Решение от 5 мая 2024 г. по делу № А55-30852/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443001, г.Самара, ул. Самарская,203Б, тел. (846) 207-55-15

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



06 мая 2024 года

Дело №

А55-30852/2023


Резолютивная часть решения объявлена 18 апреля 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 06 мая 2024 года.

Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи Максимовой В.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Белозерцевым С.В.,

рассмотрев в судебном заседании  18 апреля 2024 года  заявление

ООО Научно-Производственное Объединение «Специальные Стали и Сплавы», ИНН <***>, г. Самара,

к  Межрайонной ИФНС России №18 по Самарской области  Россия 443099, г.Самара, Самарская область, ул.Князя ФИО1 д. 6

о признании недействительным ненормативного правового акта

третьи лица: УФНС России по Самарской области, Межрайонная ИФНС России №23 по Самарской области

при участии в заседании

при участии:

от заявителя – ФИО2 по доверенности,

от МИФНС №18 – ФИО3, по доверенности, ФИО4 по доверенности

от МИФНС №23 – ФИО5 по доверенности

от Управления – ФИО4 по доверенности

установил:

ООО Научно-Производственное Объединение «Специальные Стали и Сплавы» обратилось в арбитражный суд с заявлением, согласно которого просит:

1. Признать недействительным Решение МИФНС России № 18 по Самарской области № 20-33/13 от 26.05.2023г., в части привлечения ООО «НПО «Специальные стали и сплавы» к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 НК РФ в виде взыскания штрафа в размере 73 689 руб., по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде взыскания штрафа в размере 143 568 руб., по ст. 123 НК РФ в виде взыскания штрафа в размере 4 521 руб., недоимки по налогу на прибыль организаций в сумме 6 418 659 руб., по налогу на добавленную стоимость в сумме 3 777 344 руб.

2. Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №18 по Самарской области в пользу ООО «НПО «Специальные стали и сплавы» уплаченную государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - УФНС России по Самарской области, Межрайонную ИФНС России №23 по Самарской области

Представитель заявителя требования поддержал.

Представители заинтересованного лица, возражали против удовлетворения заявленных требований, по основаниям указанным в представленном отзыве, который приобщен судом к материалам дела, в порядке ст. 81 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, проверив доводы, приведенные в заявлении, отзывах на него, заслушав представителей лиц в судебном заседании, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, налоговым органом была проведена выездная налоговая проверка заявителя по всем налогам и сборам за период с 01.01.2018г. по 31.12.2020г. По результатам проверки вынесено решение от 26.05.2023 № 20-33/13 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым налогоплательщику доначислены к уплате налог на добавленную стоимость (далее по тексту – НДС) в размере 3 777 344 руб., налог на прибыль организаций (далее по тексту – налог на прибыль) в размере 6 418 659 руб., налог на доходы физических лиц в размере 180 854 руб., по страховым взносам в размере 674 804 руб., пени в связи с несвоевременной уплатой налогов в размере 12 572 126руб., также ООО НПО «Специальные стали и сплавы» привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 ст.122 Налогового Кодекса Российской Федерации (далее по тексту – НК РФ), в виде взыскания штрафа в размере 143 568 рублей, по п.3 ст.123 НК РФ в виде взыскания штрафа в размере 4 521 руб., в виде взыскания штрафных санкций в размере 1 963 320руб.

 Не согласившись с принятым налоговым органом решением, заявитель в порядке, предусмотренном ст.139 Налогового кодекса Российской Федерации, обратился в Управление ФНС по Самарской области с апелляционной жалобой. Решением Управления ФНС по Самарской области от 05.09.2023 № 03-15/01/188 апелляционная жалоба заявителя оставлена без удовлетворения.

Заявитель, не согласившись с указанным решением налогового органа в части привлечения ООО «НПО «Специальные стали и сплавы» к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 НК РФ в виде взыскания штрафа в размере 73 689 руб., по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде взыскания штрафа в размере 143 568 руб., по ст. 123 НК РФ в виде взыскания штрафа в размере 4 521 руб., недоимки по налогу на прибыль организаций в сумме 6 418 659 руб., по налогу на добавленную стоимость в сумме 3 777 344 руб., обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, заслушав представителей сторон, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Ненормативный акт, действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, могут быть признаны недействительными (незаконными) при наличии одновременно двух условий: в случае, если данные ненормативный акт, действия (бездействие) не соответствуют закону и нарушают права и охраняемые законом интересы заявителя.

Согласно части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В силу пункта 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на добавленную стоимость, исчисленную в порядке, предусмотренном статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении: товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 НК РФ; товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Порядок применения налоговых вычетов установлен статьей 172 НК РФ, которая предусматривает, что налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), и при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ.

 Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 этой статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению. Таким образом, при соблюдении вышеуказанных требований НК РФ налогоплательщик вправе претендовать на получение налогового вычета при исчислении НДС.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 11.11.2008 № 9299/08, налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов по НДС правомерны лишь при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в Определениях от 25.07.01 № 138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг).

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление №53) представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Под налоговой выгодой, для целей названного Постановления №53, понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

В силу правовой позиции, изложенной в Постановлении №53, налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п.4). Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом (пункт 10 Постановления №53).

Как вытекает из правовой позиции, выраженной в пунктах 7 и 11 Постановления №53, выявление необоснованной налоговой выгоды предполагает доначисление суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, таким образом, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом – определение суммы налога, которая должна была бы изначально уплачена в бюджет.

На основании статьи 246 НК РФ Общество является плательщиком налога на прибыль организаций. Согласно статье 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, под которой для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 НК РФ). Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Критерий экономической обоснованности расходов не предусматривает оценку понесенных налогоплательщиком затрат с точки зрения целесообразности, рациональности и эффективности их осуществления.

В то же время экономическая оправданность затрат предполагает, что они понесены налогоплательщиком в его собственных интересах.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. Право налогоплательщика на уменьшение полученного им дохода на сумму произведенных расходов является разновидностью налогового вычета, предоставляемого добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат, связанных с получением дохода, в связи с чем обусловлено необходимостью подтверждения надлежащими документами факта несения таких расходов.

Таким образом, при решении вопроса о правомерности применения вычетов по НДС и включения затрат в состав расходов, уменьшающих налогооблагаемый доход по налогу на прибыль, необходимо исходить из реальности расходов, произведенных в целях получения дохода, а также их документального подтверждения; налогоплательщик должен располагать оформленными в установленном порядке документами, подтверждающими реальное осуществление хозяйственных операций.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При отсутствии искажений сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика, налогоплательщик вправе уменьшить сумму подлежащего уплате налога при одновременном соблюдении следующих условий (пункт 2 статьи 54.1 НК РФ): основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Как разъяснено в письме ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@, доказывание факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ, производится налоговым органом. Следовательно, возможность учета расходов и вычетов обусловливается наличием реального осуществления хозяйственных операций.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 24.02.2004 № 3-П, а также в Определении от 04.06.2007 № 320-О-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата, т.е. налоговый орган в любом случае не вправе делать какие-либо выводы о целесообразности или нецелесообразности заключения тех или иных сделок или договоров, заключенных налогоплательщиком.

В силу принципа свободы экономической деятельности (ч. 1 ст. 8 Конституции РФ) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно, на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

Налоговым органом по настоящему делу не оспаривался факт наличия товаров (готовых металлических изделий) (не вменялась бестоварность сделок), приобретенных у спорных контрагентов, а также факт их дальнейшей реализации в адрес покупателей налогоплательщика.

Доход, отраженный в налоговой отчетности Общества, полученный от реализации товара, полученного по взаимоотношениям со спорными контрагентами, Инспекцией не признан необоснованным и не исключен из налоговой базы.

Какие-либо основания и доказательства в опровержение указанного обстоятельства в оспариваемом Решении не приведены, соответствующие мероприятия налогового контроля не были проведены.

Суд исходит из того, что Инспекцией не доказана недобросовестность действий со стороны Общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду, как и не доказаны обстоятельства взаимозависимости либо аффилированности налогоплательщика с контрагентами.

Налоговым органом не доказана согласованность действий Общества со спорными контрагентами.

Анализ операций на расчетных счетах, проведенный налоговым органом в рамках проверки, о наличии замкнутой схемы расчетов, о возврате денежных средств проверяемому налогоплательщику не свидетельствует, иное материалы дела не содержат.

Доводы, на которые ссылается налоговый орган в обоснование своей позиции об отсутствии реальных взаимоотношений налогоплательщика и контрагента ввиду отсутствия у последнего необходимых условий для осуществления экономической деятельности и невозможности осуществления ими фактических поставок товара в адрес налогоплательщика, судом отклоняются как противоречащие правовым позициям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении Президиума 03.07.2012 №2341/12, а также в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016, № 305-КГ16-14921 от 06.02.2017.

Согласно позиций высших судебных инстанций, сформулированных в указанных судебных актах, установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции.

Доказательств того, что цена полученных от контрагентов товаров (дисков) не соответствовала рыночному уровню, а налогоплательщик вступал в отношения с данными лицами на особых (не на обычных) условиях, Инспекцией не представлено.

Доказательств того, что спорные контрагенты введены в цепочку искусственно для целей уменьшения налогового бремени, в ходе рассмотрения дела не установлено.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 25.07.2001 № 138-О и от 15.02.2005 № 93-О, следует, что для подтверждения недобросовестности налогоплательщика налоговому органу необходимо представить доказательства совершения сторонами по сделке умышленных совместных действий в целях получения необоснованной налоговой выгоды, убыточности предпринимательской деятельности налогоплательщика, фиктивности хозяйственных операций, неосуществления налогоплательщиком экономической деятельности, для которой приобретались товары и другие доказательства.

Однако таких доказательств Инспекция при рассмотрении дела не представила.

Следовательно, Общество, осуществляя в проверяемый период деятельность, направленную на получение дохода, произвело экономически оправданные затраты, выраженные в денежной форме и оформленные соответствующими первичными документами.

Таким образом, налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки не опровергнут факт приобретения Обществом товара у спорных контрагентов, их учет и использование при осуществлении операций, а, следовательно, право налогоплательщика на применение налоговых вычетов по НДС в соответствии со статьями 171, 172 НК РФ и принятие соответствующих расходов при исчислении налоговой базы по налогу на прибыль организаций.

Как следует из материалов дела, налоговым органом доначислены суммы НДС и налога на прибыль организаций по взаимоотношениям заявителя по договорам, заключенных ООО «НПО «Специальные стали и сплавы» с контрагентами.

Также налоговым органом в ходе проведения контрольных мероприятий установлены факты, свидетельствующие о нарушении обществом ст. 250 Налогового кодекса Российской Федерации, выразившиеся в неправомерном невключении в состав внереализационных доходов кредиторской задолженности, в связи с исключением контрагентов ООО «АЛЬЯНС» ИНН <***>, ООО «Комплект Строй» ИНН <***>, ООО «МАГИСТРАЛЬ» ИНН <***>,  ООО «ТЕХДЕТАЛЬ» ИНН <***>, ООО «Джоббер» ИНН <***>, ООО «ПРИОРИТЕТ» ИНН <***>, ООО «ТД «Созвездие» ИНН <***>, ООО «РТ ГРУПП» ИНН <***>, ООО «Техноимпульс» ИНН <***> из ЕГРЮЛ, а также невключения в состав внереализационных доходов кредиторской задолженности контрагентов ООО «Спика», ООО «Техномет» ИНН <***>, ООО «Лист СПБ» ИНН <***>.

Налоговый орган в представленном суду отзыве на заявление, указал, что в ходе проверки установлено создание налогоплательщиком схемы ухода из-под налогообложения и получения неправомерной налоговой экономии путем привлечения следующих организаций: ООО «КМ» ИНН <***>, ООО «МСК-Металл» ИНН <***>, ООО «Техноресурс» ИНН <***>, ООО «Автотех-Р» ИНН <***>, ООО «Метстрой Групп» ИНН <***>, ООО «ПСК-С» ИНН <***>, ООО «Волгаторг» ИНН <***>, ООО «Бриз» ИНН <***>, ООО «Эксперт» ИНН <***>, ООО «Строймонтаж» ИНН <***>.

Из материалов дела следует, что основным видом деятельности Общества, осуществляемым в проверяемом периоде являлось «Производство прочих готовых металлических изделий не включенных в другие группировки» (ОКВЭД 25.99), дополнительные виды деятельности: «Производство алюминия» (ОКВЭД 24.42), «Производство свинца, цинка и олова» (ОКВЭД 24.43), «Производство меди» (ОКВЭД 24.44) и т.д.

По эпизоду доначисления сумм налога на прибыль и НДС по взаимоотношениям с ООО «КМ» ИНН <***>, ООО «МСК-Металл» ИНН <***>, ООО «Техноресурс» ИНН <***>, ООО «Автотех-Р» ИНН <***>, ООО «Метстрой Групп» ИНН <***>, ООО «ПСК-С» ИНН <***>, ООО «Волгаторг» ИНН <***>, ООО «Бриз» ИНН <***>, ООО «Эксперт» ИНН <***>, ООО «Строймонтаж» ИНН <***> суд отмечает следующее.

