Решение от 2 декабря 2019 г. по делу № А67-14162/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Томск Дело № А67- 14162/2018

02.12.2019 г.

Резолютивная часть решения объявлена 25.11.2019 г.


Арбитражный суд Томской области в составе судьи Токарева Е. А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «НиКа» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации (ИНН <***>, ОГРН <***>)

третьи лица: Министерство Финансов Российской Федерации (ИНН <***>), интересы которого представляет Управление Федерального казначейства по Томской области (ИНН <***>); Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Томской области; ФИО2; Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации в лице Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации России по Томской области

о взыскании 550170 руб.,

при участии в судебном заседании: от истца – представителя ФИО3 (предъявлен паспорт), по доверенности от 10.07.2019 г.,

от ответчика – представителя ФИО4 (предъявлено служебное удостоверение), по доверенности от 05.01.2019 г.,

от третьего лица УМВД России по Томской области – представителя ФИО4 (предъявлено служебное удостоверение), по доверенности от 30.09.2019 г.,

от третьего лица Министерства Финансов Российской Федерации – представителя ФИО5 (предъявлено служебное удостоверение), по доверенности от 07 ноября 2019 г.,

от третьего лица - Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации в лице Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации России по Томской области – представителя ФИО6 (предъявлено служебное удостоверение), по доверенности от 24.12.2018 г.,



УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «НиКа» обратилось в арбитражный суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации о взыскании 45 000,00 руб. убытков, причиненных незаконными действиями сотрудников УМВД России по Томской области.

Определением суда от 18.12.2018 г. исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Этим же определением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство Финансов Российской Федерации (ИНН <***>), интересы которого представляет Управление Федерального казначейства по Томской области (ИНН <***>).

Определением суда от 18.01.2019 г. принято заявление истца об увеличении размера искового требования до 550170 руб.

Этим же определением суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Определением суда от 10.09.2019 г. по ходатайству истца к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне на стороне ответчика, привлечена Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации в лице Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации России по Томской области

Исковые требования мотивированы тем, что незаконно изъятое протоколом от 24.12.2016 г. оборудование не возвращено, в результате чего ООО «НиКа» вынуждено было компенсировать собственнику данного оборудования (гражданке Середе Ю. Б.) его стоимость (450170 руб.), а также выплатило ей штраф по заключенному договору аренды в сумме 100000 руб. за невозможность возвратить оборудование в установленный срок.

Ответчик исковые требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве на иск и в письменных пояснениях по делу, указав, что истец не является законным владельцем оборудования, произвел выплаты денежных средств в пользу ФИО2 по своей инициативе без наличия к тому оснований, тем самым причинив себе ущерб. Также ответчик указал, что никогда не уклонялся от возвращения спорного оборудования, в ходе судебного разбирательства неоднократно указывал место его нахождения и предлагал законному владельцу забрать его, однако законный владелец никаких мер по получению оборудования не принимал. По мнению ответчика, истец намеренно скрывал, что не является законным владельцем спорного оборудования и фактически сам уклонялся от его принятия с целью компенсации вреда за счет Российской Федерации.

Третье лицо УМВД РФ по Томской области поддержало позицию ответчика, полагало, что иск не подлежит удовлетворению.

Третье лицо ФИО2 представила письменные пояснения, в которых указала, что исковые требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению исходя из указанных истцом обстоятельств.

Третье лицо Министерство финансов Российской Федерации представило письменные возражения на исковое заявление, в которых указало, что иск не подлежит удовлетворению, поскольку убытки возникли в результате действий самого истца. Третье лицо в ходе судебного разбирательства особо подчеркивало, что договор аренды между истцом и Середой Ю. Б. был расторгнут не в результате изъятия спорного оборудования правоохранительными органами, а по причине не уплаты арендных платежей; при этом ответчик после изъятия оборудования не поставил его собственника (Середу Ю. Б.) в известность об его изъятии.

Третье лицо Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации в лице Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Томской области представило отзыв на иск, указав, что спорное оборудование, вопреки доводам истца, на складах Росгвардии никогда не хранилось.

