Постановление от 7 декабря 2017 г. по делу № А32-21085/2016

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-21085/2016
город Ростов-на-Дону
07 декабря 2017 года
15АП-15374/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 декабря 2017 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,

судей Герасименко А.Н., Стрекачёва А.Н.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Краснодарскому краю: представитель ФИО2 по доверенности от 06.03.2017 г.; представитель ФИО3 по доверенности от 10.01.2017 г.;

от акционерного общества «Гулькевичский Маслозавод»: представитель ФИО4 по доверенности от 02.10.2017 г.; представитель ФИО5 по доверенности от 09.10.2017 г.; представитель ФИО6 на основании приказа №90-п от 14.08.2017 г.;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Краснодарскому краю

на решение Арбитражного суда Краснодарского края

от 25.07.2017 по делу № А32-21085/2016

по заявлению акционерного общества «Гулькевичский Маслозавод»

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Краснодарскому краю,

к Управлению Федеральной налоговой службы по Краснодарскому Краю

о признании незаконным решения,

принятое в составе судьи Меньшиковой О.И.,

УСТАНОВИЛ:

Закрытое акционерное общество «Гулькевичский маслозавод» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 5 по Краснодарскому краю, Управлению Федеральной налоговой службы Краснодарскому краю о признании незаконным и отмене решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Краснодарскому краю от 19.02.2016 г. № 2 о привлечении Закрытого акционерного общества «Гулькевичский маслозавод» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в части привлечения к ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 122 части первой НК РФ, в виде штрафа в сумме 3 586 148 рублей, доначисления НДС в сумме 8 965 370 рублей, начисления пени в сумме 2 216 670 рублей за несвоевременную уплату НДС.

Решением от 25.07.2017 признано незаконным и отменено решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Краснодарскому краю от 19.02.2016 г. № 2 о привлечении закрытого акционерного общества «Гулькевичский маслозавод» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в части привлечения к ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 122 части первой НК РФ, в виде штрафа в сумме 3 586 148 рублей, доначисления НДС в сумме 8 965 370 рублей, начисления пени в сумме 2 216 670 рублей за несвоевременную уплату НДС, как несоответствующее Налоговому кодексу Российской Федерации.

Решение мотивировано тем, что налогоплательщиком соблюдены все условия получения налоговых вычетов, подтверждена реальностью хозяйственных операций между обществом и его контрагентом.

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 5 по Краснодарскому краю обжаловала решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просила решение отменить.

Податель жалобы полагает, что выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела. Действия направлены не на фактическое осуществление хозяйственной деятельности, а на создание формальных условий для получения налоговой выгоды.

В судебном заседании представители Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Краснодарскому краю поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просили решение суда отменить.

Представитель акционерного общества «Гулькевичский Маслозавод» поддержали доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания и перечисления) налогов и сборов за период с 01.04.2012 по 31.12.2013, по налогу на доходы физических лиц за период с 01.01.2012 по 31.12.2013, по результатам которой составлен акт от 26.11.2015 № 31.

По результатам рассмотрения материалов проверки МИФНС № 5 по Краснодарскому краю принято решение от 19.02.2016 № 2, которым обществу доначислен НДС в размере 8 965 370 рублей, штраф в размере 3 586 148 рублей, пени в сумме 2 216 670 рублей за несвоевременную уплату НДС.

Общество обжаловало решение в Управление Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю.

Решение Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю от 27.05.2015 г. № 22-12-482 апелляционная жалоба ЗАО «ГМЗ» оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с вынесенным решением, ЗАО «Гулькевичский маслозавод» обратилось в арбитражный суд.

При вынесении решения суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

Согласно статье 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 настоящего Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Кодекса, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Статьей 172 НК РФ установлено, что налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 Кодекса, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 Кодекса.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 указанной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

По смыслу главы 21 НК РФ документы, представляемые налогоплательщиком в инспекцию, должны быть достоверными, непротиворечивыми, содержащиеся в них сведения должны подтверждать реальность хозяйственной операции и иные обстоятельства, с которыми Кодекс связывает право налогоплательщика на налоговые вычеты.

В пунктах 1, 3 и 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных ст. 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственной операции, а также проявление налогоплательщиком должной степени осмотрительности при выборе контрагента.

Основанием доначисления НДС, соответствующих пени и штрафа в общей сумме 14 768 188,00 руб. явился вывод налогового органа о получении заявителем необоснованной налоговой выгоды в виде предъявления к вычету НДС в размере 8 965 370 рублей, в связи с нереальностью взаимоотношений в 2012-2013 гг. с контрагентом- ООО «Темп».

