимости продукции. В соответствии с пунктом 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере стоимости контрафактных товаров, истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие количество товаров и их цену. И только в случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц. При этом по настоящему делу истцом не представлено в материалы дела надлежащих доказательств, подтверждающих исполнение им требований пункта 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при подачи иска в отношении всей заявленной суммы компенсации (истцом были осуществлены действия по самостоятельному получению документов, подтверждающих цену товаров только у двух покупателей из более чем ста девяноста указанных в ответе, представленном истцу 29.12.2023 управлением Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору). При этом ответчик, у которого судом были истребованы доказательства, своевременно известил суд, что не имеет возможности его представить с указанием причин непредставления.

При определении размера компенсации, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, судом учтено также следующее.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 ГК РФ, при этом истец вправе выбрать способ защиты своего нарушенного права по своему усмотрению. В силу пункта 4 указанной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истец, подавая иск, избрал вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, добровольно отказавшись от взыскания двукратного размера стоимости товаров (услуг), требуя взыскать стоимость товаров (услуг) в однократном размере.

В постановлениях от 13.12.2016 № 28-П, от 13.02.2018 № 8-П, от 24.07.2020 № 40-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем, чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Возражая против заявленного истцом размера компенсации, ответчик указывает на то, что в данном случае необходимо применять положения Справки по вопросу расчета компенсации в двукратном размере стоимости услуг при неправомерном использовании знака обслуживания, зарегистрированного в отношении услуги «реализация товаров», в названии или на вывеске магазина (утверждена постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 13 октября 2022 г. № СП-21/22) (далее – справка СИП)).

В соответствии с данной справкой при нарушении исключительного права на знак обслуживания, зарегистрированный в отношении услуги 42 класса «реализация товаров», стоимость услуг, оказываемых при продаже товаров в магазине, считается равной стоимости права использования обозначения, если не доказано иное.

В Справке СИП указано на неопределенность в применении способа расчета компенсации, заключающегося в удваивании выручки, при нарушении исключительного права на знак обслуживания, зарегистрированный в отношении услуги «реализация товаров».

Поскольку продажа товара сама по себе не является услугой, а самостоятельную стоимость услуг по реализации товаров для целей правоприменения не представляется возможным выделить из стоимости реализуемых товаров, доход торговой организации (выручка от продажи товаров за определенный промежуток времени) не отражает стоимость оказываемой услуги «реализация товаров» при применении подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ совместно с пунктом 2 статьи 1477 ГК РФ.

Согласно абзацу второму пункта 61 Постановления от 23.04.2019 № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном (равно как и в однократном) размере

стоимости контрафактных экземпляров (товаров) (равно как и в однократном), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном (равно как и в однократном) размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).Соответственно, юридическое значение имеет только цена, по которой предлагает к продаже либо продаёт контрафактные товары только сам нарушитель, а не цена, по которой иные лица продают контрафактные товары, произведенные нарушителем.

При этом при продаже товаров ответчик оказывает различные сопутствующие услуги (упаковка, доставка, расфасовка, выкладка, предоставление информации и т.п.), в отношении которых не заключаются самостоятельные договоры, их цена не указана на ценнике, в прейскуранте или на товарном чеке. Как следствие, самостоятельную стоимость этих услуг определить невозможно. Доход от деятельности по продаже товаров непосредственно связан с характеристиками и со стоимостью продаваемых товаров, при этом цена услуг, связанных с реализацией товаров, не равна цене реализуемых товаров. Для целей правоприменения не представляется возможным отделить в составе выручки ответчика стоимость услуг, связанных с реализацией товаров, от цены этих товаров.

Следовательно, выручка от деятельности по продаже товаров, то есть доход от совокупности сделок купли-продажи, произведенных ответчиком за определенный период, не может быть принята за основу для расчета компенсации в двукратной (равно как и в однократной) стоимости услуг, оказываемых при продаже товаров.

Кроме того, ответчик является действующим предприятием. Общая сумма реализованных товаров, помимо чистой прибыли, содержит в себе сумму всех производственных расходов на приобретение сырья, расходных материалов, упаковки и иные сопутствующие расходы, необходимые для изготовления товара.

В описываемой ситуации доход организации за определенный период не эквивалентен стоимости оказываемых услуг, не отражает сведения ни о количестве таких услуг, ни об их цене.

С учетом невозможности определения самостоятельной стоимости услуг, оказываемых при реализации товаров, а также неравнозначности стоимости реализованного товара и стоимости оказанных при продаже товаров услуг суд не может удовлетворить требование о взыскании компенсации в размере стоимости услуг исходя из полученных сведений о выручке ответчика.

