Решение от 20 февраля 2025 г. по делу № А27-23515/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Дело №А27-23515/2023



Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации


21 февраля 2025 г.                                                                                      г. Кемерово

Резолютивная часть объявлена 10 февраля 2025 г.

В полном объеме изготовлено 21 февраля 2025 г.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Неганова С.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Елкиной К.Э., при рассмотрении в судебном заседании

при участии:

представителя истца – ФИО1, доверенность от 24.04.2023 (в режиме веб-конференции); 

представителя ответчика ФИО2 – ФИО3, доверенность от 27.01.2024,

заявление общества с ограниченной ответственностью «Калина» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг»,

у с т а н о в и л:

в Арбитражный суд Кемеровской области 13.12.2023 поступило заявление ООО «Калина» о привлечении ФИО2, ИНН <***>, ФИО4, ИНН <***> к субсидиарной ответственности.

Заявитель просит: - привлечь ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества с ограниченной ответственностью УК «Сибирский Финансовый Холдинг» перед Обществом с ограниченной ответственностью «Калина»; - взыскать с ФИО2, ФИО4 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Калина» солидарно задолженность в размере 799 443,35 руб.                                                                 

Вместе с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности от ООО «Калина» 13.12.2023 поступило заявление об обеспечении иска, в котором заявитель просит принять обеспечительные меры в виде наложения ареста на денежные средства, находящиеся на банковских счетах, принадлежащих ФИО2 и ФИО4, в пределах суммы требований 799 443,35 руб., а также запрета сделок и регистрационных действий в отношении движимого и недвижимого имущества ФИО2 и ФИО4

Определением от 14.12.2023 заявление об обеспечении иска судом удовлетворено.

Исковое заявление принято к производству определением от 14.12.2023. Назначено предварительное судебное заседание. Судебное заседание неоднократно откладывалось, последний раз до 28.08.2024.

Как следует из искового заявления, между ООО «Калина» и ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» был заключен договор поставки № 07-10/2020 от 07.10.2020, по условиям которого должник обязался поставлять, а общество надлежащим образом принимать и оплачивать товар, производства ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» в ассортименте, количестве и по ценам, указанным в товарных накладных и счетах-фактурах на товар.

07.10.2020 сторонами подписано Приложение № 1, устанавливающее обязательство ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» поставить в адрес ООО «Калина» кальянный табак в ассортименте в общем количестве 3 000 банок стоимостью 1 020000,00 руб. Условия поставки – «DAP» склад покупателя г. Балашиха (Московская область). Поставка должна быть осуществлена в срок до 01.04.2021, на условиях 100% предоплаты.

ООО «Калина» оплатило товар в полном объеме на сумму 1 020 000,00 руб. платежным поручением № 16 от 27.10.2020. Однако, ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» обязательств по поставке в установленный срок не исполнил, что послужило причиной для предъявления требования о расторжении договора и возврате полученного аванса.  

Платежным поручением № 46 от 22.04.2021 ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» возвратил аванс частично на сумму 400 000 руб. Оставшаяся сумма задолженности не возвращена.

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 24.12.2021 по делу № А21-6335/2021 с ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» в пользу ООО «Калина» взыскана задолженность в сумме 620 000,00 руб., неустойка в размере 38 780,00 руб., а также государственная пошлина – 161 76,00 руб. Решение оставлено без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2022, постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 11.07.2022 по тому же делу. Определением Верховного суда РФ от 14.11.2022 отказано в передаче кассационной жалобы должника для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ.

28.04.2022 Арбитражным судом Калининградской области выдан исполнительный лист серии ФС № 041297674.

Также, определением Арбитражного суда Калининградской области от 25.07.2022 по делу № А21-6335/2021 с ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» в пользу ООО «Калина» взысканы судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 144 286,00 руб. 05.09.2022 выдан исполнительный лист серии ФС № 041300531.

В рамках исполнительного производства, за счет списания поступавших на счет должника денежных средств, компенсировано всего 129 876,28 руб. из общей суммы задолженности. Остаток выплачен не был, что явилось основанием для предъявления в Арбитражный суд Кемеровской области заявления о признании ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» несостоятельным (банкротом). 

Указанные решения Арбитражного суда Калининградской области не были исполнены, что послужило основанием для банкротства ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг».

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 26.06.2023 по делу № А27-7430/2023 заявление ООО «Калина» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, - наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО5, являющийся членом Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс»; требования общества включены в третью очередь реестра кредиторов с суммой 689 305,72 руб.

Как установлено судом, представители ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг», включая ответчиков, в деле  о несостоятельности (банкротстве) не участвовали, от своих обязанностей уклонились; документация по деятельности юридического лица временному управляющему передана не была, на запросы временного управляющего ответов не поступало.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 18.10.2023 по делу № А27-7430/2023 суд обязал руководителя должника ФИО2 передать арбитражному управляющему копии документов по деятельности Должника. Определение ФИО2 не исполнено.

В связи с отсутствием объективной возможности покрыть судебные расходы по делу о несостоятельности (банкротстве) по причине отсутствия у ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» денежных средств или иного имущества, достаточного для финансирования процедуры, определением Арбитражного суда Кемеровской области от 15.11.2023 по делу № А27-7430/2023 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» прекращено.

Оставление кредиторской задолженности без погашения стало основанием для обращения ООО «Калина» в суд с настоящим заявлением. Ранее, в том числе в процессе производства по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг», заявитель с аналогичными требованиями не обращался. 