Налоговым органом в ходе проверки установлено, что ООО «НПО «Специальные стали и сплавы» в рамках договоров, заключенных с заказчиками (ООО «Ульяновский автомобильный завод», АО «Чепецкий механический завод», НИИ Химических источников тока, АО «Златоустовский Машиностроительный завод». ООО «Павловский автобусный завод», ПАО «Челябинский трубопрокатный завод», ООО «Литейный завод «РОСАЛИТ», ООО ТД «НПО «Специальные стали и сплавы», АО «ГОРНОЗАВОДСКЦЕМЕНТ», ООО «Яковлевский Горно-Обогатительный комбинат», ООО «Красноярский Металлургический завод», ОАО «ВОЛГОЦЕМЕНТМАШ», АО «КАРЕЛЬСКИЙ ОКАТЫШ», ПАО «ЗАРЕМ» и др.) осуществляло им поставку товаров.

В проверяемом периоде для выполнения обязательств по данным договорам, заявителем были привлечены в том числе спорные контрагенты: ООО «КМ» ИНН <***>, ООО «МСК-Металл» ИНН <***>, ООО «Техноресурс» ИНН <***>, ООО «Автотех-Р» ИНН <***>, ООО «Метстрой Групп» ИНН <***>, ООО «ПСК-С» ИНН <***>, ООО «Волгаторг» ИНН <***>, ООО «Бриз» ИНН <***>, ООО «Эксперт» ИНН <***>, ООО «Строймонтаж» ИНН <***>.

В обосновании своих доводов, налоговый орган ссылается на то, что заявитель, для исполнения договоров поставки товаров для заказчиков привлекал иных реальных контрагентов, а привлечение вышеуказанных субподрядчиков имело целью создание фиктивного документооборота для увеличения расходной части по налогу на прибыль и завышения вычетов по налогу на добавленную стоимость.

Налоговый орган также указывает, что совокупность доказательств, полученных в ходе налоговой проверки, свидетельствует о том, что контрагенты заявителя имеют признаки проблемных контрагентов, а сделки совершенных ими как сомнительные.

Поставка товаров, предусмотренных договорами с Заказчиками, по мнению налогового органа выполнена реальными контрагентами налогоплательщика, налогоплательщик использовал формальный документооборот с использованием реквизитов «спорных» контрагентов.

Налоговый орган свои выводы обосновывает следующими обстоятельствами: руководители контрагентов имеют статус «номинального руководителя», либо уклоняются от явки в налоговый орган для допроса в качестве свидетеля по вопросам деятельности организаций и взаимоотношений с ООО «НПО «Специальные стали и сплавы»; первичные документы подписаны неуполномоченными или неустановленными лицами; у спорных контрагентов отсутствуют сотрудники и производственные площади, необходимые для исполнения договоров; у спорных контрагентов отсутствуют подтверждение приобретения денежные средства, перечисленные спорным контрагентам, носят «транзитный» характер, выводятся из безналичного оборота (обналичиваются) по цепочке контрагентов; руководители «спорных» контрагентов, вызванные в налоговый орган на допрос не явились, и не представили документы в ответ на требование налогового органа; инспекцией установлены «реальные» поставщики продукции.

При перечисленных выше обстоятельствах налоговый орган пришел к следующим выводам:

При перечисленных выше обстоятельствах налоговый орган пришел к следующим выводам: совокупность установленных обстоятельств доказывает в действиях ООО «НПО «Специальные стали и сплавы» получение налоговой выгоды путем уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль вне связи с реальными хозяйственными операциями с заявленными контрагентами. Основной целью оформления действиях ООО «НПО «Специальные стали и сплавы» сделок с контрагентами ООО «КМ» ИНН <***>, ООО «МСК-Металл» ИНН <***>, ООО «Техноресурс» ИНН <***>, ООО «Автотех-Р» ИНН <***>, ООО «Метстрой Групп» ИНН <***>, ООО «ПСК-С» ИНН <***>, ООО «Волгаторг» ИНН <***>, ООО «Бриз» ИНН <***>, ООО «Эксперт» ИНН <***>, ООО «Строймонтаж» ИНН <***> являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии в виде необоснованного уменьшения налога на прибыль.

Таким образом, по мнению налогового органа, ООО «НПО «Специальные стали и сплавы» использовало формальный документооборот по спорным сделкам (операциям) в целях неправомерного завышения расходов, учитываемых для целей налогообложения прибыли и необоснованного применения вычетов по НДС.

Налоговым органом, результатами мероприятий налогового контроля, проведенными в ходе проверки, опровергнута реальность спорных сделок (операций) посредством доказательства того, что сделки (операции) были выполнены иными лицами, что свидетельствует о несоблюдении условий, предусмотренных пп.2 п.2 ст.54.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

Требования к порядку составления счетов-фактур, предъявляемые статьей 169 Кодекса, относятся не только к полноте заполнения всех реквизитов, но и к достоверности содержащихся в них сведений.

Счета-фактуры составляются на основе уже имеющихся первичных документов и должны отражать конкретные факты хозяйственной деятельности, подтвержденные такими документами. Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 15.02.2005 N 93-О разъяснил, что обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

В соответствии со статьей 247 Кодекса объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Для российских организаций прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов.

При этом, суд отмечает, что вновь введенная статья 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации целью которой являлось легальное закрепление выработанных судебной практикой правовых позиций, не содержит нормы, каким-либо образом изменяющие (улучшающие либо ухудшающие) положение налогоплательщика по сравнению с тем, которое было определено ранее на основании правовых позиций, выработанных судебной арбитражной практикой.

Пунктом 3 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Таким основаниями, в соответствии с п.2 указанной статьи являются: 1) основной целью совершения сделки (операции) является неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке не исполнено контрагентом налогоплательщика, то есть отсутствует реальность сделки. Следуя принципу единообразия в применении и толковании судами норм права, с учетом разъяснений, приведенных в Письме Федеральной налоговой службы России от 23.03.2017 г. N ЕД-5-9/547 «О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выгоды» при осуществлении мероприятий налогового контроля для подтверждения факта получения проверяемым налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды налоговым органам при проведении налоговой проверки следует исходить из того, что об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операции с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг).

Налоговым органом в акте налоговой проверки должны быть отражены все доказательства, свидетельствующие о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

При отсутствии доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговым органам необходимо исследовать и доказывать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагента и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика (по первому звену).

В этом случае, в качестве самостоятельного основания для возложения негативных последствий на налогоплательщика не могут приводиться признаки недобросовестности контрагентов второго и последующих звеньев цепочки перечисления денежных средств по выпискам банков. Данный вывод следует из пункта 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, в котором указано, что факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривая аналогичные споры, сделала общий вывод о том, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность движения товара от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого" второго и других звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

 В соответствии с частью 1 статьи 65 и частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, возлагается на орган или лицо, которые их приняли

Суд, рассмотрев материалы дела, пришел к выводу о том, что совокупность представленных налоговым органом доказательств не позволяет установить недобросовестность налогоплательщика и не подтверждает отсутствие реальности хозяйственных операции между заявителем и ООО «КМ» ИНН <***>, ООО «МСК-Металл» ИНН <***>, ООО «Техноресурс» ИНН <***>, ООО «Автотех-Р» ИНН <***>, ООО «Метстрой Групп» ИНН <***>, ООО «ПСК-С» ИНН <***>, ООО «Волгаторг» ИНН <***>, ООО «Бриз» ИНН <***>, ООО «Эксперт» ИНН <***>, ООО «Строймонтаж» ИНН <***>.

Согласно условиям договоров поставки, заключенных ООО «НПО «Специальные стали и сплавы» с Заказчиками, общество реализовывало соответствующую металлопродукцию в адрес конечных покупателей, что не оспаривается налоговым органом, который также не отрицает факт реализации продукции в адрес Заказчиков.

Судом также установлено, что заключение спорных договоров осуществлялось обществом в рамках осуществления своей основной деятельности по производству готовых металлических изделий в порядке исполнения своих обязанностей по договорам с заказчиками, т.е. изначально было направлено на получение обществом дохода от своего основного вида деятельности.

Суд считает, что налоговым органом ошибочно не учтено, что необходимость привлечения спорных контрагентов объясняется значительным объемом поставок по заключенным заявителем с заказчиками договорам, для выполнения обязательств, по которым собственных трудовых ресурсов общества не хватало; при этом договорами с заказчиками были предусмотрены существенные штрафы за нарушение сроков выполнения работ.

Как установлено судом, между заявителем и ООО «КМ» заключен договор поставки от 18.12.2017 №12, по условиям которого ООО «КМ» своими силами поставляет в адрес ООО НПО «Специальные стали и сплавы» комплектующие для поддонов:

- комплектующие для поддонов 55-1936 (ТН от 28.01.2018 № КМНК0000237);

- комплектующие для поддонов 60-10263.00.001 (ТН от 27.02.2018 № КМНК0000249);

- комплектующие для поддонов 60-5608.00.000-01 (ТН от 28.02.2018 № ТМНК0000250);

- комплектующие для поддонов 60-5608.00.000-03 (ТН от 30.03.2018 № ТМНК0000251);

- комплектующие для поддонов ПКС-И.31714.000СБ (ТН от 28.09.2018 № ТМНК0000402);

- комплектующие для поддонов (ТН от 28.09.2018 № ТМНК0000403).

Все представленные в ходе проверки документы подписаны со стороны ООО «КМ» от имени руководителя ФИО6

Представленные заявителем счета-фактуры ООО «КМ» полностью соответствуют требованиям статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации.

В ходе судебного разбирательства дела налоговым органом не заявлено о наличии в представленных документах несоответствия требованиям Федерального закона «О бухгалтерском учете» иным нормативным правовым актам налоговым органом.

Счета-фактуры, товарные накладные, полученные от контрагента, содержат все необходимые реквизиты, предусмотренные статьей 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» №402 от 06.12.2011, отражены на счетах Общества.

При этом суд отмечает, что о фальсификации указанных документов налоговым органом в порядке статьи 161 АПК РФ в ходе рассмотрения дела заявлено не было.

Руководитель ООО «КМ» с 28.07.2015 по 06.02.2020 - ФИО6 ИНН <***>, с 07.02.2020 по 09.05.2021 - ФИО7 ИНН <***>, с 09.05.2021 по н.в. - ФИО8 ИНН <***>.

Как следует из материалов дела, подписантом договора поставки комплектующих для поддонов № 12 от 18.12.2017, счетов-фактур от 26.01.2018, от 27.02.2018, 28.02.2018, 30.03.2018, 28.09.2018 от лица ООО «КМ» года являлся действующий в соответствующий период (с 28.07.2015 по 06.02.2020гг) ФИО6

Согласно проведенному допросу ФИО7 (протокол допроса свидетеля № 67 от 18.03.2020) установлено, что свидетель ФИО7 являлся руководителем ООО «КМ» с 07.02.2020 по 09.05.2021 по просьбе Ольги (контактные данные не сохранились), за что получил вознаграждения 2 тыс. руб. К осуществлению деятельности никакого отношения не имеет. По результатам проведенного допроса, Инспекция пришла к выводу о номинальном положении ФИО7 как директора ООО «КМ», не осуществлявшим фактическую финансовую деятельность ООО «КМ», в связи с чем налоговый орган пришел к выводу о создании «формального» документооборота между истцом и ООО «КМ», не направленным получение результатов предпринимательской деятельности.

Заявитель возражал против выводов инспекции, основанном на результатах допроса № 67 от 18.03.2020, из которого следует, что ФИО7. является номинальным руководителем, так как период его номинальности не затрагивает оспариваемую налоговым органом сделку и не имеет правового значения в рассматриваемом деле.

Суд соглашается с доводами заявителя, что поскольку допрос ФИО6 с целью установления фактических обстоятельств договора поставки между ООО «КМ» и ООО «НПО «Специальные стали и сплавы» налоговым органом не проведен, у инспекции отсутствовали основания для вывода о нереальности хозяйственных взаимоотношений между заявителем и ООО «КМ», ссылаясь на результаты проведенного допроса свидетеля ФИО7

Суд не может согласиться с выводам налогового органа об отсутствии ведения ООО «КМ» реальной хозяйственной деятельности с заявителем, сделанным инспекцией по результатам допроса бухгалтера ООО «КМ» ФИО9, которая указала на ее неосведомленность о ООО НПО «Специальные стали и сплавы» как контрагенте ООО «КМ». Согласно показаниям ФИО9 договоры, приказы, бухгалтерскую и налоговую отчетность подписывал, и представлял в налоговый орган лично директор и главный бухгалтер ООО «КМ» ФИО6 

Учитывая, что налоговым органом не установлено в какой именно период времени ФИО9 работала в должности бухгалтера в ООО «КМ», суд не может принять в качестве доказательств мнимости оспариваемой инспекцией сделки показания ФИО9, как не соответствующие принципам относимости и допустимости.

Суд принимает во внимание, указанные заявителем противоречия в сведениях уточненных налоговых деклараций № 8 за 1 квартал 2018 года и № 9 за 3 квартал 2018 года, полученные налогоплательщиком с протоколом ознакомления с материалами налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля от 30.03.2023 № 16, представленных ООО «КМ» с нулевыми показателями.

Согласно документам, приложенным к протоколу ознакомления с материалами налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля от 18.04.2023 № 18 (счета-фактуры) в 1 и 3 кварталах ООО «КМ» закупает у ООО «ТК «Виктория», ООО «МПК «Корсунский», ООО «ЮЗА», ООО «Галион» продукцию.

