Решение от 10 июня 2024 г. по делу № А56-84585/2023

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-84585/2023
11 июня 2024 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 29 мая 2024 года. Полный текст решения изготовлен 11 июня 2024 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:

судьи Рагузиной П.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Валяевой Е.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истцы: 1. Индивидуальный предприниматель ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 19.12.2022), 2. Общество с ограниченной ответственностью «Мой Бизнес» (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 19.12.2022)

ответчик: Общество с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 24.09.2015, ИНН: <***>)

при участии

от истца: 1. ФИО1 (паспорт), 2. ФИО1 (доверенность от 10.04.2023)

от ответчика: ФИО2 (доверенность от 01.01.2024)

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 и общество с ограниченной ответственностью «Мой Бизнес» (далее – ООО «Мой Бизнес») обратились в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (далее – ООО «Альфамобиль») о взыскании в пользу ООО «Мой Бизнес» 10262753 руб. 83 коп. неосновательного обогащения и 1284515 руб. 12 коп. процентов за пользование чужими денежными за период с 14.07.2023 по 29.05.2024 с дальнейшим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами по дату фактического погашения задолженности (возврата неосновательного обогащения), о взыскании в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 6841835 руб. 89 коп. неосновательного обогащения и 856343 руб. 41 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 14.07.2023 по 29.05.2024 с дальнейшим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами по дату фактического погашения задолженности (возврата неосновательного обогащения), а также о взыскании расходов на оплату оценки в размере 10000 руб. (с учетом окончательного уточнения исковых требований).

Ответчик возражал против удовлетворения иска по доводам, изложенным в отзыве, дополнительных позициях по делу.

Исследовав материалы настоящего дела, оценив собранные по делу доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд установил следующее.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в пункте 3.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление № 17), расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). В тоже время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2).

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (пункт 3.3).

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оспаривая расчеты истцов, ответчик указал на недопустимость применения положений Постановления № 17 о расчете сальдо, поскольку стороны в пункте 12.9 Общих условий лизинга, которые согласно пункту 1.1 договора лизинга являются неотъемлемой частью заключенного между сторонами договора лизинга, предусмотрели особый порядок определения сальдо-расчета на случай расторжения договора лизинга.

Между тем расторжение договора выкупного лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ. Этот основной принцип заложен в Постановлении № 17.

В силу положений абзаца первого пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора.

Как указано в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», данное правило относится к случаям, когда встречные имущественные предоставления по расторгнутому договору к моменту расторжения осуществлены надлежащим образом, либо при делимости предмета обязательства размеры произведенных сторонами имущественных предоставлений эквивалентны (например, размер уплаченных авансовых платежей соответствует предусмотренной в договоре стоимости оказанных услуг или поставленных товаров, такие услуги и товары сохраняют интерес для получателя сами по себе и т.п.), а потому интересы сторон договора не нарушены.

Соответственно, в случае нарушения равноценности встречных предоставлений сторон на момент расторжения договора сторона, передавшая деньги либо иное имущество во исполнение договора, вправе требовать от другой стороны возврата исполненного в той мере, в какой встречное предоставление является неравноценным, чтобы исключить возникновение неосновательного обогащения (абзац второй пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 06.10.2022 № 307-ЭС22-5301).

Исходя из разъяснений, данных в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», в случае грубого нарушения баланса интересов сторон на основании пункта 4 статьи 1, статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона договора вправе заявить о недопустимости применения договорных условий, являющихся явно обременительными (несправедливые договорные условия), если эта сторона была поставлена в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, проект которого был предложен другой стороной (то есть оказалась слабой стороной договора).

Названные общие ограничения свободы договора должны учитываться, в том числе, при определении сторонами имущественных последствий расторжения договора (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»).