Как указывает заявитель, ФИО2 и ФИО4 подлежат субсидиарной ответственности по обязательствам ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» в силу п. 1 ст. 61.11. Закона о банкротстве в связи с непередачей временному управляющему должника документов по финансово хозяйственной деятельности должника, что сделало невозможным поиск активов должника для погашения требований кредитора, для финансирования процедуры несостоятельности (банкротства) и привело к прекращению процедуры; а также в связи с невозможностью погашения требований кредитора в связи с переводом доходных операций должника на иных лиц,  а также в связи с выводом денежных средств, достаточных для погашения требований заявителя,  на личный счет ФИО2 как физического лица.

Ответчик ФИО2 с предъявленными требованиями не согласился, представил отзывы на заявление, в которых указал, что основанием для обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности являются только те обстоятельства, которые стали известны заявителю после прекращения дела о несостоятельности; что деятельности должника по производству табачной продукции является высоко регламентируемой и контролируемой, а также не предполагает возможность реализовывать продукцию без маркировки в системе «Честный знак», что делает невозможным перевод такого бизнеса на подконтрольное лицо; что приостановка деятельности должника была вызвана внешними факторами – отказом заявителя от товара и невозможностью его продажи третьим лицам, однако должник намеревался продолжить деятельность и вел переговоры с потенциальными заказчиками. Помимо прочего ответчик ФИО2 представил в материалы дела первичную документацию и бухгалтерскую отчетность должника, указав при этом, что поскольку документы были представлены, к нему не может быть применена презумпция причинно-следственной связи затруднения процедуры банкротства из-за непредоставления документов.

Ответчик ФИО4 отзыва на заявление не представил. В процессе участия в судебных разбирательствах сообщил, что с требованиями не согласен, приложил сведения об отсутствии расчетных счетов у принадлежащих ему юридических лиц, что, по мнению ответчика, подтверждает отсутствие какой-либо деятельности обществ, на которых бизнес потенциально мог быть переведен.

Судом также установлено, что ФИО2 является генеральным директором ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг». Соответствующие сведения внесены в ЕГРЮЛ.

Требования к ФИО4 заявитель обосновал тем, что последний является лицом, фактическим контролирующим должника. Суд соглашается с данными доводами заявителя, поскольку судом установлено, что ФИО4 являлся руководителем должника в должности «президент», что подтверждается, в том числе, представленным в материалы дела свидетельством об удостоверении факта принятия решения единственным участником юридического лица от 05.11.2020 № 42 А А 3051865.

До 03.11.2020 ФИО4 принадлежало 50% доли в уставном капитале ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг».

ФИО4 являлся подписантом договора поставки № 07-10/2020 от 07.10.2020, из которого возникла спорная задолженность, в преамбуле договора был указан как «Президент, действующий на основании Устава».

Определением от 09.09.2024 предварительное судебное разбирательство отложено на 25.09.2024.

Ко дню предварительного судебного разбирательства посредством системы «Мой Арбитр» поступили следующие документы:

- 24.09.2024 от заявителя письменные пояснения;

- 25.06.2024 от ФИО2 дополнения к отзыву № 3 с приложенными документами.

Из представленных истом письменных пояснений от 24.09.2024 следует, что ФИО2:

1) не передал документы временному управляющему ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» (не исполнил Определение Арбитражного суда Кемеровской области от 18.10.2023 по делу № А27-7430/2023; уклонился от участия в процедуре несостоятельности (банкротства));

2) перевел доходные операции ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» на ИП ФИО2 (присвоение ИП ФИО2 19.05.2022 видов деятельности ОКВЭД, связанных с розничной и оптовой торговлей табачной продукцией; выдача распорядительных писем об оплатах вместо должника на ИП ФИО2 («оплата по письму № 1»); организация взаимоотношений по реализации товара компании и получение (перевод) оплат на ИП ФИО2 с контрагентами, основным видом деятельности которых является розничная и оптовая продажа табачной продукции);

3) вывел денежные средства со счета ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» на личный счет в виде возврата займа (совершение операций по переводу денежных средств со счета должника на личный счет ФИО2 в следующие даты и в следующих суммах: 17.06.2021 - 40 000 руб.; 07.08.2021 - 80 000 руб.; 11.02.2022 - 27 040 руб.; 23.03.2022 - 900 000 руб.; 17.05.2022 - 100 000 руб.; 25.07.2022 - 80 000 руб. Всего: 1 227 040 руб.).

В части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности истец указал, что ФИО4, как контролирующее ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» лицо, является выгодоприобретателем вследствие непогашения задолженности в пользу ООО «Калина», в связи с чем, его действия привели к невозможности погашения требований кредитора.

Истец полагает, что признание за ФИО4 статуса контролирующего лица создает презумпцию совместных действий по выводу денежных средств и сокрытия активов от взыскания.

В судебном заседании 25.09.2024 представитель заявителя указал, что ответчиком ФИО2 дополнительные документы представлены накануне судебного разбирательства, в связи с чем, представить пояснения по представленным документам не представилось возможным. Пояснил по доводам, изложенным в заявлении.

Представитель ответчика ходатайствовал об истребовании у уполномоченного органа (ФНС России) сведений, по каким причинам (основаниям) были внесены сведения в ЕГРЮЛ о недостоверности юридического адреса ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>). Пояснил по доводам, изложенным в отзывах.

Определением от 08.10.2024 подготовка дела к судебному разбирательству окончена, назначено судебное разбирательство на 23.10.2024. Истребованы у Межрайонной инспекции федеральной налоговой службы № 15 по Кемеровской области – Кузбассу (650091, Кемеровская обл. - Кузбасс, <...>): - сведения, по каким причинам (основаниям) были внесены сведения в ЕГРЮЛ о недостоверности юридического адреса ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>); - сведения об учредителях и руководителях  ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Ко дню судебного разбирательства 23.10.2024 от уполномоченного органа поступили истребованные судом доказательства. 23.10.2024 заявителем представлены письменные пояснения.