Третье лицо ФИО2, надлежаще извещенная о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась; судебное разбирательство проводится в ее отсутствие (ч. 5 ст. 156 АПК РФ).

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали вышеизложенные правовые позиции.

Заслушав представителей сторон и третьих, свидетелей, исследовав представленные в деле письменные доказательства, суд полагает, что иск не подлежит удовлетворению, исходя из следующего.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пункте от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Исходя из изложенного, для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков суду необходимо установить совокупность условий, включающих: наличие убытков, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также размер убытков. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

В силу п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Как следует из материалов дела, 15.06.2015 г. между Середой Ю. Б. (арендодателем) и ООО «НиКа» был заключен договор аренды недвижимого имущества (оборудования) (Т. 1, л. д. 14-17).

Наименование передаваемого в аренду оборудования и его количество согласованы сторонами в Приложении № 1 и в Приложении № 2 к договору (Т 1, л. д 18, 19).

Передача оборудования арендодателем арендатору во временное владение и пользование оформлена путем подписания Акта приемки-передачи оборудования (Приложения № 3 к договору аренды) от 15 июня 2015 г. (Т. 1, л. д. 20-21).

В соответствии с п. 1.2 договора аренды оборудование было размещено по адресу: <...> А.

Согласно п. 2.1 договора он заключен сроком на один год и вступает в силу с даты его подписания сторонами. Договор пролонгируется автоматически, ели ни одна из сторон не заявит о расторжении договора. Количество пролонгаций не ограничено.

24.12.2016 г. сотрудниками полиции в ходе оперативно-розыскных мероприятий в помещении по адресу: <...> было изъято компьютерное оборудование, а также денежные средства на сумму 9700 руб., что зафиксировано в протоколе осмотра места происшествия (Т. 2, л. д. 45-52) и в приложении № 1 к протоколу осмотра места происшествия от 24.12.2016 г. (Т. 1, л. д. 53-60).

По итогам оперативно-розыскных мероприятий а отношении ООО «НиКа» был составлен протокол об административном правонарушении № 12774 от 26.12.2016 г., (Т. 1, л. д. 36-37).

В отношении ООО «НиКа» мировым судьей судебного участка № 4 Ленинского судебного района г. Томска Королевич В. А. вынесено постановление о назначении административного наказания за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 14.1.1. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде штрафа в размере 700000 руб. с конфискацией игрового оборудования (Т. 1, л. д. 48-52).

Решением Ленинского районного суда г. Томска от 14 сентября 2017 г. и Постановлением Томского областного суда от 12 ноября 2018 г. вышеуказанное постановление мирового суда отменено, производство по делу прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Суд также решил изъятое оборудование возвратить законному владельцу, а при неустановлении законного владельца – передать в собственность государства в соответствии с законодательством Российской Федерации (Т. 1, л. д. 48-64).

23 августа 2018 г. ФИО2 (арендодатель) направила в адрес ООО «НиКа» (арендатора) Требование о расторжении договора аренды с приложением соглашения о расторжении (Т. 1, л. д. 150-151).

Арендодатель в Требовании сослался на п. 3 ч. 1 ст. 619 ГК РФ и указал, что в соответствии с данной нормой по требованию арендодателя договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случае, если арендатор более двух раз подряд по истечении установленного сроком платежа не вносит арендную плату.

В Требовании указана причина расторжения договора – не внесение арендных платежей в течение длительного времени.

Также арендодатель потребовал до 27 августа 2018 г. включительно вернуть переданное имущество в надлежащем состоянии и предупредил, что за несвоевременную передачу оборудования сторона, нарушавшая договор, обязана уплатить другой стороне штраф в размере 100000 рублей на основании п. 7.3 договора.

В день получения вышеуказанного Требования ООО «НиКа» уплатило Середе Ю. Б. 100000 руб. в счет компенсации штрафной санкции по договору аренды, что подтверждается расходным кассовым ордером № 12 от 27.08.2018 г. (Т. 1, л. д. 65).

