Решение от 25 октября 2017 г. по делу № А65-11555/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-11555/2017

Дата принятия решения – 26 октября 2017 года.

Дата объявления резолютивной части – 19 октября 2017 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе: судьи Э.Г.Мубаракшиной,

при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Дезинфекционная станция», Зеленодольский р-н, г.Зеленодольск, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице ФИО6 Разили Рамилевны к ФИО2, г. Зеленодольск, о взыскании 12 442 978 рублей 01 копеек убытков,

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – Общества с ограниченной ответственностью «Проект» (1156733005714, ИНН <***>), Общества с ограниченной ответственностью «Радуга» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

с участием:

от истца – ФИО3, доверенность от 07.04.2017, ФИО4, доверенность от 15.07.2016,

от ответчика – ФИО5, доверенность от 13.10.2016,

от третьих лиц – не явились, извещены,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ФИО2, (далее – ответчик) о взыскании 12 442 978 рублей 01 копеек убытков.

Третьи лица не явились, извещены надлежащим образом.

Дело в порядке статьи 156 АПК РФ рассмотрено в их отсутствие.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.05.2017 в порядке статьи 51 АПК РФ привлечено третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО7.

В суд поступили от налоговой инспекции налоговая декларация за 2012-2013 годы и бухгалтерская отчетность за 2013 год.

В ходе судебного заседания от 19.07.2017 ответчиком заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу до завершения процедуры банкротства в отношении ФИО7 по делу №А65-4108/2017 в силу следующего.

Требования истца мотивированы, в том числе тем, что ФИО2 действуя от имени Общества, заключала договоры займа с ФИО7 без одобрения общим собранием участников Общества.

Решениями Зеленодольского городского суда Республики Татарстан в пользу Общества удовлетворены требования о взыскании задолженности с ФИО7

В последующем, решением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-4108/2017 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина на срок 6 месяцев до 19.10.2017.

Обществом направлено заявление о включении в реестр требований кредиторов, в связи с чем, удовлетворение требований кредитора в рамках дела о банкротстве исключит удовлетворение требований по настоящему делу.

Представители истца возражают против удовлетворения данного ходатайства.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Тот факт, что судом принято к рассмотрению требование Общества о включение в реестр требований кредиторов ФИО7, сам по себе не свидетельствует о необходимости приостановления производства по делу, поскольку в настоящем деле рассматривается корпоративный спор между директором и участником Общества, ФИО7 же привлечен к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, стороной спорных правоотношений не является и отказ в удовлетворении ходатайства не может привести к противоречию судебных актов.

Учитывая вышеизложенное, судом в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по делу отказано.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.09.2017 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ООО «Проект» (1156733005714, ИНН <***>), ООО «Радуга» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Из Управления МВД РФ по городу Казани поступил ответ от 05.10.2017 №228254, согласно которому 16.05.2013 автомобиль Mercedes – Benz ML 350 4MATIC, номер VIN <***> зарегистрирован за ФИО8

В связи с изменением фамилии 23.06.2015 была произведена перерегистрация за ФИО2

С 22.04.2017 указанный автомобиль зарегистрирован за ФИО9

Дополнительно представлены копии договора купли-продажи автомобиля №205 от 24.04.2013, акт приема-передачи к указанному автомобилю, которые послужили основанием для проведения регистрационных действий.

От третьего лица ООО «Проект» представлен отзыв, согласно которому не располагает сведениями относительно рассматриваемого спора, предоставить информацию относительно сделки купли-продажи автомобиля не представляется возможным.

Ответчик возражает против удовлетворения исковых требований, указав, что истцом пропущен срок исковой давности.