Протокольным определением от 23.10.2024 по ходатайству представителя ответчика судебное разбирательство отложено на 02.12.2024.

Ко дню судебного разбирательства посредством системы «Мой Арбитр» 02.12.2024 от ответчика поступили ходатайства о приобщении доказательств к материалам дела (копия акта сверки взаиморасчетов между ООО УК СФХ и Р.В.В; копия выписки за 05.02.2021 приход денег на расчетный счет холдинга от собственника ФЛ ФИО2; копия выписки за 29.04.2021; Договор об оказании юридических услуг № 09/01-ИП от 09.01.2023 с ИП ФИО6; копии платежных поручений; оборотно-сальдовая ведомость по счету 10.01 за 31.12.2023; копия счет-фактуры № 18 от 19.08.2022; фото ароматизаторов этикеток (срок годности); копия таблиц взаимных расчетов.

Определением от 02.12.2024 по ходатайству представителя истца судебное разбирательство отложено на 18.12.2024.

Ко дню судебного разбирательства посредством системы «Мой Арбитр» 16.12.2024 от истца поступили пояснения к судебному заседанию, 17.12.2024 и 18.12.2024 от ответчика – дополнения к отзыву.

Протокольным определением от 18.12.2024 по ходатайству представителя ответчика судебное разбирательство отложено на 15.01.2025.

Ко дню судебного разбирательства посредством системы «Мой Арбитр» 13.01.2025 от ответчика поступило дополнение к отзыву, выписки должника с 2020 года с начала фактической деятельности, акт сверки в электронном виде с ФИО4, РКО на ФИО4, ранее приложенные документы.

Протокольным определением от 15.01.2025 по ходатайству представителей сторон судебное разбирательство отложено на 10.02.2025.

Ко дню судебного разбирательства посредством системы «Мой Арбитр» 21.01.2025 от ответчика поступил отзыв (дополнение) на исковое заявление, справка о задолженности от 21.01.2025, справка по арестам и взысканиям от 20.01.2025, 08.02.2025 от истца поступила консолидированная письменная позиция по отзывам ответчиков, 10.02.2025 от ответчика поступило ходатайство о приобщении документов (инвентаризационные описи).

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал в полном объеме, дал пояснения и подтвердил доводы, изложенные в заявлении и консолидированной письменной позиции.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 возражал против удовлетворения заявленных требований, поддержал возражения ранее представленных отзыва и дополнений к нему.

Судебное разбирательство проведено на основании части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства по правилам статей 121-123 АПК РФ.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ обстоятельства и материалы дела, суд считает исковое заявление подлежащим удовлетворению, поскольку пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Калина» обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский финансовый холдинг» о взыскании 620 000 руб. предварительной оплаты товара по договору № 07-10/2020 от 07.10.2020, неустойки в размере 38 780 руб.

Определением от 06.08.2021 года по делу № А21-6335/2021 суд принял к производству встречный иск ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» о понуждении ООО «Калина» принять товар по договору поставки № 07-10/2020 от 07.10.2020.

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 24.12.2021 года по делу № А21-6335/2021 с общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Калина» взыскано 620 000 руб. предварительной оплаты по договору поставки № 07-10/2020 от 7.10.2020г., неустойки в размере 38 780 руб. и государственной пошлины в размере 16 176 руб. В удовлетворении встречного иска общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» отказано.

Определением от 31.03.2022 года Тринадцатого арбитражного апелляционного суда по делу № А21-6335/2021 решение Арбитражного суда Калининградской области от 24.12.2021 по делу № А21-6335/2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 11.07.2022 года решение Арбитражного суда Калининградской области от 24.12.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2022 по делу № А21-6335/2021 оставлены без изменения, кассационная жалоба общества с ограниченной ответственностью Управляющая Компания «Сибирский Финансовый Холдинг» - без удовлетворения.

Не согласившись с судебными актами, ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой на решение Арбитражного суда Калининградской области от 24.12.2021 по делу № А21-6335/2021, постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2022 и постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 11.07.2022 по тому же делу.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2022 года в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.

Кроме того, общество с ограниченной ответственностью «Калина» обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский финансовый холдинг» о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 251 404 руб.

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 25.07.2022 года по делу № А21-6335/2021 с общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Калина» взысканы судебные расходы на оплату услуг представителя по делу № А21-6535/2021 в размере 144 286 рублей. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Вместе с тем, 27.04.2023 года ООО «Калина» обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Кемерово несостоятельным (банкротом). Определением суда от 28.04.2023 года по делу № А27-7430/2023 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области орт 26.06.2023 по делу № А27-7430/2023 заявление общества с ограниченной ответственностью «Калина» о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» (ИНН <***>, ОГРН <***>) г. Кемерово признано обоснованным, в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, - наблюдение. Требования общества с ограниченной ответственностью «Калина» в размере 689 305,72 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг», г. Кемерово. Временным управляющим утвержден ФИО5.

