Постановление от 21 января 2020 г. по делу № А40-168405/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-77961/2019

Дело № А40-168405/19
г. Москва
22 января 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 22 января 2020 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Семикиной О.Н.,

судей: Фриева А.Л., Титовой И.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу государственной корпорации по космической деятельности «Роскосмос»,

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 01.11.2019 по делу № А40-168405/19,

по исковому заявлению государственной корпорации по космической деятельности «Роскосмос» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 129110, <...>)

к публичному акционерному обществу «Ракетно-космическая корпорация «Энергия» имени С.П. Королева» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 141070, <...>)

о взыскании,

при участии:

от истца: ФИО2 по доверенности от 31.12.2019,

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 06.12.2018.

УСТАНОВИЛ:

Государственная корпорация по космической деятельности «Роскосмос» обратилось с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Ракетно-космическая корпорация «Энергия» имени С.П. Королева» о взыскании пени в размере 6 427 696 руб. 55 коп. за нарушение срока исполнения обязательств по этапу №1 государственного контракта от 10.10.2016 №351-5619/16/150.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2019 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с решением Арбитражного суда города Москвы 01.11.2019, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, находит решение Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2019 не подлежащим изменению или отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 10.10.2016 между истцом и ответчиком заключен государственный контракт № 351-5619/16/150 на выполнение опытно-конструкторской работы, согласно которому ответчик обязуется выполнить в соответствии с условиями государственного контракта опытно-конструкторскую работу (ОКР) на тему: «Создание роботов космического назначения для поддержки внекорабельной деятельности космонавтов» и своевременно сдать истцу созданную научно-техническую продукцию в порядке и в сроки, предусмотренные государственным контрактом, а истец обязуется принять и оплатить ОКР, в порядке и на условиях, предусмотренных государственным контрактом.

В соответствии со ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Цена контракта определена сторонами в разделе 3 и составляет сумму в размере 2 405 924 000 руб.

Срок выполнения работ по государственному контракту установлен сторонами в разделе 4 контракта. Начало - 10.10.2016, окончание – 30.11.2024.

Согласно пункту 2.2 государственного контракта содержание этапов ОКР и сроки выполнения установлены в ведомости исполнения (приложение № 2 к государственному контракту).

В соответствии с ведомостью исполнения к государственному контракту срок выполнения работ по этапу № 1 - начало 10.10.2016 - окончание 31.07.2017, цена этапа №1 – 267 542 000 руб.

Как следует из положений ст.ст. 702, 711, 758, 762 ГК РФ основанием возникновения у заказчика обязанности оплатить работы является факт их надлежащего выполнения подрядчиком и передачи результатов заказчику, учитывая, что обязанности подрядчика по согласованию проектной документации с компетентными органами договором не установлено.

В обоснование исковых требований, истец указал, что в установленный контрактом срок обязательства ответчиком не выполнены, акт сдачи-приемки этапа ОКР по этапу № 1 утвержден истцом 31.08.2018, срок просрочки обязательства по этапу № 1 составляет 31 день (с 01.08.2018 по 31.08.2018).

В связи с тем, что ответчиком были нарушены сроки исполнения обязательств по контракту, истец, руководствуясь пунктами 8.3.2 и 8.3.3 контракта, начислил неустойку и направил в адрес ответчика претензию от 07.02.2019 №МХ-1283 с требованием об оплате пени за просрочку исполнения обязательства по контракту.

В ответе на претензию истца от 04.03.2019 № 129-3/112 (вх. истца от 07.02.2019 №МХ-1283), ответчик сообщил об отказе в удовлетворении претензионных требований об уплате пени. Истец не согласился с доводами ответчика, о чем сообщил в письме от 27.05.2019 № 80-11596.

Поскольку ответчик требования об уплате пени в добровольном порядке не исполнил, истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что доводы, изложенные в исковом заявлении, не могут быть признаны обоснованными, ввиду противоречия фактическим обстоятельствам дела, представленным в дело доказательствам, положениям заключенного контракта.

В соответствии со ст. 773 ГК РФ, а также с п. 1.1 и п. 6.3 контракта ответчик обязуется выполнить ОКР в соответствии с утвержденным ТЗ и предъявить истцу результаты.