Возражая против заявления о пропуске исковой давности истцом указано, что истец имел реальную возможность узнать о совершении сделок и платежей по не позднее следующих дат: выбытие автомобиля 24.04.2014- 30.04.2013 (дата проведения общего собрания участников Общества по итогам 2013 финансового года), аналогичная ситуация по договорам займа с ФИО7 от 20.05.2013, от 15.08.2013, 15.11.2013, а также по авансовым отчетам за период с 31.07.2013 по 31.07.2016. В части требования убытков по договору займа от 16.01.2012, от 17.07.2012, 02.08.2012 срок исковой давности начал течь после получения истцом выписки из банка от ФИО4

Исковое заявление подано до истечения трехлетнего срока 03.05.2017.

Ответчиком представлен отзыв, согласно которому истец ФИО10 является близким родственником ее представителю ФИО4

ФИО2 и ФИО4 по отношению друг к другу являются бывшими супругами, совместное хозяйство перестали вести в ноябре 2015 года, данное обстоятельство подтверждается пояснениями ФИО4 в Постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 17.03.2017.

Кроме того, в конце августа 2016 года ФИО2 узнала о том, что в ЕГРЮЛ была внесена запись о прекращении ее полномочий в качестве исполнительного органа Общества и 23.08.2016 в ЕГРЮЛ была внесена запись №7161690120002, согласно которой полномочия директора были возложены на ФИО4

Основанием для внесения вышеуказанных изменений являлся протокол общего собрания участников Общества №9 от 16.08.2016.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-22007/2016 указанное решение было признано недействительным.

В последующем, 14.03.2017 ФИО2 прибыла в офис Общества с целью дальнейшего управления Обществом.

На требование ФИО2 о передаче ей документов и имущества ФИО4 отказал.

Указанное выше, послужило основанием для обращения с иском в суд к ФИО4 об истребовании документов Общества.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.09.2017 по делу №А65-19532/2017 исковые требования удовлетворены, решение не вступило в законную силу.

Ответчик полагает, что ФИО4 намеренно удерживаются документы Общества.

У ответчика отсутствуют первичные бухгалтерские документы.

По эпизоду о взыскании денежных средств по авансовым отчетам бухгалтерские документы предоставляются истцом выборочно, намеренно вводя суд в заблуждение.

Позиция истца о том, что ФИО2 отчитывалась не по всем денежным средствам, не соответствует действительности и опровергается материалами дела, так как самим истцом из авансовых отчетов видно, что к каждому из них представлены оправдательные документы, которые должны быть сшиты с авансовым отчетом. Однако, перечень оправдательных документов приобщен к материалам дела истцом, а сами документы скрыты.

Возражая против иска, ответчик просит применить статью 10 ГК РФ в отношении истца.

Также ответчиком указано, что для того, чтобы была доказана сумма расходов по авансовым отчета, необходимо предоставить не только авансовый отчет, но и первичные документы, которые к нему прилагаются (товарные чеки, накладные, кассовые чеки)

Суммы, которые вносятся в кассу подотчетным лицом, в авансовом отчете не отражаются отдельными строками, на эти суммы, уменьшается начальный остаток авансового отчета, или увеличивается начальная сумма перерасхода. Эти суммы отражаются в оборотах счета 71.

Им отмечено, что смена фамилии сотрудника, то программа 1С устроена так, что при смене фамилии сотрудника – не меняется сразу во всех документах и предыдущих в том числе. В карточке сотрудника остается история, где можно отследить смену фамилии.

Истец исковые требования поддерживает в полном объеме, указав, что ссылки ответчика о расходовании средств на нужды общества является несостоятельной, поскольку документально не подтверждены, их обоснованность не может быть установлена из иных доказательств, представленных в дело, не имеется документов, свидетельствующих о расходовании ответчиком полученных средств на хозяйственную деятельность общества. оправдательных документов и авансовых отчетов, относительно потраченных средств в заявленном размере от ответчика не поступило.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы сторон, суд считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований в силу следующего.

23.12.2002 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись об обществе с ограниченной ответственностью «Дезинфекционная станция».

Участниками Общества являются ФИО6 – 50% доли, ФИО2 – 50% доли.