13.11.2023 года по делу № А27-7430/2023 в материалы дела поступило ходатайство временного управляющего о прекращении производства по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» в связи с отсутствием денежных средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе на расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Определением суда от 15.11.2023 года по делу № А27-7430/2023, принимая во внимание отсутствие доказательств, подтверждающих наличие либо вероятность обнаружения у должника имущества, отсутствии у должника средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, позицию заявителя о прекращении производства по делу, отзыв уполномоченного органа о невозможности финансирования процедуры банкротства из средств федерального бюджета и отсутствии возможности покрыть судебные расходы в связи с делом о банкротстве, суд пришел к выводу о прекращении производства по делу о несостоятельности (банкротстве) и прекратил производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, г. Кемерово, ул. Ворошилова, д. 24В, кв. 823).

Истец в обоснование заявленных требований указал, что задолженность по требованиям не погашена до настоящего времени.

Кроме того, в рамках проведения процедуры банкротства – наблюдения Истец понес расходы на выплату вознаграждения арбитражному управляющему и оплату его расходов на ведение процедуры в общей сумме 110 137,63 руб., что подтверждается платежным поручением № 42 от 14.07.2023, платежным поручением № 71039 от 16.11.2023, счетом на оплату № 1 от 10.07.2023 на сумму 9 137,63 руб., счетом на оплату № 2 от 27.10.2023 на сумму 101 000,00 руб.

Истец сослался на статью 61.10 и пункта 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также на положения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» мотивировав требования тем, что контролирующими лицами должника являются ответчики и в ходе рассмотрения дела о банкротстве был установлен факт наступления объективного банкротства должника, производство по делу было прекращено, в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, на основании чего истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к контролирующим лицам должника требование о взыскании в солидарном порядке 799 443,35 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО УК «Сибирский финансовый холдинг».

Суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, при этом исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно п. 1 ст. 61.19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В соответствии с п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 10.06.2021 года по делу № А56-69618/2019, действующее законодательство, в том числе Закон о банкротстве, не содержит положений о том, что материальное право кредитора на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом, перестает существовать (прекращается), если этот кредитор, располагающий информацией о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, не предъявил соответствующий иск к причинителю вреда до прекращения производства по делу о банкротстве.

С учетом изложенного пункт 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве не может быть истолкован судами как исключающий в материальном смысле право на иск о привлечении к субсидиарной ответственности кредитора, осведомленного о наличии оснований для привлечения к такой ответственности на момент прекращения производства по делу о банкротстве, вне рамок дела о несостоятельности.

В связи с чем, являются необоснованными доводы представителя ответчика ФИО2 об отсутствии оснований для подачи искового заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков, поскольку отсутствуют сведения, которые могли бы быть известны истцу после прекращения производства по делу о банкротстве должника.

В соответствии п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 10.06.2021 года по делу № А56-69618/2019, субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству – обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

Предусмотренная пунктом 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинён тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утверждён Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007 (2).

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате недобросовестного и неразумного поведения.

Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечёт неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, контролировавшее лицо может представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Согласно разъяснению, данному в пункте 31 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 53), по смыслу пункта 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Калининградской области от 24.12.2021 года по делу № А21-6335/2021 с общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Калина» взыскано 620 000 руб. предварительной оплаты по договору поставки № 07-10/2020 от 7.10.2020г., неустойки в размере 38 780 руб. и государственной пошлины в размере 16 176 руб. В удовлетворении встречного иска общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» отказано.

28.04.2022 Арбитражным судом Калининградской области выдан исполнительный лист серии ФС № 041297674.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Калининградской области от 25.07.2022 года по делу № А21-6335/2021 с общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Калина» взысканы судебные расходы на оплату услуг представителя по делу № А21-6535/2021 в размере 144 286 рублей. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

05.09.2022 Арбитражным судом Калининградской области выдан исполнительный лист серии ФС № 041300531.

Исполнительные листы предъявлены в Межрайонный отдел судебных приставов по особо важным исполнительным производствам УФССП России по Кемеровской области – Кузбассу. Исполнительные производства по двум листам возбуждены 08.07.2022 и 22.09.2022 соответственно.

Исполнительное производство № 180873/22/42034-ИП окончено. Общая сумма взыскания (основная сумма долга, неустойка, издержки по уплате государственной пошлины) на момент возбуждения исполнительного производства составляла 674 956,00 руб. Сумма, взысканная по исполнительному производству, составляет 129 876,28 руб.

Исполнительное производство № 248421/22/42034-ИП окончено. Общая сумма взыскания (судебные расходы на основании определения арбитражного суда) на момент возбуждения исполнительного производства составляла 144 286,00 руб. Сумма, взысканная по исполнительному производству, составляет 0 руб.

Общая сумма задолженности составляет 689 305,72 руб.

Судом в рамках дела о банкротстве было призвано обоснованным требование кредитора и включено в реестр требований кредиторов 689 305,72 руб.

В силу положений статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с положением пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается, в частности, лицо, имеющее возможность определять действия должника, в том числе по совершению сделок.

Согласно подпункту 1 пункта 2 названной статьи возможность определять действия должника может достигаться в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства.

Пунктом 7 Постановления Пленума ВС РФ № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

С момента вступления в законную силу решения суда от 24.12.2021 и определения суда от 25.07.2022 по делу № А21-6335/2021 и до прекращения производство по делу № А27-7430/2023 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг», с учетом установленного судом в деле о банкротстве отсутствия доказательств, подтверждающих наличие либо вероятность обнаружения у должника имущества, отсутствии у должника средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, позицию заявителя о прекращении производства по делу, отзыв уполномоченного органа о невозможности финансирования процедуры банкротства из средств федерального бюджета и отсутствии возможности покрыть судебные расходы в связи с делом о банкротстве, суд пришел к выводу о том, что в условиях финансовой неспособности общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» возникла невозможность для удовлетворения требования кредитора общества с ограниченной ответственностью «Калина».

