Решение от 21 августа 2025 г. по делу № А45-35027/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

город Новосибирск дело № А45-35027/2023

резолютивная часть решения объявлена 11 августа 2025 года

решение в полном объеме изготовлено 22 августа 2025 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Айдаровой А.И., при ведении протокола судебного онлайн-заседания помощником судьи Клименко А.А., рассматривает в судебном заседании в помещении арбитражного суда по адресу: 630102, <...>, зал № 622, дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «АгроПромСнаб», г. Барнаул,

к 1) ФИО1, <...>) ФИО2, г. Новосибирск,

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, 1) Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по <...>) ФИО3, 3) финансового управляющего ФИО3 – ФИО4,

о взыскании задолженности в размере 171 761 рублей 87 копеек в порядке привлечения к субсидиарной ответственности,

при участии в судебном заседании представителей:

истца (онлайн) - ФИО5, доверенность от 25.12.2024, диплом, паспорт,

ответчиков - 1) не явился, извещен, 2) ФИО6, нотариальная доверенность № 54АА5478805 от 30.07.2025, диплом, паспорт,

третьих лиц - не явились, извещены,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «АгроПромСнаб», г. Барнаул, далее – истец, обратилось с иском к 1) ФИО1, <...>) ФИО2, г. Новосибирск, (далее – ответчики) о взыскании задолженности в размере 171 761 рублей 87 копеек в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

Дело рассматривается в отсутствие третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, 1) Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по <...>) ФИО3, 3) финансового управляющего ФИО3 – ФИО4, в порядке положений пункта 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Решением от 20.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Айдарова А.И.) в удовлетворении исковых требований к ФИО2 отказано, в отношении ФИО1 производство по делу прекращено.

Суд первой инстанции установил, что на момент исключения общества из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) один из участников общества и его генеральный директор ФИО1 умер, исходя из того, что сведения о выводе денежных средств общества на ФИО2 или ФИО1 отсутствуют, доказательств того, что ФИО1 был номинальным директором общества и был подконтролен ФИО2, не представлено, так же как и не доказана недобросовестность действий ФИО1, ФИО2, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в отношении ФИО2 и прекращении производства по делу в отношении ФИО1

ООО "АгроПромСнаб" обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда первой инстанции отменить, удовлетворить иск к ФИО2 в полном объеме, взыскав с него 171 761 руб. 87 коп.

Постановлением от 25.08.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение от 20.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области отменено в обжалуемой части, принят новый судебный акт. С ФИО2 в пользу ООО "АгроПромСнаб" в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взыскано 171 761 руб. 87 коп., а также государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 руб., всего 174 761 руб. 87 коп. В остальной части решение оставлено без изменения.

ФИО7, полагая вынесенное постановление апелляционного суда незаконным и необоснованным, обратился с кассационной жалобой, которая была удовлетворена судом кассационной инстанции.

Постановлением Арбитражного Суда Западно-Сибирского округа от 9 апреля 2025 г. решение от 20.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 25.08.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу N А45-35027/2023 отменены, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду следует устранить отмеченные недостатки, обеспечить надлежащее извещение участвующих в деле лиц о судебном разбирательстве, проверить доводы истца и возражения ФИО2 относительно наличия оснований для привлечения последнего к субсидиарной ответственности, правильно распределить бремя доказывания, оказав, при необходимости, содействие сторонам спора в истребовании доказательств, имеющих отношение к финансово-хозяйственной деятельности общества (статья 66 АПК РФ), учесть статьи 418, 1112, 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" при рассмотрении требований к ФИО1, и, правильно применив нормы материального и процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт.

При новом рассмотрении спора ответчик ФИО2 в отзыве на иск просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Рассмотрев исковое заявление, суд пришел к следующему выводу.

Из материалов дела следует, что между ООО "АгроПромСнаб" (поставщиком) и ООО "Перспектива+" (покупателем) заключен договор поставки от 03.08.2020 N АПС00000763, в соответствии с которым поставщик поставлял покупателю продукцию, а покупатель обязался ее принять и оплатить. Обязанность по оплате возникла 24.11.2020.