ФИО2 с 2005 года исполняла обязанности единоличного исполняющего органа ООО «Дезинфекционная станция».

В последующем, протоколом №9 общего собрания участников Общества от 16.08.2016, который решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.12.2016 по делу №А65-22007/2016 был признан недействительным, на должность директора был назначен ФИО4

После вступления указанного решения в законную силу ФИО2 была восстановлена на должность директора Общества «Дезинфекционная станция».

Заявляя настоящие требования, истцом указано, что в период исполнения полномочий директора ФИО2 совершила следующие сделки.

Договор купли-продажи автомобиля №205 от 24.04.2013, согласно которому Общество «ТрансКомСервис» продал ФИО2 автомобиль Mercedes – Benz ML 350 4MATIC, номер VIN <***>, который был передан по акту приема-передачи от 24.04.2013.

В подтверждение приобретения автомобиля истцом представлена копия товарной накладной №1237 (поставщик Общество «Альянс-Авто Трейд»), в которой отсутствуют реквизиты Общества, а именно подпись и оттиск печати.

Также представлено платежное поручение №200 от 23.04.2013 на сумму 2 890 000 рублей по перечислению денежных средств Обществу «Альянс-Авто Трейд».

Полагая, что ФИО2 вывела из Общества имущество в виде автомобиля, просит взыскать с нее убытки в размере 2 890 000 рублей.

Далее за период времени с 16 января 2012 по 15 ноября 2013 года Общество в адрес ФИО7 были выданы денежные средства на общую сумму в размере 7 025 000 рублей по договорам займа от 16.01.2012, от 17.07.2012, от 02.08.2012, от 20.05.2013, от 15.08.2013, от 15.11.2013.

Считая, что заключение данных сделок на общем собрании участников Общества не обсуждался, учитывая, что указанные денежные средства не возвращены, истец просит взыскать 7 025 000 рублей в виде убытков.

Из анализа данных бухгалтерского учета Общества следует, что на 31.07.2013 задолженности ФИО2 перед Обществом составила 415 314 рублей 62 копейки; на 31.08.2013 долга Общества перед ФИО2 составил 2 876 357 рублей 64 копейки, на 31.07.2016 долга Общества перед ФИО2 составил 763 694 рубля 25 копеек.

В связи с чем, истец просит взыскать 2 527 978 рублей 01 копейку, поскольку указанные денежные средства, выданные под отчет, по которым отсутствуют расходные документы.

Полагая, что Обществу причинены убытки в размере 12 442 978 рублей 01 копейки, истец обратился с настоящим иском в суд.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав может осуществляться, в том числе, путем возмещения убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Согласно пункту 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

По смыслу статьи 44 названного Закона для наступления ответственности единоличного исполнительного органа общества необходимо наличие убытков, противоправности поведения причинителя вреда, причинной связи между противоправностью поведения и наступлением убытков, а также вины причинителя вреда; единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела. С иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным органом общества, вправе обратиться общество или его участник.

Поскольку ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки, причиненные им, подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, которой предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска о взыскании убытков.

При этом, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ бремя доказывания противоправности поведения причинителя убытков, факта и размера убытков, причинной связи между противоправным поведением и убытками в заявленном размере лежит на истце, а отсутствие вины должно быть доказано ответчиком.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 12.04.2011 N 15201/10).

При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав, и исполнения возложенных на него обязанностей (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 N 12771/10).

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

При определении неразумного поведения директора, судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 Постановления N 62).

В пункте 6 Постановления N 62 указано, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков. Вместе с тем арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

Согласно пункту 2 постановления от 30.07.2013 N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо представлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

- совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 постановления от 30.07.2013 N 62).

При этом удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу (пункт 8 постановления от 30.07.2013 N 62).

