Решение от 21 ноября 2022 г. по делу № А10-3860/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-3860/2022
21 ноября 2022 года
г. Улан-Удэ


Резолютивная часть решения объявлена 16 ноября 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 21 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Новиковой С.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Металл-Транзит» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании в порядке субсидиарной ответственности с руководителя общества с ограниченной ответственностью «Аверс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО2 (ИНН <***>) задолженности в размере 845 961 рубля 69 копеек,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Федеральной налоговой службы по Республике Бурятия,

при участии в заседании посредством веб-конференции представителя истца ФИО3 по доверенности от 23.05.2022 № 05-2022,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Металл-Транзит» обратилось с иском в Арбитражный суд Республики Бурятия о взыскании в порядке субсидиарной ответственности части задолженности ООО «Аверс» в размере 845 961 рубля 69 копеек с руководителя общества ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 29 июня 2022 года исковое заявление принято, возбуждено производство по делу, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Республике Бурятия.

В обоснование исковых требований истцом указано на то, что ответчик, являясь единоличным исполнительным органом и учредителем ООО «Аверс» с долей участия 100 %, имея неисполненные обязательства перед ООО «Металл-Транзит», не принял меры по погашению задолженности в полном объеме перед истцом в период существования ООО «Аверс», не исполнил обязательства по ликвидации ООО «Аверс» по правилам ст. 61 ГК РФ.

Считает, что действия/бездействие ФИО2 повлекли исключение ООО «Аверс» из ЕГРЮЛ, лишив тем самым истца возможности взыскать задолженность в порядке исполнительного производства. Обращает внимание суда на то обстоятельство, что обществом совершались действия, направленные на уклонение от исполнения обязанностей по исполнительному производству №72026/17/03024-ИП, в частности осуществлена продажа транспортного средства, принадлежащего на праве собственности должнику.

Ответчик о принятии искового заявления и возбуждении производства по делу извещен надлежащим образом (почтовое уведомление № 67000876855433 получено 12.11.2022), однако представитель в судебное заседание не направлен, отзыв не представлен.

Управление Федеральной налоговой службы по Республике Бурятия, надлежащим образом уведомлено о месте и времени рассмотрения дела (почтовое уведомление № 67000873899669 получено 22.07.2022), однако представитель в судебное заседание не направлен, отзыв не представлен.

Сведения о движении дела опубликованы на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru/).

Дело рассмотрено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Выслушав представителя истца, изучив материалы дела, проанализировав обстоятельства спора и оценив представленные доказательства, арбитражным судом установлено следующее.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 13 июля 2017 года по делу № А19-4893/2017 удовлетворены исковые требования ООО «Металл-Транзит» к обществу ООО «Аверс» о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 000 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 68 499 рублей 28 копеек.

Во исполнение указанного решения арбитражного суда 15.08.2017 выдан исполнительный лист серии ФС № 013472848, судебным приставом-исполнителем Железнодорожного РОСП УФССП по Республике Бурятия 28.08.2017 возбуждено исполнительное производство № 72026/17/03024-ИП.

В ходе исполнительного производства вынесено постановление о запрете регистрационных действий в отношении автотранспортного средства HYUNDAI GRAND STAREX, 2009 г/в, VTN <***>. В период с октября 2017 года - май 2018 года на депозитный счет Железнодорожного РОСП УФССП по Республике Бурятия поступили денежные средства в размере 224 537 рублей 59 копеек.

Таким образом, обязательство по уплате долга должником исполнено частично, в размере 224 537 рублей 59 копеек, сумма задолженности ООО «Аверс» перед ООО «Металл-Транзит» составляет 845 961 рубль 69 копеек.

Судебным приставом исполнителем вынесено постановление об исполнительном розыске имущества ОOO «Аверс» (автотранспортного средства HYUNDAI GRAND STAREX, 2009 г/в, VIN <***>).

25.03.2020 исполнительное производство окончено в связи с невозможностью установить местонахождение должника и его имущества, либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях

Сообщение о принятии решения о предстоящем исключении ООО «Аверс» из ЕГРЮЛ вместе с информацией о порядке и сроках направления заявлений заинтересованных лиц в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 21.1 Закона о государственной регистрации, опубликована в журнале «Вестник государственной регистрации» часть 2 №12(779) от 25.03.2020 / 308.

17.07.2020 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 9 по Республике Бурятия внесена запись об исключении ООО «Аверс» из Единого государственного реестра юридических лиц в связи с прекращением юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица).

