Решение от 20 апреля 2021 г. по делу № А63-15157/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Ставрополь Дело № А63-15157/2020

Резолютивная часть решения объявлена 13 апреля 2021 года.

Решение изготовлено в полном объеме 20 апреля 2021 года.

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Быкодоровой Л.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

индивидуального предпринимателя главы крестьянского фермерского хозяйства Верещак

ФИО2, п. Ставропольский, ОГРН <***>,

к управлению имущественных отношений администрации Благодарненского городского округа Ставропольского края, ИНН <***>, ОГРН <***>,

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Ставропольского края,

г. Ставрополь, ОГРН <***>, ИНН <***>,

Федеральной службы по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды, г. Москва,

ОГРН <***>, ИНН <***>,

Кубанского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов,

г. Краснодар, ОГРН <***>, ИНН <***>,

о признании недействительными итогов аукциона в части лота №3 «право на заключение договора аренды земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером 26:13:140802:2» и заключенного на его основании договора аренды №22 земельного участка, государственная собственность на который не разграничена от 15.04.2019 и применении последствий недействительности ничтожной сделки,

при участии:

от истца – представитель ФИО3 по доверенности от 28.08.2020 № 0828/2020, представившая диплом о высшем юридическом образовании № 63870,

в отсутствие представителей других лицу, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет,

У С Т А Н О В И Л:

индивидуальный предприниматель глава крестьянского фермерского хозяйства ФИО4 (далее – предприниматель, истец) обратился в арбитражный суд с иском к управлению имущественных отношений администрации Благодарненского городского округа Ставропольского края (далее – управление, ответчик) о признании недействительными итогов аукциона в части лота №3 «право на заключение договора аренды земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером 26:13:140802:2» и заключенного на его основании договора аренды №22 земельного участка, государственная собственность на который не разграничена от 15.04.2019 и применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Определениями от 15.12.2020 и от 02.03.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: министерство природных ресурсов и охраны окружающей среды Ставропольского края, Федеральная служба по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды и Кубанское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов.

До начала судебного заседания от ответчика поступило ходатайство об отложении судебного заседания в связи с невозможностью обеспечить явку представителей ФИО5 и ФИО6

Рассмотрев данное ходатайство, суд отказал ответчику в его удовлетворении ввиду следующего.

На основании части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Из содержания данных норм следует, что полномочие суда по вопросу удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства относится к числу дискреционных и зависит от наличия обстоятельств, препятствующих участию стороны в судебном заседании, которые суд оценит в качестве уважительных причин неявки, а также обстоятельств, связанных с необходимостью предоставления доказательств, совершения иных процессуальных действий, способных повлиять на разрешение спора. Кроме того, даже в случае наличия уважительных причин неявки в судебное заседание лица, извещенного о времени и месте его проведения, отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

Согласно статье 59 АПК РФ юридические лица участвуют в арбитражном процессе посредством уполномоченных органов, либо представителей. Доказательств невозможности обеспечить явку в судебное заседание иного представителя управления, либо его руководителя, в материалы дела не представлено.

Согласно положениям статей 59, 61 АПК РФ преставителями организаций могут выступать руководители организаций, действующие в пределах полномочий, предусмотренных федеральным законом, иным нормативным правовым актом, учредительными документами, лица, состоящие в штате указанных организаций, адвокаты либо дееспособное лицо с надлежащим образом оформленными и подтвержденными полномочиями на ведение дела. Управление является юридическим лицом, невозможность участия в судебном заседании его представителя не означает неспособность представления интересов юридического лица в суде иным лицом. Таким образом, невозможность присутствия в судебном заседании, как представителя ответчика, так и его руководителя не лишает юридическое лицо возможности направить в судебное заседание другого представителя, в том числе и не связанного с ним трудовыми отношениями.

В рассматриваемом ходатайстве об отложении судебного заседания не указано, как отсутствие представителя ответчика может отразиться на рассмотрении требований истца по существу, а также не приведены доводы, указывающие на то, что явка представителя ответчика будет способствовать более полному и объективному исследованию обстоятельств дела.

Ходатайство об отложении слушания дела на другой срок не содержит указаний на наличие у ответчика конкретных документов (доказательств), способных повлиять на разрешение спора и невозможность их предоставления до начала судебного заседания через канцелярию суда, либо посредством направления как органами почтовой связи, так и электронной почтой. В ходатайстве об отложении судебного заседания не представлено обоснования такого отложения, не приведены цели и доказательства необходимости отложения.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований, ссылаясь на то, что в состав спорного земельного участка вошла водоохраная зона 100 метров и прибрежная зона 30-50 м линии водотока – балки Грязнушка, являющейся левым притоком реки Томузловка. Незаконность предоставления земельного участка истец связывает с тем, что при его предоставлении, уполномоченный орган не проинформировал неограниченный круг лиц о наличии вышеуказанных зон с особыми условиями использования территории.

В подтверждение наличия в составе спорного земельного участка зон с особыми условиями территории, истец представил заключение кадастрового инженера ФИО7 от 19.02.2021 № 6, который при обследовании земельного участка с кадастровым номером 26:13:140802:2, расположенного по адресу: Ставропольский край, Благодарненский район, на территории бывшего совхоза «Ставропольский» (далее – земельный участок) установил, что данный земельный участок состоит из двух контуров, один из которых, имеющий площадь 170007 кв.м. по всей протяженности пересекает балка Грязная и река Грязнушка. К заключению приложена схема с отражением земельного участка и нанесенной в границах этого участка полоски красного цвета, обозначающей балку Грязную.