По правилам пункта 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд указывает на отсутствие оснований для признания оспариваемых действий ответчика недобросовестными и неразумными и свидетельствующими о причинении обществу убытков.

Судом установлено, что истцом состав убытков по первому эпизоду определена как стоимость автомобиля Mercedes – Benz ML 350 4MATIC, номер VIN <***> в размере 2 890 000 рублей.

Истцом в материалы дела представлены документы с указанием двух продавцов Общества «ТрансКомСервис» и Общества «Альянс-Авто Трейд».

Из Управления МВД РФ по городу Казани поступил ответ от 05.10.2017 №228254, согласно которому 16.05.2013 автомобиль Mercedes – Benz ML 350 4MATIC, номер VIN <***> зарегистрирован за ФИО8

В связи с изменением фамилии 23.06.2015 была произведена перерегистрация за ФИО2

С 22.04.2017 указанный автомобиль зарегистрирован за ФИО9

Дополнительно представлены копии договора купли-продажи автомобиля №205 от 24.04.2013, акт приема-передачи к указанному автомобилю, которые послужили основанием для проведения регистрационных действий.

Вместе с тем, в обоснование несения убытков истцом представлена копия товарной накладной представлена копия товарной накладной №1237 (поставщик Общество «Альянс-Авто Трейд»), в которой отсутствуют реквизиты Общества, а именно подпись и оттиск печати.

Также представлено платежное поручение №200 от 23.04.2013 на сумму 2 890 000 рублей по перечислению денежных средств Обществу «Альянс-Авто Трейд».

Согласно статье 9 Федерального закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете" все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами, служащими первичными учетными документами, в соответствии с которыми ведется бухгалтерский учет.

Первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, а документы, форма которых не предусмотрена в этих альбомах, должны содержать следующие обязательные реквизиты: наименование документа; дату составления документа; наименование организации, от имени которой составлен документ; содержание хозяйственной операции; измерители хозяйственной операции в натуральном и денежном выражении; наименование должностей лиц, ответственных за совершение хозяйственной операции и правильность ее оформления; личные подписи указанных лиц.

Перечень лиц, имеющих право подписи первичных учетных документов, утверждает руководитель организации по согласованию с главным бухгалтером. Документы, которыми оформляются хозяйственные операции с денежными средствами, подписываются руководителем организации и главным бухгалтером или уполномоченными ими на то лицами. Первичный учетный документ должен быть составлен в момент совершения операции, а если это не представляется возможным - непосредственно после ее окончания.

Однако, представленная истцом копия товарной накладной №1237 от 24.04.2013, в которой отсутствуют подпись и оттиск печати, не подтверждает факт приобретения автомобиля Обществом.

В подтверждение факта перечисления денежных средств в размере 2 890 000 рублей истцом представлена копия платежного поручения №200 от 23.04.2013, с отметкой о списании со счета 24.04.2013.

Вместе с тем, истцом представлена выписка операций по лицевому счету Общества №40702810662480100460, реквизиты которой также содержаться в копии платежного поручения №200 от 23.04.2013, за период времени с 01.01.2012 по 31.08.2016, в которой отсутствуют сведения о списании 2 890 000 рублей.

Подлинник платежного поручения с отметкой банка истцом не представлен.

В связи с чем, истцом не представлены доказательства получения продавцом указанных денежных средств, и соответственно несения убытков на стороне Общества в размере 2 890 000 рублей.

Также не представлены доказательства, что перечисленные в адрес Общества «Альянс-Авто Трейд» денежные средства, были направлены на приобретение спорного автомобиля ответчиком.

