Постановление от 25 октября 2023 г. по делу № А55-6032/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: i№fo@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-25451/2022

Дело № А55-6032/2021
г. Казань
25 октября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 октября 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Моисеева В.А.,

судей Ивановой А.Г., Фатхутдиновой А.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Исмаиловой Г.Р.,

при участии посредством веб-конференции представителя:

общества с ограниченной ответственностью «ПРОФЭНЕРГО» – ФИО1 по доверенности от 05.05.2023 (до и после перерыва);

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа:

ФИО2 – лично, паспорт (до перерыва),

ФИО3 – лично, паспорт (после перерыва),

представителя закрытого акционерного общества «Полимет» – ФИО4 по доверенности от 25.02.2022 (до и после перерыва),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ПРОФЭНЕРГО»

на определение Арбитражного суда Самарской области от 13.06.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023

по делу № А55-6032/2021

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» ФИО5 об оспаривании сделки должника к ФИО6, обществу с ограниченной ответственностью «ПРОФЭНЕРГО» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» ОГРН: <***>, ИНН: <***>.

УСТАНОВИЛ:

дело о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» (далее – ООО «ДЕОДАР», должник) возбуждено 10.03.2021.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19 мая 2021 года в отношении ООО «ДЕОДАР» введена процедура наблюдения; временным управляющим утверждена ФИО7, член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Самарской области от 31.08.2022 ООО «ДЕОДАР» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим ООО «ДЕОДАР» утвержден ФИО5.

20.10.2022 конкурсный управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением (с учетом уточнений от 01.02.2023, от 05.06.2023, от 09.06.2023, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (далее – АПК РФ) о признании недействительными сделок должника и применении последствий недействительности сделок.

Определением от 01.02.2023 судом выделены в отдельное производство требования конкурсного управляющего должником о признании недействительными сделок должника: договора процентного займа № 01/07-20 от 20.07.2020, действий по исполнению указанного договора в виде денежных перечислений по платежным поручениям и № 277 от 22.07.2020 на сумму 7 870 000 руб., № 279 от 23.07.2020 на сумму 900 000 руб., применении последствий признания недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Профэнерго» в пользу должника 8 770 000 руб., процентов в сумме 1 015 097,46 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 13.06.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично.

Признан недействительным договор процентного займа от 20.07.2020 № 01/07-20, заключенный между ООО «ДЕОДАР» и ФИО6; признаны недействительными сделки по перечислению должником в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПРОФЭНЕРГО» (далее – ООО «ПРОФЭНЕРГО») денежных средств по платежным поручения от 22.07.2020 № 277 на сумму 7 870 000 руб., от 23.07.2020 № 279 на сумму 900 000 руб. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «ПРОФЭНЕРГО» в пользу ООО «ДЕОДАР» денежных средств в сумме 5 070 000 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 586 835 руб. 16 коп.

В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе (с учетом дополнений) ООО «ПРОФЭНЕРГО», ссылаясь на неправильное применение судебными инстанциями норм права и несоответствие сделанных судами выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции, постановление апелляционного суда, обособленный спор направить на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

По мнению заявителя кассационной жалобы, у судов не было оснований для квалификации спорных сделок как прикрывающих сделку по выводу активов должника на аффилированное ему ООО «ПРОФЭНЕРГО» и взыскании с последнего денежных средств в пользу должника, поскольку заемщиком по договору займа с должником являлась ФИО6, которая распорядилась заёмными денежными средствами путем внесения их в уставной капитал учрежденного ею и ФИО8 ООО «ПРОФЭНЕРГО».

Заявитель жалобы также считает, что судами неправомерно не приняты во внимание доказательства полного возврата ФИО6 должнику полученных по договору займа денежных средств.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО9 поддерживает приведенные в ней доводы о наличии у него финансовой возможности передать ФИО6 денежные средства для возврата их должнику в счет исполнения договора займа, просит жалобу удовлетворить.

Конкурсный управляющий ФИО5 в своем отзыве на жалобу возражает против ее удовлетворения.

В судебном заседании 12.10.2023 в порядке, предусмотренном статьей 163 АПК РФ, объявлен перерыв до 14 часов 00 минут 18.10.2023, о чем размещена информация на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, после окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, приведенные в кассационной жалобе, отзывах на нее, заслушав в судебном заседании ФИО2, ФИО3, представителя ООО «ПРОФЭНЕРГО» – ФИО1, представителя закрытого акционерного общества «Полимет» (далее –ЗАО «Полимет») – ФИО4, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 20.07.2020 между ООО «ДЕОДАР» (займодавец) и ФИО6 (заемщик) заключен договор процентного займа № 01/07-20.