Из представленных в материалы дела сведений регистрационного дела ООО УК «Сибирский финансовый холдинг», а также материалов дела № А27-7430/2023 следует, что ФИО4 являлся руководителем общества в период 16.08.2006 по 13.11.2020, а также был участником общества с 50% долей, номинальной стоимостью 5 250 руб., до 03.11.2020; ФИО2 является руководителем общества с 13.11.2020 по настоящее время, а также с 03.11.2020 участником общества с 100% долей, номинальной стоимостью 10 500 руб.

Принимая во внимание изложенное, суд признает ФИО4 и ФИО2 контролирующими должника лицами.

При этом суд считает, необходимым отметить, что помимо пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, на основании которого ФИО4 был признан судом контролирующим должника лицом, ответчик ФИО4 также является лицом, фактически контролирующим должника.

Так, после прекращения его полномочий в качестве единоличного исполнительного органа, ФИО4 представлял интересы ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» в по делу № А21-6335/2021 при взыскании спорной задолженности, начиная с первой инстанции вплоть до Верховного Суда Российской Федерации (о чем свидетельствует приложенная к кассационной жалобе в Верховный Суд Российской Федерации доверенность на ФИО4 от 08.09.2022 сроком действия до 30.07.2023). Кроме того, ФИО4 являлся держателем бизнес-карты ООО УК «Сибирский Финансовый Холдинг» и осуществлял траты по ней, в том числе после прекращения полномочий единоличного исполнительного органа, что следует из банковской выписки по счетам должника. Также, согласно представленным ответчиком ФИО2 в материалы дела требованию-накладной № 30 от 06.04.2021 и отчету об израсходованных материалов при производстве табака для кальяна от 06.04.2021, ФИО4 осуществлял полномочия в должности директора по производству ООО УК «Сибирский финансовый холдинг». Исходя из актов сверки, представленных представителем ответчика ФИО2, ФИО4 как и ФИО2 систематически представлял заем ООО УК «Сибирский финансовый холдинг», т.е. финансировал деятельность должника. Вместе с тем, при наличии долга в свою пользу по договору займа ФИО4 не заявлял свои требования в качестве кредитора ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» в рамках процедуры несостоятельности (банкротства). Кроме того, при невозможности ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» отвечать по своим обязательствам перед ООО «Калина» должник не предпринял никаких действий по истребованию долга с ИП ФИО4 за поставленный товар на общую сумму 1 092 950 руб. При этом, как следует из отзывов самих ответчиков, к банкротству общества привела сумма задолженности перед ООО «Калина», чуть превышающая 600 000 руб. Неистребование долга при наличии признаков неплатежеспособности не характерно для независимых друг от друга участников гражданского оборота.

Операции с ним и признаки таких операций характеризуют его бенефициарный и контролирующий статус по отношению к ООО УК «Сибирский финансовый холдинг».

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве) (п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) (п. 7 указанного Постановления Пленума ВС РФ).

Пункт 2 ст. 61.10. Закона о банкротстве устанавливает, что возможность определять действия должника может достигаться, в том числе, в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности либо ином специальном полномочии; в силу замещения в организации должности, предоставляющей возможность определять действия должника.

В соответствии с п.1 и п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов; 4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; 5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В силу п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Согласно выпискам с расчетного счета должника № 40702810826000025307, открытого в ПАО Сбербанк, ФИО2 от имени общества совершены следующие сделки по списанию денежных средств со счета должника:

Списание денежных средств от 17.06.2021 года (ФИО2) в размере 40 000 руб.

Списание денежных средств от 07.08.2021 года (ФИО2, возврат займа учредителя) в размере 80 000 руб.

Списание денежных средств от 11.02.2022 года (ФИО2, возврат займа учредителя) в размере 27 040 руб.

Списание денежных средств от 23.03.2022 года (ФИО2, возврат займа учредителя) в размере 900 000 руб.

Списание денежных средств от 17.05.2022 года (ФИО2, возврат займа учредителя) в размере 100 000 руб.

Списание денежных средств от 25.07.2022 года (ФИО2, возврат займа учредителя) в размере 80 000 руб.

Общая сумма списания по сделкам составляет 1 227 040 руб.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Как следует из разъяснений п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Представленными в материалы дела договором беспроцентного займа от 05.02.2021 года, выписками по счетам должника подтверждается предоставление займов обществу в 2021 году, что свидетельствует о том, что спорные сделки были совершены в счет возврата указанных займов.

Совокупный размер активов должника согласно бухгалтерской отчетности составлял за 2020 год – 3 598 000 руб., за 2021 – 4 650 000 руб., за 2022 – 4 963 000 руб. При этом стоит учитывать, что в период с 2020 по 2021 г. активы Должника состояли преимущественно из запасов, финансовых и других оборотных активов, включая  дебиторскую задолженность. Однако документация, подтверждающая наличие всего объема указанных активов отсутствует.  

Как следует из решения Арбитражного суда Калининградской области от 24.12.2021 года по делу № А21-6335/2021, задолженность образовалась 01.04.2021 года.

В силу п. 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010г., предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона).

либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

ФИО2 согласно сведениям регистрационного дела ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» с 13.11.2020 по настоящее время является генеральным директором должника.

Таким образом, учитывая, что ФИО2 является заинтересованным и аффилированным лицом, предполагается, что он знал о совершении Должником сделок с целью причинить вред имущественным правам кредитора УК «Сибирский финансовый холдинг».