Ввиду непогашения долга покупателем по оплате товара в добровольном порядке кредитор был вынужден обратиться в суд.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 05.04.2021 по делу N А03-1608/2021 с ООО "Перспектива+" в пользу ООО "АгроПромСнаб" взыскана задолженность в размере 35 924 руб. 55 коп., в том числе 25 845 руб. основного долга и 10 079 руб. 55 коп. неустойка за период с 24.11.2020 по 09.02.2021, 5 000 руб. судебных издержек по оплате юридических услуг, а также 2 000 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины. Суд также взыскал с ООО "Перспектива+" в пользу общества с ограниченной ответственностью "АгроПромСнаб" неустойку с 10.02.2020 по день фактического исполнения денежного обязательства в размере 0,5% от неоплаченной суммы основного долга за каждый день просрочки. После вступления решения в законную силу для принудительного исполнения судом выдан исполнительный лист, который был предъявлен взыскателем в ОСП Первомайского района.

Исполнительное производство N 19188/21/54008-ИП возбуждено 28.04.2021.

Все исполнительные производства оканчивались на основании п. 3 ст. 46 Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" ввиду невозможности установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях, за исключением случаев, когда настоящим Федеральным законом предусмотрен розыск должника или его имущества; отыскания должника, отсутствия активов и невозможности взыскания.

Задолженность по решению не погашена до настоящего времени даже частично.

Из сведений из ЕГРЮЛ истцу стало известно, что 03.11.2023 ООО "Перспектива+" было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо ввиду наличия сведений о недостоверности. Исходя из сведений, отраженных в ЕГРЮЛ, директорами и участниками ООО "Перспектива+" в разное время были - с 29.10.2019 по 16.04.2021 - 100% участник и директор ФИО2; - с 16.04.2021 - директор ФИО1; - с 16.04.2021 по 11.05.2021 - 33,33% доли у ФИО1, 66,67% у ФИО2; - с 11.05.2021 - ФИО2 выходит из общества, его доля 66,67% принадлежит обществу.

Какое-либо имущество, принадлежащее обществу, отсутствует; все исполнительные производства были окончены невозможностью взыскания в 2021-2022 г.; компания исключена из ЕГРЮЛ 03.11.2023; отчетность последний раз подавалась за 2020 г.; счета были заблокированы по требованиям ФНС с 28.09.2021.

Таким образом, по мнению истца, очевидно, что компанию "бросили" с долгами, что является недобросовестными действиями контролирующих общество лиц, в связи с чем, истец обратился с настоящим иском о взыскании с указанных лиц убытков в порядке положений п. 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Размер задолженности ответчика перед истцом составляет: - сумма основного долга 25 845 руб. - неустойка за период 24.11.2020-09.02.2021 - 10 079,55 руб. - неустойка за период 10.02.2021-03.11.2023 (25845 * 997 * 0,5%) - 128 837,32 руб. - судебные расходы 7 000 руб., а всего на сумму 171 761, 87 рублей.

ФИО1 на момент исключения общества из ЕГРЮЛ умер, что подтверждается сведениям из Управления ЗАГС Кузбасс, свидетельство о смерти от 04.04.2022 серия <...>.

Согласно статье 418 ГК РФ обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

В силу статьи 1112, 1175 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами.

Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами.

Наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323).

Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Наследник, принявший наследство в порядке наследственной трансмиссии (статья 1156), отвечает в пределах стоимости этого наследственного имущества по долгам наследодателя, которому это имущество принадлежало, и не отвечает этим имуществом по долгам наследника, от которого к нему перешло право на принятие наследства.

Кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований. До принятия наследства требования кредиторов могут быть предъявлены к наследственному имуществу, в целях сохранения которого к участию в деле привлекается исполнитель завещания или нотариус. В последнем случае суд приостанавливает рассмотрение дела до принятия наследства наследниками или перехода выморочного имущества в соответствии со статьей 1151 настоящего Кодекса к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации или муниципальному образованию.