В соответствии с пунктом 1.1 договора займодавец передает заемщику заем на сумму 10 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа вместе с причитающимися процентами в размере и в сроки, обусловленные договором.

Размер процентов по договору составляет 0,5% годовых от суммы займа на весь период пользования (пункт 1.2).

Стороны установили в пункте 2.2, что заемщик обязуется вернуть сумму займа в срок до 30.06.2021.

На основании письма ФИО6 от 20.07.2020 денежные средства, представленные ООО «ДЕОДАР» по договору займа от 20.07.2020 № 01/07-20, перечислены должником обществу «ПРОФЭНЕРГО»: 22.07.2020 в размере 7 870 000 руб., 23.07.2020 - 900 000 руб.

Полагая, что договор процентного займа от 20.07.2020 № 01/07-20, а также действия по исполнению указанного договора, оформленные платежными поручениями от 22.07.2020 № 277 на сумму 7 870 000 руб., от 23.07.2020 № 279 на сумму 900 000 руб. в пользу ООО «ПРОФЭНЕРГО» являются выводом активов неплатежеспособного должника в преддверии его банкротства на аффилированное лицо и подлежат признанию недействительными на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), конкурсный управляющий обратился в суд с вышеназванным заявлением.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 10.03.2021, а оспариваемый договор займа заключен 20.07.2020, платежи совершены 22.07.2020 и 23.07.2020, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Возражая против заявленных требований, ООО «ПРОФЭНЕРГО» сослалось на то, что получение им денежных средств непосредственно от должника обусловлено соответствующим поручением заемщика – ФИО6 к должнику и не может быть расценено как безвозмездная передача актива. Ответчик также указал на то, что в последующем ФИО6 полностью погасила задолженность по договору займа, соответственно, спорные сделки не причинили вреда кредиторам и не могут быть квалифицированы по статье 61.2 Закона о банкротстве.

Разрешая спор, суд установил, что на момент совершения оспоренных сделок, должник обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, что следует из судебных актов о включении в реестр требований кредиторов должника требований ФИО10, публичного акционерного общества «Сбербанк России», общества с ограниченной ответственностью «Уральские комплексные технологии-99», закрытого акционерного общества «Полимет», общества с ограниченной ответственностью «Торговая промышленная компания Кабельмаш», Федеральной налоговой службы по обязательствам, возникшим до совершения указанных сделок.

Суд при этом констатировал отсутствие доказательств, свидетельствующих о наличии у должника денежных средств и иного имущества в достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами размере.

Судом также установлено, что ответчик ФИО6 является дочерью ФИО2, являющегося в период заключения договора займа директором и единственным учредителем должника.

На даты перечисления денежных средств (22.07.2020 и 23.07.2020) в адрес ООО «ПРОФЭНЕРГО», учредителями последнего являлись ФИО6 и ФИО8, директором ООО «ПРОФЭНЕРГО» являлся ФИО2 При этом ФИО8 и ФИО2 имеют на иждивении общего несовершенного ребенка, что подтверждается свидетельством о его рождении.

С учетом указанных обстоятельств суд пришел к выводу, что оспариваемые сделки совершены между заинтересованными лицами, которые не могли не знать о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, доказательств, опровергающих презумпцию осведомленности о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника ФИО6 и ООО «ПРОФЭНЕРГО» не представлены.

Суд исследовал доводы ФИО2 и ФИО6 о том, что денежные средства, представленные ФИО6 по договору процентного займа от 20.07.2020 № 01/07-20 были полностью ею возвращены, а также представленные в подтверждение указанных доводов платежное поручение от 12.01.2021 № 1 о перечислении ООО «ПРОФЭНЕРГО» за ФИО6 3 700 000 руб., квитанцию к приходному кассовому ордеру от 15.01.2021 № 1 на сумму 5 091 046 руб. 72 коп., приходный кассовый ордер от 15.01.2021 на сумму 5 091 046 руб. 72 коп., выписку из кассовой книги должника от 15.01.2021 и признал их обоснованными лишь в части перечисления обществом «ПРОФЭНЕРГО» должнику 3 700 000 руб., отклонив в остальной части.

Так, из представленных налоговым органом сведений о доходах ФИО6 с 2018 года по 2021 год суд установил отсутствие у нее финансовой возможности возвратить заем в сумме 5 091 046 руб. 72 коп. наличными денежными средствами.