Причина  отражения ООО «КМ» в декларациях по НДС за 1 и 3 кварталы 2018 года нулевых показателей, противоречащих документам, врученным налогоплательщику с протоколом ознакомления от 18.04.2023, о взаимоотношениях ООО «КМ» с ООО «ТК «Виктория», ООО «МПК «Корсунский», ООО «ЮЗА», ООО «Галион», подтвердивших взаимоотношения с ООО «КМ», налоговым органом не установлена, обстоятельства указанных противоречий налоговым органом не исследованы и не отражены в материалах проверки.

Суд соглашается с доводами заявителя, что инспекцией в ходе проверки не учтено, что Обществом у ООО «КМ» для изготовления поддонов приобретены комплектующие, а в последующем Заказчикам реализованы поддоны.

Налоговым органом установлено, что комплектующие, приобретенные Обществом у ООО «КМ» по договору от 18.12.2017 № 12, в последующем были использованы и списаны для изготовления поддонов, и в последующем реализованы Заказчику (АО «Чепецкий механический завод»), что подтверждается карточками по сч. 10 «Материалы», по сч.41 «Товары», 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками», по сч.90 «Продажи» за проверяемый период, представленными ООО НПО «Специальные стали и сплавы».

Как следует из протокола допроса свидетеля ФИО10 (директор ООО ПО «МеталлСтройПоволжье»), проведенного в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля, ООО ПО «МеталлСтройПоволжье» занималось обработкой металлов на собственном оборудовании (сварочное, сверлильное оборудование и др.), указав, что обработка металлов осуществлялась как собственными силами, так и привлеченными по договорам подряда индивидуальными предпринимателями (ИП ФИО11, ИП ФИО12).

При этом, указав, что в период 2018-2020гг. доля заказов компаний ООО ТД НПО «Специальные стали и сплавы» ИНН <***> и ООО НПО «Специальные стали и сплавы» ИНН <***> составляла примерно 20 процентов.

Обстоятельства выполнения индивидуальными предпринимателями работ (обработка металлоизделий и изготовление необходимой продукции) налоговым органом не исследовались, допросы индивидуальных предпринимателей не проведены, что в свою очередь не опровергает реальность оказания услуг/работ в адрес ООО НПО «Специальные стали сплавы» через ООО ПО «МеталлСтройПоволжье» по изготовлению необходимой продукции из комплектующих, приобретенных у спорных контрагентов. Свидетель пояснил, что ООО ПО «МеталлСтройПоволжье» ИНН <***> занимается нестандартным производством по размерам изделий и по чертежам (поддоны, ковши, стенд-емкость, смесительная установка, модуль кантователя, мобильный анализатор).

Суд принимает во внимание, что свидетель ФИО10 подтвердил, что ООО ПО «МеталлСтройПоволжье» реализовывало в адрес ООО НПО «Специальные стали и сплавы» продукцию, а материалами проверки по результатам анализа расчетных счетов ООО «КМ» подтвержден факт поступления денежных средств (оплата) от ООО НПО «Специальные стали и сплавы» за металлопродукцию в размере 1 500 000 руб.

В свою очередь, Инспекцией не исследован вопрос для каких целей приобретены вышеуказанные металлоизделия у ООО «КМ» и какое лицо изготовило из данных изделий окончательный продукт.  

Суд соглашается с доводами заявителя, что анализ количества, объема реализованных товаров (металлопродукция) для заказчиков ООО НПО «Специальные стали и сплавы», а также количество приобретенных ТМЦ у ООО ПО «МеталлСтройПоволжье» и ООО «КМ», сопоставление полученных результатов проведенного анализа приобретенных у ООО ПО «МеталлСтройПоволжье» и спорного контрагента и реализованных ТМЦ, налоговым органом не проводилось, в связи с чем такая информация (анализ) не отражена в обжалуемом решении. Возможности изготовления продукции в количестве, отраженном обществом в документах по ее реализации, без использования спорного объема, налоговым органом не доказано.

Как следует из оспариваемого Решения, налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки не установлены нарушения налогового законодательства в отношении совершенных операций по поставке поддонов в адрес АО «Чепецкий механический завод».

Учитывая изложенное, суд считает доказанным факт наличия реальных финансово-хозяйственных отношений между ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и ООО «КМ».

Как следует из материалов дела, между ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и ООО «Техноресурс» заключен договор поставки от 12.02.2018 №02/18.

Договор, счета-фактуры, ТН со стороны ООО «Техноресурс» подписаны от имени руководителя ФИО13

 Допрос ФИО13 по факту взаимоотношений с ООО НПО «Специальные стали и сплавы» в ходе выездной налоговой проверки Инспекцией проведен не был.

Согласно договору и товарным накладным ООО «Техноресурс» поставляет в адрес Общества следующие виды товара:

- круг ХН77ТЮ 80 мм;       

- круг ХН77ТЮ 80 мм L1500;

- круг ХН77ТЮ 80 мм L2000;

- круг ХН43БМТЮ 70 мм;

- круг ХН77ТЮ 100 мм L1100;

- круг ХН77ТЮ 100 мм L1400;

- заготовка втулка ПА1343.14.201;

- втулка ПА1343.14.201;

- чушка БрО10Ф1 ГОСТ 613-79;

- чушка 20х25Н19С2Л ГОСТ 977-88;

- отливка «корпус двигателя».

Далее товар реализован в адрес конечных покупателей, а именно:

- АО «Златоустовский машиностроительный завод» реализованы металлоизделия: круг ХН77ТЮ 80 мм, круг ХН77ТЮ 80 мм L1500, круг ХН77ТЮ 80 мм L2000, круг ХН43БМТЮ 70 мм, круг ХН77ТЮ 100 мм L1100, круг ХН77ТЮ 100 мм L1400;

- ПАО «Северсталь» реализованы металлоизделия: втулки ПА1343.14.201;

- ООО «УАЗ» реализованы чушка БрО10Ф1 ГОСТ 613-79

Материалами проверки подтверждается факт поступления денежных средств от ООО НПО «Специальные стали и сплавы» в качестве за металлопродукцию в сумме 4 833 400 руб., и не оспаривается налоговым органом.

Выводы инспекции, что по расчетным счетам спорного контрагента отсутствует перечисление денежных средств именно за конкретный товар, а отражение в назначении платежа «за ТМЦ», «за товары», «за материалы» считает недопустимым, суд не может признать верными.

Суд соглашается со доводами заявителя, что установленные материалами налоговой проверки основные перечисления по расчетному счету ООО «Техноресурс» за материалы, запчасти, товар, оборудование, комплектующие, а также  основные перечисления со счета ООО «Техноресурс» в адрес ООО «ИнРСК-Строй», ООО «РЕГИОН» за покупку металлоизделий, к которым относятся круги, чушки, втулки, заготовки подтверждают закупку ООО НПО «Специальные стали и сплавы» указанного в договоре, счете-фактуре и товарных накладных ассортимента товара.

Несмотря на то, что по мнению налогового органа аналогичная продукция поставлялась реальным поставщиком ООО «ДОНСПЕЦИАЛЬНЫЕ СТАЛИ И СПЛАВЫ» по договору от 12.01.2017 № К-0004/2017,  инспекцией не были проведены анализы количества, объема реализованных товаров для заказчиков ООО НПО «Специальные стали и сплавы», а также количество приобретенных ТМЦ у реальных поставщиков и ООО «Техноресурс», не сопоставлены полученные результаты проведенного анализа приобретенных у реальных поставщиков и спорного контрагента и реализованных ТМЦ, в связи возможности изготовления продукции в количестве, отраженном обществом в документах по ее реализации, без использования спорного объема, налоговым органом не доказано.

Суд принимает во внимание довод налогоплательщика, что на странице 184 решения налоговый орган подтвердил, что товар, поставленный ООО «Техноресурс» в адрес налогоплательщика, фактически был приобретен ООО НПО «Специальные стали и сплавы» у данного спорного контрагента.

При этом, суд не может согласиться с выводом налогового органа, что товар  приобретен не для использования в своей деятельности, облагаемой НДС, а для увеличения налогового вычета по НДС по счетам-фактурам, предъявленным ООО «Техноресурс» в адрес налогоплательщика, и увеличения суммы расходов для целей налогообложения прибыли на сумму стоимости товаров, «приобретенных» у данного контрагента, поскольку факт реализации данного товара конечному покупателю самим налоговым органом не оспаривается.

Между ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и ООО «Автотех-Р» заключен договор поставки товара (отливка корпус) № 03-18 от 21.03.2018г.

В ходе проведения выездной проверки ООО НПО «Специальные стали и сплавы» представило: ТН №34 от 26.06.2018г. наименование товара – отливка корпус 24Е-970-1*П24-16, ТН №36 от 27.06.2018г., наименование товара – отливка Арма №8*С68-61,  счета-фактуры №34 от 26.06.2018г., №36 от 27.06.2018г.

 Все документы со стороны «Поставщика» подписаны директором ООО «Автотех-Р» ФИО14

Допрос ФИО14 по факту взаимоотношений с ООО НПО «Специальные стали и сплавы» в ходе выездной налоговой проверки Инспекцией проведен не был.

Материалами проверки подтверждается факт поступления денежных средств от ООО НПО «Специальные стали и сплавы» в качестве оплаты за металлопродукцию по договору № 03-18 от 21.03.2018 в адрес ООО «Автотех-Р» в размере 1 000 000 руб. и не оспаривается налоговым органом.

Анализ расчетного счета ООО «Автотех-Р» показывает, что денежные средства поступают от различных организаций, в том числе, за материалы, запчасти, металлоизделия, металлопродукцию, ТМЦ, металл, что свидетельствует о реальности осуществления финансово-хозяйственной деятельности и возможности осуществления поставки металлопродукции в адрес Общества.

В ходе анализа расчётных счетов ООО «Автотех-Р» за 2018 год установлено, что денежные средства списываются со счета ООО «Автотех-Р»:

- ООО "ИНРСК-СТРОЙ" ИНН <***> – «за металлоизделия, строительные материалы, запчасти, машинное оборудование»;

- ООО "ИЦ АКВА-КОМПЛЕКТ" ИНН <***> – «за поставку труб и комплектующих»;

-  ООО "МонтажСервис" ИНН <***> – «металлические материалы»;

- ООО "РЕГИОН" ИНН <***> – «за металлоизделия и строительные расходные материалы»;

- ООО "СТМ" ИНН <***> – «за металлоизделия, расходные строительные материалы».

Таким образом по расчетному счету ООО «Автотех-Р» подтверждается покупка металлоизделий от организаций для поставки в адрес ООО НПО «Специальные стали и сплавы». Обратного налоговым органом не доказано.

Суд соглашается с доводами заявителя, что вывод Инспекции о приобретении ООО НПО «Специальные стали и сплавы» товара у ООО «Автотех-Р» по завышенной цене, нежели у реального поставщика ООО «Адамс» является необоснованным, поскольку договоры ООО НПО «Специальные стали и сплавы» с ООО «Автотех-Р» и ООО «Адамс» заключены в разные промежутки времени (с ООО «Адамс» заключен 12.01.2018, с ООО «Автотех-Р» заключен 21.03.2018), а динамика роста цен на металлоизделия за период с 12.01.2018 по 21.03.2018 в ходе проверки не исследован и не проанализирован.

При этом, налоговый орган не устанавливал и не приводил экономически обоснованных расчетов с целью установления самого факта завышения таких цен.

Согласно нормам статьи 105.14 и пункта 1 статьи 105.17 НК РФ территориальные налоговые органы в ходе выездных и камеральных проверок не вправе осуществлять контроль соответствия цен, примененных в контролируемых сделках, совершенных взаимозависимыми лицами. В данном случае описанные выше хозяйственные взаимоотношения заявителя и привлеченных лиц оцениваются налоговым органом исключительно с позиции своего видения надлежащей, по его мнению, организации предпринимательской деятельности, тогда как гражданское законодательство разрешает совместную взаимовыгодную деятельность хозяйствующих субъектов, которые самостоятельно определяют ее формы и условия. Вопросы экономической целесообразности и выбора конкретных способов достижения тех или иных хозяйственных результатов совместной деятельности не относятся к компетенции налоговых органов.

В обосновании своих доводов, налоговый орган указывает, что Обществом представлены карточки счета 41 за январь 2018 – декабрь 2020 в разрезе номенклатуры товаров: «Отливка Корпус 24Е-970-1*П24-16» и «Отливка Арма №8*С68-61» в которых отражено движение товаров, по которым установлено, что в течение 2018 года данные изделия (переименованные при оприходовании на сч.41 «Товары» - в «Металлоконструкции») не были использованы налогоплательщиком в своей деятельности, и лишь 01.03.2019 были переименованы в «Поддон 2nVARLRD-5,0 60-9023» с изменением количества с 2-х шт. на 6 шт. Указанный товар Общество, согласно регистрам бухгалтерского учета, книгам продаж реализовало в адрес покупателя ООО «ЧМЗ» (ТН от 01.03.2019 № 20).

Учитывая, что по данным бухгалтерского учета себестоимость реализованного товара составляет стоимость приобретенного товара у ООО «Автотех-Р», суд соглашается с доводами заявителя, что указанное обстоятельство подтверждает факт поставки товара «спорным» контрагентом.

Инспекция указывает, что часть изделий для реализации АО «ЧМЗ» была поставлена реальным поставщиком ООО ПО «МеталлСтройПоволжье» по товарной накладной от 30.03.2018 - 1 комплект на 436 355,93 руб. (изделие «закладное» - 6 единиц).