Более того, по правовой природе вышеперечисленные сделки ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» с ФИО2 представляют собой возврат денежных средств, направленных на удовлетворение обязательств, возникших из корпоративных отношений.

Займы в пользу общества явились беспроцентными, были совершены заинтересованным по отношению к должнику лицом, не предусматривали обеспечения, использовались в качестве единственного источника финансирования деятельности должника, что в совокупности указывает на условия займов недоступные независимым участникам рынка.

Согласно сложившейся судебной практике, подобные правоотношения по договору займа, сложившиеся между Должником и его участником судом переквалифицируются из заёмных отношений в отношения по увеличению уставного капитала.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018 возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам ст. 10,168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом.

Как указано в определении Верховного суда РФ № 305-ЭС15-5734(4,5) от 12.02.2018, положения о недопустимости возврата капиталозамещающего финансирования за счет текущей выручки должника необходимо применять также к требованиям о признании сделок должника недействительными. Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам ст. 10, 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом. Изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Кредиторская задолженность перед ООО «Калина» в сумме 620 000 руб., которая образовалась с 01.04.2021 года имелась у должника по состоянию на дату совершения вышеуказанных сделок и должнику было об этом известно, что подтверждается решением Арбитражного суда Калининградской области от 24.12.2021 года по делу № А21-6335/2021.

Причинение оспариваемыми сделками вреда имущественным правам кредитора ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» помимо прочего подтверждается определением Арбитражного суда Кемеровской области от 15.11.2023 по делу № А27-7430/2023, которым производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» было прекращено, так как судом установлено, что имущества ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» недостаточно не только для расчетов с кредиторами, но и для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Таким образом, вышеуказанные сделки соответствуют условиям, установленным п. 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010г., в связи с чем, предполагается, что, совершая оспариваемые сделки, Должник преследовал цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд также считает необходимым отметить, что согласно представленному ответчиком ФИО2 договору беспроцентного займа от 05.02.2021 года сумма займа подлежит возврату в срок до 01.01.2026 (п. 2.1. договора). При этом почти вся сумма займа (1 227 040 руб.) была возвращена через непродолжительный срок – чуть более года, при наличии непогашенной кредиторской задолженности. Самая большая сумма полученного займа в размере 900 000 руб. была возвращена должником ФИО2 23.03.2022 – в день вступления в законную силу решения суда о взыскании задолженности с ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» в пользу ООО «Калина», что свидетельствует о целенаправленном выводе активов должника.

В отношении факта не передачи документов общества арбитражному управляющему суд руководствуется следующим.

Конкурсный кредитор указывает, что невозможность полного погашения требований кредиторов обусловлена не передачей руководителем должника первичной документации. Временный управляющий был лишен возможности проводить мероприятия, относящиеся к процедуре наблюдения (анализ финансово-хозяйственной деятельности должника, выявление признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства).

Согласно абзацу седьмому пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, принадлежащем ему имуществе, в том числе об имущественных правах, и об обязательствах должника, у физических лиц, юридических лиц, государственных органов и органов местного самоуправления.

В силу абзаца седьмого пункта 1 статьи 66 Закона о банкротстве временный управляющий вправе получать любую информацию и документы, касающиеся деятельности должника.

Органы управления должника обязаны предоставлять временному управляющему по его требованию любую информацию, касающуюся деятельности должника (пункт 2 статьи 66 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в пункте 24 постановления от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", в силу пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или ее передаче управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 18.10.2023 по делу № А27-7430/2023 удовлетворено ходатайство временного управляющего об истребовании документов у руководителя должника – ФИО2, суд определил истребовать и обязать его передать временному управляющему документы должника, связанные с осуществлением общества финансово-хозяйственной деятельности.

Определение суда ответчиком ФИО2 не исполнено, руководитель должника ФИО2 уклонился от передачи временному управляющему бухгалтерских и иных первичных документов должника.

Применяемые при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), обусловлены обязанностью заявителя представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства; правом привлекаемого к ответственности, лица опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2022 N 305-ЭС21-23266, от 16.10.2017 N 302-ЭС17-9244).

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов; невозможность взыскания дебиторской задолженности или ее реализации на торгах.

Из материалов дела следует, что ФИО2 является учредителем и руководителем должника ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» с 13.11.2020 по настоящее время.

Установленная законом обязанность по передаче временному управляющему бухгалтерской и иной документации, материальных ценностей должника при введении наблюдения руководителем ФИО2 не исполнена.

Из представленного в материалы банкротного дела отчета временного управляющего ФИО5 от 03.11.2023 следует, что провести проверку наличия (отсутствия) признаков преднамеренного банкротства невозможно при отсутствии первичных документов, необходимых для проведения проверки.

При проведении финансового анализа ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» временным управляющим сделан вывод о том, что у арбитражного управляющего отсутствует информация по имуществу, принадлежащего должнику, достаточного для покрытия судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения.

Таким образом, непередача документации должника не позволила узнать: куда "пропали" основные средства, которыми могла быть пополнена конкурсная масса, дебиторская задолженность, которую можно было взыскать и удовлетворить требования кредиторов. Отсутствие документов первичного бухгалтерского учета и отчетности воспрепятствовало надлежащему осуществлению временным управляющим своих полномочий в ходе процедуры банкротства, в том числе выявлению сделок, подлежащих оспариванию.

Доказательств обратного ответчиком ФИО2 в материалы дела не представлено.

Арбитражный управляющий, вступая в дело о банкротстве как независимое лицо, является слабой стороной в вопросе доказывания, и объективно не может знать у каких лиц находится документация должника, в каком объеме.