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Аверс» зарегистрировано в качестве юридического лица 08.07.2015 с присвоением основного государственного регистрационного номера <***>. ФИО2 являлась с 08.07.2015 и до момента ликвидации генеральным директором ООО «Аверс» и его единственным участником с долей в уставном капитале общества в размере 100%, номинальной стоимостью 10 000 рублей.

В рамках настоящего дела ООО «Металл-Транзит» обратилось в Арбитражный суд Республики Бурятия с исковым заявлением к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Аверс» о взыскании 845 961 рубля 69 копеек задолженности ООО «Аверс» по решению Арбитражного суда Иркутской области от 13 июля 2017 года по делу № А19-4893/2017.

Рассмотрев материалы дела, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд считает иск подлежащим удовлетворению в связи со следующим.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу. В части 3 статьи 10 ГК РФ законодатель закрепил презумпцию добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений; это означает, что для установления в действиях граждан и юридических лиц злоупотребления правом необходимо установить их намерения при реализации принадлежащих им гражданских прав, которые направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают такую возможность их нарушения, при этом выявить действительную волю лица, злоупотребившего правом, возможно при характеристике последствий реализации гражданских прав таким лицом.

Доказывать недобросовестность или неразумность действий должен тот, кто с таким поведением связывает правовые последствия.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Правовое положение обществ с ограниченной ответственностью, корпоративные права и обязанности их участников, регулируются федеральными законами, в частности Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» (определения от 15 ноября 2007 года № 758-О-О и от 3 июля 2014 года № 1564-О). Федеральный законодатель, действуя в рамках предоставленных ему статьями 71 (пункт «о») и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации полномочий, при регулировании гражданско-правовых, в том числе корпоративных, отношений призван обеспечивать их участникам справедливое, соответствующее разумным ожиданиям граждан, потребностям рынка, социально-экономической ситуации в стране, не ущемляющее свободу экономической деятельности и не подавляющее предпринимательскую инициативу соотношение прав и обязанностей, а также предусмотреть соразмерные последствиям нарушения обязанностей, в том числе обязательств перед потребителями, меры и условия привлечения к ответственности на основе конституционно значимых принципов гражданского законодательства.

Конституционный Суд Российской Федерации ранее обращал внимание на то, что наличие доли участия в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не только означает принадлежность ее обладателю известной совокупности прав, но и связывает его определенными обязанностями (определение от 3 июля 2014 года № 1564-О).

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также четко и недвусмысленно определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК Российской Федерации).

Корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица - внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации - это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица.

Завершение деятельности юридических лиц представляет собой протяженные во времени, многостадийные ликвидационные процедуры, направленные, в том числе на обеспечение интересов их кредиторов. Указанные процедуры, как правило, связаны со значительными временными и финансовыми издержками, желание освободиться от которых побуждает контролирующих общество лиц к уклонению от исполнения установленных законом обязанностей по ликвидации юридического лица.

В пункте 2 статьи 62 ГК РФ закреплено, что учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац 2 пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК РФ). На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Конституционный Суд Российской Федерации ранее неоднократно обращался к вопросам, связанным с исключением юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц в порядке статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», и, в частности, указывал, что правовое регулирование, установленное данной нормой, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в едином государственном реестре юридических лиц, доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота (Постановление от 6 декабря 2011 года № 26-П; определения от 17 января 2012 года № 143-О-О, от 24 сентября 2013 года № 1346-О, от 26 мая 2016 года № 1033-О и др.).

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (введенном Федеральным законом от 28 декабря 2016 года № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») предусмотреть компенсирующий негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная данной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 июня 2020 года; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 3 июля 2020 года № 305-ЭС19-17007 (2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29 сентября 2020 года № 2128-О и др.).

Лицам, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, законом предоставляется возможность подать мотивированное заявление, при подаче которого решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается (пункты 3 и 4 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»), что, в частности, создает предпосылки для инициирования кредитором в дальнейшем процедуры банкротства в отношении должника. Во всяком случае, решение о предстоящем исключении не принимается при наличии у регистрирующего органа сведений о возбуждении производства по делу о банкротстве юридического лица, о проводимых в отношении юридического лица процедурах, применяемых в деле о банкротстве (абзац второй пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»). Это дает возможность кредиторам при наличии соответствующих оснований своевременно инициировать процедуру банкротства должника.