Для целей применения подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ при нарушении исключительного права на знак обслуживания, зарегистрированный в отношении услуги 42-го класса МКТУ «реализация товаров», стоимость услуг, оказываемых при продаже товаров в магазине, считается равной стоимости права использования обозначения, если не доказано иное.

В положениях пункта 4 статьи 1515 ГК РФ законодатель предусмотрел три способа расчета компенсации, предоставив правообладателю выбор одного из них. Суд не вправе изменять по своей инициативе способ расчета компенсации, изложенный в исковом заявлении истца (пункт 59 Постановления № 10, пункт 35 Обзора судебной практики по

делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015).

В связи с чем суд может исходить из того, что стоимость услуги «реализация товаров» в силу ее экономических особенностей сопоставима со стоимостью права использования обозначения, то есть со стоимостью, которую правообладатель определяет в договоре об использовании права на знак обслуживания в отношении услуги «реализация товаров».

С учетом этого в отсутствие доказательств иного суд может рассчитать компенсацию исходя из стоимости права использования соответствующего средства индивидуализации. Этот расчет компенсации, учитывающий стоимость права, не ведет к неправомерному смешению двух способов расчета в данном конкретном случае, поскольку основан не на замене одного способа другим, а на том, что, исходя из особенностей конкретной услуги, эти способы дают идентичный результат.

Оценив представленные истцом и ответчиком доказательства, суд считает возможным применить в данном случае положения справки СИП.

Правомерность применения к спорным правоотношениям справки СИП подтверждается также судебной практикой, в частности, Постановлением СИП от 26.02.2024 по делу № А41-50367/2021, которым решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции были оставлены без изменения, а кассационная жалоба заявителя (истца по делу) - без удовлетворения, в передаче кассационной жалобы истца по делу для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации определением Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2024 было отказано.

Цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно учитывается за правомерное использование объекта интеллектуальных прав, может определяться в том числе с учетом ранее заключенных правообладателем лицензионных договоров на предоставление права использования того же результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (статья 1489 ГК РФ). Могут также учитываться сублицензионный договор (статья 1238 ГК РФ), договор коммерческой концессии (статья 1027 ГК РФ), договор коммерческой субконцессии (статья 1029 ГК РФ), предусматривающие использование объекта интеллектуальных прав как части комплекса исключительных прав.

Истцом в материалы дела такие документы не представлены.

Кроме того, суд учитывает социальную значимость ответчика. Так, с учётом количества работающих у ответчика сотрудников и размера налоговых отчислений, произведенных им в доход соответствующих бюджетов, удовлетворение уточненных исковых требований в полном объёме приведёт к тому, что, учитывая возникший в этом случае кассовый разрыв, ответчик вынужден будет уволить часть сотрудников, в том числе жителей Гагаринского района, и сократить производство, т.к. ответчик, как ответственный работодатель, постоянно поддерживает соответствие средней заработной платы по организации на среднеотраслевом уровне. Выплата заявленной истцом суммы не позволит поддерживать надлежащий уровень средней заработной платы, что приведет к сокращению работников и уменьшению выручки от реализации товаров, являющихся предметом повседневного спроса населения.

Судом также учтено финансовое состояние ответчика, которое значительно ухудшилось по сравнению со спорным периодом (1 полугодием 2022). Так, ответчиком приобщены доказательства того, что его прибыль до налогообложения составила за 1 полугодие 2022 - 452 448 801 руб., тогда как за 1 полугодие 2025 - 178 212 323 руб., т.е. снизилась более чем в 2,5 раза.

Злоупотребление правом действующее законодательство не допускает (ст.10 ГК РФ). Защита нарушенных прав истца не должна вызывать ликвидацию конкурентов, а подразумевает восстановление его прав.

Суд учитывает, что ответчик в соответствии с протоколом заседания подкомиссии по повышению устойчивости финансового сектора и отдельных отраслей экономики Правительственной комиссии по повышению устойчивости российской экономики в условиях санкций от 19.07.2022 № 7кс включен в перечень системообразующих организаций российской экономики в сфере агропромышленного и рыбопромышленного комплексов, а также пищевой промышленности.

При этом, распоряжением Правительства Саратовской области от 09.04.2020 № 82-Пр (ред. от 16.05.2024) ответчик под номером 108 включен в Перечень системообразующих организаций, имеющих региональное значение и оказывающих, в том числе, существенное влияние на занятость населения и социальную стабильность в Саратовской области, в целях мониторинга их финансово-экономической ситуации.

Таким образом, деятельность ответчика оказывает существенное влияние на занятость населения и социальную стабильность в Гагаринском районе и всей Саратовской области.