В соответствии с разделом 5 контракта не позднее срока окончании выполнения работ по этапу ОКР ответчик представляет истцу с сопроводительным письмом акт приемки этапа ОКР. В случае завершения ОКР в целом - акт приемки ОКР.

Кроме того, п. 5.2 контракта предусмотрено, что техническая приемка результатов ОКР, контроль за качеством, контроль за ходом выполнения ОКР, в том числе за выполнением условий государственного контракта, возлагается на военное представительство Министерства обороны РФ.

Истец в течение 35 дней с момента получения отчетных документов принимает выполненные работы или предъявляет ответчику обоснованные замечания и претензии по результатам выполнения ОКР в случае обнаружения факта отступления ответчиком от условий контракта. В данном случае оформляется и направляется в адрес ответчика мотивированный отказ с перечнем необходимых доработок и с указанием сроков их выполнения (п. 5.7 контракта).

Согласно решению от 15.09.2017 тематической секции № 3 НТС Госкорпорации «Роскосмос» истец поручил ответчику разработать и представить проект дополнения №1 к техническому заданию на ОКР «ППОИ (Косморобот)» в части внесения изменения в состав робота космического назначения (РбКН), уточнения технических характеристик, введения дополнительного объема в части проектной проработки, разработки дополнительных составных частей (СЧ) РбКН и специального оборудования. Также было рекомендовано внести изменения в график выполнения работ по контракту без изменения срока выполнения работ по Контракту в целом.

В соответствии с обращениями ответчика, рекомендациями истца, 16.10.2017 было проведено заседание тематической секции №3, где истцом принято решение от №АН-523-р об уточнении технического задания на ОКР «ППОИ (Косморобот)» и условий контракта. С учетом необходимости выполнения дополнительного объема работ был перенесен срок окончания выполнения работ по этапам №№ 1-3, при этом также было принято решение об увеличении цены этапов № 2 и № 3 за счет уменьшения цены этапа № 4. Кроме того, данным решением также было утверждено дополнение № 1 к ТЗ на ОКР «ППОИ Косморобот».

Между истцом и ответчиком 30.11.2017 было подписано дополнительное соглашение № 2 к контракту, которым был изменен только срок окончания выполнения работ по этапу № 1.

При этом, во исполнение решения от 16.10.2017 №АН-523-р, не были внесены изменения в части уточнения сроков выполнения работ и изменения цены этапов №2 и №3, а также не было введено в условия выполнения работ по контракту дополнение № 1 к ТЗ на ОКР «ППОИ (Косморобот)», которое также касалось содержания и объемов выполнения работ по этапу № 1.

Ответчиком в адрес истца письмом от 02.07.2018 №ГПО-7/132 было направлено подписанное со стороны ответчика дополнительное соглашение № 5 к контракту, включающее в себя все вышеуказанные изменения. Однако представленное дополнительное соглашение так и не было подписано со стороны истца.

Ответчик неоднократно устно и письменно обращался к истцу с просьбой рассмотреть и подписать дополнительное соглашение № 5 к контракту, о чем свидетельствует письмо от 09.08.2018 г. № ГПО-6/589. Также со стороны 1382 Военного представительства Минобороны в адрес истца было направлено письмо от 23.07.2018 №1382/946 с указанием на ряд проблемных вопросов, препятствующих закрытию этапа № 1 контракта. Среди таких проблем было указано отсутствие введенного (легализованного) в условия контракта дополнения № 1 к ТЗ на ОКР «ППОИ (Косморобот)».

Дополнительное соглашение № 5 было подписано сторонами 31.08.2018, согласно которому дополнение № 1 к ТЗ на ОКР «ППОИ Косморобот» было введено в условия контракта, только в части выполнения работ по этапу № 1.

Истец принял выполненные по этапу № 1 работы, подписав 31.08.2018 акт №5619/16/150/РбКН/1 сдачи-приемки этапа №1.

Обязательства ответчика по этапу №1 контракта выполнены в полном объеме и в соответствии с требованиями технического задания, что подтверждается утвержденным актом сдачи-приемки этапа № 1.

