Постановление от 18 декабря 2023 г. по делу № А44-5816/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 декабря 2023 года

Дело №

А44-5816/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Мирошниченко В.В., Яковца А.В.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «ТрэкСервис» ФИО1 (доверенность от 07.11.2022), от общества с ограниченной ответственностью «Асдортранс» ФИО2 (доверенность от 26.12.2022),

рассмотрев 13.12.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТрэкСервис» ФИО3 на постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2023 по делу № А44-5816/2020,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Новгородской области от 05.11.2020 принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ТрэкСервис», адрес: 173016, Новгородская обл., Новгородский р-н, р. <...>, 10-12, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 14.12.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением от 13.05.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Определением от 26.10.2022 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением от 08.11.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий должника 10.08.2022 обратился в суд с заявлением о признании недействительным соглашения о переводе долга, заключенного 26.12.2019 Обществом, ООО «ТрансКом» (далее – Компания) и ООО «Технострой» (далее – Фирма), и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Асдортранс» (далее – Предприятие) в пользу должника денежных средств в размере 6 445 206 руб. 07 коп. (с учетом принятого судом уточнения заявленных требований).

Определением суда от 30.05.2023 требование удовлетворено: спорное соглашение признано недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с Предприятия в конкурсную массу должника 6 445 206 руб. 07 коп. Восстановлено право требования Предприятия к Фирме по исполнению решения суда от 11.09.2019 по делу № А44-5651/2019.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2023 определение от 30.05.2023 отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий Обществом, ссылаясь на неправильное применение апелляционным судом норм материального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление и направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Податель кассационной жалобы считает, что соглашение является безвозмездной сделкой, подлежащей признанию недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Податель жалобы ссылается на аффилированность должника и Фирмы. Податель жалобы указывает, что платежам по оспариваемой сделке должна быть дана оценка на предмет недействительности по статье 61.3 Закона о банкротстве.

В судебном заседании представитель Общества поддержала доводы, приведенные в кассационной жалобе, а представитель Предприятия возражал против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, решением суда от 11.09.2019 по делу № А44-5651/2019 с Фирмы в пользу Компании взыскано 16 742 850 руб. 46 коп. по оплате товара (асфальтобетонной смеси), поставленного в сентябре - ноябре 2018 года на основании договора от 01.09.2018 № 66/2018, в том числе 15 771 397 руб. 20 коп. основного долга, 971 453 руб. 26 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на задолженность в размере 15 771 397 руб. 20 коп. с учетом ее фактического погашения за каждый день просрочки, начиная с 06.09.2019 по день фактической уплаты долга, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, а также 105 322 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Впоследствии, 26.12.2019 Фирмой (первоначальным должником), Компанией (кредитором) и Обществом (новым должником) заключено соглашение о переводе долга от 26.12.2019, согласно которому к Обществу перешло обязательство по исполнению решения суда по делу № А44-5651/2019 в размере 5 395 991 руб. 31 коп. основного долга и 1 032 510 руб. 89 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Также 05.02.2020 Компанией (цедентом) и Предприятием (цессионарием) заключено соглашение, согласно которому к Предприятию перешло право требования к Обществу по делу № А44-5651/2019 в части взыскания задолженности в размере 5 395 991 руб. 31 коп. основного долга и 1 032 510 руб. 89 коп. процентов. Определениями суда от 04.02.2020 и от 10.03.2020 по делу № А44-5651/2019 произведена замена должника (Фирмы на ее правопреемника - Общество) и взыскателя (Компании на ее правопреемника - Предприятие) в части задолженности в размере 5 395 991 руб. 31 коп. основного долга и 1 032 510 руб. 89 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Полагая, что соглашение о переводе долга от 26.12.2019 направлено на причинение вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий Обществом оспорил его в судебном порядке.

Суд первой инстанции, ссылаясь на решение налогового органа от 19.11.2021 № 16-16/4 о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, установил, что Фирма и Общество являются аффилированными, взаимозависимыми лицами, между которыми осуществлялся формальный документооборот.

Суд пришел к выводу, что результате совершения оспариваемой сделки Общество приняло на себя долговые обязательства, не получив встречного исполнения, в условиях неисполнения Обществом существовавших обязательств перед кредиторами. При таких обстоятельствах суд счел заявление конкурсного управляющего Обществом обоснованным, усмотрев в спорной сделке наличие признаков, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции.

Апелляционный суд отметил, что реальность хозяйственных отношений сторон по поставке асфальтобетонной смеси в рамках договора от 01.09.2018 № 66/2018 не оспаривается. Установив, что оспариваемое соглашение о переводе долга является возмездной сделкой, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения апелляционным судом норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно, а выводы этого суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Под недостаточностью имущества следует понимать превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность предполагает прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ, с учетом установленных законодательством о банкротстве презумпций, бремя доказывания цели причинения вреда интересам кредиторов и неравноценности встречного исполнения возлагается на лицо, оспаривающее сделку (пункт 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Закон о банкротстве не устанавливает возможность удовлетворения требований о признании сделки недействительной без обоснования соответствующими доказательствами.

Как усматривается из материалов дела, производство по делу о банкротстве Общества возбуждено 05.11.2020, спорная сделка заключена 26.12.2019, то есть в пределах срока, установленного пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим Обществом оспаривается соглашение о переводе долга Фирмой на Общество.