При определении последствий расторжения договора лизинга расчеты по пункту 12.9 общих условий лизинга учитывают на стороне лизингодателя сумму оплаты досрочного выкупа, которая включена в размер платы за финансирование, пени за просрочку оплаты лизинговых платежей с даты расторжения по дату реализации предмета лизинга (пункт 7.1 договора лизинга), штраф за уступку права требования сальдо без согласия лизингодателя в размере 10% от стоимости предмета лизинга (пункт 11.13 Общих условий лизинга), а также убытки лизингодателя за возврат и хранение предмета лизинга (пункт 12.9 Общих условий лизинга).

Также в отличие от положений Постановления № 17 условие пункта 12.9 Общих условий лизинга указывает на определение стоимости возвращенного предмета лизинга исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в течение двенадцати месяцев с даты изъятия либо на основании отчета оценщика, выбранного лизингодателем.

В свою очередь, на стороне лизингополучателя условие пункта 12.9 Общих условий лизинга учитывает только стоимость возвращенного предмета лизинга и произведенные лизинговые платежи.

Согласно позиции в определении Верховного суда Российской Федерации от 27.12.2021 № 305-ЭС21-17954, из взаимосвязанных положений статей 2, 4 и 19 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге) и разъяснений, данных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», вытекает, что по своей природе договор выкупного лизинга относится к сделкам, опосредующим предоставление и пользование финансированием. Денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования), и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование).

Согласно Приложению № 1 «График лизинговых платежей» к договору лизинга в редакции дополнительного соглашения № 1 от 30 марта 2022 года ежемесячный размер лизингового платежа составляет 1506306,42 руб. на весь период действия договора лизинга, при этом данный платеж состоит из погашения предоставленного финансирования и погашения платы за финансирование. При этом при внесении ежемесячного лизингового платежа происходит снижение размера цены досрочного выкупа предмета лизинга.

Истцы указали, что как видно из таблицы в позиции истцов, размер суммы погашения предоставленного финансирования за весь период пользования лизингом составляет 37 100 000 руб., что соответствует сумме, которую лизингодатель направил на оплату приобретенного предмета лизинга, следовательно, в данную сумму часть выкупного платежа не включается, но внося ежемесячные лизинговые платежи, происходит снижение цены досрочного выкупа предмета лизинга, следовательно выкупной платеж включен в ежемесячном лизинговом платеже в составе погашения платы за финансирование. Таким образом, расчеты по пункту 12.9 Общих условий лизинга существенно отличаются от предусмотренного в Постановлении № 17 расчета встречных предоставлений сторон договора лизинга. При таком учете встречных предоставлений сторон существенное значение имеет остаток финансирования (тело кредита), сложившийся на момент расчета сальдо (момент реализации предмета лизинга, с момента реализации которого финансирование считается возвращенным (пункта 17 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)). Однако пункт 12.9 Общих условий лизинга вместо учета суммы остатка финансирования учитывает сумму оплаты досрочного выкупа, которая определяется исходя из графика платежей на момент реализации предмета лизинга.

Согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2022 № 305-ЭС21-28851 о существенном нарушении интересов сторон договора лизинга может свидетельствовать то, что в результате применения соответствующего договорного условия лизингодатель создает себе имущественные выгоды, явно несоразмерные собственному предоставлению, а лизингополучатель лишается прав, обычно предоставляемых по договорам выкупного лизинга.

При определении завершающей обязанности согласно Постановлению № 17 лизингодатель приобретает обоснованный доход (плата за финансирование), возмещение убытков, неустойки и возврат финансирования. Приобретение лизингодателем иных благ без встречного предоставления влечет получение им необоснованной выгоды, основанный лишь на формальных условиях договора, изложенные в общих условиях, в составлении которых лизингополучатель не принимал участие. Следует также учесть, что уплата суммы досрочного выкупа не является обязательством по договору лизинга и определяется сторонами как отступное, размер которого может носить любой произвольный, вероятностный характер.

С учетом установленной законом обязанности сторон действовать добросовестно при исполнении обязательства и после его прекращения (п. 3 ст. 1, п. 3 ст. 307 ГК РФ), при реализации предмета лизинга должны быть приняты меры, необходимые для получения наибольшей выручки от его продажи и обеспечения возврата финансирования за счет переданного по договору лизинга имущества (п. 1 ст. 6, абз. 3 п. 1 ст. 349 ГК РФ). Обязанность представить такие доказательства возлагается на лизингодателя.