Так же суд учитывает, что на момент обращения истца к ответчику с претензией ответчик уже более двух лет не осуществлял производство и реализацию спорной продукции, что следует из содержания иска и пояснений истца. После получения претензии истца ответчик производство спорной продукции также не осуществлял, спорную продукцию в гражданский оборот не вводил, на сайте ответчика отсутствует информация о предложении к продаже спорной продукции.

Также представитель ответчика в обоснование довода о снижении компенсации представили суду отчет № 08/2025 об определении рыночной стоимости права пользования товарным знаком № 356004 НАПОЛИ, в соответствии с которым рыночная стоимость использования указанного товарного знака за спорный период (с 20.10.2021 по 30.08.2022) составляет 1 012 667 рублей ((98 000 руб. × 10 месяцев) + (98 000 руб. ÷ 30 дней × 10 дней)). Указанная рыночная стоимость истцом не оспорена.

Суд принимает во внимание позицию третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратур Гагаринского административного района г.Саратова, изложенную в отзыве, в отношении предъявленных к ответчику исковых требований.

В Постановлении от 26.02.2024 № С01-2834/2023 по делу № А41-50367/2021 Судом по интеллектуальным правам было отмечено, что: «В Постановлении № 28-П Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации, исчисленной по правилам, в частности, подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, с учетом обстоятельств конкретного дела, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком). Отсутствие же у суда, столкнувшегося с необходимостью применения на основании прямого указания закона санкции, являющейся - с учетом обстоятельств конкретного дела - явно несправедливой и несоразмерной допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и суду.

Развивая свои правовые позиции, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13 февраля 2018 года № 8-П указал, что в каждом конкретном случае

меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

В Постановлении № 40-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что сформулированные им в Постановлении № 28-П правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. При этом Конституционный Суд Российской Федерации указал, что и в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации, должна быть - с учетом обстоятельств конкретного дела - также обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков».

Какое-либо существенное обоснование наличия у истца убытков в заявленном для компенсации размере в материалы дела им не представлено.

Ответчиком в материалы дела представлены доказательства того, что размер заявленной истцом в иске компенсации превышает размер убытков истца, т.к. за спорный период сам истец получил выручку от реализации продукции, на которой был нанесен его товарный знак НАПОЛИ, в 7,88 раз меньшую заявленной суммы компенсации (8 140 531,3 руб. против 64 137 617,13 руб.). При этом, объем реализованной истцом продукции с наименованием НАПОЛИ в периоды, когда ответчик не торговал продукцией, имеющей данное наименование (2024 и 2025 годы), снизился в 44 раза (9 998,3 кг против 224,17 кг) по сравнению со спорным периодом. Истец не опроверг указанные доводы ответчика.

Поэтому при определении размера компенсации суд исходит из требования соразмерности порождаемых ею последствий (в том числе для ответчика) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем, чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Суд, с учетом приведенных норм материального права, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отдельности и взаимосвязи представленные в материалы дела доказательства и доводы, принимая во внимание обстоятельства дела, срок использования ответчиком нарушения, исходя из принципов разумности и справедливости, необходимости сохранения баланса прав и интересов сторон, а так же соразмерности компенсации последствиям допущенного ответчиком нарушения, отсутствие доказательств наступления для истца каких-либо негативных последствий незаконного использования результатов интеллектуальной деятельности и вероятных убытков (в том числе упущенной выгоды), приходит к выводу, что размер компенсации подлежит определению в размере рыночной стоимости использования спорного товарного знака за спорный период, т.е. в размере 1 012 667 рублей.

По мнению суда, указанная сумма, исходя из обстоятельств конкретного дела, является соразмерной компенсацией за допущенное правонарушение, будет достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие нарушения

его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.

Руководствуясь статьями 110,112,167-170,176-180,181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Комбинат «Дубки» (ИНН <***>, ОГРН <***>), Саратовская обл., г. Саратов, п. Дубки в пользу общества с ограниченной ответственностью «Дымовское колбасное производство» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г.Москва компенсацию в размере 1 012 667 рублей, судебные расходы по оплате госпошлины в сумме 12563руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Дымовское колбасное производство» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г.Москва из Федерального бюджета РФ госпошлину в сумме 442836руб.

Выдать справку на возврат госпошлины.

Решение арбитражного суда первой инстанции вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение может быть обжаловано в апелляционную и кассационную инстанции в порядке, предусмотренном статьями 257-260, 273-277 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Апелляционная жалоба подается через принявший решение в первой инстанции арбитражный суд в течение месяца после принятия арбитражным судом решения.

Направить копии решения арбитражного суда лицам, участвующим в деле, в соответствии с требованиями статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья Арбитражного суда Саратовской области Е.В.Бобунова