Как следует из материалов дела, ЗАО «Гулькевичский маслозавод» заключило с ООО «Темп» договор от 24.10.2011 № 20 на поставку молока с доставкой.

ЗАО «Гулькевичский маслозавод» приобрело молоко по указанному договору в 2012 на сумму 46 385 000 рублей (в том числе НДС 10 % - 4 216 818 руб.), в 2013 на сумму 52 549 439 рублей (в том числе НДС 10 % - 4 777 222 руб.).

В ходе проверки инспекцией установлено, что ООО «Темп» ИНН <***> относится к организации, имеющей критерии риска, характеризуется сменой юридического адреса.

ООО «Темп» с 10.02.2011 состояло на учете в МИФНС России № 12 по Краснодарскому краю. Руководителем и учредителем организации являлся ФИО7. ООО «Темп» 10.12.2014 прекратило деятельность в связи с реорганизацией в форме присоединения к ООО «Орфей» (через 2 месяца после регистрации самого ООО «Орфей» - 08.10.2014). Генеральный директор ООО «Орфей» - ФИО8 является генеральным директором еще в пяти организациях, четыре из которых также присоединились к ООО «Орфей». Основной вид деятельности -предоставление прочих услуг. Имущество и транспортные средства отсутствуют, сведения о доходах физических лиц не подавались.

В ходе проведения мероприятий налогового контроля в отношении ООО «Темп» установлено, что среднесписочная численность работников за период 2012-2013 гг. составляет 0 человек, справки по форме 2-НДФЛ не представлялись, сведения о заключении гражданско-правовых договоров также отсутствуют. Данная организация не имеет основных средств, движимого имущества, складских помещений.

В проверяемом периоде ООО «Темп» исчислены налоги в незначительных размерах, доля вычетов по НДС за период составила свыше 99 %, рентабельность сделки с ЗАО «ГМЗ» составила 1 %.

В подтверждение реальности проведенных хозяйственных операций общество представило в налоговый орган договор, счета-фактуры, товарные накладные, подписанные от лица руководителя ООО «Темп».

На основании результатов экспертизы (Акта экспертного исследования от 26.10.2015 № 2503/04-6/1.1) инспекция пришла к выводу, что документы (договор, счета-фактуры, накладные), выставленные в адрес ЗАО «ГМЗ» от имени ООО «Темп», законными представителями контрагента не подписывались, а подписаны другим лицом.

Кроме того, согласно проведенного 30.12.2014 допроса, руководитель ООО «Темп» ФИО7 указал на отсутствие документов, которые могли бы подтвердить, что перечисленные покупателем деньги были использованы на закупку молока, так как все документы ООО «Темп» переданы новому руководителю.

В ходе допроса руководителя ЗАО «ГМЗ» ФИО6 налоговым органом сделан вывод о том, что общество не смогло обосновать преимущества контрагента - ООО «Темп» с экономической точки зрения, при наличии такой же сырьевой базы в пределах своего и соседних районов, а также коммерческую привлекательность условий сделки с указанным контрагентом. Руководителем не были охарактеризованы деловая репутация, платежеспособность выбранного контрагента.

При анализе выписок банка инспекцией установлено, что фактически поставщиками молока ООО «Темп» были физические лица без НДС, а расчетные счета ООО «Темп» использовались для транзитного перечисления заявителем денежных средств на карточки физических лиц.

Кроме того, налоговый орган указал, что у ООО «Темп» отсутствуют платежи за коммунальные услуги, за аренду зданий, помещений, складских площадей, транспортных средств и другие платежи, свидетельствующие о ведении реальной хозяйственной деятельности.

При таких обстоятельствах, инспекция пришла к выводу о том, что в нарушение положений статей 169, 171, 172 НК РФ ЗАО «ГМЗ» неправомерно приняты к вычету суммы НДС по счетам-фактурам, выставленным ООО «Темп», оформление сделок с указанным контрагентом направлено на получение из бюджета возмещения НДС в результате завышения налоговых вычетов.

Инспекция пришла к выводу о применении заявителем схемы необоснованного возмещения НДС путем вовлечения в цепочку поставщика, предъявляющего НДС, при фактическом приобретении продукции у сельскохозяйственных производителей и физических лиц, не являющихся плательщиками НДС.

Изучив материалы дела, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что указанные доводы инспекции нельзя признать обоснованными в силу следующего.