Ответчик не представил в материалы доказательства о проведении им торгов по продаже имущества, в том числе непосредственно после изъятия предмета лизинга: договор с торговой площадкой (организатором торгов), поступившие заявки с торговой площадки, доказательства поэтапного снижения цены, доказательства подбора покупателя на торговой площадке и др.

Размещение объявления на сайтах компании, в сети Интернет на Авто.ру, Авито не является процедурой проведения торгов и не подтверждают разумность предпринятых лизингодателем действий по получению наибольшей выручки, поскольку не обеспечивает продажу по наиболее высокой рыночной цене, а также с наиболее высоким количеством независимых участников.

Истцы подчеркивали, что предмет лизинга представляет собой крайне ликвидную технику, пользуется спросом на вторичном рынке и не требует принятия экстраординарных мер для его реализации по среднерыночной стоимости. По мнению истцов, лизингодателем не предприняты меры для надлежащей реализации.

При этом помимо продажи без торгов ответчик реализовал изъятый предмет лизинга по непрозрачной процедуре лизинговой компании, с которой аффилирован, по заниженной цене.

Согласно представленному ответчиком договору купли-продажи (поставки) № 00124-ЕКТ-23-ЛК-К от 12.02.2023, предмет лизинга был реализован в пользу ООО «ЛК АЛ» (ОГРН: <***>). Согласно данным ЕГРЮЛ ответчик (ООО «Альфамобиль») и ООО «ЛК АЛ» в составе участников имеют ООО «Альфа Лизинг» с долей участия 98,783% и 99% соответственно.

Ответчик вместо того, чтобы привлечь независимого приобретателя на торгах и реализовать технику по рыночной цене, произвел реализацию компании, входящей с ответчиком в одну группу взаимосвязанных (афиллированных) компаний.

При таких условиях суд не признает действия лизинговой компании разумными и добросовестными, а цену рыночной.

Истцы также отмечали, что ответчик вопреки принципу добросовестности и разумности не стал предоставлять лизингополучателю необходимую информацию об условиях продажи изъятого имущества, в том числе сведения о результатах оценки имущества и с предполагаемой цене продажи. Указанное также свидетельствует о том, что цена реализации не является рыночной.

При этом занижение является существенным и составило в твердом выражении 6293000 руб. или 14%, что безусловно является существенным занижением при расчете сальдо.

Ответчиком представлены письменные пояснения, в которых он указывает, что отличие цены реализации предмета лизинга (44,8 млн. руб.) от представленной истцами в отчете об оценке (51,7 млн. руб.) составляет 14%, что не является существенным и следовательно, подлежит отклонению. Между тем ответчик не учел следующее. При решении вопроса об определении рыночной стоимости предмета лизинга суд в первую очередь должен исходить из добросовестности действий лизингодателя при реализации предмета лизинга и его действий, направленных на получение максимальной суммы от реализации предмета лизинга, и ни в коем случае не ставит в основу итоговое расхождение цены реализации и рыночной стоимости определенной на основании отчета об оценке или проведенной судебной экспертизы.

Лизингополучателем представлены доказательства, опровергающие соответствие стоимости реализации предмета лизинга рыночному уровню, а лизингодателем не доказано, что им принимались меры, необходимые для получения наибольшей выручки от продажи предметов лизинга.

Стоит обратить внимание, что ответчик не включает в итоговую стоимость возвращенного предмета лизинга размер НДС, без которого разница в стоимости предмета лизинга при определении сальдо уже составляет 28%.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку). Если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой.

Неустойка выполняет функцию средства обеспечения прав кредитора, если ее применение создает экономические стимулы правомерного поведения должника: разумный участник оборота будет стремиться избежать неисполнения (ненадлежащего исполнения) обязательства под угрозой применения меры ответственности, если потери, ожидаемые в случае взыскания неустойки, для него окажутся большими в сравнении с преимуществом, получаемым из нарушения условий обязательства.