В силу пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также если их переход в порядке наследования не допускается ГК РФ или другими федеральными законами (статья 418, часть вторая статьи 1112 ГК РФ). В частности, в состав наследства не входят: право на алименты и алиментные обязательства (раздел V Семейного кодекса Российской Федерации, далее - СК РФ), права и обязанности, возникшие из договоров безвозмездного пользования (статья 701 ГК РФ), поручения (пункт 1 статьи 977 ГК РФ), комиссии (часть первая статьи 1002 ГК РФ), агентского договора (статья 1010 ГК РФ).

Следовательно, по общему правилу, кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО1 на момент исключения общества из ЕГРЮЛ умер, что подтверждается сведениям из Управления ЗАГС Кузбасс, свидетельство о смерти от 04.04.2022 серия <...> (данные сведения содержатся в ответе Управления ЗАГС в ответ на запрос суда).

Наследников у ФИО1 или иного наследственного имущества не имеется, согласно сведениям с сайта Федеральной нотариальной палаты наследственного дела в отношении наследства ФИО1 не имеется. Следовательно, имеются основания для прекращения обязательства в связи со смертью должника, поскольку наследников ФИО1 при рассмотрении дела не установлено, а значит и для прекращения производства по делу в отношении данного ответчика.

Как следует из пунктов 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10 и статья 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление N 53).

Следовательно, если неспособность удовлетворить требования кредитора подконтрольного юридического лица спровоцирована реализацией воли контролирующих это юридическое лицо лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, то участники корпорации и иные контролирующие лица в исключительных случаях могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", далее - Закон о банкротстве), в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве.

Исключение общества с ограниченной ответственностью из реестра как недействующего в связи с тем, что в ЕГРЮЛ имеются сведения, в отношении которых внесена запись об их недостоверности (подпункт "б" пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"), не препятствует привлечению контролирующего лица этого общества к ответственности за вред, причиненный кредиторам, хотя и не является прямым основанием наступления этой ответственности (пункт 3 статьи 64.2 ГК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества может быть возложена на контролировавших его лиц, если неисполнение обязательств таким обществом обусловлено их недобросовестными или неразумными действиями (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Доказывание того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощено законодателем для истцов посредством введения опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов.

Так, в частности, отсутствие у юридического лица документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью, закон связывает с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими неправомерными действиями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. В силу этого и в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующие должника лица за такое поведение несут ответственность перед кредиторами должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего ("брошенный бизнес"). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 N 305-ЭС23-29091).

Кроме того, закон не только дает право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах (статья 2, часть 1 статьи 30, часть 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации, статьи 50.1, 51 ГК РФ, статьи 11, 13 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но и обязывает впоследствии ликвидировать созданное юридическое лицо в установленном порядке, гарантирующем, помимо прочего, соблюдение прав кредиторов этого юридического лица (статьи 61 - 64.1 ГК РФ, статья 57 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Во всяком случае, правопорядок не поощряет "брошенный бизнес", а добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать принципу "закончил бизнес - убери за собой".

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и могут его ограничить по своему усмотрению.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не предоставляющего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие или искажение этих документов. Привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо может опровергнуть презумпцию и доказать иное, представив свои документы и объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов, насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления N 53).

При рассмотрении настоящего дела общество исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, имело перед заявителем непогашенную и бесспорную (подтвержденную судебным актом) задолженность, однако несмотря на это ФИО2 не только не принял никаких мер для погашения задолженности, но и своим бездействием фактически бросил подконтрольное общество с долгами и способствовал его исключению из ЕГРЮЛ.

ФИО2 не представил в суд никаких документов, характеризовавших финансово-хозяйственную деятельность общества, не дал объяснений о причинах, по которому долг общества не был уплачен.

Наличие у ликвидированного общества непогашенной задолженности само по себе не является бесспорным доказательством вины его руководителя (участника) в неуплате обществом долга и не может свидетельствовать о недобросовестном или неразумном поведении руководителя, повлекшем неуплату этого долга (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180).

Однако добросовестный руководитель общества обязан действовать в интересах контролируемого им юридического лица и его кредиторов, в том числе формировать и сохранять информацию о хозяйственной деятельности должника; раскрывать ее при предъявлении требований как к подконтрольному обществу, так и лично к контролирующему лицу; давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности.