Как следует из материалов дела, между ЗАО «ГМЗ» и ООО «Темп» (Поставщик) заключен Договор поставки сырья (сырое молоко) от 24.10.2011 № 20, в соответствии с которым поставщик обязуется поставить, а ЗАО «ГМЗ» принять и оплатить сырое молоко коровье - сырье в количестве, предусмотренном в спецификации, согласованной сторонами.

Согласно п. 2.5 Договора доставка молока осуществляется автотранспортом поставщика за счет ЗАО «ГМЗ» либо транспортом ЗАО «ГМЗ» за счет ЗАО «ГМЗ» в место нахождения ЗАО «ГМЗ». При доставке молока транспортом поставщика согласованная стоимость доставки входит в стоимость молока.

В протоколе согласования цены на поставляемое натуральное молоко от 15.02.2013 г. (приложение № 4 к Договору) сторонами определена стоимость за 1 кг молока.

Согласно представленным документам заявитель приобрел молоко по указанному договору в 2012 году на сумму 46 385 000 рублей, в 2013 году - на сумму 52 549 439 рублей.

Факт представления заявителем документов, подтверждающих поставку товара, налоговым органом не оспаривается.

Данные о приобретении молока отражены ЗАО «ГМЗ» в полном объеме в книгах покупок за период с 01.01.2012 по 31.12.2013 гг. (т. 6, л.д. 6-29).

Установлено, что для доставки молока налогоплательщик пользовался услугами привлеченной транспортной организации ООО «Молтранс».

Между ЗАО «ГМЗ» (заказчик) и ООО «Молтранс» (перевозчик) заключен договор на транспортное обслуживание от 01.01.2009 № 1, в соответствии с которым перевозчик обязуется за вознаграждение выполнить или организовать выполнение услуг, определенных договором, связанных с перевозкой груза: коровьего сырого, концентрированного или сгущенного цельного, концентрированного или сгущенного обезжиренного молока в пункты назначения, указанные заказчиком, в согласованные сторонами сроки по цене, определенной в протоколе согласования тарифов.

Приемный пункт, с которого осуществлялась поставка молока от ООО «Темп» в ЗАО «ГМЗ», - ст. Новопокровская.

Факт приема молока представителями общества подтверждается материалами дела, более того, в ходе выездной проверки факт перевозки молока с молокопунктов ООО «Темп» на молокопункт общества подтвержден свидетельскими показаниями водителей ООО «Молтранс» - ФИО9 (т. 6, л.д. 32-34), ФИО10 (т. 6, л.д. 44-46).

Качество поставляемого ООО «Темп» сырого молока и его соответствия подтверждено Справками о ветеринарно-санитарной безопасности сырого молока, поставляемого в ЗАО «Гулькевичский маслозавод» <...>, выданных ГБУ «Ветуправление Новопокровского района» ООО «Темп» в период с 01.01.2012 г. по 30.09.2013 г., на что указано в пояснительной записке ГБУ «Управление ветеринарии Новопокровского района» (исх. от 20.01.2016 № 0012/001) (т. 6, л.д. 83).

Контрагент ООО «Темп» в спорный период был надлежащим образом зарегистрирован в качестве юридического лица, сведения об организации и о ее руководителе ФИО11 были включены в доступный неограниченному кругу лиц Единый государственный реестр юридических лиц.

ЗАО «ГМЗ» при заключении договора на поставку молока проявило должную степень осмотрительности, получив от контрагента ООО «Темп» учредительные документы - свидетельства ОГРН, ИНН, образцы подписей, выписка из ЕГРЮЛ, бухгалтерская отчетность, справка о состоянии расчетов по налогам и сборам, налоговая декларация по НДС; Договор аренды здания (сооружения) от 01.11.2011 составленный между ООО «Темп» и ОАО «Кубань» на предмет взятия в аренду Молокоцеха.

Кроме того, ЗАО «ГМЗ» пояснило, что предварительно были проведены консультации относительно ООО «Темп» с представителями организаций, работающих в сфере переработки молока: с заместителем директора по заготовке ООО «Кропоткинский Молочный Комбинат» ФИО12, заместителем директора ЗАО «Сырокомбинат Тихорецкий» ФИО13, менеджером ООО «Белый Медведь» филиал № 1 ФИО14

ЗАО «ГМЗ» исходило из того, что ООО «Темп» являлся крупным сборщиком молока у мелких сельскохозяйственных производителей (физических лиц, колхозов) близлежащих районов, мог осуществлять поставки именно готового к переработке охлажденного молока до температуры +4, что соответствовало ГОСТ, в объеме не менее 15 000 литров в сутки. В этот период ООО «Темп» также осуществляло поставки молока на предприятия Краснодарского края и Республика Адыгея: ОАО «МК «Воронежский», ЗАО «Сыродельный комбинат «Ленинградский», ОАО «МЗ «Гиагинский».