Суд не может согласиться с доводами инспекции, поскольку налоговым органом не проведено анализа и не сопоставлено наименование, вид, количество изделий, поставленных налогоплательщику от ООО ПО «МеталлСтройПоволжье» для дальнейшей реализации Заказчику, а также не исследована цель приобретена продукция «Отливка Корпус 24Е-970-1*П24-16» и «Отливка Арма №8*С68-61» у ООО «Автотех-Р».

Суд соглашается с доводами заявителя, что налоговым органом не оспаривается факт дальнейшей реализации конечного продукта (поддона) Заказчику, однако не установлена иная организация изготовления из полуфабриката из металла («Отливка Корпус 24Е-970-1*П24-16» и «Отливка Арма №8*С68-61») самого конечного продукта, повлекшего изменение номенклатуры в документах.

Суд соглашается с доводами заявителя, что анализ количества, объема реализованных товаров (металлопродукция) для заказчиков ООО НПО «Специальные стали и сплавы», а также количество приобретенных ТМЦ у реальных поставщиков и ООО «Автотех-Р», сопоставление полученных результатов проведенного анализа приобретенных у реальных поставщиков и спорного контрагента и реализованных ТМЦ, налоговым органом не проводилось,

Возможности изготовления продукции в количестве, отраженном обществом в документах по ее реализации, без использования спорного объема, налоговым органом не доказано.

Учитывая изложенное, суд считает доказанным факт наличия реальных финансово-хозяйственных отношений между ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и ООО «Автотех-Р».

Между ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и ООО «Метстрой Групп» заключен договор поставки товара (металлопродукции) от 23.05.2018 № 05/2018.

В ходе проведения выездной проверки налогоплательщик представил:

- Товарные накладные: №124 от 02.07.2018г., №128 от 06.07.2018г., №134 от13.07.2018г., №139 от 19.07.2018г., №149 от 25.08.2018г., №161 от 14.09.2018г., №170от 20.09.2018г., №182 от 28.09.2018г.

- Счета-фактуры: №124 от 02.07.2018г., №128 от 06.07.2018г., №134 от

13.07.2018г., №139 от 19.07.2018г., №149 от 25.08.2018г., №161 от 14.09.2018г., №170от 20.09.2018г., №182 от 28.09.2018г.

Все представленные документы подписаны со стороны ООО «Метстрой Групп» от имени руководителя ФИО15.

Допрос ФИО15 по факту взаимоотношений с ООО НПО «Специальные стали и сплавы» в ходе выездной налоговой проверки Инспекцией проведен не был.

ООО «Метстрой Групп»» осуществило поставку металлопродукции Поддон 60-9023, Поддон 60-9836, Поддон 60-9215, Поддон 60-9022 на сумму 4 446 000,00 руб., в т.ч. НДС – 678 203,40 руб., а ООО НПО «Специальные стали и сплавы» за приобретенную металлопродукцию (поддоны) произвело оплату в пользу ООО «Метстрой Групп» в сумме 4 446 000,00 руб., в т.ч. НДС – 678 203,40 руб. Обстоятельства исполнения заявителем обязанности оплаты в полном объеме налоговым органом не отрицается.

Согласно представленной карточке сч.10 «Материалы», Общество оприходовало в бухгалтерском учете поступление товара от ООО «Метстрой Групп», как «комплектующие», изменяя при этом количество товара, в дальнейшем производилась «комплектация номенклатуры», в результате которой «комплектующие» переименовывались в такую продукцию, как: бронзовые отливки и втулки различной маркировки, круги бронзовые и медные различной маркировки, проволока, для дальнейшей их реализации конечным покупателям в этом качестве.

Как следует из пояснений заявителя, причиной изменение номенклатуры явилось то, что готовая продукция (отливка, втулка, круг, пруток, изложница, электрод, ролик) для изготовления которой были налогоплательщиком у ООО «Метстрой Групп» приобретены полуфабрикаты из металла и претерпели обработку (несколько обработок), в последующем реализованы Заказчикам: ООО «Автокомпоненты-Группа Газ», ООО «ПАЗ, АО «Авиаагрегат».

Возражая против доводов заявителя, инспекция указывает, что реальными поставщиками-производителями готовой продукции являются: ООО МЦ «Тверская Бронза», ООО «ШМЗ», ООО «Галактика», ООО «ОЗЦЛ», ООО ПК «Технология-М», ООО «Адамс». При поступлении товара от реальных поставщиков Общество отражает поступление товара по идентичной номенклатуре и в реальном количестве, однако в дальнейшем, согласно регистрам бухгалтерского учета, производит «комплектацию номенклатуры», в которой производит переименование товаров для дальнейшей реализации, в том числе и с изменением количества товара.

Суд соглашается с доводами ООО НПО «Специальные стали и сплавы», что возможности изготовления продукции в количестве, отраженном обществом в документах по ее реализации, без использования спорного объема, налоговым органом не доказано, поскольку в обжалуемом решении отсутствует анализ количества, объема реализованных товаров (металлопродукция) для заказчиков ООО НПО «Специальные стали и сплавы», а также количество приобретенных ТМЦ у реальных поставщиков и ООО «Метстрой Групп». Сопоставление полученных результатов проведенного анализа, приобретенных у реальных поставщиков и реализованных ТМЦ, налоговым органом также не проводилось, инспекцией не исследован вопрос для каких целей приобретены вышеуказанные металлоизделия у ООО «Метстрой Групп», что именно и кто (какая организация, ИП) изготовил из данных изделий окончательный продукт.  

Суд учитывает, что в обжалуемом решении отсутствует анализ договоров, заключенных ООО НПО «Специальные стали и сплавы» с Заказчиками товаров (металлоизделий, запчастей): ООО «Автокомпоненты-Группа Газ», ООО «ПАЗ, АО «Авиаагрегат».

Соглашаясь с возражениями налогоплательщика, суд относится критически к показаниям свидетеля ФИО16, являющейся бухгалтером ООО «Абсолютбизнесконсалт» (ООО «АБК»), обслуживающей налогоплательщика бухгалтерской организации, работавшей в указанной организации по июль 2018, поскольку налоговым органом не установлен период работы ФИО16 в ООО НПО «Специальные стали и сплавы». Указанное обстоятельство не предполагает установить осведомленность свидетеля по обстоятельствам полученных заявителем документов от ООО «Метстрой Групп», датированных 02.07.2018, 06.07.2018, 13.07.2018, 19.07.2018, 25.08.2018, 14.09.2018, 20.09.2018, 28.09.2018 соответственно.

На основании изложенного, у суда нет оснований полагать, что финансово-хозяйственные отношения между заявителем и ООО «Метстрой Групп» носили мнимый характер.

Между ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и ООО «ПСК-С» заключен договор поставки товара (металлопродукции) от 12.11.2018 № 11.

Согласно универсальным передаточным актам (УПД) в адрес ООО НПО «Специальные стали и сплавы» рассматриваемым контрагентом поставлены следующие виды товара:

- поддон 60-10386.00.000 (УПД №37/1 от 01.03.2019);

- поддон 60-9215 (УПД №37/1 от 01.03.2019);

- поддон ЧЕРТ.60-10224.01.000 (УПД №37/1 от 01.03.2019);

- поддон СТО.38.00.000 (УПД №37/1 от 01.03.2019);

- вкладыш 2601.31.15.039 (УПД №32/1 от 25.02.2019);

- вкладыш 2601.31.15.041 (УПД №32/1 от 25.02.2019);

- поддон СТО.38.00.000 (УПД №21/1 от 30.01.2019).

Все представленные документы подписаны со стороны ООО «ПСК-С» руководителем общества ФИО17

Допрос ФИО17 или иных работников ООО «ПСК-С» по факту взаимоотношений с ООО НПО «Специальные стали и сплавы» ни в ходе выездной налоговой проверки, ни в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля Инспекцией проведен не был.

В обосновании своих доводов, налоговый орган указывает, что для реализации продукции в адрес ООО ТД НПО «Специальные стали и сплавы» ИНН <***> (УПД № 28 от 18.03.2019), налогоплательщик оставшуюся часть товара «Поддон Черт.60-10224.01.000» от ООО «ПСК-С» переименовывает той же датой сначала в обезличенные «Материалы», затем списывает с Кт 10.01 «Материалы» в Дт сч.41.01 «Товары» с изменением в процессе комплектации номенклатуры названия товара и его количества. В итоге на 18.03.2019 товар «Поддон Черт.60-10224.01.000» от спорного контрагента превратился в:

- Круг БрА9ЖЗЛ 102х402 в количестве 25,050 кг;

- Круг БрА9ЖЗЛ 52х302 в количестве 4,9 кг;

- Круг БрА9ЖЗЛ 72х302 в количестве 9,4 кг.

Стоимость данных товаров включена налогоплательщиком в себестоимость товара, реализованного ООО ТД НПО «Специальные стали и сплавы».

Той же датой налогоплательщик приобретает у реального поставщика ООО «ОЗЦЛ» по товарной накладной № 40 от 18.03.2019 идентичную металлопродукцию в том же количестве:

- Пруток БрАЖ9-4 ф.102*402 (25,05кг);

- Пруток БрАЖ9-4 ф.52*302 (4,9 кг);

- Пруток БрАЖ9-4 ф.72*302 (9,4 кг).

Инспекция считает, что из анализа первичных документов по поставке продукции от спорных и реальных поставщиков, регистров бухгалтерского учета  налогоплательщика, книг покупок и продаж установлено: указанная в таблице продукция в адрес конечных покупателей поставлялась не ООО «ПСК-С», а реальными поставщиками: ООО «Промцветмет», ООО «ОЗЦЛ», ООО «Галактика», ООО «ГЗОЦМ», ООО МЦ «Тверская Бронза», ООО ПК «Техноология-М», ООО «Промконтракт».

Суд соглашается с доводами налогоплательщика, что приобретенная у ООО «ОЗЦЛ» номенклатура Пруток БрАЖ9-4, не тождественна изготовленной заявителем номенклатуре Круг БрА9ЖЗЛ, поскольку изготовление и маркировка продукции соотносится к ее физическим, химическим и иным свойствам.

В соответствии со статьей 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заключения экспертов относятся к доказательствам по делу, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу положений п.13 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" Заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Статьи 95 и 96 НК РФ предусматривают полномочия налогового органа по привлечению эксперта и специалиста в случае необходимости использования специальных знаний в ходе налоговой проверки. В соответствии со статьей 95 НК РФ в необходимых случаях для участия в проведении конкретных действий по осуществлению налогового контроля, в том числе при проведении выездных налоговых проверок, на договорной основе может быть привлечен эксперт. Согласно пункту 3 этой же статьи экспертиза назначается постановлением должностного лица налогового органа, осуществляющего выездную налоговую проверку.

Налоговые органы активно пользуются таким инструментом, как экспертиза в силу того, что им дано право самостоятельно решать вопрос о целесообразности проведения экспертизы и определению привлекаемого экспертного учреждения или эксперта. Основная фактическая цель "налоговой" экспертизы заключается в возможности использовать ее результаты для привлечения налогоплательщика к ответственности.

В рассматриваемом случае, с помощью результатов экспертизы, как одного из основных доказательств, мог подтвердиться, либо опровергнуться факт тождественности номенклатурных наименований изделий Пруток БрАЖ9-4 и Круг БрА9ЖЗЛ.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд, учитывая, что сотрудники налогового органа не обладают специальными познаниями в технических науках обработки металла, не принимает довод инспекции о том, что Пруток БрАЖ9-4 и Круг БрА9ЖЗЛ являются наименованием одного и того же изделия.

Инспекцией не исследован вопрос для каких целей приобретены вышеуказанные металлоизделия у ООО «ПСК-С», не исследованы, не проанализированы и не изложены в обжалуемом решении договоры и иные документы, по взаимоотношениям ООО НПО «Специальные стали и сплавы» с Заказчиками товаров (металлоизделий, запчастей), отсутствует анализ количества, объема реализованных товаров (металлопродукция) для заказчиков ООО НПО «Специальные стали и сплавы», а также количество приобретенных ТМЦ у реальных поставщиков и ООО «ПСК-С». Сопоставление полученных результатов проведенного анализа, приобретенных у реальных поставщиков и реализованных ТМЦ, налоговым органом также не проводилось. 

Суд принимает во внимание, что согласно анализу представленных банком выписок по движению денежных средств на расчетных счетах ООО «ПСК-С» установлено наличие платежей по заработной плате, по уплате налогов (сборов), арендных платежей, платежей за услуги связи, что свидетельствует о сущностности организация, ведущей обычную финансово-хозяйственную деятельность.

Между ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и ООО "Волгаторг» заключен договор поставки от 12.08.2019 №7/08.

Согласно универсальным передаточным актам в адрес Общества рассматриваемым контрагентом поставлены следующие виды товара:

- 1 комплект внутренних угольников по чертежам 57639М-004 (УПД №35 от13.12.2019) стоимостью 556 250,00 руб. (463 541,67 руб. х 1 + НДС 20%).

Договор поставки со стороны «Волгаторг» подписан от имени ФИО18, УПД от имени ФИО19

В материалах проверки отражено, что руководителем ООО «Волгаторг» были с 06.02.2017 по 08.08.2019 ФИО20, с 08.09.2019 по 08.09.2019 ФИО18, с 09.09.2019 по 19.12.2019 ФИО19, с 20.12.2019 по н.в. ФИО18.