Более того, следует отметить, что представитель истца ФИО4 являясь бывшим супругом ФИО2, учитывая, что совместное хозяйство велось у данных лиц до ноября 2015 года, то соответственно автомобиль Mercedes – Benz ML 350 4MATIC, номер VIN <***> зарегистрированный за ФИО2, использовался при ведении совместного хозяйства до ноября 2015 года, в том числе и представителем истца ФИО4

При рассмотрении настоящее дела, представитель истца ФИО4, учитывая, что им использовался указанный выше автомобиль до ноября 2015 года, просит взыскать убытки в виде стоимости данного автомобиля с ФИО2, суд приходит к выводу о злоупотреблении правом со стороны истца, который является близким родственником ФИО4

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" выражена правовая позиция, согласно которой отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление. Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика.

При этом необходимо учитывать, что в силу положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации любое злоупотребление правом - это всегда виновное правонарушение, происходящее на фоне внешне и формально правомерных действий.

Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться и в отношении ответчика.

Суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, установил, что указанное выше поведение ответчика в данном случае не может быть признано добросовестным и по существу свидетельствует о злоупотреблении правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Также истцом указано за период времени с 16 января 2012 по 15 ноября 2013 года Общество в адрес ФИО7 были выданы денежные средства на общую сумму в размере 7 025 000 рублей по договорам займа от 16.01.2012, от 17.07.2012, от 02.08.2012, от 20.05.2013, от 15.08.2013, от 15.11.2013.

Считая, что заключение данных сделок на общем собрании участников Общества не обсуждался, учитывая, что указанные денежные средства не возвращены, истец просит взыскать 7 025 000 рублей в виде убытков.

Вместе с тем, истцом в материалы дела представлены решения Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 31.07.2014 по делу №2-2977/2014 о взыскании с ФИО7 в пользу Общества долга по договорам займа от 16.01.2012, 17.07.2012, 02.08.2012; от 28.07.2016 по делу №2-3417 о взыскании с ФИО7 в пользу Общества долга по договорам займа от 20.05.2013, от 15.08.2013, 15.11.2013.

В последующем, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.04.2017 по делу №А65-4108/2017 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина на срок 6 месяцев до 19.10.2017 (включительно).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.08.2017 по делу №А65-4108/2017 принято к производству заявление Общества «Дезинфекционная станция» о включении в реестр требований кредиторов гражданина ФИО7 задолженности в размере 23 340 700,72 рублей.

Ответчиком предприняты меры по взысканию указанной денежной суммы.

Следует отметить, что при удовлетворении исковых требований по взысканию убытков, а также включение в реестр требований кредиторов ФИО11, приведет к двойному обогащению на стороне Общества, что не допустимо.

Согласно статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской признается самостоятельная, направленная на систематическое получение прибыли деятельность, осуществляемая на свой страх и риск. То есть получение прибыли является целью предпринимательской деятельности, но при ее осуществлении возможны негативные последствия, в том числе, такие как отрицательный результат хозяйственной деятельности в виде получения убытков.

Руководитель не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал, исходя из обычных условий делового оборота либо в пределах разумного предпринимательского риска.

Оснований утверждать, что при заключении договоров займа, действия (бездействие) ответчика были направлены на причинение вреда обществу, у суда не имеется.

Заявляя настоящие требования, истцом указано, что из анализа данных бухгалтерского учета Общества следует, что на 31.07.2013 задолженности ФИО2 перед Обществом составила 415 314 рублей 62 копейки; на 31.08.2013 долга Общества перед ФИО2 составил 2 876 357 рублей 64 копейки, на 31.07.2016 долга Общества перед ФИО2 составил 763 694 рубля 25 копеек.

В связи с чем, истец просит взыскать 2 527 978 рублей 01 копейку, поскольку указанные денежные средства, выданные под отчет, по которым отсутствуют расходные документы.

Истец считает, что ФИО2 отчитывалась не по всем суммам денежных средств, проведенных по бухгалтерии.

Указывает, что ответчик должен подтвердить факт образования долга Общества перед ФИО2, представить доказательства внесения денежных средств в кассу Общества, либо подтвердить расход денежной суммы в размере 3 291 671 рубль путем представления расписок в получении авансовых отчетов или представления в суд квитанции от ПКО о возврате неизрасходованной подотчетной суммы в заявленном размере.