В связи с этим уменьшение неустойки на основании пункта 2 статьи 333 ГК РФ допускается, если должником будет доказано, что размер неустойки, определенный по согласованным сторонам или законом правилам, существенно превышает величину имущественных потерь, которые возникли или могут возникнуть у кредитора, в том числе, с учетом существа обязательства, в отношении которого начислена неустойка.

Предусмотренный договором (пункт 7.1) размер пени за нарушение обязанности по оплате лизинговых платежей (0,2% от суммы задолженности за каждый день просрочки) при перерасчете на годовую ставку составляет 73% годовых, что с очевидностью превышает разумный уровень выгод (потерь), которые могли быть извлечены должником (понесены кредитором), и не согласуется с собственной оценкой справедливой стоимости пользования финансированием, данной лизингодателем при заключении договора, который согласно расчета по формуле предусмотренной Постановлением №17 составляет 22,32% годовых.

Истцы привели контррасчет с учетом положений и доводов относительно статьи 333 ГК РФ.

Требование по оплате пени в размере 141887,78 руб. может быть признано обоснованным и подлежащим включению в итоговый расчет сальдо в таком размере.

На основании пункта 2 статьи 13 Закона о лизинге в случае расторжения договора лизинга по вине лизингополучателя все расходы, связанные с возвратом имущества, в том числе расходы на его демонтаж, страхование и транспортировку, несет лизингополучатель.

В связи с этим затраты лизингодателя на возврат, транспортировку предмета лизинга могут относиться к причиненному ему реальному ущербу при условии, что лизингополучатель уклонился от добровольного возврата имущества (статьи 15 и 393 ГК РФ, пункт 3.6 Постановления № 17).

Как указал в своем отзыве ответчик, генеральный директор ООО «Мой Бизнес» уведомил лизингодателя, о том, что предмет лизинга выбыл из его владения в декабре 2022 года, в связи с чем им было подано заявление в полицию (талон-уведомление №1415 от 16.12.2022 и 1437 от 23.12.2023). Генеральный директор ООО «Мой Бизнес» после подачи заявления в полицию по факту угона предмета лизинга обратился в ООО «Альфамобиль» с целью установления местонахождения предмета лизинга, поскольку предмет лизинга был оснащен маячками, осуществляющими передачу сведений о его местонахождении в режиме GSM сигнала и спутникового сигнала ГЛОНАСС. Данные действия помогли оперативно установить местонахождение предмета лизинга и его изъятие, при этом изъятие предмета лизинга происходило не у ООО «Мой Бизнес» а у третьих лиц. Изъятие имущества производилось ИП ФИО3 на основании заключенного между ним и ООО «Альфамобиль» договора возмездного оказания услуг по поиску имущества. Вознаграждение исполнителя составляет 10,0% от оценочной стоимости имущества и составляет 4500000 руб. Ответчик не раскрыл, в чем состояла оказанная услуга по поиску имущества, при условии, что предмет лизинга, как указано истцом, был оснащен маячками, позволяющим установить его местонахождение по сигналу GSM, а также по спутниковому сигналу ГЛОНАСС. Также непонятен механизм заключения договора с ИП ФИО3 Лизингодатель не известил лизингополучателя о заключении указанного договора и тем самым лишил его возможности представить возражения относительно стоимости и необходимости получения данной услуги. Применение такого порядка привлечения специалистов для установления местонахождения предмета лизинга, не учитывающего интересы лизингополучателя, не может не порождать сомнений в разумности действий ответчика.

Довод ответчика о наложении штрафа, установленного пунктом 11.13 Общих условий, согласно которому лизингополучатель не вправе переуступать свои права и обязанности, вытекающие из договора лизинга, при рассмотрении настоящего спора признан судом несостоятельным, поскольку применительно к общим правилам исполнения обязательств то обстоятельство, какое именно лицо находится на стороне кредитора, в данном случае уже для лизинговой компании после расторжения договора для соотнесения встречных обязательств уже не имеет существенного значения как для должника.