Учредители ООО «Волгаторг»: с 07.02.2017 по 11.08.2019 ФИО20, с 12.08.2019 по н.в. ФИО18.

Допросы должностных лиц по обстоятельствам взаимоотношений ООО «Волгаторг» с ООО НПО «Специальные стали и сплавы» в ходе проведения выездной налоговой проверки, налоговым органом проведены не были.

Обстоятельства произведенной ООО НПО «Специальные стали сплавы» оплата за продукцию в размере 556 250,00 руб. в пользу ООО «Волгаторг» налоговым органом не отрицается.

Как следует из пояснений инспекции, ООО «Волгаторг» поставляет в адрес налогоплательщика комплект внутренних угольников, при этом отражает в учете поступление следующего товара: ковши, тележка-изложница, скребок, шумовка, чаша, изменяя при этом количество товара.,

Налоговый орган указывает, что такой товар был реализован ООО «Литейный завод РОСАЛИТ» 01.10.2019. При этом товар, поставленный ООО «Волгаторг», был оприходован также 01.10.2019.

Однако согласно первичным учетным документам, поставка товара была осуществлена ООО «Волгаторг» лишь 13.12.2019, то есть значительно позже, чем Общество оприходовало данный товар в бухгалтерском учете. Инспекция полагает, что указанное обстоятельство подтверждает нереальность сделки между ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и ООО «Волгаторг».

Возражая против вышеуказанного довода налогового органа, заявитель указывает, что налоговый орган, ссылаясь в обжалуемом решении на нарушение Обществом п.2 ст.54.1 НК РФ, не определило и не отразило в материалах проверки третье лицо, которое поставило аналогичный товар с последующей реализацией в адрес заказчика, а искажение дат возможно обусловлено «техническим сбоем» при отражении информации в бухгалтерских проводках, либо допущена опечатка («человеческий фактор»), которое ни на что не повлияло.  Инспекция делает упор лишь на несоответствие дат в документах и не отрицает факт поставки товара и его оплата, а также факт формирования источника возмещения НДС.

Суд, учитывая, что оплата за поставленную продукцию произведена в полном объеме, признаков подконтрольности ООО «Волгаторг» заявителю а также обстоятельства обналичивания денежных средств в ходе выездной налоговой проверке не установлены, не опровергнута возможность изготовление готовой продукции заявителем самостоятельно или с помощью третьих лиц, не находит оснований для признания договора поставки от 12.08.2019 №7/08 мнимым, направленным на получение ООО НПО «Специальные стали и сплавы» необоснованной налоговой выгоды.

Между ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и ООО «Бриз» заключен договор поставки товара (металлопродукции) № 9 от 10.09.2019.

В ходе проведения выездной проверки Общество представило:

- счет-фактуры: №84 от 18.12.2019, наименование товара – комплект бортов из трех штук 57639М – 003,№170101 от 17.01.2020 – заготовка пресснасадка передняя по чертежу, №240101 от24.01.2020, №140201 от 14.02.2020, №210201 от 21.02.2020, №130301 от13.03.2020, №270301 от 27.03.2020.

Все документы со стороны «Поставщика» подписаны директором ООО «Бриз» ФИО21

В обосновании своих доводов о мнимости договора поставки товара (металлопродукции) № 9 от 10.09.2019, налоговый орган приводит допрос свидетеля ФИО21 (протокол допроса свидетеля от 26.02.2022 № 9), в котором свидетель пояснила, что зарегистрировала ООО «Бриз» в 2018 году, но финансово-хозяйственную деятельность не вела, документы (договор, счета-фактуры) не подписывала.

Возражая против указанного довода инспекции, заявитель считает, что одна только показания ФИО21 не могут доказывать отсутствие поставки металлопродукции спорным контрагентом, в виду того, что свидетель от участия в создании и государственной регистрации юридического лица не отказалась, вопрос об участии ООО «Бриз» в финансово- хозяйственных отношениях с ООО НПО «Специальные стали и сплавы» в ходе проведения допроса Инспекцией не ставился. Кроме того, проверкой не установлено в ходе допросов свидетеля ФИО21 и не изложено в материалах проверки о факте выдачи доверенностей данным руководителем на третьих лиц действовать от имени организации.

Экспертизу подписей на документах Общества, представленных в Инспекцию в подтверждение права учесть понесенные расходы и применить налоговые вычеты по НДС (в том числе, договора, счетов-фактур), Инспекция не проводила.

При этом суд отмечает, что о фальсификации указанных документов налоговым органом в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в ходе рассмотрения дела заявлено не было.

Между тем, из материалов дела следует, что показания опрошенного в ходе проверки свидетеля ФИО21 прямо противоречат имеющимся в деле письменным доказательствам и обстоятельствам дела.

В связи с чем, показания свидетеля не имеют какого-либо определяющего значения, а исследуются в совокупности с другими доказательствами, на основании которых может быть выявлено наличие или отсутствие фактов, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Суд соглашается с доводами налогоплательщика, что само по себе наличие кредиторской задолженности перед ООО «Бриз» в размере 4 290 000,00 руб. не свидетельствует о фиктивном характере заключения оспариваемой сделки, поскольку налоговым органом установлено обстоятельство внесения наличных денежных средств в кассу в размере 1 400 000,00 руб. директором ООО НПО «Специальные стали и сплавы» ФИО22 для погашения существующих задолженностей. При этом, материалы дела содержат лишь анализ фрагментов выписок по расчетному счету контрагента, который не позволяет прийти к такому выводу, поскольку оплата наличными, отсрочка платежа, возможный взаимозачет, уступка права требования и другие способы погашения задолженности, не отражаются в движении денежных средств по расчетному счету.

В ходе проверки Инспекцией не исследован вопрос возможного взаимозачета и прекращения обязательств между организациями, не уточнена информация у руководителя ООО НПО «Специальные стали и сплавы» ФИО22 по моменту внесения суммы 1 400 000,00 руб. в кассу организации.

Суд не может согласиться с доводом налогового органа о занижении ООО НПО «Специальные стали и сплавы» цены приобретения товара, так как вопрос об установлении рыночной цены товара Инспекцией не исследовался.

Инспекция указывает, что налогоплательщик закупает у ООО «Бриз» товар по цене в несколько раз превышающий цену приобретения идентичного товара у реального поставщика ООО «ОЗЦЛ».

По товарной накладной № 130301 от 13.03.2020 у ООО «Бриз» приобретен товар «Заготовка Пресснадставка передняя по чертежу 148.87.0115.00.010» 1 шт. по цене 408 333,33 руб. Оприходован под тем же названием на сч.10.01 «Материалы». В результате комплектации номенклатуры 30.03.2020 товар списан с Кт сч.10.01 в Дт сч. 41.01 под названием «Балка поперечная черт № П.4.028СБ (деталь № 5 будет состоять из 5-ти сегментов)», количество товара уменьшено с 1 шт. до 0,5 шт.

Одновременно по товарной накладной № 18 от 03.03.2020 у реального поставщика ООО ПО «МеталлСтройПоволжье» приобретен товар «Модуль 153815» в количестве 1 шт. по цене 75 000,00 руб. Оприходован под тем же названием на сч.10.01 «Материалы». В результате комплектации номенклатуры 30.03.2020 товар переименован в «Балка поперечная черт. № П.4.028СБ (деталь будет состоять из 5-ти сегментов, собранных при окончат.»), количество товара также уменьшено с 1 шт. до 0,5 шт.

Той же датой (30.03.2020) в адрес покупателя АО «Горнозаводскцемент» реализован товар «Балка поперечная черт № П.4.028СБ (деталь будет состоять из 5-ти сегментов, собранных при окончат.») в количестве 1 шт. (0,5 шт. продукции от ООО «Бриз» + 0,5 шт. продукции от реального поставщика ООО ПО «МеталлСтройПоволжье»).

Инспекция указывает, что металлоизделия, приобретаемые налогоплательщиком у ООО «Бриз» для дальнейшей их реализации конечным заказчикам, стоят в разы дороже, чем изделия, приобретаемые у реальных поставщиков, и в 10 и более раз, чем стоимость реализуемой металлопродукции, скомплектованной из приобретенных у ООО «Бриз» изделий.

Возражая против указанного довода инспекции, заявитель указывает, что у ООО «Бриз» и ООО ПО «МеталлСтройПоволжье», приобретены совершенно разные полуфабрикаты - Заготовка Пресснадставка передняя и Модуль, из которых по результатам обработок изготовлено новое изделие – Балка поперечная, а Инспекцией не исследован вопрос для каких целей приобретена продукция/полуфабрикат «Заготовка Пресснадставка передняя по чертежу 148.87.0115.00.010» у ООО «Бриз» и «Модуль 153815» у ООО ПО «МеталлСтройПоволжье», какая организация изготовила окончательный продукт (Балка поперечная черт № П.4.028СБ (деталь будет состоять из 5-ти сегментов, собранных при окончат.») для дальнейшей реализации Заказчику (АО «Горнозаводскцемент») и не проанализирован факт необходимости приобретения для изготовления изделия «Балки поперечной черт.№П.4.028СБ».

Суд отмечает, что налоговый орган, ссылаясь в обжалуемом решении на нарушение Обществом п.2 ст.54.1 НК РФ, не определило и не отразило в материалах проверки третье лицо, которое поставило аналогичный товар «Заготовка Пресснадставка передняя по чертежу 148.87.0115.00.010» с последующим изготовлением из нее окончательного продукта для реализации в адрес заказчика. Инспекция в материалах проверки и не отрицает факт поставки данного товара спорным контрагентом.

Факт продажи товара по цене ниже цены приобретения не свидетельствует об отсутствии разумной деловой цели. (Постановление Президиума ВАС РФ от 28.02.2006 № 13234/05 по делу № А40-245/05-117-4, Постановление Президиума ВАС РФ от 28.02.2006 № 12669/05 по делу № А40-3898/05-118-48).

Сам по себе факт отсутствия прибыли не свидетельствует о недобросовестности налогоплательщика, как и об отсутствии реального экономического эффекта от взаимоотношений с данными поставщиками. Право на применение налоговых вычетов не ставится в зависимость от прибыли, которую получил налогоплательщик, действующее законодательство не связывает право на применение вычета с наличием прибыли или убытка, то есть с рентабельностью сделок.

Кроме того, право на применение налоговых вычетов не ставится в зависимость от прибыли, которую получил налогоплательщик.

В соответствии со ст.2 ГК РФ предпринимательская деятельность является самостоятельной и осуществляется на свой риск. 

Доказывая несоблюдение налогоплательщиком условий, предусмотренных п.2 ст.54.1 НК РФ, необходимо установить реального исполнителя спорной сделки и доказать факт невозможности исполнения данной сделки спорным контрагентом.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что факт отсутствия поставки товаров от ООО «Бриз» в адрес Общества налоговым органом не доказан.

Между ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и ООО «Эксперт» заключен договор поставки товара (металлопродукции) № 06/2020 от 16.06.2020.

В ходе проведения выездной проверки Общество представило товарные накладные: №100901 от 10.09.2020, №30801 от 03.08.2020, №100701 от 10.07.2020, №10701 от 01.07.2020.

Согласно первичным документам на поставку в адрес Общества ООО «Эксперт» поставляло товар – Заготовка фланец передний эскиз 10793.01 и 10793.02, в результате технологического процесса (обработки) которого из заготовки фланца получена деталь с изменением названия и номенклатуры - Пруток БрОЗЦ12С5 ГОСТ 613-79 ф140.

Конечными покупателями являлись: АО «ЧМЗ», ПАО «Северсталь», АО «Русполимет», ООО «ОЗЦЛ».

Все представленные документы подписаны со стороны ООО «Эксперт» от имени руководителя ФИО23.

На основании проведенного ранее (вне рамок проверки) протокола допроса от 24.03.2021г. установлено, что руководитель ФИО23 финансово-хозяйственную деятельность ООО «Эксперт» не вел, первичные документы не подписывал.

В обосновании своих доводов о мнимости договора поставки товара (металлопродукции) № 06/2020 от 16.06.2020, налоговый орган приводит допрос свидетеля ФИО23 (протокол допроса свидетеля от 24.03.2021г.), в котором свидетель пояснил, что финансово-хозяйственную деятельность ООО «Эксперт» не вел, первичные документы не подписывал.

Экспертизу подписей на документах, представленных заявителем в Инспекцию, Инспекция не проводила.

При этом суд отмечает, что о фальсификации указанных документов налоговым органом в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в ходе рассмотрения дела заявлено не было.

Обосновывая свою позицию, налоговый орган указывает, что реальными поставщиками-производителями являлись: ООО «Металлсервис Москва», ООО «МЦ «Тверская Бронза», ООО ПО «МеталлСтройПоволжье», ООО «УТК-Сталь», которые и поставляли в действительности те металлоизделия, которые в дальнейшем были реализованы конечным покупателям, а ООО НПО «Специальные стали и сплавы» переименовывает «заготовку фланец передний эскиз 10793.03» на: «Пруток БрОЗЦ12С5 ГОСТ 613-79 ф140».

Считая указанный вывод налогового органа безосновательным, заявитель указывает, что Инспекцией не исследован вопрос для каких целей приобретена «заготовка фланец передний эскиз 10793.03» у ООО «Эксперт», какая организация изготовила окончательный продукт (Пруток БрОЗЦ12С5 ГОСТ613-79 ф.140) для дальнейшей реализации Заказчику, доказательств невозможности поставки металлопродукции спорным контрагентом, налоговым органом не представлено, факты приобретения ТМЦ у ООО «Эксперт» Инспекцией не опровергнуты, поставка ТМЦ (в необходимом объеме) третьими лицами не установлена.