Однако само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались подобной возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Во всяком случае, если от профессиональных участников рынка можно разумно ожидать принятия соответствующих мер, предупреждающих исключение общества-должника из реестра, то исходить в правовом регулировании из использования указанных инструментов гражданами, не являющимися субъектами предпринимательской деятельности, было бы во всяком случае завышением требований к их разумному и осмотрительному поведению.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Судом установлено, что после вынесения Арбитражным судом Иркутской области решения о взыскании с ООО «Аверс» в пользу ООО «Металл-Транзит» денежных средств и возбуждения исполнительного производства, обществом «Аверс» в лице директора (учредителя) с ФИО4 09.08.2017заключен договор купли-продажи находящегося в собственности ООО «Аверс» транспортного средства (автомобиль «Hyundai Grand Starex» 2009 года выпуска, государственный регистрационный знак <***> идентификационный номер (VIN) <***>, № двигателя 9489229).

По результатам обращения ООО «Металл-Транзит» в суд, решением Железнодорожного суда г. Улан-Удэ от 27 сентября 2018 года по делу №2-2939/2018И названый договор купли-продажи транспортного средства признан недействительным.

При этом судом общей юрисдикции установлено, что договор купли-продажи от 09.08.2017 является мнимой сделкой, совершен для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания в целях исполнения решения суда. Транспортное средство из фактического владения ООО «Аверс» не выбывало, юридическое лицо фактически им владеет и пользуется, как и до заключения.

В ходе рассмотрения настоящего дела арбитражным судом сделан запрос в Управление ГИБДД МВД по Республике Бурятия о предоставлении сведений о транспортном средстве HYUNDAI GRAND STAREX, 2009 г/в, VIN <***>, государственный регистрационный знак <***> номер двигателя 9489229.

Согласно ответу Управления ГИБДД МВД по Республике Бурятия 19.12.2020 регистрация автомашины марки HYUNDAI GRAND STAREX, 2009 года выпуска, гос.номер <***> прекращена по инициативе ГИБДД она сновании предусмотренного п. 4 ч. 1 ст. 18 Федерального закона № 283 от 03.08.2018 «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» государственный учет транспортного средства прекращается, при наличии сведений о ликвидации юридического лица, являющегося владельцем транспортного средства или прекращения физическим лицом являвшимся владельцем транспортного средства, деятельности в качестве индивидуального предпринимателя.

Последним собственником (владельцем) транспортного средства согласно списку регистрационных действий указано общество «Аверс», дата операции 11.03.2016.

Судом было предложено ответчику представить мотивированный отзыв по иску с указанием возражений относительно предъявленных к нему требований по каждому доводу, содержащемуся в исковом заявлении, касающегося существа заявленных требований, со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты, документы в обоснование своих доводов и возражений.

Однако, каких-либо пояснений и доказательств относительно отсутствия его вины в причиненных кредитору убытков ответчиком не представлено.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что генеральным директором и единственным участником ООО «Аверс» ФИО2, в целях уклонения от исполнения обязанности по оплате задолженности, взысканной решением суда, осуществлялись действия по сокрытию ликвидного имущества, а также допущено бездействие, которое привело к нерациональной хозяйственной деятельности и последующему исключению общества из ЕГРЮЛ.

Недобросовестные действия ответчика лишили истца возможности взыскать задолженность с ООО «Аверс» в установленном законом порядке.

При таких обстоятельствах суд признает, что в рассматриваемом случае имеются основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Аверс».

Суд приходит к выводу о том, что заявленные истцом требования являются обоснованными и подлежащим удовлетворению в полном объеме на сумму 845 961 рубль 69 копеек.

Исходя из суммы исковых требований, надлежащий размер государственной пошлины по иску составляет 19 919 рублей

При обращении в суд истцом уплачена государственная пошлина в размере 2 000 рублей.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд относит на ответчика как на проигравшую спор сторону расходы истца по уплате государственной пошлины в сумме 2 000 рублей, а также обязанность по уплате государственной пошлины в федеральный бюджет в сумме 17 919 рублей

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Взыскать в порядке субсидиарной ответственности с руководителя общества с ограниченной ответственностью «Аверс» ФИО2 (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Металл-Транзит» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 845 961 рубль 69 копеек задолженности, 2 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 17 919 рублей государственной пошлины.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.


Судья С.В. Новикова