Таким образом, на момент заключения договора у ЗАО «ГМЗ» отсутствовали основания для сомнений в отношении добросовестности и надежности контрагента ООО «Темп».

Доводы налогового органа об отсутствии у ООО «Темп» трудовых ресурсов для исполнения возложенных на него договорных обязательств, а также оборудования и транспортных средс

тв для осуществления поставки молока не могут быть приняты во внимание. У ООО «Темп» имелось оборудование для охлаждения молока, предприятию выдавались ветеринарные справки на поставляемое молоко, что без соответствующего оборудования и штата работников технически не возможно. Наличие штата работников, оборудования и транспортных средств также подтверждено материалами проверки, договором аренды Молокоприемника, показаниями работников ООО «Темп», в том числе водителей.

Доводы налогового органа об отсутствии у ООО «Темп» платежей за коммунальные услуги, аренду зданий, помещений, складских помещений, транспортных средств и иных платежей, свидетельствующих о ведении реальной хозяйственной деятельности, опровергаются имеющимися в материалах дела Договором аренды здания (сооружения) от 01.11.2011, заключенным с ОАО «Кубань», актом приема-передачи молокоцеха в аренду, актами об оказании услуг, актами оказания производственных услуг, платежными поручениями, карточками счета.

Доводы налогового органа относительно наличия у ООО «Темп» признаков недействующего юридического лица, «фирмы-однодневки», невозможности реального осуществления предпринимательской деятельности, подлежат отклонению.

Указанные доводы являлись предметом рассмотрения в рамках дела №А3229931/2016.

В соответствии с выводами, изложенных в судебных актах по делу № А3229931/2016, ООО «Темп» не обладало признаками фирмы-однодневки, не зарегистрировано по адресу массовой регистрации. ООО «Орфей», к которому присоединилось ООО «Темп», является действующей организацией, осуществляющей предпринимательскую деятельность. Обязанность налогоплательщика проверять своих контрагентов на предмет нахождения по месту регистрации, движения по расчетным счетам, выполнения ими обязательств перед бюджетом, подлинности подписей на первичных учетных документах и т.д. действующим законодательством не предусмотрена.

Указанные инспекцией в оспариваемом решении критерии недобросовестности контрагента ООО «Темп» не могли быть установлены доступными для общества способами, так как у общества отсутствует возможность по контролю за ведением сторонним юридическим лицом налогового учета и представлением иным юридическим лицом полной и своевременной отчетности.

Следует отметить, что сам по себе факт последующей реорганизация ООО «Темп» в ООО «Орфей» не свидетельствует о направленности действий на получение необоснованной налоговой выгоды

Доводы инспекции о том, что документы, представленные ЗАО «ГМЗ» в подтверждение реальности хозяйственных операций с ООО «Темп» (договор, счета-фактуры, товарные накладные), фактически не подписаны руководителем ООО «Темп», несостоятельны.

Суд первой инстанции верно указал, что Акт экспертного исследования от 26.10.2015 № 2503/046/1.1, не может являться допустимым доказательством.

Установлено, что заключение выполнено с отклонением от методики проведения экспертизы, поскольку экспертом не было исследовано достаточное количество образцов почерка.

Как следует из Акта экспертного исследования от 26.10.2015 № 2503/046/1.1, в распоряжение эксперта представлены следующие документы: копии счетов-фактур от 05.07.2012 № 128, от 15.07.2012 № 139, от 31.01.2012 № 3, товарной накладной от 05.02.2013 № 7, копия договора поставки сырья от 24.10.2011 № 20 с приложениями к нему, два сравнительных образца.

Между тем для решения судебно-почерковедческих задач представляются три вида образов почерка и подписи, что предусмотрено Методикой проведения почерковедческих экспертиз для экспертов, разработанной центром судебной экспертизы при Министерстве юстиции РФ.