Руководитель должника и контролирующие его лица, напротив, в силу Закона о банкротстве, должны обладать полной информацией о фактах хозяйственной деятельности должника. Соответственно, возможность предоставления доказательств наличия/отсутствия документов напрямую зависит от их добросовестного сотрудничества с арбитражным управляющим, поскольку именно ответчики могут быть заинтересованы в сокрытии указанной документации в целях исключения привлечения их к субсидиарной ответственности по долгам должника или взыскания убытков.

В данном случае ответчиком не приведены объективные причины, препятствующие исполнению обязанности по передаче документации должника в полном объеме арбитражному управляющему, не представлены доказательства надлежащего ведения, составления и хранения документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, достоверные сведения о ее месте нахождения или доказательства утраты.

Принимая во внимание имеющиеся сведения о размере активов должника, содержащиеся в его последней бухгалтерской отчетности и представленных в ходе рассмотрения настоящего дела документах, суд приходит к выводу о том, что в результате бездействия ответчика ФИО2 существенно было затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы должника в целях расчетов с его кредиторами, установить объем, перечень и состав имущества должника, в том числе взыскать дебиторскую задолженность, истребовать имущество у третьих лиц, оспорить сделки, заключенные должником в преддверии банкротства и направленные на причинение вреда имущественным правам кредиторов с нарушениями положений действующего законодательства.

В связи с этим невыполнение директором и единственным участником должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче временному управляющему документации ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» свидетельствует о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могли быть погашены требования кредиторов в ходе процедуры банкротства.

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

В соответствии с частью 3 статьи 6 указанного Закона бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации.

Поскольку ведение бухгалтерского учета и (или) отчетности является обязательным требованием закона, ответственность за организацию бухгалтерского учета несет руководитель, то именно руководитель обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации и то, что она в действительности имеется (имелась), а в случае утраты предпринимались действия по ее восстановлению.

В случае если он таких доказательств не представляет, невыполнение требования о предоставлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию.

Доказательства исполнения руководителем должника - ФИО2 обязанности по представлению в пятнадцатидневный срок с даты утверждения временного управляющего, соответствующих документов материалы дела не содержат.

Таким образом, непередача ответчиком документов Общества привела к невозможности формирования конкурсной массы. По сути, временный управляющий не смог сделать в полном объеме анализ финансового состояния должника, что привело к невозможности введения следующей процедуры банкротства и нарушило права на возможное удовлетворение требований.

Ссылка представителя ответчика ФИО2 на абз.10 п.24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" о том, что к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, несостоятельна, поскольку соответствующая документация управляющему так и не была передана, при этом речь в данном случае идет об исполнении соответствующей обязанности в рамках рассмотрения вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве, а оно прекращено.

Не обоснованы и доводы о том, что не предоставление указанной документации не могло вызвать существенных затруднений в проведения процедуры банкротства, так как все основные финансовые операции было возможно определить из предоставленных ФНС данных.

Как следует из представленных ответчиком ФИО2 документов, имеется следующая дебиторская задолженность:

- 1 092 950 руб. – должник ИП ФИО4.;

- 63 022 руб. – должник ИП ФИО7;

- 78 351 руб. – должник ИП ФИО8;

- 71 800 руб. – должник ИП ФИО9;

- 39 019 руб. – должник ИП ФИО10;

- 6 960 руб. – должник ИП ФИО11;

- 31 420 руб. – должник ИП ФИО12

Указанных денежных средств было бы достаточно для погашения задолженности, а также для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Кроме того, после прекращения процедуры банкротства, в ходе рассмотрения настоящего дела истцу стали известны следующие обстоятельства:

- передача фактически аффилированному (заинтересованному) с ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» ИП ФИО4 (о чем свидетельствует указанное выше поведение данных лиц) товара общей стоимостью 1 092 950,00 руб., при отсутствии каких-либо действий по взысканию дебиторской задолженности с ИП ФИО4;

- перечисление на счет ИП ФИО2 денежных средств в общей сумме 100 370 руб. за счет направления в адрес контрагентов ИП ФИО8, ИП ФИО10, ИП ФИО7, ИП ФИО12 распорядительного письма № 1 от 01/09/2022 с просьбой переводить денежные средства, полагающиеся ООО УК «Сибирский финансовый холдинг», на ИП ФИО2

Доводы представителя ответчика ФИО2 о том, что именно действия истца в виде отказа от исполнения договора поставки существенно затруднили выплату долга и восстановление платежеспособности ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» несостоятельны, поскольку такой отказ имел место в связи с не исполнением ответчиком обязательства по поставке товара. При этом правомерность такого отказа подтверждена вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Калининградской области от 24.12.2021 по делу № А21-6335/2021.

В отношении факта продажи ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» ИП ФИО4 товара (кальяна для табака) на общую сумму 1 092 950 руб. суд считает необходимым указать следующее.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 указанной нормы предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе, следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если: заявление о признании сделки недействительной не подавалось; заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен; судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 2 приведенной нормы, возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Исходя из пункта 4 данной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление от 21.12.2017 N 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как установлено судом и подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, ФИО4 являлся руководителем общества в период 16.08.2006 по 13.11.2020, а также был участником общества с 50% долей, номинальной стоимостью 5 250 руб., до 03.11.2020. При таких обстоятельствах суд квалифицирует ФИО4 как контролирующее должника лицо.

Из разъяснений пунктов 16, 17 постановления от 21.12.2017 N 53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В разъяснениях пункта 19 постановления от 21.12.2017 N 53 указано, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Кроме того, согласно пункту 23 разъяснений постановления от 21.12.2017 N 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Как следует из материалов дела, по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг» № А27-7430/2023 в реестр требований кредиторов включены требования единственного кредитора - ООО «Калина» в размере 689 305,72 руб.