Им указано, что оборотные стороны авансовых отчетов содержат суммы намного меньшие, нежели суммы, на которые ФИО2 списывала долга Общества перед собой, который образовался в августе 2013 года.

Позиция истца о том, что ФИО2 отчитывалась не по всем денежным средствам, не соответствует действительности и опровергается материалами дела, так как самим истцом из авансовых отчетов видно, что к каждому из них представлены оправдательные документы, которые должны быть сшиты с авансовым отчетом. Однако, перечень оправдательных документов приобщен к материалам дела истцом, а сами документы скрыты.

Для того, чтобы была доказана сумма расходов по авансовым отчета, необходимо предоставить не только авансовый отчет, но и первичные документы, которые к нему прилагаются (товарные чеки, накладные, кассовые чеки)

Следует отметить, что у ответчика отсутствуют какие-либо первичные документы, поскольку в период времени с августа 2016 года по 01.03.2017 ФИО2 не имела возможности исполнять функции единоличного исполнительного органа, поскольку в данный период времени обязанности выполнял ФИО4 на основании протокола общего собрания участников Общества, который в последствии был признан судом недействительным.

Таким образом, факт осуществления ответчиком руководства обществом подтверждается вступившим в законную силу решением суда.

При этом, 15.02.2017 в отношении ответчика было возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 170.1, частью 2 статьи 327 УК РФ.

Согласно пояснениям ответчика, после вступления решения суда по делу А65-22007/2016 в законную силу ФИО2 14.03.2017 прибыла в офис общества с целью дальнейшего управления обществом. Однако, на требование ФИО2 о передаче ей документов и имущества общества ответчик ответил отказом, после чего были вызваны сотрудники полиции, но в возбуждении уголовного дела в отношении ответчика по ст. 330 УК РФ (самоуправство) было отказано постановлением от 17.03.2017 г.

Ответчик указывает, что документы общества ответчиком до настоящего времени не переданы.

Истцом не представлены первично-учетные документы, подтверждающие передачу денежных средств в заявленном размере под отчет ответчику.

По представленным истцом в материалы дела документам нельзя утверждать, что представлены все авансовые отчеты общества за спорный период. Иные документы истец не представил.

Ссылка истца на аудиторское заключение судом отклоняется, поскольку, из названного заключения невозможно установить обстоятельства исследования всей документации полного и непрерывного документального учета хозяйственных операций общества.

Более, согласно мнению аудитора вследствие отсутствие достаточных доказательств, а также не проведение участниками Общества ежегодных общих собраний по утверждению годовых отчетов и бухгалтерских балансов, аудитору не представилось возможным выразить мнение о достоверности финансовой (бухгалтерской) отчетности Общества и соответствии порядка ведения бухгалтерского учета за период с 01.01.2013 по 31.12.2013, с 01.01.2014 по 31.12.2014, с 01.01.2015 по 31.12.2015.

В рассматриваемом споре такое соответствие не обеспечено. На основании представленных истцом доказательств бремя доказывания на стороне истца не может быть признано исполненным. Иное распределение бремени доказывания позволило бы обществу в период исполнения обязанности директора ФИО4 в любой момент извлекать часть первичной документации на свой выбор, указывать на отсутствие иной части и производить взыскание убытков с директора.

Следует отметить, что ФИО6 не представила доказательств того, что за период с 2012 года по 2015 год она обращалась с требованием о проведении собраний общества, интересовалась деятельностью Общества, участвовала в управлении делами Общества, знакомилась с бухгалтерскими книгами и иной документацией Общества, участвовала в распределении прибыли, или доказательств итого, что она желала участвовать в хозяйственной жизни Общества, однако другими участниками или исполнительным органом ей в этом чинились препятствия.