Суд соглашаясь с доводами налогоплательщика, учитывает, что возможности изготовления продукции в количестве, отраженном обществом в документах по ее реализации, без использования спорного объема, налоговым органом не доказано, материалами проверки по результатам анализа расчетных счетов спорных контрагентов, подтверждены факты реализации продукции конечным покупателям и установлены обстоятельства произведения оплаты денежных средств от ООО НПО «Специальные стали и сплавы» за металлопродукцию в адрес ООО «Эксперт» в размере 1 453 000 руб, отсутствуют факты подконтрольности и взаимозависимости ООО «Эксперт» заявителю, а также факты обналичивания денежных средств.

Между ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и ООО «Строймонтаж» заключен договор поставки товара (металлопродукции, заготовка фланец) № 06/2020 от15.06.2020.

В ходе проведения выездной проверки Общество представило товарные накладные: №210801 от 21.08.2020 (заготовка фланец передний эскиз 10793.03), №50801 от05.08.2020 (заготовка фланец передний эскиз 10793.01), №70701 от 07.07.2020 (заготовка фланец передний эскиз 10793.02), № 220701 от 22.07.2020 (заготовка фланец передний эскиз 10793.02).

Все представленные документы подписаны со стороны ООО «Строймонтаж»от имени руководителя ФИО24

Инспекция, в обосновании своих доводов указывает на сделанные ей по результатам допроса от 15.12.2020г. ФИО24 выводы, что руководитель финансово-хозяйственную деятельность ООО «Строймонтаж» не вел, первичные документы не подписывал.

Возражая против указанных доводов, заявитель просил суд обратить внимание, что руководитель ООО «Строймонтаж» ФИО24 от участия в создании и государственной регистрации юридического лица не отказался. Вопрос об участии ООО «Строймонтаж» в финансово- хозяйственных отношениях с ООО НПО «Специальные стали и сплавы» в ходе проведения допроса Инспекцией не ставился, а допросом не установлены обстоятельства возможной выдачи свидетелем доверенностей на третьих лиц действовать от имени организации.

Факты подписания документов должностным лицом ООО «Строймонтаж» ФИО24 ни самим руководителем, ни налоговым органом не оспариваются и не опровергаются.

Отказ единоличного исполнительного органа контрагента от финансово-хозяйственных отношений с налогоплательщиком не может являться основанием для непринятия налоговых вычетов по НДС при реальности хозяйственных операций. При реальности произведенного сторонами исполнения по сделке, то обстоятельство, что эта сделка и документы, подтверждающие ее исполнение, от имени контрагента общества оформлены за подписью лица, отрицающего их подписание и наличие у него полномочий руководителя, само по себе не является безусловным и достаточным доказательством, свидетельствующим о получении необоснованной налоговой выгоды. Сами по себе свидетельские показания указанного лица не могут опровергнуть факт осуществления реальных хозяйственных операций (поставку и отгрузку ТМЦ) между налогоплательщиком и его контрагентами.

Физические лица (должностные лица Общества) могут отрицать причастность к принятию решений по ведению его хозяйственной жизни, чтобы избежать ответственности по ст.173.1 Уголовного Кодекса Российской Федерации.

Сложившаяся судебная практика указывает, что свидетельские показания физических лиц не могут являться достаточным основанием для установления отсутствия фактических финансово-хозяйственных отношений между налогоплательщиком и его контрагентом, т.к. данные физические лица являются заинтересованными лицами, отрицая своё отношение к обществу, с целью ухода от ответственности, в том числе и за возможную неуплату налогов по указанным сделкам, на что указано в Постановлении по делу АС Москвы № А40-26068/15 от 10.06.2015г., Постановлении ВАС СЗО по делу А26-6639/2014 от 02.09.2014г., Постановлении АС Поволжского округа №Ф06-10803/2016 от 26.07.2016г.

Следует также отметить, что регистрация данных организаций, невозможна, согласно установленному порядку, без личного участия заявителей, на разных этапах регистрации: при подаче документов в налоговый орган, либо через МФЦ, оформление у нотариуса доверенности, либо заверение нотариусом подписи на подаваемом в регистрирующий орган заявлении, так и открытие расчетных счетов в банках, что невозможно сделать без идентификации личности должностного лица имеющего право действовать от имени юридического лица без доверенности.

При проведении допросов лиц, числящихся подписантами первичных документов, налоговым органам необходимо реализовывать свое право на изъятие образцов почерка для дальнейшего проведения почерковедческой экспертизы.

Однако, почерковедческая экспертиза подписи на первичных документах в рамках проверки Инспекцией не проводилась, соответственно достоверно говорить о нереальности  заключенных договоров  нельзя.

Суд отмечает, что в Постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 09.09.2011 по делу №А32-35565/2010 указано, что «показания лица, отрицающего свою причастность к деятельности контрагента, являющегося директором, не могут однозначно свидетельствовать о составлении документов с нарушениями норм действующего законодательства». Аналогичный вывод содержит Постановление Президиума ВАС РФ от 20.04.2010 № 18162/09.

Очевидно, что руководителям указанных организаций - контрагентов, к которым имеются претензии налоговых органов в связи с допущенными нарушениями законодательства, выгодно отрицать свою причастность к их деятельности, так как, в противном случае, им грозит уголовная и иная ответственность. Сам по себе факт неявки в Инспекцию физического лица не доказывает уклонение этого лица от явки. Причины неявки и, тем более, мотивы неявки физического лица Инспекцией не установлены. То, что не допрошены многие из учредителей, директоров и другие лица, свидетельствует о неполноте проведенной налоговой проверки, но не является доказательством совершения Обществом налоговых правонарушений

Как следует из материалов дела, по результатам анализа расчетного счета спорного контрагента подтвержден факт поступления денежных средств (оплата в полном объеме) от ООО НПО «Специальные стали и сплавы» за металлопродукцию ООО «Строймонтаж» в размере 1 443 000 руб.

Согласно первичным документам ООО «Строймонтаж» поставляло в адрес ООО НПО «Специальные стали сплавы» товар – Заготовка фланец передний эскиз 10793.01 и 10793.02. Конечными покупателями являлись: АО «ЧМЗ», ПАО «Северсталь».

Согласно регистрам бухгалтерского учета  Общество оприходует товары от ООО «Строймонтаж» под тем же названием, в дальнейшем производится «комплектация номенклатуры» с изменением названия и номенклатуры, в результате которой «появляются» материалы: Рельс заходной по чертежу ПКС-И.30376.02.000 (с изменением количества с 1 шт. на 20 шт.), Заготовка фланец передний эскиз 10793.02 (с изменением эскиза), Защита 64-977-ТХ1-01СБ (с изменением количества с 1 шт. на 2 шт.) для дальнейшей их реализации покупателям в этом качестве.

В обосновании своей позиции, инспекция указывает, что реальными поставщиками-производителями являлись: ООО «Металлсервис Москва», ООО ПО «МеталлСтройПоволжье», которые и поставляли в действительности те металлоизделия, которые в дальнейшем были реализованы вышеуказанным конечным покупателям, однако в состав себестоимости налогоплательщик включил стоимость товара, приобретенного и у спорного, и у реального поставщиков.

Возражая против выводов Инспекции Общество указывает, что Инспекцией не исследован вопрос для каких целей приобретены «заготовка фланец передний эскиз 10793.01», «заготовка фланец передний эскиз 10793.02», «заготовка фланец передний эскиз 10793.03» у ООО «Строймонтаж», какая организация изготовила окончательный продукт (Рельс заходной по чертежу ПКС-И.30376.02.000, Заготовка фланец передний эскиз 10793.02 (с изменением эскиза), Защита 64-977-ТХ1-01СБ для дальнейшей реализации Заказчику, а инспекция, в свою очередь, не исследовала характеристики и само предназначение приобретенных вышеуказанных полуфабрикатов, не проанализировала факт необходимости приобретения заготовок фланцев для изготовления нового продукта.

Соглашаясь с доводами налогоплательщика о недоказанности инспекцией создания заявителем и ООО «Строймонтаж» формального документооборота, налоговым органом не представлено доказательств невозможности поставки металлопродукции спорным контрагентом, факты приобретения ТМЦ у ООО «Строймонтаж» не опровергнуты, поставка ТМЦ (в необходимом объеме для изготовления конечного продукта) третьими лицами не установлена, возможности изготовления продукции в количестве, отраженном обществом в документах по ее реализации, без использования спорного объема, налоговым органом не доказано.

Суд учитывает, что спорные контрагенты поставлены на налоговый учёт. Проверка налогового органа на достоверность юридического адреса, дееспособности учредителя и директора дает основания поставить на учет юридическое лицо, признавая его порядочность и дееспособность пока не будет доказано обратное.

Государственная регистрация организаций - контрагентов не признана недействительной, спорные контрагенты не исключены из ЕГРЮЛ по этому основанию. При таких обстоятельствах нет оснований для вывода о том, что организации – контрагенты не обладали правоспособностью и не могли осуществлять хозяйственную деятельность.

Уполномоченными лицами при государственной регистрации юридического лица могут являться лица, осуществляющие руководство организацией, учредители, иные лица, действующее на основании доверенности или иного полномочия, предусмотренного федеральным законом. Подпись заявителя на заявлении в регистрирующий орган должна быть нотариально удостоверена.

Допрос нотариусов, удостоверивших подписи на заявлениях о государственной регистрации организаций - контрагентов, Инспекцией не проводился.

Налоговым органом в ходе проверки не представлено доказательств о признании регистрации спорных контрагентов в качестве юридических лиц недействительной, не представлено доказательств указывающих на недобросовестность организаций и отсутствие контрагентов по юридическим адресам, в период взаимоотношений с ООО НПО «Специальные стали и сплавы».

Все контрагенты имеют открытые расчетные счета в банках, согласно письму Банка России от 31.12.2014 № 236-Т, банки обязаны проверять полномочия руководителей компании, проводить идентификацию их личности.

При выборе контрагентов ООО «КМ», ООО «Техноресурс», ООО «Автотех-Р», ООО «Метстрой Групп», ООО «ПСК-С», ООО «Волгаторг», ООО «Бриз», ООО «Эксперт», ООО «Строймонтаж» Обществом проявлена должная осмотрительность, организации были проверены на сайте nalog.ru, электронный сервис «Прозрачный бизнес», у контрагентов запрошены и проверены учредительные документы. На момент заключения договоров поставки на сайте nalog.ru не было записей в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений о юридических лицах ООО «КМ», ООО «Техноресурс», ООО «Автотех-Р», ООО «Метстрой Групп», ООО «ПСК-С», ООО «Волгаторг», ООО «Бриз», ООО «Эксперт», ООО «Строймонтаж».

Статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Гражданское законодательство допускает совместную деятельность хозяйствующих субъектов в целях получения прибыли от осуществления предпринимательской деятельности. Хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности.

Действующее законодательство не наделяет налоговые органы полномочиями по вмешательству в хозяйственную деятельность организаций, в частности, к понуждению соблюдения условий заключенного договора исходя из соображений желательности или нежелательности определенных налоговых последствий заключенных сделок.

В полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, при этом недопустимо доначисление налогов, исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического результата.

Специфика предпринимательской деятельности, заключающаяся в совершении сделок купли-продажи (поставки), выражается в том, что организации, осуществляющей реализацию товаров, в особенности, организации, являющейся перепродавцом, при обычном в деловой практике необязательном совпадении структуры договорных связей с местами нахождения и движения товаров, регистрации участников сделок не всегда требуется ни значительного количества сотрудников, ни наличия основных средств, складских помещений и транспорта для выполнения принятых на себя обязательств.

В рассматриваемом случае налоговым органом не доказано, что приобретение товаров (полуфабрикатов) налогоплательщиком для изготовления изделий для реализации заказчикам не имело места в действительности. 

В проверяемом налоговом периоде все организации-контрагенты Общества числились в ЕГРЮЛ, осуществляли реальную хозяйственную деятельность, сдавали в налоговые органы бухгалтерскую и налоговую отчетность.

Таким образом, довод Инспекции о прекращении деятельности ООО «КМ», ООО «Техноресурс», ООО «Автотех-Р», ООО «Метстрой групп», ООО «Волгаторг», ООО «Бриз», ООО «Эксперт», ООО «Строймонтаж» на момент проведения выездной налоговой проверки не имеет отношения к предмету доказывания состава налогового правонарушения, вменяемого Обществу, к рассматриваемому налоговому периоду.

Кроме того, прекращение деятельности не является правонарушением и не имеет отношения к Обществу.

Прекращение деятельности контрагентов в связи ликвидацией (исключением из ЕГРЮЛ) не может свидетельствовать об их неблагонадежности. При данной процедуре налоговым органом проводятся мероприятия по проверке организации и в случае выявления нарушений, в том числе сомнительных сделок, получение организациями необоснованной налоговой выгоды, назначается выездная налоговая проверка. Однако, данная информация в материалах проверки отсутствует.

Судом учтено, что записи о недостоверности в отношении организаций, их ликвидация произведены через несколько лет после сделок.

Инспекцией факт обналичивания денежных средств сотрудниками ООО НПО «Специальные стали и сплавы» или иными лицами в интересах Общества не установлен.