При этом, каких-либо замечаний, претензий по результатам выполнения этапа № 1, мотивированных отказов в приемке работ с указанием перечня недостатков и сроками их устранения от истца не поступало. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Несвоевременное подписание истцом акта сдачи-приемки этапа ОКР не может повлечь неблагоприятные последствия для ответчика в виде взыскания штрафных санкций.

В Постановлении Президиума ВАС РФ № 12945/13 от 17.12.2013 указано, что момент окончания оказания услуг (выполнения работ) не должен определяться датой утверждения заказчиком акта сдачи-приемки, так как это ставит приемку работ в зависимость исключительно от усмотрения заказчика.

По смыслу ст. 773 ГК РФ исполнитель в договорах на выполнение НИОКР по общему правилу обязан выполнить работы в соответствии с согласованным с заказчиком техническим заданием и передать заказчику их результаты в предусмотренный договором срок. Заказчик же несет обязанность принять результаты выполненных работ и оплатить их (статья 774 ГК РФ).

Соответственно, обязательство ответчика по выполнению работ считается исполненным в момент предъявления результата выполненных работ к приемке, то есть 30.07.2018, а не после их фактической приемки истцом.

Срок сдачи работ по государственному контракту поставлен в зависимость от даты утверждения отчетных документов истцом, в связи с чем, ответчик не мог повлиять на сроки утверждения истцом актов.

Аналогичная позиция изложена Министерством финансов Российской Федерации, выраженной в письме Минфина от 07.11.2017 № 24-03-08/73293, согласно которой, исходя из системного толкования Закона № 44-ФЗ установленные заказчиком в контракте сроки приемки поставленного товара, выполненной работы (ее результатов) или оказанной услуги, а также сроки оформления результатов такой приемки не входят в срок исполнения основного обязательства, предусмотренного контрактом.

Также, аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Президиума ВАС РФ № 12945/13 от 17.12.2013, согласно которому момент окончания оказания услуг (выполнения работ) не должен определяться датой утверждения заказчиком акта сдачи-приемки, так как это ставит приемку работ в зависимость исключительно от усмотрения заказчика.

Судом установлено, что работы фактически были выполнены с надлежащим качеством и предъявлены к приемке в установленные контрактом сроки, акт датирован в пределах сроков выполнения работ, его фактическое подписание истцом с проставлением в акте иной даты при условии отсутствия каких-либо претензий в отношении объемов и качества выполненных работ, не может быть признано судом в качестве надлежащего основания для наложения на ответчика обязанности по уплате штрафных неустоек за просрочку исполнения при фактическом установлении отсутствия такового. В иной ситуации указанные положения договора противоречат принципу правовой определенности, учитывая, что истец не лишен возможности немотивированного переноса срока утверждения на любой иной период, что в свою очередь влечет необоснованное наложение на контрагента обязанности по уплате штрафных санкций без какого-либо мотивированного обоснования соответствующего периода.

Таким образом, доводы истца по включению срока оформления результатов приемки в срок исполнения обязательств по контракту является необоснованными и правомерно отклонены судом первой инстанции.

Учитывая изложенное, истцом не доказан факт неисполнения и ненадлежащего исполнения ответчиком принятых на себя обязательств по контракту, не обоснован период просрочки, в противоречие п. 1 ст. 401 ГК РФ не доказан факт наличия вины ответчика в форме умысла или неосторожности, при котором возможно привлечение к ответственности.

На основании изложенного, а также учитывая то, что работы фактически были выполнены надлежащего качества и предъявлены к приемке в установленный контрактом срок, акт датирован в пределах срока выполнения работ, их фактическое подписание истцом с проставлением в актах иной даты при условии отсутствия каких-либо претензий в отношении объемов и качества выполненных работ, не может быть признано в качестве надлежащего основания для наложения на ответчика обязанности по уплате штрафных санкций за просрочку исполнения при фактическом установлении отсутствия такового.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В своем исковом заявлении и апелляционной жалобе истец рассчитывает период просрочки, необоснованно включив время, затраченное на приемку, в период просрочки ответчика. При этом Госкорпорация «Роскосмос» ссылается на п. 4.3 контракта, в котором определено, что датой исполнения обязательств головного исполнителя по этапам государственного контракта является дата утверждения государственным заказчиком акта приемки этапа ОКР.