Производство по делу о банкротстве ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

В процедуре наблюдения требования не погашены.

Кроме того, в рамках проведения процедуры банкротства – наблюдения Истец понес расходы на выплату вознаграждения арбитражному управляющему и оплату его расходов на ведение процедуры в общей сумме 110 137,63 руб.

По истребованной документации по хозяйственной деятельности ООО УК «Сибирский финансовый холдинг» были установлены следующие хозяйственные операции, причинившие существенный вред имущественным правам кредитора (истца), по причине которых стало невозможным погасить кредиторскую задолженность ООО УК «Сибирский финансовый холдинг»:

- продажа табака для кальяна на общую сумму 1 092 950 руб. (УПД № 11 от 11.05.2021 на сумму 9 200 руб., УПД № 1 от 04.02.2022 на сумму 1 083 750 руб.) в пользу ИП ФИО4 (аффилированного и заинтересованного по отношению к должнику лица), в отсутствие какого-либо экономического смысла, при наличии непогашенной кредиторской задолженности, а также при отсутствии в последующем попыток взыскания задолженности за проданный табак.

В связи с чем ФИО4 извлекал выгоду из незаконного и недобросовестного поведения лица, являвшегося в спорный период руководителем Должника, в том числе в ситуации, когда руководитель Должника ФИО2 не предпринимал каких-либо реальных действий по истребованию суммы задолженности за проданный Должником табак в пользу ФИО4 Поскольку наряду с ФИО2 выгодоприобретателем по проданному в отсутствие экономического смысла товару, согласно представленным в материалы настоящего спора документам являлся ФИО4, указанное лицо также обладают статусом контролирующего выгодоприобретателея, подлежащего привлечению к субсидиарной ответственности солидарно с руководителем Должника ФИО2, допустившим незаконный вывод активов в ущерб имущественным интересам кредитора.

Право сторон договора свободно заключать договоры и определять их условия не должно нарушать права и законных интересы иных лиц, тогда как в настоящем деле это условие было нарушено.

Недобросовестность сторон указанных правоотношений подтверждается материалами дела.

Вывод денежных средств и имущества на общую сумму 2 319 990 руб. привел к неисполнению должником обязательств перед независимым кредитором, а совместные действия ФИО2 и ФИО4 явились следствием усугубления финансового состояния должника и возникновением в 2022 году у него объективных признаков банкротства.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к выводу о наличии предусмотренных Законом о банкротстве оснований для привлечении ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательства должника, поскольку совершенные ими сделки стали непосредственной причиной ухудшения финансового положения ООО УК «Сибирский финансовый холдинг», приведшей в конечном счете к его банкротству и невозможности погашения кредиторской задолженности, в результате чего ООО «Калина» вынуждено было обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Остальные доводы сторон судом рассмотрены, правового значения не имеют и на исход рассматриваемого дела не влияют.

Какие-либо доказательства, опровергающие выводы суда, в материалы дела, лицами, участвующими в деле, не представлены.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11. Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности равен совокупному размеру требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 8 статьи 61.11. Закона о банкротстве Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Порядок распределения судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражным управляющим по делу о банкротстве определен статьей 59 Закона о банкротстве, из пункта 1 которой следует, что в случае, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом или соглашением с кредиторами, все судебные расходы, в том числе расходы на уплату государственной пошлины, которая была отсрочена или рассрочена, расходы на опубликование сведений в порядке, установленном статьей 28 Закона, а также расходы на выплату вознаграждения арбитражным управляющим и оплату услуг лиц, привлекаемых арбитражными управляющими для обеспечения исполнения своей деятельности, относятся на имущество должника и возмещаются за счет этого имущества вне очереди.

В случае отсутствия у должника средств, достаточных для погашения расходов, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заявитель обязан погасить указанные расходы в части, не погашенной за счет имущества должника (пункт 3 статьи 59 Закона о банкротстве).

Фактическая выплата указанных расходов заявителем в порядке пункта 3 статьи 59 Закона о банкротстве не исключает применения общих положений пункта 1 статьи 59Закона о банкротстве об отнесении бремени такого рода расходов на должника.

По смыслу пункта 3 статьи 59 Закона о банкротстве, погашение текущих расходов по делу о несостоятельности заявителем влечет переход к нему права требования погашения указанных расходов с сохранением их статуса как текущих платежей соответствующей очереди удовлетворения.

Таким образом, сумма, относящаяся к текущим платежам должника, учитывается при определении размера субсидиарной ответственности контролирующего лица.

Согласно расчету истца размер субсидиарной ответственности составляет 799 443,35 руб. Размер определен истцом верно.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Расходы истца по уплате государственной пошлины подлежат солидарному взысканию с ответчиков (п. 5 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.16 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

С учетом положений ч.4 ст. 96 АПК РФ принятые обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения настоящего судебного акта.

Руководствуясь статьями 61.11, 61.14, 61.19 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 167, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

р е ш и л:

удовлетворить исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Калина».

Привлечь ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Сибирский Финансовый Холдинг». 

Взыскать с ФИО2, ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Калина» солидарно задолженность в размере 799 443,35 руб.                                    .

Взыскать с ФИО2, ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Калина» солидарно расходы по уплате государственной пошлины в размере 21 989 руб.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы  через Арбитражный суд Кемеровской области в течение месяца со дня вынесения.


Судья                                                                                                С.И. Неганов