Свободные образцы для экспертизы, выполненные предполагаемым исполнителем до совершения преступления и не в связи с ним. К таким образцам относятся: заявление о приеме на работу, объяснение, записи в личном листке по учету кадров, личная переписка и т.д. При выполнении этих документов лицо не только не знало, но и не могло предполагать, что они могут быть в дальнейшем использованы в качестве образцов почерка. Затем должны быть отобраны экспериментальные образцы, выполненные проверяемым лицом специально для экспертного исследования. Условно-свободные образцы, выполненные после возбуждения дела, но не специально для экспертизы (например, объяснение по делу, собственноручно написанные показания и другие документы).

Экспертом не исследовались свободные и экспериментальное образцы почерка, поскольку проверяющими не были получены такие образцы.

Достаточное количество образцов — это такой их объем, который обеспечил бы возможность полного и всестороннего сопоставления всех признаков, содержащихся в исследуемом тексте, подписи.

В соответствии с общей частью судебно-почерковедческой экспертизы:

количество свободных образцов почерка должно быть не менее чем в 10-15 различных документах;

количество условно-свободных образцов почерка зависит от количества проведенных процессуальных действий, также не менее чем в 10-15 различных документах;

количество экспериментальных образцов почерка отбираются в количестве не менее 12 листов; подписи не менее 30-40 (на отдельных листах по 5-6 подписей на каждом).

Представленных образцов было недостаточно.

Согласно заключению, «при сравнении подписей с представленными образцами почерка и подписи ФИО7 не было установлено совокупности совпадающих или различающихся признаков в объеме, достаточном для определенного (положительного или отрицательного) вывода. Это связано с малым количеством представленного сравнительного материала (представлены только два образца подписи ФИО7), а комплекс признаков, выявленных в результате сравнения с подписями ФИО7...оказался недостаточным для определенного вывода» (т.5, л.д. 16).

Таким образом, однозначных выводов о подписании спорных документов неуполномоченным лицом в Акте экспертного исследования не содержится.

Более того, как в представленном Акте экспертного исследования от 26.10.2015 № 2503/04-6/1.1, так и в предшествующих ему документах, отсутствуют сведения о предупреждении ФИО15, проводившей экспертное исследование, об ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Доводы жалобы о том, что НК РФ не содержит правила о том, что эксперт должен быть предупрежден об ответственности за отказ от дачи заключения или за дачу заведомо ложного заключения, не могут быть приняты во внимание.

Согласно ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в акте экспертизы должно быть указано о предупреждении эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, доводы инспекции о подписании документов, представленных ЗАО «ГМЗ» в подтверждение реальности хозяйственных операций с ООО «Темп», неуполномоченным лицом, отклоняются как необоснованные.

Ссылки инспекции на то, что физические лица - поставщики молока ООО «Темп» не числились сотрудниками ООО «Темп», не смогли документально подтвердить, что перечисленные в их адрес денежные средства были потрачены по назначению, не свидетельствуют о нереальности хозяйственных операций между ООО «Темп» и ЗАО «ГМЗ».

Согласно постановлению Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», налоговая выгода может быть признана необоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 25.07.2001 N 138-0 разъяснено, что по смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков.

Налогоплательщики обязаны в полном объеме исполнять свои обязанности по правильному исчислению, удержанию, полному и своевременному перечислению в бюджет законно установленных налогов и сборов, а также по соблюдению необходимых условий предоставления налоговых льгот. Недобросовестные лица, стремящиеся уклониться от выполнения своих налоговых обязанностей, возложенных на них законом, не могут пользоваться теми же правовыми режимами, что и законопослушные налогоплательщики. Нарушение этими лицами требований закона предполагает возложение на них неблагоприятных последствий такого неправомерного поведения.

Согласно постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

При недоказанности факта реального выполнения хозяйственных операций в применении налогового вычета по налогу на добавленную стоимость может быть отказано при условии, если налоговым органом будет доказано, что общество действовало без должной осмотрительности и, исходя из условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующей сделки, знало или должно было знать об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду их подписания лицом, не являющимся руководителем контрагента, или о том, что контрагентом по договору является лицо, не осуществляющее реальной предпринимательской деятельности и не декларирующее свои налоговые обязанности по сделкам, оформляемым от его имени.

В Письме ФНС России от 23.03.2017 N ЕД-5-9/547@ «О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выгоды» отмечено следующее:

Налоговым органам следует исходить из того, что об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операции с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг).

При отсутствии доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговым органам необходимо исследовать и доказывать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагента и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика (по первому звену).

Налоговым органам особое внимание необходимо уделять оценке достаточности и разумности принятых налогоплательщиком мер по проверке контрагента.