Доводы ФИО6 о получении ею денежных средств в размере 4 900 000 руб. от ФИО9 по договору займа со ссылкой на представленную расписку о получении указанной суммы от 13.01.2021, а также подтвердившие данное обстоятельство пояснения ФИО9, суд счел несостоятельными.

Из представленных налоговым органом сведений о доходах ФИО9 за период с 2018 года по 2021 год суд также установил отсутствие у последнего финансовой возможности передать ФИО6 денежные средства в указанной сумме.

Суд также указал на отсутствие экономической целесообразности для ФИО9 в выдаче ФИО6 беспроцентного займа на длительный срок (до 10.01.2024) в указанном размере, без раскрытия сведений об источнике дохода, не признав представленную расписку в качестве допустимого доказательства.

Представленные в материалы дела квитанция к приходному кассовому ордеру от 15.01.2021 № 1, приходный кассовый ордер от 15.01.2021, выписка из кассовой книги должника за 15.01.2021 суд также не счёл подтверждением погашения займа, поскольку суду не представлено доказательств, подтверждающих оприходование должником средств, полученных от ФИО6 по договору займа от 20.07.2020 № 01/07-20 и их дальнейшее расходование, тогда как квитанции к приходным кассовым ордерам должны рассматриваться в совокупности с иными первичными документами.

Доводы ФИО2 о том, что денежные средства, полученные 15.01.2021 в размере 5 091 046 руб. 72 коп. из кассы ООО «ДЕОДАР», переданы руководителю ООО «Полимет», признаны судом не подтвержденными документально.

Суд посчитал, что представленные в материалы дела квитанция к приходному кассовому ордеру от 15.01.2021 № 1, приходный кассовый ордер от 15.01.2021, выписка из кассовой книги должника за 15.01.2021, приходный кассовый ордер от 15.01.2021 оформлены для придания видимости внешне безупречного пакета документов в случае оспаривания договора займа.

Таким образом, суд пришел к выводу, что ФИО6 не доказан возврат займа должнику в сумме 5 091 046 руб. 72 коп.

Исследовав доводы ООО «ПРОФЭНЕРГО» о том, что спорные платежи не могут быть квалифицированы как вывод актива должника, поскольку полученные от должника денежные средства принадлежали ФИО6, которыми она распорядилась по своему усмотрению, перечислив их в качестве оплаты доли в уставном капитале ООО «ПРОФЭНЕРГО», суд установил следующее.

06.05.2020 учредителями ООО «ПРОФЭНЕРГО» - ФИО8 (являющейся заинтересованным лицом по отношению к ФИО2), ФИО6 принято решение об учреждении ООО «ПРОФЭНЕРГО» с уставным капиталом в размере 35 000 000 руб. с равным размером долей участников (по 50%), генеральным директором ООО «ПРОФЭНЕРГО» избран ФИО2

20.07.2020 ФИО6 направила должнику письмо с просьбой о перечислении предоставленных денежных средств в рамках договора займа от 20.07.2020 № 01/07-20 в адрес ООО «ПРОФЭНЕРГО» с назначением платежа «оплата по письму от 20.07.2020 доли уставного капитала за ФИО6 в рамках договора процентного займа» без указания на конкретную сумму, подлежащую перечислению.

Платежными поручениями от 22.07.2020 и 23.07.2020 ООО «ДЕОДАР» перечислило ООО «ПРОФЭНЕРГО» денежные средства в общем размере 8 770 000 руб.

Денежные средства в размере 20 000 руб. ФИО6 в уставной капитал внесла лично, внесения ФИО6 в уставной капитал ООО «ПРОФЭНЕРГО» оставшейся суммы суд не установил.

11.01.2021 № 01/01-21 ФИО6 (заёмщик) заключила с ООО «ПРОФЭНЕРГО» (займодавец) договор займа на сумму 9 000 000 руб., из которых 3 700 000 руб. по ее письму от 12.01.2021. ООО «ПРОФЭНЕРГО» перечислило должнику в счет частичного погашения обязательств по договору займа от 20.07.2020 № 01/07-20.

Судом установлено также, что денежные средства в размере 5 300 000 руб. ФИО6 не предоставлялись, ее задолженность перед ООО «ПРОФЭНЕРГО» в размере 3 700 000 руб. не погашалась, за взысканием задолженности само общество не обращалось.

В последующем 10.01.2022 ФИО6 вышла из состава участников ООО «ПРОФЭНЕРГО», доля в уставном капитале ей не выплачивалась.