Однако вопреки этому ФИО2 не предпринял никаких мер ни по погашению задолженности перед кредиторами, ни по оправданию неуплаты долга объективными и случайными обстоятельствами. Такое его поведение не является ни добросовестным, ни разумным. Оно препятствует установлению причин, по которым общество не оплатило долг, и косвенно подтверждает предположение истца о том, что ФИО2 намеренно не рассчитался по долгам, а ФИО1 являлся номинальным директором, поскольку после мая 2021 года и выхода из общества ФИО2 деятельность общества не велась, в последней поданной ФИО8 24.03.2021 отчетности за 2020 год отражена кредиторская задолженность на 62 млн. руб.

При этом ФИО2 вышел из общества, когда спорная задолженность была просужена, однако меры какие-либо по погашению задолженности ФИО2 предприняты не были, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что предположение истца о том, что осуществление расчета с кредитором стало невозможным по вине контролирующего лица, считается доказанным.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (Определения от 13.03.2018 N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29.09.2020 N 2128-О).

Между тем, ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц; при этом суду необходимо установить наличие причинно-следственной связи между действиями такого руководителя и невозможностью исполнения в будущем обязательства перед контрагентом; одного лишь сомнения в добросовестности действий руководителя недостаточно для применения субсидиарной ответственности, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Как следует из материалов дела бездействие участников общества, повлекшее исключение ООО "Перспектива +" из ЕГРЮЛ, лишили истца возможности взыскать задолженность с должника в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества - возможности участвовать в деле о банкротстве.

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота.

Ответчиком ФИО2 не представлено доказательств, опровергающих доводов кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, отсутствия своей вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства (пункт 2 статьи 401 ГК РФ), а также доказательств своего правомерного поведения.

Вместе с тем, уважительных причин и доказательств, свидетельствующих о принятии мер против исключения общества из ЕГРЮЛ, ответчиком не приведено, доказательств добросовестного поведения ответчика в обоснование длительного его бездействия при наличии сведений о непогашенной задолженности перед истцом не представлено.

Ответчик в отзыве на иск ссылается на то, что как и ФИО1, являлся подставным лицом на должности руководителя. Теневым директором ООО «Перспектива+» являлся ФИО3. Именно он, будучи мужем матери ФИО2, уговорил молодого человека открыть это юрлицо, по причине того, что сам ФИО3 был внесен в соответствующий реестр и не мог больше занимать эту должность на законных основаниях.

На протяжении всей своей предпринимательской деятельности (производство ПЕЭ (полиэтиленовых) бутылок и оказания услуг по грузоперевозкам) он занимался обналичиванием денежных средств и после того, как налоговая инспекция начинала проявлять интерес к его незаконной деятельности, а банки начинали блокировать все расчетные счета, он находил подставных лиц, на которых переписывал ООО. До открытия сыном супруги ФИО3 - ФИО2 ООО «Перспектива+», на ФИО3 уже было два юрлица: ООО «ПЭТ-ТЕХ» и ООО «АПЭТ-ТЕХ».

Весной 2019 года, ФНС начала проверку ООО «АПЭТ-ТЕХ», ФИО3 больше нельзя было регистрировать на себя ООО и ему понадобились подставные лица. По просьбе ФИО3, Ответчик и открыл «ООО «Песпектива+» ИНН <***>, будучи трудоустроенным в сети розничной торговли «Ярче!» продавцом. Основной вид деятельности ООО «Перспектива+» - производство пластмассовых изделий для упаковывания товаров, вспомогательные виды деятельности - производство прочих пластмассовых изделий, деятельность вспомогательная, прочая, связанная с перевозками, предоставление услуг по перевозкам и другие.

ООО «Перспектива+» исключено из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности с 03 ноября 2023 года.

Все это подтверждает, что ответчик не являлся действительным руководителем ООО и в силу своей профессиональной направленности не мог руководить подобным предприятием, а являлся лишь номинальным директором ООО «Перспектива+».

Привеченный к участию в деле ФИО3 отзыва или возражений против доводов ответчика не представил.