Факт непредставления некоторыми из организаций - контрагентов налоговых деклараций сам по себе может свидетельствовать о нарушении (непредставлении документов, отчетности), возможно допущенных должностными лицами этих организаций, но не более того. Могла быть и уважительная причина не предоставления документов (отчетности), так как все обстоятельства непредставления налоговых деклараций организациями-контрагентами Инспекцией не устанавливались.

Действующее законодательство не предоставляет покупателю товара (работ, услуг) полномочий по контролю за отражением его контрагентами в налоговой отчетности операций по реализации товара (выполнению работ, оказанию услуг) и их оплате, а также за уплатой ими налога в бюджет и за представлением в налоговый орган каких-либо документов.

Возложение ответственности на ООО НПО «Специальные стали и сплавы» за деятельность контрагентов контрагента не основано на нормах Налогового кодекса Российской Федерации, а ссылка налогового органа на недобросовестность контрагентов не может свидетельствовать о недобросовестности Общества.

Товар (полуфабрикат) в адрес общества фактически поставлен, оприходован на счет 41 «Товары», из полуфабрикатов изготовлены металлоизделия для Заказчиков ООО НПО «Специальные стали и сплавы» и реализованы, материалы проверки доказательств обратного не содержат, факт приобретения Обществом товара/полуфабриката налоговым органом не опровергнут.

Возможности изготовления продукции в количестве, отраженном обществом в документах по ее реализации, без использования спорного объема, налоговым органом не доказано.

На основании изложенного, факт отсутствия поставки товара (полуфабрикатов для изготовления металлоизделий) от спорных контрагентов в адрес Общества налоговым органом не доказан.

Согласно п. 8 ст. 101 НК РФ в решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения излагаются обстоятельства совершенного привлекаемым к ответственности лицом налогового правонарушения так, как они установлены проведенной проверкой, со ссылкой на документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства, доводы, приводимые лицом, в отношении которого проводилась проверка, в свою защиту, и результаты проверки этих доводов.

На налоговый орган возлагается бремя доказывания, что сведения, содержащиеся в представленных налогоплательщиком документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы, налоговая выгода получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности, налогоплательщиком учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной, в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (с установлением таких лиц) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 № 305-КГ16-4155).

В соответствии с п. 5. ст.200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо (ст.65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Таким образом, налоговый орган обязан доказать вменяемые налогоплательщику правонарушения с учетом полученных доказательств в ходе проверки, а не предполагать в действиях налогоплательщика согласованность /договоренность со спорными контрагентами.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации сформулированной в определении от 16.10.2003 No 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, а правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестный налогоплательщик» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, непредусмотренные законодательством.

Также положения НК РФ не позволяют сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия других организаций и за ненадлежащее исполнение такими организациями своих налоговых обязательств. В соответствии с Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - постановление Пленума № 53), судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики.

В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 1 Постановления № 53, представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В силу пунктов 3 и 4 Постановления Пленума № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Взаимозависимость участников сделок сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Данное обстоятельство может быть признано обстоятельством, свидетельствующим о получении необоснованной налоговой выгоды лишь в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами (пункт 6 постановления Пленума № 53).

По смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 НК РФ, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков. Обязанность доказывания недобросовестности возложена на налоговые органы (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16.10.2003 №329-О).

В соответствии с пунктом 2 статьи 110 НК РФ налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Таким образом, доказывание умысла состоит в выявлении обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Об умышленных действиях налогоплательщика могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности участников, вовлеченных в налоговую схему.

При выявлении таких фактов налоговый орган должен учитывать, что обстоятельства подконтрольности сами по себе не могут служить основанием для вывода об умышленном характере действий налогоплательщика. В актах и решениях по результатам налоговых проверок налоговые органы должны указывать обстоятельства, свидетельствующие о возможности влияния проверяемого налогоплательщика (его должностных лиц) на условия и результат экономической деятельности, манипулирования условиями, сроками и порядком осуществления расчетов по сделкам (операциям), искусственного создания условий для использования налоговых преференций.

При этом установление умысла не может сводиться к простому перечислению всех сделок (операций), в результате которых налогоплательщик получил налоговую экономию, и приведению анализа возможности влияния фактов подконтрольности на условия и результат экономической деятельности. Необходимо указывать конкретные действия налогоплательщика (его должностных лиц), которые обусловили совершение правонарушения, и приводить доказательства, которые бы свидетельствовали о намерении причинить вред бюджету.

При взаимодействии налогоплательщика с формально независимыми лицами в ряде случаев об умышленности действий могут свидетельствовать обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников хозяйственной деятельности, предопределенности движения денежных и товарных потоков, совершения ряда неслучайных действий (операций), подчиненных единой цели - возможности отражения заведомо ложных сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика, создания искусственного документооборота и получения налоговой экономии.

Также, при проведении мероприятий налогового контроля в целях устранения последствий нарушений в виде неуплаты налогов устанавливаются фактические обстоятельства, связанные с использованием полученной налоговой экономии, которые позволят определить, в чьих интересах оформлены соответствующие сделки (операции).

Таким образом, налоговые органы для целей применения пункта 1 статьи 54.1 НК РФ должны доказать совокупность следующих обстоятельств: существо искажения (то есть в чем конкретно оно выразилось); причинную связь между действиями налогоплательщика и допущенными искажениями; умышленный характер действий налогоплательщика (его должностных лиц), выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога; потери бюджета.

Федеральная налоговая служба разъясняет, что согласно пункту 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону. Налоговым органам следует учитывать, что пункт 2 указанной статьи содержит условия, только при соблюдении которых у налогоплательщика появляется право учесть расходы и вычеты по имевшим место сделкам, то есть установление факта нарушения налогоплательщиком данных условий является отдельным обстоятельством, при наличии которого налоговый орган отказывает налогоплательщику в учете расходов и вычетов.

При этом налоговый орган отказывает налогоплательщику в учете расходов и вычетов при выявлении фактов нарушения хотя бы одного из установленных в пункте 2 статьи 54.1 НК РФ условий (подпункт 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, если имеются доказательства наличия у налогоплательщика основной цели совершения сделки (операции) - неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) налога (сбора), и (или) подпункт 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, если материалы проверки свидетельствуют, что товар (работа, услуга) исходят от иного лица, а не от заявленного контрагента).

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ установлен запрет для налогоплательщика уменьшать налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в случае, когда основной целью совершения сделки (операции) являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога.

В этой связи основной целью сделки должна быть конкретная разумная хозяйственная (деловая) цель, а не налоговая экономия. Примером такой сделки может служить бизнес-решение, не свойственное предпринимательскому обороту (присоединение компании с накопленным убытком без актива при отсутствии экономического обоснования и т.п.) и которое не может быть обосновано с точки зрения предпринимательского риска, фактически совершенное не в своем интересе, а в интересах иного лица с целью его скрытого финансирования.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ законодатель фактически ограничил право учесть расходы и вычеты по сделке при исполнении ее лицом, не указанным в первичных документах.

Таким образом, в рамках применения положений подпунктов 1 и 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ налоговому органу следует доказывать, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии (при выявлении фактов несоблюдения условий, указанных в подпункте 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ), и (или), что сделка (операция) не исполнена заявленным контрагентом, и налогоплательщик использовал формальный документооборот в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции) (при выявлении фактов несоблюдения условий, установленных в подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ).

При установлении обстоятельств, свидетельствующих, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии, налоговые органы должны доказать, что такая сделка (операция) не имеет какого-либо разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости ее заключения и совершения, а имеет своей целью лишь уменьшение налоговых обязательств, и (или) является частью схемы, основной целью которой является уменьшение налоговых обязательств.

При этом необходимо учитывать, что положения НК РФ не ограничивают само право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте сделки (операции) не должно присутствовать признака искусственности, лишенной хозяйственного смысла.

Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных операций.

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно.

Об использовании формального документооборота в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции) могут свидетельствовать факты обналичивания денежных средств проверяемым налогоплательщиком или взаимозависимым (подконтрольным) лицом, а также факты использования таких средств на нужды налогоплательщика, учредителей налогоплательщика, его должностных лиц, использование одних IP-адресов, обнаружение печатей и документации контрагента на территории (в помещении) проверяемого налогоплательщика и другие.

В рамках исследования финансовых потоков налоговым органам необходимо учитывать, что перечисление денежных средств при осуществлении сделок с проблемным контрагентом, как правило, совершается в целях полного или частичного их возврата налогоплательщику, взаимозависимому (подконтрольному) лицу в наличной, безналичной форме, в виде ценных бумаг или натуральной форме.

Дополнительными доказательствами в случае выявления фактов несоблюдения налогоплательщиком условий, установленных в пункте 2 статьи 54.1 НК РФ, могут быть нетипичность документооборота, несоответствие обычаю делового оборота поведения участников сделки (операции), должностных лиц налогоплательщика при заключении, сопровождении, оформлении результатов сделок (операций).

По всем таким фактам следует получать пояснения налогоплательщика и ответственных лиц, а при получении информации, противоречащей показаниям свидетелей или собранным доказательствам, обеспечивать повторное получение пояснений налогоплательщика и ответственных лиц по установленным противоречиям. При получении пояснений и проведении допросов необходимо устанавливать полномочия, а также функциональные и должностные обязанности лиц, исследовать вопросы, связанные с обстоятельствами заключения, сопровождения сделки и исполнения всех ее условий спорным контрагентом, а также наиболее эффективно использовать возможность предъявления свидетелям документов при допросах в целях получения наиболее полных и конкретизированных ответов.

Данные критерии закреплены в статье 54.1 НК РФ для того, чтобы исключить возможность предъявления налоговыми органами формальных претензий к налогоплательщикам.

МИФНС России №18 по Самарской области привлекло Общество к ответственности за нарушение пункта 2 ст. 54.1 НК РФ в проверяемом периоде по всем спорным контрагентам, указывая в качестве обоснования довод об установлении отсутствия факта приобретения ТМЦ у спорных контрагентов.

Между тем, данные пункты являются фактически взаимоисключающими, их нарушение влечет для налогоплательщика разные последствия.

Привлечение налогоплательщика к ответственности по пункту 1 ст. 54.1 НК РФ означает нереальность поставок, работ услуг, по которым заявляются вычеты. Нарушение же пункта 2 данной статьи подразумевает факт реального исполнения сделок, однако не тем лицом, что заявлено в документах.

В случае нарушения пункта 2 ст. 54.1. НК РФ налоговый орган обязан установить действительный размер налоговых обязательств путем корректировки суммы НДС так, как если бы Общество заключило договоры на выполнение работ напрямую с реальными исполнительными, однако не имеет права отказать в получении вычетов в полном объеме, иное означало бы нарушение прав Общества как налогоплательщика.

Однако в настоящем случае, налоговый орган указывает, что «фактическими» поставщиками металлопродукции являлись ООО «Орский завод цветного литья», ООО МЦ «Тверская бронза», ООО «Адамс», ООО ПО «МСП», ООО «ДонСпециальные стали и сплавы», ООО «ШМЗ», ООО «Галактика», ООО ПК «Технология-М», ООО ПО «Высокоточных сплавов и Лигатур», ООО «Металлсервис-Москва», ООО «УТК Сталь», которые сами их и производят», и в то же время представленными доказательствами указывает на мнимость договоров поставки. т.е. на фактическую непоставку продукции.

Реальность спорных сделок налоговым органом не опровергнута посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно.

Следовательно, вывод налогового органа о невозможности выполнения спорными контрагентами обязанностей, предусмотренных заключенными с Обществом договорами, противоречит фактам, установленным в ходе налоговой проверки, что является основанием для признания обжалуемого Решения недействительным.

Налоговым органом схемы кругового движения и обналичивания денежных средств непосредственно самим заявителем, представленные в анализе движения денежных средств, в результате чего выявился бы возврат в его адрес ранее направленных денежных средств либо перевод в наличную форму средств с его счета в банке с целью их исключения из-под налогового контроля в ходе налоговой проверки не выявлено.

Ссылка в этой части на особенности операций по расчетным счетам контрагентов не связаны с расчетами самого общества.

Дальнейшее перечисление контрагентами денежных средств иным лицам с различными формулировками платежа является обычной хозяйственной деятельностью юридических лиц.

Возвращение к самому заявителю денежных средств через цепочку последующих организаций, физических лиц не доказано, согласованность в действиях вышеуказанных контрагентов с обществом не установлена.

Налоговым органом не представлено доказательств того, что движение денежных средств по расчетным счетам контрагентов или других третьих лиц контролировалось заявителем либо проводилось по его поручению.

Не представлено и доказательств того, что общество знало либо имело возможность проконтролировать дальнейшую судьбу денежных средств, перечисленных на счета контрагентов. Все дальнейшие действия контрагентов с полученными от общества денежными средствами, в том числе исчисление налогов в бюджет, не могут контролироваться налогоплательщиком и не могут вменяться ему в вину, равно как и выступать в качестве основания для привлечения последнего к налоговой ответственности. Какая-либо взаимозависимость или аффилированность между заявителем и его контрагентами налоговой проверкой не установлена.

Проведенная инспекцией налоговая проверка не выявила нарушения законодательства о налогах и сборах исключительно со стороны контрагентов общества, ответственность за которые не может быть возложена на заявителя без установления его недобросовестности и согласованности их действий.