19.04.2022 50%-ная доля в уставном капитале ООО «ПРОФЭНЕРГО» номинальной стоимостью 17 500 000 руб. по договору купли-продажи перешла к ФИО3

20.05.2022 ФИО8 также вышла из состава участников ООО «ПРОФЭНЕРГО», единственным участником общества стал ФИО3, который 26.06.2022 принял решение о распределении доли принадлежащей обществу в свою пользу и смене генерального директора.

С учетом совокупности установленных обстоятельств суд квалифицировал договор займа от 20.07.2020 № 01/07-20, перечисление последним должнику 3 700 000 руб. за ФИО6 как притворные сделки (пункт 2 статьи 170 ГК РФ), прикрывающие сделку по выводу денежных средств должника на аффилированное лицо – ООО «ПРОФЭНЕРГО», при наличии добросовестных независимых кредиторов, чьи требования остались непогашенными (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

С учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), суд применил последствия недействительности прикрываемой сделки в виде взыскания с ООО «ПРОФЭНЕРГО» фактически полученных от должника денежных средств, а также взыскал проценты в соответствии со статьей 395 ГК РФ.

Руководствуясь положениями статей 2, 19, пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также разъяснениями, изложенными в пункте 86 постановления Пленума № 25, в пунктах 4-9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования в указанной части.

Апелляционный суд, повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами суда первой инстанции.

При этом апелляционный суд отметил, что в соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума № 25, при применении правил о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

В силу пункта 3 статьи 61.1. Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Пунктом 87 постановления Пленума № 25 разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) (пункт 88 постановления Пленума № 25).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, данных в абзаце четвертом пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В данном случае суды, разрешая спор, исследовав представленные доказательства, установили, что должник, имея просроченную задолженность перед независимыми кредиторами и обладая признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, совершил сделку по выводу своего актива путем перечисления денежных средств аффилированному ему обществу «ПРОФЭНЕРГО». Перечисление денежных средств было сделано под видом совершения ряда других сделок: договора займа с ФИО6 (дочерью генерального директора должника ФИО2), внесения последней их в уставной капитал ООО «ПРОФЭНЕРГО», учрежденного ФИО6 и ФИО8 и возглавляемого ФИО2, последующем выходе ФИО6 и ФИО8 из состава участников ООО «ПРОФЭНЕРГО» и уменьшения уставного капитала ООО «ПРОФЭНЕРГО» с 35 млн. руб. до 100 000 руб. его новым единственным участником и генеральным директором ФИО3, являвшимся одновременно заместителем генерального директора должника ФИО2

Суд кассационной инстанции считает, что, разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, установили все имеющие значение для дела фактические обстоятельства, с учетом которых правильно квалифицировали прикрываемую сделку по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и применили последствия ее недействительности в соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Доводы, приведенные ООО «ПРОФЭНЕРГО» в его кассационной жалобе, в том числе, об исполнении ФИО6 в полном объеме обязательств по возврату займа должнику, неправомерном взыскании с ООО «ПРОФЭНЕРГО» денежных средств в качестве применения последствий недействительности сделки, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, являвшимся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и получившим надлежащую правовую оценку.

Довод, приведенный ФИО9 в его отзыве на кассационную жалобу о том, что суды не опровергли его довод о наличии у него финансовой возможности предоставить ФИО6 денежные средства в займ, также подлежит отклонению, как не соответствующий содержанию судебных актов, из которых следует, что данный довод был исследован и получил правовую оценку.

Так, суды указали, что ФИО9 не раскрыл источника дохода, позволявшего ему предоставить в займ денежные средства ФИО6 в размере, превышающем его годовой доход в соответствии со сведениями, представленными налоговым органом, отметив также отсутствие экономической целесообразности в предоставлении беспроцентного займа на длительный срок.

В соответствии со статьями 286 и 287 АПК РФ кассационная инстанция не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые обстоятельства дела, а также не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в судах первой и апелляционной инстанций.

При таких обстоятельствах у суда округа отсутствуют правовые основания для отмены обжалуемых судебных актов.

В связи с окончанием кассационного производства приостановление исполнения обжалованных судебных актов, принятое определением Арбитражного суда Поволжского округа от 13.09.2023, следует считать утратившим силу на основании части 4 статьи 283 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 13.06.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023 по делу № А55-6032/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья В.А. Моисеев


Судьи А.Г. Иванова


А.Ф. Фатхутдинова