Допрошенные по ходатайству ответчика свидетели, пояснили следующее. Свидетель ФИО9 пояснил, что имел взаимоотношения от ООО «ТулзСервис» с ООО «Перстпектива +» с 2017 года по 2022 гг., оказывались транспортные услуги, ФИО3 оппозиционировал себя как представитель общества, с ним договаривались обо всем, у свидетеля имелось 2 телефона от ООО «Перспектива +», в том числе телефон ФИО3 Свидетелю известно, что ФИО10 является родственником ФИО3

Свидетель ФИО11 пояснила, что до 2021 года работала в «Дорогинском кирпиче», кирпич реализовали через ООО «Перспектива +», директор компании «Дорогинский кирпич» представляло ФИО3 как директора ООО «Перспектива+». ФИО10 не знала и не видела.

Финансовый управляющий ФИО4 (должника ФИО3) предоставила отзыв от 05.08.2025, согласно которому в процедуре банкротства ФИО3 не было установлено, что ФИО3 являлся теневым бенефициаром фирмы ООО «Перспектива+». У него были иные компании, но отношения к ООО «Перспектива +» он не имел. ФИО3 не был в числе дисквалицированных лиц, которым нельзя было быть участником либо директором обществ.

ФИО2 в отзыве указывает, что якобы ФИО3 не мог быть сам директором и участником, поэтому и попросил ФИО2 быть таковым. Однако, согласно сайта ФНС РФ ФИО3 не являлся дисквалифицированным лицом, а также в тот же период времени был участником и директором других юридических лиц.

Кроме того, исходя из полученных судом банковских выписок по расчетным счетам ООО «Перспектива+» следует, что с расчетного счета № <***> в Альфа-банке ФИО2 за период с 24.11.2020 (дата возникновения долга у ООО «Перспектива+» перед истцом) по 17.02.2021 перечислил в свою пользу 4 254 826, 26 руб. (при сумме основного долга перед истцом в размере 25 845 руб.).Таким образом, ФИО2 не только выводил деньги на свой расчетный счет, как индивидуального предпринимателя, но и оплачивал личную ипотеку, оплачивал личные страховые полисы.

Указанные операции, подтверждают, что ФИО2 был реальным директором, а не номинальным, и был значительным выгодоприобретателем от вывода денежных средств с «ООО Перспектива+» через его личные расчетные счета.

Доказательств перечисления денежных средств с расчетного счета ООО «Перспектива+» в пользу ФИО3 не имеется.

В связи с чем, исходя из обстоятельств дела, суд приходит к выводу о возможности привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, а внутрисемейные отношения не имеют отношения к кредитору, чья недобросовестность при рассмотрении спора в отношении должников не установлена.

Поскольку фактически решение суда исполнено ФИО2 после первоначального рассмотрения дела, судебными приставами-исполнителями окончено исполнительное производство, следовательно, исполнительный лист на принудительное исполнение решения суда выдавать не требуется.

Также ответчиком было заявлено о пропуске срока исковой давности.

Проверив заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Согласно п. 1. ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что ООО «Перспектива+» года исключено из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" 03.11.2023 года.

Суд полагает, что возможность привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего лица возникает не в момент возникновения у общества обязанности по исполнению обязательства по оплате долга, а в момент исключения общества из реестра юридических лиц, когда кредитор лишается возможности получить встречное предоставление с должника за оказанные услуги, поставленные товары.

Истец обратился с иском в суд 24.11.2023 года, то есть в пределах срока исковой давности. Следовательно, срок исковой давности для защиты нарушенного права истцом не пропущен.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180-182, 318, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать в пользу общества с ограниченной ответственностью «АгроПромСнаб», г. Барнаул, с ФИО2, г. Новосибирск, в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 171 761 рублей 87 копеек убытков, 4 635- рублей 24 копеек судебных расходов по уплате государственной пошлины, 3 000-00 рублей судебных расходов по апелляционной жалобе.

Исполнительный лист на взыскание 174 761 рубля 87 копеек (171 761 руб. и 3 000 руб.) не выдавать в связи с исполнением.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья А.И. Айдарова