Постановление от 3 мая 2024 г. по делу № А56-17891/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


03 мая 2024 года

Дело №

А56-17891/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 мая 2024 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Александровой Е.Н., Кравченко Т.В.,

при участии от муниципального унитарного предприятия «Теплосеть Сосново» и его конкурсного управляющего ФИО1 - ФИО2 (по доверенности от 15.01.2024); от Администрации муниципального округа Сосновское сельское поселение ФИО3 (по доверенности от 25.10.2023) и ФИО4 (по доверенности от 25.10.2023); от акционерного общества «Тихвин» ФИО5 (по доверенности от 03.08.2021), от индивидуального предпринимателя ФИО6 - ФИО7 (по доверенности от 01.09.2022);

рассмотрев 17.04.2024 в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего муниципальным унитарным предприятием «Теплосеть Сосново» ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «Тепловоз» и индивидуального предпринимателя ФИО6 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.08.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.01.2024 по делу № А56-17891/2020/суб.2,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.07.2021 муниципальное унитарное предприятие «Теплосеть Сосново», адрес: 188730, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Предприятие) признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

Конкурсный управляющий обратился 13.09.2021 в суд с заявлением о привлечении Администрации муниципального образования Сосновское сельское поселение муниципального образования Приозерский муниципальный район Ленинградской области (далее – Администрация) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, просил взыскать с Администрации 58 310 183 руб. 86 коп.

Определением от 28.02.2022 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением суда от 22.04.2022 конкурсным управляющим утверждена ФИО9.

Определением от 18.07.2022 ФИО9 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, новым конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

Определением от 31.08.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 10.01.2024, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационных жалобах конкурсный управляющий Предприятием, индивидуальный предприниматель ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Тепловоз» просят отменить определение от 31.08.2022 и постановление от 10.01.2024, и принять по делу новый судебный акт об установлении оснований для привлечения Администрации к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановив производство по обособленному спору в части определения размера подлежащей применению ответственности до завершения расчетов с кредиторами.

Податели жалоб полагают, что банкротство Предприятия имело место по причине изъятия Администрацией имущества из его хозяйственного ведения, ранее переданного для осуществления уставной деятельности.

По мнению податей жалоб, выводы, сделанные судом по результатам рассмотрения заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности противоречат выводам, сделанным в постановлении апелляционного суда от 22.09.2023 по обособленному спору № А56-17891/2020/сд.1 о недействительности сделки по изъятию имущества Предприятия из хозяйственного ведения; применение последствий недействительности указанной сделки не позволяет в полном объеме рассчитаться с кредиторами, чьи требования включены в реестр требований кредиторов.

ФИО6 считает, что суды не применили презумпцию вины Администрации в доведении Предприятия до банкротства, предусмотренную пунктом 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); в результате совершения сделки, признанной недействительной в деле о банкротстве, Предприятие лишилось возможности осуществлять хозяйственную деятельность; суды не применили положения пункта 12 статьи 61.11. Закона о банкротстве.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего, ФИО6 поддержали доводы поданных ими кассационных жалоб. Представители Администрации против удовлетворения кассационных жалоб возражали. Представитель акционерного общества «Тихвин» поддержал позицию подателей жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Предприятие зарегистрировано в качестве юридического лица 26.07.2018, основным видом деятельности Предприятия является производство, передача и распределение пара и горячей воды, кондиционирование воздуха.

Учреждением Предприятия выступила Администрация.

Судами установлено, что на основании договора о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения от 13.08.2018, заключенного между Администрацией и Предприятием, последнему по акту от 13.08.2018 передано имущество (объекты теплоснабжения – пять котельных, внутреннее технологическое оборудование и тепловые сети).

Постановлением Администрации от 13.08.2018 № 625 должнику присвоен статус единой теплоснабжающей организации на территории муниципального образования Сосновское сельское поселение муниципального образования Приозерский муниципальный район Ленинградской области – территории поселка Сосново, деревни Кривко, деревни Снегиревка, поселка платформа 69 км.

Основанием для возбуждения в отношении Предприятия дела о банкротстве послужило поступившее в суд 02.03.2020 заявление общества с ограниченной ответственностью «Петербургская Газовая Компания», поданное со ссылкой на наличие непогашенной задолженности по договорам на поставку угля от 28.11.2018 № 4-2018; от 20.02.2019 № 4-2019/С, от 23.01.2019 № 02-01-19, от 27.09.2018 № 01-2018, установленную вступившими в законную силу судебными актами, принятыми в 2019 году, в общем размере 18 432 484 руб. 37 коп.

Определением от 13.03.2020 в отношении Предприятия возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

На основании Распоряжения Главы Администрации от 23.06.2020 № 95 (далее – Распоряжение) договор от 13.08.2018 расторгнут в одностороннем порядке; прекращение права хозяйственного ведения в отношении переданного Предприятию имущества зарегистрировано 20.08.2020.

Сделка по прекращению права хозяйственного ведения, оформленная Распоряжением, признана недействительной постановлением суда апелляционной инстанции от 22.09.2023, оставленным без изменения постановлением от 21.02.2024 суда кассационной инстанции, по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как совершенная при наличии признаков неплатежеспособности Предприятия, с целью причинения вреда его кредиторам, а отказ Предприятия от принадлежащего ему права хозяйственного ведения квалифицирован как сделка, недействительная по основаниям статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В порядке применения последствий недействительности сделки за счет казны муниципального образования в конкурсную массу взыскано 26 913 218 руб. компенсации за изъятое имущество.

Обращаясь о привлечении Администрации к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ссылался на положения пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, полагая, что объективное банкротство Предприятия наступило в результате ухудшения его финансового положения после изъятия Администрацией имущества, переданного должнику на праве хозяйственного ведения.