При этом в соответствии с п. 5.4 исполнитель не позднее срока окончания выполнения работ по этапу представляет заказчику акт сдачи-приемки этапа ОКР и иные документы, подтверждающие выполнение работ по контракту.

Далее п. 5.7 контракта установлено, что государственный заказчик в течение 35 дней с момента получения отчетных документов принимает выполненные работы или предъявляет головному исполнителю обоснованные замечания и претензии по результатам выполнения ОКР в случае обнаружения факта отступления от условий контракта.

То есть, в п. 5.7 контракта определен алгоритм действий государственного заказчика при получении отчетных документов, но из этого не следует обязанность исполнителя предоставлять их заблаговременно до наступления срока окончания работ или в иной срок, отличный от указанного в п. 5.4 контракта и в ведомости исполнения.

Контракт не содержит условий, в соответствии с которыми головной исполнитель обязан учитывать срок приемки результатов ОКР при сдаче отчетной документации заказчику.

Таким образом, ссылка на пункт 4.3 контракта о том, что датой выполнения работ считается дата утверждения акта заказчиком, является несостоятельной, поскольку данный довод истца противоречит буквально сформулированным условиям контракта.

Таким образом, при расчете заказчиком пени, начисляемой за каждый день просрочки исполнения обществом обязательства, в период просрочки исполнения обязательства не подлежат включению дни, потребовавшиеся заказчику для приемки выполненной работы (ее результатов) и оформления итогов такой приемки.

Данная позиция отражена в Определении Верховного суда Российской Федерации от 15.10.2019 г. № 305-ЭС19-12786 по делу № А40-236034/2018.

Что касается ссылки истца на материалы судебного дела № А40-15573/2017, необходимо отметить следующее.

В рамках указанного дела была проведена плановая проверка использования средств, предоставленных из федерального бюджета на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в рамках федеральной целевой программы «Поддержание, развитие и использование системы ГЛОНАСС на 2012-2020 годы», в 2015 году и истекшем периоде 2016 года. Таким образом, судебные акты, принятые по указанному делу, не могут быть приняты во внимание в рамках рассмотрения настоящего дела.

В частности, по судебным делам, рассмотренным Арбитражным судом Московского округа и Девятым арбитражным апелляционным судом в период с конца марта 2019 по настоящее время, вынесены постановления, доводы которых соотносятся с доводами ПАО «РКК «Энергия», а именно: если работа выполнена без замечаний и отчетные документы представлены заказчику в установленный контрактом срок, период приемки не должен включаться в период выполнения ОКР. Данная позиция закреплена в Определении Верховного суда Российской Федерации от 15.10.2019 г. № 305-ЭС19-12786 по делу № А40- 236034/2018.

Таким образом, ПАО «РКК «Энергия» выполнило свои обязательства по контракту в установленные сроки и не могло повлиять на исполнение обязательств истцом по сроку утверждения акта сдачи-приемки, в связи с чем основания для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания неустойки отсутствуют. Ответчик, своевременно выполнивший и сдавший результаты работ, не может нести ответственность за период утверждения истцом акта выполненных работ. При этом истцом не представлено доказательств ненадлежащего выполнения работ.

Иное толкование условий контракта свидетельствовало бы о злоупотреблении истцом правом, поскольку позволяло бы привлечь исполнителя к гражданско-правовой ответственности за работы, выполненные в установленный контрактом срок, что противоречит общим принципам ответственности в гражданском праве.

При таких обстоятельствах, апелляционная инстанция приходит к выводу, что судом первой инстанции дана надлежащая оценка фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, правильно применены подлежащие применению нормы материального и процессуального права. В свою очередь, доводы истца, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Учитывая изложенное, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания, предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения решения суда от 01.11.2019 г.

Руководствуясь статьями 110, 176, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2019 по делу № А40-168405/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.


Председательствующий судья                                                         О.Н. Семикина


Судьи                                                                                                 А.Л. Фриев


                                                                                                            И.А. Титова