Налоговым органом в ходе проведения контрольных мероприятий установлены факты, свидетельствующие о нарушении обществом ст. 250 Налогового кодекса Российской Федерации, выразившиеся в неправомерном невключении в состав внереализационных доходов кредиторской задолженности, в связи с исключением контрагентов ООО «АЛЬЯНС» ИНН <***>, ООО «Комплект Строй» ИНН <***>, ООО «МАГИСТРАЛЬ» ИНН <***>,  ООО «ТЕХДЕТАЛЬ» ИНН <***>, ООО «Джоббер» ИНН <***>, ООО «ПРИОРИТЕТ» ИНН <***>, ООО «ТД «Созвездие» ИНН <***>, ООО «РТ ГРУПП» ИНН <***>, ООО «Техноимпульс» ИНН <***> из ЕГРЮЛ, а также невключения в состав внереализационных доходов кредиторской задолженности контрагентов ООО «Спика», ООО «Техномет» ИНН <***>, ООО «Лист СПБ» ИНН <***>.

В соответствии с п.18 ст.250 НК РФ, внереализационными доходами налогоплательщика признаются, в частности, доходы в виде сумм кредиторской задолженности (обязательства перед кредиторами), списанной в связи с истечением срока исковой давности или по другим основаниям, за исключением случаев, предусмотренных пп.21 п.1 ст.251 НК РФ.

К другим основаниям для возникновения дохода по п.18 ст.250 НК РФ относится ликвидация организации-кредитора либо ее исключение из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Заявитель возражал против включении в состав внереализационных доходов кредиторской задолженности по основаниям, изложенным в пояснениях к заявлению.

Письмом № 03-03-06/1/1642 от 13.01.2023, Министерство финансов Российской Федерации разъяснило вопрос «Об учете в целях налога на прибыль кредиторской задолженности перед организацией, исключенной из ЕГРЮЛ».

В соответствии с пунктом 18 статьи 250 НК РФ внереализационными доходами налогоплательщика признаются доходы в виде сумм кредиторской задолженности (обязательства перед кредиторами), списанной в связи с истечением срока исковой давности или по другим основаниям, за исключением случаев, предусмотренных подпунктами 21, 21.1 и 21.3 пункта 1 статьи 251 НК РФ.

Если организация исключается из единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) по решению налогового органа в соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон N 129-ФЗ), то в силу пункта 2 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Следовательно, правовые последствия исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ приравнены ГК РФ к его ликвидации.

Правовые последствия, установленные пунктом 2 статьи 64.2 ГК РФ, распространяются только на недействующих юридических лиц, которые исключаются регистрирующим органом из ЕГРЮЛ на основании пункта 1 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ (данная позиция подтверждается определениями Судебных коллегий по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2018 N 301-КГ18-8795 и от 12.02.2019 N 304-КГ18-18451).

Согласно пункту 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ предусмотренный данной статьей порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случаях: невозможности ликвидации юридического лица ввиду отсутствия средств на расходы, необходимые для его ликвидации, и невозможности возложить эти расходы на его учредителей (участников); наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи. Вместе с тем ни ГК РФ, ни Закон N 129-ФЗ не относят указанные организации к недействующим юридическим лицам.

Учитывая указанное, при наличии у налогоплательщика кредиторской задолженности перед организацией, исключенной налоговым органом из ЕГРЮЛ по основаниям, указанным в пункте 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ, последствия при ликвидации, предусмотренные ГК РФ, не возникают, следовательно, такая задолженность не подлежит списанию по указанному основанию и отражению в составе внереализационных доходов».

Исследовав основания и периоды возникновения задолженности, обстоятельства ликвидации контрагентов ООО «Специальные стали и сплавы», суд установил следующее.

ООО «АЛЬЯНС» ИНН <***>

Дата прекращения деятельности 01.06.2020 года (исключено налоговым органом из ЕГРЮЛ по основаниям, указанным в пункте 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ – недостоверность сведений);

ООО «Комплект Строй» ИНН <***>

Дата прекращения деятельности 23.06.2022 года (исключено налоговым органом из ЕГРЮЛ по основаниям, указанным в пункте 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ – недостоверность сведений);

ООО «МАГИСТРАЛЬ» ИНН <***>

Дата прекращения деятельности 25.02.2020 года (исключено налоговым органом из ЕГРЮЛ по основаниям, указанным в пункте 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ – недостоверность сведений);

ООО «ТЕХДЕТАЛЬ» ИНН <***>

Дата прекращения деятельности 04.06.2019 года. (исключено налоговым органом из ЕГРЮЛ по основаниям, указанным в пункте 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ – недостоверность сведений).

Суд соглашается с доводами заявителя о том, что в соответствии с разъяснениями Министерства финансов Российской Федерации от 13.01.2023г. кредиторская задолженность по контрагентам ООО «АЛЬЯНС» ИНН <***>, ООО «Комплект Строй» ИНН <***>, ООО «МАГИСТРАЛЬ» ИНН <***>, ООО «ТЕХДЕТАЛЬ» ИНН <***>, не подлежит включению во внереализационные доходы.


Пунктом 1 статьи 271 НК РФ установлено, что доходы признаются в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они имели место, независимо от фактического поступления денежных средств, иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав (метод начисления), если иное не предусмотрено пунктом 1.1 данной статьи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Доход в виде кредиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности учитывается в составе налогооблагаемых доходов в последний день того отчетного (налогового) периода, в котором истекает срок исковой давности.

В бухгалтерском учете, и в целях налогообложения прибыли просроченная кредиторская задолженность включается в состав доходов в периоде, когда истек срок исковой давности (если он наступил раньше, чем контрагенты были исключены из ЕГРЮЛ).

Статьей 419 ГК РФ установлено, что обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и другое).

Ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц (пункт 9 статьи 63 ГК РФ).

Учитывая изложенное, суммы кредиторской задолженности, списываемые в связи с ликвидацией организации-кредитора, подлежат включению в состав внереализационных доходов в периоде, соответствующем дате внесения записи в ЕГРЮЛ о ликвидации кредитора.

Согласно пункту 1 статьи 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).

Если организация исключается из ЕГРЮЛ по решению налогового органа в соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Федеральный закон от 08.08.2001 № 129-ФЗ), то в силу пункта 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Следовательно, правовые последствия исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ приравнены ГК РФ к его ликвидации.

Таким образом, суммы списанной кредиторской задолженности исключенного из ЕГРЮЛ по решению налогового органа в соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ кредитора подлежат отражению в составе доходов налогоплательщика на дату внесения в ЕГРЮЛ записи о ликвидации кредитора.

С момента ликвидации кредитора сумма кредиторской задолженности подлежит включению в состав внереализационных доходов того налогового периода, в котором кредитор исключен из ЕГРЮЛ на основании п. 18 ст. 250 НК РФ (Определение Верховного Суда РФ от 26.10.2021 N 304-ЭС21-19652 по делу N А27-16971/2020).


ООО «Джоббер» ИНН <***>

Дата прекращения деятельности 29.11.2017 года, Исключен из ЕГРЮЛ на основании п.2 ст.21.1 ФЗ от 08.08.2001 №129-ФЗ.

ООО «ПРИОРИТЕТ» ИНН <***>

Дата регистрации 10.12.2015 года

Дата прекращения деятельности 07.06.2021 года. Исключен из ЕГРЮЛ на основании п.2 ст.21.1 ФЗ от 08.08.2001 №129-ФЗ.

ООО «ТД «Созвездие» ИНН <***>

Дата прекращения деятельности 07.06.2021 года. Исключен из ЕГРЮЛ на основании п.2 ст.21.1 ФЗ от 08.08.2001 №129-ФЗ.

Суд соглашается с доводами заявителя, что кредиторская задолженность по контрагентам ООО «Джоббер» ИНН <***>, ООО «ПРИОРИТЕТ» ИНН <***>, ООО «ТД «Созвездие» ИНН <***>, в силу ее включению в состав внереализационных доходов на основании п. 18 ст. 250 НК РФ, не подпадает под проверяемый налоговым органом период (01.01.2018-31.12.2020), в связи с чем не подлежит включению в состав внереализационных доходов.

ООО «РТ ГРУПП» ИНН <***>

Дата прекращения деятельности 21.02.2019 года. Исключен из ЕГРЮЛ на основании п.2 ст.21.1 ФЗ от 08.08.2001 №129-ФЗ

ООО «Техноимпульс» ИНН <***>

Дата прекращения деятельности 28.01.2019 года. Исключен из ЕГРЮЛ на основании п.2 ст.21.1 ФЗ от 08.08.2001 №129-ФЗ

Как следует из пояснений представителя ООО «Специальные стали и сплавы», ни в Дополнение к Акту, как и в самом Акте налоговой проверки не указывается о дате возникновения данной задолженности, ссылки на какие-либо документы, имеющие юридическую силу, не приводятся. При этом сам кредитор (даже на момент ликвидации организации) никаких претензий по взысканию кредиторской задолженности не предъявляет, что свидетельствует об отсутствии данной задолженности, основанной на неверном проведении документов в бухгалтерском учете заявителя.

Доказательств, указывающих обратное, налоговым органом не представлено.

В виду того, что в отношении контрагента ООО «Спика» налоговым органом не отражены идентификационные данные общества, установление обоснованности требований налогового органа по вмененным недоимкам не представляется возможным.

Согласно части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В силу изложенного, суд не может признать доначисление заявителюналога на прибыль по контрагентам ООО «РТ ГРУПП» ИНН <***>, ООО «Техноимпульс» ИНН <***>, ООО «Спика» законными и обоснованными.

Суд соглашается в доводами заявителя, что обстоятельства необоснованного доначисления налогов и факт привлечения Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения подразумевает собой нарушение прав налогоплательщика, предусмотренных ст.21 НК РФ, к которым также относятся право требовать от должностных лиц налоговых органов и иных уполномоченных органов соблюдения законодательства о налогах и сборах при совершении ими действий в отношении налогоплательщиков, и право обжаловать в установленном порядке акты налоговых органов, иных уполномоченных органов и действия (бездействие) их должностных лиц.

Реальность спорных сделок налоговым органом не опровергнута посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно.

Доказательств, опровергающих данные доводы, налоговым органом в ходе судебного разбирательства, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ, не представлено.

В соответствии с п. 2 ст. 110 НК РФ налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Об умышленных действиях налогоплательщика могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности участников, вовлеченных в налоговую схему.

Также необходимо отметить, что при взаимодействии налогоплательщика со своими контрагентами, в ряде случаев об умышленности действий могут говорить обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников хозяйственной деятельности, предопределенности движения денежных и товарных потоков, совершения ряда неслучайных действий (операций), подчиненных единой цели - возможности отражения заведомо ложных сведений о фактах хозяйственной жизни, создания искусственного документооборота и получения налоговой экономии.

Однако, налоговым органом в ходе проведения выездной налоговой проверки ООО «Специальные стали и сплавы» указанные обстоятельства установлены не были.

Пунктом 6 ст. 108 НК РФ установлено, что лицо считается невиновным в совершении налогового правонарушения, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральном законом порядке.

Лицо, привлекаемое к ответственности, не обязано доказывать свою невиновность в совершении налогового правонарушения. Обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы, в т.ч. в силу ч. 5 ст. 200 АПК РФ.

При этом неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Таким образом, реальность хозяйственных операций, достоверность и полнота сведений, содержащихся в представленных заявителем документах фактически налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не опровергнуты.

Суд приходит к выводу, что налоговый орган, вынося оспариваемое решение, положил в его основу противоречивые, необоснованные допустимыми доказательствами выводы, основанные на предположениях, что не допустимо для ненормативного акта налогового органа.

С учетом изложенного, Инспекция не доказала факт получения Обществом необоснованной налоговой выгоды во взаимоотношениях с указанными контрагентами.

При таких обстоятельствах, решение о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения в оспариваемой части не соответствует требованиям Налогового кодекса Российской Федерации и нарушает права и законные интересы заявителя, что в силу статьей 198, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для признания его незаконным, и, возложения на ответчиков обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Иные доводы налогового органа, оценка которых не нашла отражения в тексте настоящего решения, не имеют самостоятельного значения для разрешения спора по существу.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №18 по Самарской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 20-33/13 от 26.05.2023, с учетом решения УФНС России по Самарской области по апелляционной жалобе № 03-15/01/188 от 05.09.2023 года не соответствует требованиям Налогового кодекса Российской Федерации и нарушает права и законные интересы заявителя, что в силу статьей 198, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для признания его недействительным, и, возложения на налоговый орган обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Судебные расходы в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд относит на Инспекцию.

Руководствуясь ст.ст. 167-176, 198-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  суд,

Р Е Ш И Л:

Заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительным решение Межрайонной ИФНС России №18 по Самарской области  о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 20-33/13 от 26.05.2023 в части привлечения ООО «НПО «Специальные стали и сплавы» к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 НК РФ в виде взыскания штрафа в размере 73 689 руб., по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде взыскания штрафа в размере 143 568 руб., недоимки по налогу на прибыль организаций в сумме 6 418 659 руб., по налогу на добавленную стоимость в сумме 3 777 344 руб.

Обязать Межрайонную ИФНС России №18 по Самарской области  устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО «НПО «Специальные стали и сплавы».

Взыскать с Межрайонной ИФНС России №18 по Самарской области  в пользу ООО «НПО «Специальные стали и сплавы»  расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

       Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.


Судья


/
В.А. Максимова