Согласно пункту 1 статьи 391 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) перевод долга с должника на другое лицо может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и новым должником.

В обязательствах, связанных с осуществлением их сторонами предпринимательской деятельности, перевод долга может быть произведен по соглашению между кредитором и новым должником, согласно которому новый должник принимает на себя обязательство первоначального должника.

В силу пункта 2 статьи 391 ГК РФ перевод должником своего долга на другое лицо допускается с согласия кредитора и при отсутствии такого согласия является ничтожным.

Целью перевода долга является освобождение первоначального должника от обязательства с одновременным возложением того же самого обязательства на нового должника. При этом права кредитора сохраняются в полном объеме.

Таким образом, перевод долга предполагает наличие волеизъявления трех сторон - двух должников (прежнего и нового) и кредитора.

Из содержания оспариваемого соглашения от 26.12.2019 следует, что Компания дала согласие на перевод долга от Фирмы к новому должнику - Обществу, а, следовательно, Соглашение не является ничтожным на основании пункта 2 статьи 391 ГК РФ.

В силу статьи 424 ГК РФ исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон. В случаях, когда в возмездном договоре цена не предусмотрена и не может быть определена исходя из условий договора, исполнение договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги.

Из положений статьи 391 ГК РФ не следует, что договор перевода долга носит безвозмездный характер, то есть само по себе отсутствие в договоре условия о встречном обязательстве лицу, на которое переведен долг, не свидетельствует о безвозмездном характере сделки по переводу долга.

Более того, в предпринимательской деятельности, по общему правилу, возмездность сделки по переводу долга предполагается.

Конкурсный управляющий ссылается на безвозмездность соглашения от 26.12.2019, полагает, что действия Общества (нового должника) были совершены с намерением фактического одаривания Фирмы (первоначального должника), поскольку принятие Обществом на себя чужого долга не сопровождалось реальным встречным предоставлением со стороны Фирмы.

При этом реальность хозяйственных отношений сторон по поставке асфальтобетонной смеси в рамках договора от 01.09.2018 № 66/2018 участниками дела не оспаривается.

Об аффилированности первоначального и нового должников (со ссылкой на решение налогового органа от 19.11.2021 № 16-16/4 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым установлено, что между Обществом и Фирмой велся формальный документооборот и данные лица являются взаимозависимыми) последовательно указывали на протяжении всего судебного разбирательства участники спора, в том числе и конкурсный управляющий.

В подтверждение обоснованности соглашения от 26.12.2019 Предприятие неоднократно обращало внимание суда на то, что экономический смысл сделки заключался в устранении в расчетах между поставщиком асфальтобетонной смеси (Компанией) и непосредственным получателем и потребителем этой смеси (Общества) формального посредника в лице Фирмы.

Со ссылкой на выводы налоговой проверки Предприятие указало, что Фирма не имела собственных производственных ресурсов, в том числе для выполнения работ по укладке асфальта, при этом являлась лицом, подконтрольным Обществу, обладавшему необходимыми производственными ресурсами и выполнявшему работы по укладке асфальта на различных объектах по многочисленным государственным контрактам.

Аффилированность нового и старого должников объясняет мотивы вступления одного в долг другого перед независимым кредитором и не опровергает закрепленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ и применимую к Компании и Предприятию презумпцию добросовестности.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции обоснованно заключил, что спорное соглашение от 26.12.2019 предполагается возмездным, поскольку возмездность вытекает из внутригрупповых отношений первоначального и нового должника.

Указанная презумпция конкурсным управляющим не опровергнута, не приведено никаких доказательств юридической или фактической аффилированности Компании к должнику или Фирме, осведомленности Компании о хозяйственных связях и корпоративной структуре ведения бизнеса между указанными лицами.

Апелляционным судом также учтено, что ни Предприятие, ни Компания, не будучи связанными с членами этой группы, не знали и не могли знать о характере отношений нового и первоначального должника (их возмездности / безвозмездности).

Возложение на кредитора риска признания перевода долга недействительным по данному основанию подрывает его разумные ожидания и дестабилизирует оборот в целом.

В отсутствие аффилированности Компании по отношению к должнику или Фирме, конкурсным управляющим не доказано, что Компания как независимый кредитор знала или могла знать о наличии признаков неплатежеспособности должника на момент заключения оспариваемой сделки.

Основания не согласиться с указанными выводами у суда кассационной инстанции отсутствуют.

По мнению суда округа, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о недоказанности конкурсным управляющим Обществом совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемого соглашения недействительной сделкой в соответствии со статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции также правомерно указал на отсутствие оснований для признания упомянутого соглашения мнимым либо притворным (статья 170 ГК РФ), поскольку воля Компании была направлена на возникновение именно тех гражданско-правовых последствий, что отражены в подписанном им соглашении.

Довод подателя кассационной жалобы о том, что платежам по оспариваемой сделке должна быть дана оценка на предмет недействительности по статье 61.3 Закона о банкротстве, поскольку в силу пункта 1 Постановления № 63 платежи являются объектом самостоятельного оспаривания и исследование пороков этих сделок выходит за пределы заявленного управляющим требования о признании недействительным соглашения о переводе долга.

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены апелляционным судом правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2023 по делу № А44-5816/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТрэкСервис» ФИО3 – без удовлетворения.

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

В.В. Мирошниченко

А.В. Яковец