Вместе с тем, после прекращения ведения совместного хозяйства ФИО2 и ФИО4, ФИО6 в лице ее представителя ФИО4, обратилась с настоящим иском по взысканию убытков за период времени с 2012 года, не проявляя до этого времени, интереса в осуществлении хозяйственной деятельности Общества.

Материалы дела не содержат доказательств, с достоверностью свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между якобы недобросовестными действиями ответчицы по несоблюдению требований закона и заявленными убытками.

Истцом в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлены доказательства неразумности и недобросовестности действий (бездействия) бывшего директора ФИО12

Истцом не представлено доказательств того, что ответчик, действовал за пределами своих полномочий по осуществлению обычной хозяйственной деятельности, предусмотренной уставом общества, а также в связи со сложившимся порядком в обществе в спорный период.

Согласно статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской признается самостоятельная, направленная на систематическое получение прибыли деятельность, осуществляемая на свой страх и риск. То есть получение прибыли является целью предпринимательской деятельности, но при ее осуществлении возможны негативные последствия, в том числе, такие как отрицательный результат хозяйственной деятельности в виде получения убытков.

Руководитель не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал, исходя из обычных условий делового оборота либо в пределах разумного предпринимательского риска.

Оснований утверждать, что сделки совершены за пределами разумного предпринимательского риска, а действия (бездействие) ответчика были направлены на причинение вреда обществу, у суда отсутствуют.

В связи с чем, у суда не имеется оснований для признания действий (бездействия) при выполнении функции единоличного исполнительного органа Общества ФИО2 при осуществлении руководства текущей деятельностью общества неразумным, недобросовестным (виновным) поведением директора, нарушающим права юридического лица, и для признания действий (бездействия) при выполнении функции единоличного исполнительного органа Общества ФИО2 недобросовестными и неразумными.

С учетом изложенного, суд, установив отсутствие бесспорных и достаточных доказательств обоснованности требований истца о взыскании убытков, отказывает в удовлетворении иска.

Пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что течение срока давности по иску участника общества, обратившегося в интересах юридического лица, начинается со дня, когда такой участник узнал о нарушении прав общества.

В силу статей 8 и 9 Закона об обществах с ограниченной ответственностью у участника общества возникает комплекс имущественных и неимущественных прав и обязанностей как участника общества по отношению к другим участникам и к самому обществу. В связи с чем, интерес юридического лица, который обеспечивается защитой субъективного права, в данном случае производен от интересов его участников, так как интересы общества не просто неразрывно связаны с интересами участников, они предопределяются ими, и, следовательно, удовлетворение интересов компании обеспечивает удовлетворение интереса ее участников. Поэтому для исчисления срока исковой давности по такому требованию имеет существенное значение момент, когда обладатель нарушенного права (участник) узнал или должен был узнать о соответствующем нарушении.

Применительно к спорным правоотношениям срок исковой давности следует исчислять с момента, когда истец ФИО6 как участник Общества получила реальную возможность узнать о нарушении прав истца спорной сделкой.

Реальную возможность узнать о совершении сделок у второго участника возникла не ранее даты проведения годового общего собрания участников Общества 30.04.2014, в части требования убытков по договору займа от 16.01.2012, от 17.07.2012, 02.08.2012 срок исковой давности начал течь после получения истцом выписки из банка от ФИО4, в связи с чем, срок исковой давности не пропущен.

Довод истца о том, что денежные средства, полученные по кредитному договору, были направлены на предоставление займа ФИО7, подлежит отклонению, поскольку документально не подтвержден.

Следует отметить, что согласно пояснениям ответчика в помещении, где находилось Общество, был произведен капитальный ремонт.

В силу статьи 110 АПК РФ госпошлина подлежит отнесению на ФИО6

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 112, 167-169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан,    

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО6 Разили Рамилевны, в доход федерального бюджета 85 215 рублей государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый Арбитражный апелляционный суд в месячный срок.


  СУДЬЯ                      Э.Г.Мубаракшина