Пункт 11.13 предусматривает взыскание суммы денежных средств в размере 10% от стоимости предмета лизинга. При этом уступка денежного требования в данном споре не влечет для лизингодателя каких-либо изменений в имущественном положении.

Штраф по пункту 11.13 договора никак не связан с компенсацией для лизингодателя каких-либо расходов в связи с уступкой. Для профессионального участника рынка финансовых услуг изменение расчетного счета для осуществления перевода денежных средств не может иметь последствия в виде взыскания 5300000 руб.

Суд соглашается с позицией истца об исключении штрафа за нарушение срока передачи СТС, так как стороны договора должны добросовестно пользоваться своими правами.

Требования о передаче копии СТС по дату расторжения договора и до обращения истца в суд ответчиком истцу не предъявлялись, претензия об уплате такой неустойки ответчиком в адрес истца не направлялась, в момент расторжения договоров лизинга также ответчиком не заявлялось о наличии какой-либо задолженности, в том числе в связи с начислением указанной суммы штрафа.

Истец обращал внимание на то, что ответчик не считал это нарушением весь период действия договора лизинга, сомнений в постановке транспортного средства на учет у ответчика не возникало, никаких действий, направленных на понуждение лизингополучателя к предоставлению копии СТС, ответчик не предпринимал, данную неустойку никак не предъявлял все время действия договора лизинга вплоть до подачи иска к ответчику.

Оценив собранные по делу доказательства в соответствии со статьями 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по своему внутреннему убеждению, с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, арбитражный суд приходит к выводу, что неосновательное обогащение на стороне ответчика составляет размер 17104589 руб. 73 коп. в пользу лизингополучателя.

Период начисления процентов за пользование чужими денежными средствами составил с 14.07.2023 по 23.05.2024. Размер процентов за пользование чужими денежными средствами составляет 856343 руб. 41 коп.

07 апреля 2023 года между ООО «Мой Бизнес» и предпринимателем ФИО1 заключен договор уступки прав требования (цессии) № 07-04-23/МБА, согласно которому ООО «Мой Бизнес» уступило предпринимателю ФИО1 40% прав требования к ООО «Альфамобиль» на получение (взыскание, включая принудительное) части лизинговых платежей, уплаченных в счет погашения выкупной стоимости предмета лизинга (неосновательного обогащения), по договору лизинга № 05911-СПБ-22-АМ-Л от 22 марта 2022 года.

Требования истцов суд признал обоснованным и подлежащими удовлетворению.

Судебные расходы и связи их с делом подтверждены.

В соответствии с частью 5 статьи 15, часть 1 статьи 177 и частью 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебный акт, выполненный в форме электронного документа, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 24.09.2015, ИНН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Мой Бизнес» (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 19.12.2022) 10262753 руб. 83 коп. неосновательного обогащения и 1284515 руб. 12 коп. процентов за пользование чужими денежными по состоянию на 29.05.2024 с дальнейшим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму неосновательного обогащения до момента фактического исполнения обязательства по возвращению неосновательного обогащения по ключевой ставке Банка России, действовавшей в соответствующие периоды и 71536 руб. 20 коп. судебных расходов по государственной пошлине.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 24.09.2015, ИНН: <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 19.12.2022) 6841835 руб. 89 коп. неосновательного обогащения и 856343 руб. 41 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 29.05.2024 с дальнейшим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму неосновательного обогащения до момента фактического исполнения обязательства по возвращению неосновательного обогащения по ключевой ставке Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, а также 10000 руб. расходов на оценку рыночной стоимости объекта оценки и 47690 руб. 80 коп. судебных расходов по государственной пошлине.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 из федерального бюджета 31727 руб. государственной пошлины, излишне уплаченной по платежному поручению от 29.08.2023 № 4.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения.

Судья Рагузина П.Н.