При этом, как указывает сам истец в исковом заявлении, он обратился в УЭБ и ПК России по Томской области с заявлением о возврате оборудования также 27.08.2018 г.

Суд в связи с этим отмечает, что решением Ленинского районного суда г. Томска производство по делу об административном правонарушении в отношении ООО «НиКа» было прекращено 14 сентября 2017 г.; суд также решил изъятое оборудование возвратить законному владельцу.

Как следует из материалов дела, в период с 14.09.17 г. по 27.08.18 г. ООО «НиКа» не обращалось с требованием о возврате изъятого оборудования; доказательств иному – в деле нет.

Более того, ООО «НиКа» не представило доказательств, подтверждающих, что оно в указанный период известило собственника имущества (Середу Ю. Б.) об изъятии принадлежащего ей оборудования. Об отсутствии у ФИО2 информации об изъятии оборудования видно, в частности, из ее Требования от 23.08.18 г. о расторжении договора аренды, которое, как отмечалось выше, мотивировано невнесением арендатором арендных платежей в течение длительного времени; ФИО2 в данном Требовании не упоминает факт изъятия оборудования и требует возвратить его в течение 4-х дней.

ФИО2, несмотря на предложение суда, изложенное в определении от 11.07.2019 г., не представила доказательств, подтверждающих, что ООО «НиКа» уведомляло ее об изъятии переданного в аренду имущества правоохранительными органами, а также, несмотря на предложение суда, изложенное в этом же определении, не представила доказательств, подтверждающих, что она как собственник предпринимала меры для получения своего имущества от правоохранительных органов.

30.11.2018 г. ООО «НиКа» уплатило Середе Ю. Б. 450170 руб. в счет компенсации стоимости невозвращенного оборудования по договору аренды, что подтверждается расходным кассовым ордером № 26 от 30.11.2018 г. (Т. 1, л. 66).

23 августа 2018 г. ФИО2 и ООО «НиКа» заключили соглашение о расторжении договора аренды недвижимого имущества (оборудования) от 15 июля 2015 г., которым договор признан расторгнутым с момента подписания соглашения (Т. 1, л. д. 151а).

При этом, суд особо отмечает, что истец не ссылался на данное Соглашение ни в исковом заявлении, ни в претензии к ответчику, ни в иной переписке с ответчиком. О наличии такого Соглашения истцом впервые были заявлено в судебном заседании 04 апреля 2019 г., в котором копия данного соглашения была приобщена к материалам дела.

Таким образом, истец намеренно скрывал от ответчика, что с 23 августа 2018 г. не является законным владельцем спорного оборудования, т. к. утратил статус его арендатора.

Суд, учитывая данное обстоятельство, считает, что все действия, всю переписку ответчика с истцом за весь период до 04 апреля 2019 г. следует оценивать исходя из того, что ответчик в результате недобросовестных действий истца рассматривал его в качестве законного владельца спорного оборудования, тогда как в действительности он таковым не являлся с 23 августа 2018 г.

Соответственно, заявляя свое первое требование о возврате оборудования от 27.08.2018 г., а также совершая после указанной даты все иные действия по его получению, ООО «НиКа» не выступало в качестве законного владельца оборудования, имеющего право требовать его возврата.

Поэтому суд отклоняет все доводы истца, касающиеся его требования о возврате оборудования, на том основании, что ООО «НиКа» не является законным владельцем, имеющим право требовать возврата спорного оборудования. В этой связи, оценка действий ООО «НиКа» по возврату оборудования, а также оценка действий ответчика с любой иной точки зрения не имеет правового значения для рассматриваемого дела, поскольку ООО «НиКа» не вправе требовать возврата спорного имущества, не будучи его законным владельцем. По мнению суда, именно факт отсутствия у ООО «НиКа» статуса законного владельца, и, соответственно, отсутствие права требовать возврата изъятого имущества, имеет юридическое значение для оценки действий сторон и для правильного разрешения спора. Исходя из этого, суд полагает, что если бы ответчику было своевременно сообщено о расторжении договора аренды 23 августа 2018 г., он вправе был бы отказать истцу в удовлетворении его требований только на том основании, что истец не имеет права требовать возврата изъятого имущества. Именно такую позицию занял ответчик в судебном заседании после того, как стало известно о расторжении договора аренды. При этом ранее ответчик указывал, что никогда не уклонялся от возврата оборудования ООО «НиКа», считая его законным владельцем, и полагал, что ООО «Ника» намеренно уклоняется от его получения с целью взыскания убытков.