В целях оценки действий налогоплательщика необходимо оценивать обоснованность выбора контрагента проверяемым налогоплательщиком, исследовать вопросы, отличался ли выбор контрагента от условий делового оборота или установленной самим налогоплательщиком практики осуществления выбора контрагентов, каким образом оценивались условия сделки и их коммерческая привлекательность, деловая репутация, платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта, заключались ли налогоплательщиком сделки преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязательств.

Налоговым органам необходимо обращать внимание на следующее: отсутствие личных контактов руководства (уполномоченных должностных лиц) компании - поставщика (подрядчика) и руководства (уполномоченных должностных лиц) компании покупателя (заказчика) при обсуждении условий поставок, а также при подписании договоров; отсутствие документального подтверждения полномочий руководителя компании - контрагента, копий документа, удостоверяющего его личность; отсутствие информации о фактическом местонахождении контрагента, а также о местонахождении складских и (или) производственных и (или) торговых площадей; отсутствие информации о способе получения сведений о контрагенте (отсутствуют реклама в средствах массовой информации, рекомендации партнеров или других лиц, сайт контрагента и т.п. При этом следует принимать во внимание наличие доступной информации о других участниках рынка (в том числе производителях) идентичных (аналогичных) товаров (работ, услуг), в том числе предлагающих свои товары (работы, услуги) по более низким ценам; отсутствие у налогоплательщика информации о государственной регистрации контрагента в ЕГРЮЛ; отсутствие у налогоплательщика информации о наличии у контрагента необходимой лицензии, если сделка заключается в рамках лицензируемой деятельности, а равно - свидетельства о допуске к определенному виду или видам работ, выданного саморегулируемой организацией.

Необходимо запрашивать у налогоплательщика документы и информацию относительно действий налогоплательщика при осуществлении выбора контрагента: документы, фиксирующие результаты поиска, мониторинга и отбор контрагента; источник информации о контрагенте (сайт, рекламные материалы, предложение к сотрудничеству, информация о ранее выполняемых работах контрагента); результаты мониторинга рынка соответствующих товаров (работ, услуг), изучения и оценки потенциальных контрагентов; документально оформленное обоснование выбора конкретного контрагента (закрепленный порядок контроля за отбором и оценкой рисков, порядок проведения тендера и др.); деловую переписку.

Как следует из материалов дела, ЗАО «ГМЗ» при заключении договора на поставку молока с ООО «Темп» проявило должную степень осмотрительности.

Материалами данного дела подтверждается, что налогоплательщиком соблюдены все условия получения налоговых вычетов, подтверждена реальностью хозяйственных операций между обществом и его контрагентом.

Реальность хозяйственных операций инспекцией не опровергнута, доказательств, свидетельствующих о том, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на получение налоговой выгоды, имели целью создание формального документооборота в отсутствие намерений осуществить реальную предпринимательскую деятельности, не представлено.

Инспекция не доказал факт закупки обществом молока непосредственно у физических лиц, не подтвердила наличие у общества персонала для такой закупки и необходимого транспорта для сбора и перевозки молока.

Выбор заявителем контрагента ООО «Темп» был обусловлен экономической целесообразностью и разумностью действий, которые заключались в бесперебойном получении сырья - коровьего молока, охлажденного и прошедшего первичную обработку, соответствующего требованиям ГОСТ Р5205-2003 и Технического регламента, для производства и выпуска готовой молочной продукции.

Налоговым органом не представлено в материалы дела доказательств неполноты, недостоверности, противоречивости сведений, содержащихся в представленных налогоплательщиком документах.

Довод инспекции о том, что доля налоговых вычетов ООО «Темп» по НДС составляла 99 %, не может являться основанием для возложения негативных последствий на покупателя товара.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017), факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что у налогового органа отсутствовали основания для отказа обществу в применении налоговых вычетов по НДС.

Аналогичные выводы сделаны в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.05.2017 по делу N А32-29931/2015 и постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 21.11.2017 N по делу N А5332885/2016.

Суд первой инстанции правильно признал незаконным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Краснодарскому краю от 19.02.2016 г. № 2 о привлечении закрытого акционерного общества «Гулькевичский маслозавод» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в части привлечения к ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 122 части первой НК РФ, в виде штрафа в сумме 3 586 148 рублей, доначисления НДС в сумме 8 965 370 рублей, начисления пени в сумме 2 216 670 рублей.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.07.2017 по делу № А32-21085/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева

СудьиА.Н. Герасименко

А.Н. Стрекачёв