Заявитель указал на убыточность деятельности Предприятия, отмеченную в финансовом анализе деятельности должника, проведенном арбитражным управляющим, и наличие у Предприятия признаков неплатежеспособности с момента создания, полагая, что при таких обстоятельствах, изъятие его имущество очевидно для контролирующего должника лица должно было привести к его банкротству.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции не усмотрел причинно-следственной связи между изданием Распоряжения и банкротством должника с учетом того, что на этот момент у Предприятия уже имелись установленные судом и неисполненные обязательства перед кредитором – заявителем по делу о банкротстве, неисполнение которых и послужило основанием для возбуждения дела о банкротстве.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, дополнительно отметив, что приговором Приозерского городского суда Ленинградской области от 12.10.2022 по делу № 1-69/2022, постановленным в отношении ФИО10, который занимал должность генерального директора общества с ограниченной ответственностью «НеваЭнергоСервис» установлено, что он, используя доверие ФИО11, назначенного на должность директора Предприятия распоряжением Администрации от 18.07.2018 № 53-к/02-01, организовал систематический вывод денежных средств Предприятия под предлогом оказания ему услуг, совершив хищение общей суммы в размере 23 000 802 руб. 44 коп. за период до 18.02.2020.

Суды посчитали установленным, что на момент принятия Распоряжения у Предприятия уже имелись признаки объективного банкротства, и предусмотренная пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция вины Администрации в этом в связи с совершением в отношении должника экономически невыгодной сделки опровергается этим обстоятельством.

Апелляционный суд отметил, что в отношении Администрации уже применена ответственность по результатам признания недействительным Распоряжения в виде взыскания в конкурсную массу денежной компенсации за изъятое имущество, и привлечение к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям повлечет применение к контролирующему должника лицу двойной ответственности.

Проверив законность принятых по делу судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе по существу спора, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Исходя из положений подпункта 1, пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, вина контролирующего должника лица в его несостоятельности презюмируется в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности (банкротства) организации, разъяснен в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), согласно которому под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть, те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе, согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Как установлено судами и не опровергается подателями жалоб со ссылкой на какие-либо конкретные обстоятельства дела, к появлению у Предприятия объективных признаков банкротстве привели иные причины, нежели сделка по изъятию имущества, связанные с условиями деятельности Предприятия имевшей место до совершения спорной сделки.

В силу подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

В силу разъяснений пункта 17 постановления Пленума № 53, указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В то же время, по смыслу разъяснений пункта 20 Постановления № 53, к контролирующему должника лицу не может быть применена субсидиарная ответственность, то есть, ответственность по всем обязательствам должника, если совершенные контролирующим лицом противоправные действия (бездействия) не являлись необходимой причиной банкротства, как это имело место в данном случае.

В силу правовой позиции, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.11.2023 № 307-ЭС20-22591(3,4) по делу № А05-8798/2018, заявление о привлечении в рамках дела о банкротстве к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов является иском, направленным на возмещение убытков контролирующим лицом в ситуации, когда его неразумные и недобросовестные действия (бездействие) оказали такое негативное воздействие на имущественную сферу подконтрольной организации, что совокупный размер активов последней стал недостаточен для проведения расчетов с кредиторами, то есть данные действия (бездействие) послужили необходимой причиной банкротства (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Поскольку иск о привлечении к субсидиарной ответственности является способом защиты гражданско-правового сообщества кредиторов, размер ответственности по нему ограничен общей суммой требований кредиторов, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества (совокупным размером требований, включенных в реестр требований кредиторов и заявленных после закрытия реестра, а также требований по текущим платежам) (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Одновременно с этим в рамках дела о банкротстве кредиторы, арбитражный управляющий наделяются правом на подачу заявлений о признании сделок недействительными (статьи 61.1, 61.2, 61.3, 61.9 Закона о банкротстве), целью которых является возврат имущества в конкурсную массу для пропорционального погашения требований кредиторов. Последствия недействительности сделок применяются в соответствии со статьей 61.6 Закона о банкротстве.

Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, равно как и требование о признании недействительными совершенных в пользу такого контролирующего лица сделок и возврата изъятого у должника в конкурсную массу в равной степени направлены на компенсацию имущественных потерь кредиторов, лишившихся возможности удовлетворения их требований за счет конкурсной массы, и совокупный размер такого возмещения как не может превышать размера причиненного кредиторам ущерба, так, исходя из приведенных выше разъяснений, должен соответствовать степени вины контролирующего должника лица в причинении ущерба.

Исходя из того, что подателями жалоб не опровергнут вывод о том, что действия Администрации по выводу имущества должника не являются необходимой причиной банкротства Предприятия, указанные действия не повлекли невозможности осуществления расчетов с кредиторами в полном объеме.

При таких обстоятельствах апелляционный суд правомерно ограничил степень ответственности Администрации компенсацией фактически причиненного в результате ее действий ущерба в виде возврата стоимости изъятого имущества, которая уже применена в рамках обособленного спора о признании недействительной сделки по изъятию имущества из хозяйственного ведения должника.

Оснований для возложения на Администрацию субсидиарной ответственности по требованиям кредиторов в полном объеме не имелось.

Принятые по делу судебные акты следует оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.08.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.01.2024 по делу № А56-17891/2020 оставить без изменения, а кассационные жалобы конкурсного управляющего муниципальным унитарным предприятием «Теплосеть Сосново» ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Тепловоз» и индивидуального предпринимателя ФИО6 - без удовлетворения.


Председательствующий

М.В. Трохова

Судьи


Е.Н. Александрова

Т.В. Кравченко