Суд также отмечает, что ответчик, после того как ему в ходе судебного разбирательства стало известно о расторжении договора аренды между ООО «НиКа» и Середой Ю. Б., неоднократно заявлял о готовности возвратить спорное оборудование законному владельцу, указывал место нахождения данного оборудования.

Суд также определением от 11.07.2019 г. предложил Середе Ю. Б. учесть, что ответчик в ходе судебного заседания неоднократно указывал на возможность законного владельца получить спорное имущество в любое время. Однако кроме ООО «НиКа» с требованием о возврате оборудования никто не обратился. Данное требование ООО «НиКа» суд расценивает как неправомерное, поскольку ООО «Ника» не является законным владельцем, имеющим право требовать возвращения спорного имущества.

Таким образом, ООО «НиКа», зная, что 24.12.2016 г. арендованное им оборудование было изъято, не известив об этом собственника оборудования, 23 августа 2018 г. по требованию собственника (арендодателя) от этой же даты подписывает с ним соглашение о расторжении договора аренды по причине длительного не внесения арендных платежей, 27 августа 2018 г. добровольно уплачивает арендодателю неустойку по договору за несвоевременный возврат оборудования и в этот же день впервые заявляет требование о возврате изъятого оборудования (не будучи при этом на данный момент его законным владельцем) и 30.11.2018 г. выплачивает собственнику 450170 руб. в счет компенсации стоимости невозвращенного оборудования.

Оценивая данные обстоятельства в совокупности, суд полагает, что убытки ООО «НиКа» возникли в результате его собственных действий в виде добровольной выплаты денежных средств в пользу ФИО2, поскольку выплачивая ей денежные средства за невозврат оборудования, ООО «НиКа» доподлинно знало, что не может возвратить это оборудование по причине его изъятия, и что, при этом, само ООО «НиКа» не может получить изъятое оборудование, т. к. в силу расторжения договора аренды не является его законным владельцем. Намеренно скрыв от ФИО2 информацию об изъятии спорного оборудования, ООО «НиКа», по сути, исключило возможность возврата изъятого имущества, поскольку оно могло быть возвращено только законному владельцу, которым ООО «НиКа» не являлось с 23 августа 2018 г. При этом, в случае своевременно информирования ФИО2 об изъятии имущества, она, как возможный его законный владелец, в соответствии с решением Ленинского районного суда г. Томска от 14 сентября 2017 г. могла бы требовать возврата изъятого оборудования начиная с указанной даты. В свою очередь, возврат имущества законному владельцу исключил бы возможность выплаты денежных средств за его невозвращение со стороны ООО «НиКа». Таким образом, возникновение убытков находится в прямой причинно-следственной связи с действиями самого истца.

При этом, как уже отмечалось выше, действия истца, направленные на возврат изъятого оборудования, являются незаконными, поскольку они стали предприниматься с 27 августа 2018 г., тогда как истец утратил статус арендатора (законного владельца) спорного имущества 23 августа 2018 г.

Суд также полагает, что в ходе судебного разбирательства не было установлено фактов уклонения ответчика от возврата спорного имущества законному владельцу.

При изложенных обстоятельствах основания для удовлетворения иска отсутствуют.

В связи с отказом в удовлетворении иска в полном объеме, расходы по оплате государственной пошлины, в том числе, в связи с увеличением размера искового требования, относятся на истца (ст. 110 АПК РФ).

Руководствуясь ст. 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска отказать полностью.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «НиКа» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 12003,00 руб. государственной пошлины.


Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.


Судья Е.А. Токарев