Ответчик в отзыве на иск возражал против удовлетворения исковых требований, мотивируя это тем, что в Едином государственном реестре недвижимости отсутствуют сведения о наличии в границах земельного участка зон с особыми условиями использования территории. Переданный в аренду земельный участок не имеет недостатков, препятствующих его использованию, обременения земельного участка, предусмотренные статьей 56 Земельного кодекса Российской Федерации отсутствуют. Истцом ФИО4 договор аренды земельного участка зарегистрирован в установленном порядке, о чем сделана запись о регистрации от 28 мая 2019 года № 26:13:140802:2-26/017/2019-112. В течение всего срока действия договора аренды, арендатор глава КФХ ФИО4 продолжал пользоваться земельным участком, проводил полевые работы, сев и уборку урожая, тем самым извлекая прибыль от использования спорного земельного участка. Кроме того арендатором частично оплачена арендная плата. Всего за период действия договора оплачено 710 157,02 рублей. По состоянию на 01 октября 2020 года задолженность составляет 1 297 355,70 рублей. Истец обращался с заявлением от 22 июля 2020 года о расторжении договора аренды земельного участка от 15 апреля 2019 года № 22. Причиной расторжения договора было указано тяжелое финансовое положение, обусловленное почвенной засухой и невозможностью вести предпринимательскую деятельность при сложившихся обстоятельствах. Иные причины в заявлении не указывались. Управление в ответе от 10 августа 2020 года указывало на готовность расторгнуть договор аренды спорного земельного участка при условии погашения образовавшейся задолженности по арендной плате. На тот момент она составляла 871 037,21 рублей. Задолженность истцом не была погашена. После того как управление обратилось с иском в суд о взыскании задолженности по арендной плате, стороны заключили соглашение о рассрочке долга. По указанному соглашению ФИО4 оплатил 227 000 руб. 20.03.2020 и 25 207, 02 руб. 24.07.2020.

Федеральная служба по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды сообщила, что на спорном земельном участке с кадастровым номером 26:13:140802:2 отсутствуют объекты государственной наблюдательной сети Росгидромета, на указанный участок не распространяются учтенные охранные зоны пунктов гидрометеорологических наблюдений.

Кубанское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов просило рассмотреть спор в отсутствие своего представителя, в письменных пояснениях указало, что является территориальным органом Федерального агентства водных ресурсов межрегионального уровня, осуществляющим функции по оказанию государственных услуг и управлению федеральным имуществом в сфере водных ресурсов, в том числе на территории Ставропольского края. Кубанское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов ведет государственный водный реестр (ГВР), однако сведениями о кадастровом номере балки Гразнушка, являющейся левым притоком реки Томузловка, номере зоны с особыми условиями использования территории не располагает. В ГВР отсутствуют сведения о водном объекте балке Грязнушка.

Согласно поступившему от министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Ставропольского края отзыву от 01.03.2021 № 03/12-1876 земельный участок с кадастровым номером 26:13:140802:2 не расположен в границах водоохраной зоны (26:19-6.20) и прибрежной защитой полосы (26:19-6.30) балки Грязная.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав доводы истца, дав правовую оценку представленным доказательствам, считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, согласно представленной в материалы дела выписке из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах от 28.01.2019 № КУВИ-101/2019-15000 на земельный участок с кадастровым номером 26:13:140802:2 сведения о правообладателе отсутствуют. Сведений о том, что земельный участок входит в зону с особыми условиями использования территории, (в том числе водоохранную зону и прибрежную защитную полосу балки Грязная) в ЕГРН не имеется.

По результатам аукциона на право заключения договора аренды земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером 26:13:140802:2, проведенного управлением имущественных и земельных отношений администрации Благодарненского городского округа Ставропольского края 03.04.2019 с победителем аукциона индивидуальным предпринимателем главой КФХ ФИО4 заключен договор аренды земельного участка, государственная собственность на который не разграничена от 15.04.2019 №22.

Как следует из заключения кадастрового инженера ФИО7 от 19.02.2021 № 6, земельный участок с кадастровым номером 26:13:140802: состоит из двух контуров, один из которых, имеющий площадь 170007 кв.м. по всей протяженности пересекает балка Грязная и река Грязнушка. К заключению приложена схема с отражением земельного участка и нанесенной в границах этого участка полоски красного цвета, обозначающей балку Грязную.

Из пояснений министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Ставропольского края от 01.03.2021 № 03/12-1876 следует, что балка Грязная имеет границы водоохраной зоны (26:19-6.20) и прибрежной защитой полосы (26:19-6.30), но в границы спорного земельного участка данные зоны с особыми условиями использования территории не включены.

Вместе с тем, судом по данным публичной кадастровой карты установлено, что указанные выше водоохраная зона и прибрежная защитная полоса балки Грязная прерываются за 5 км до границы спорного земельного участка, несмотря на то, что сама балка Грязная имеет продолжение и пересекает земельный участок.

С учетом изложенных обстоятельств, суд пришел к выводу, что государственная регистрация водоохраной зона и прибрежной защитной полосы балки Грязная осуществлена не в полном объеме, и несмотря на существование фактических ограничений в использовании спорного земельного участка, связанных с прохождением по его территории водного объекта, сведения о таких ограничения в ЕГРН отсутствуют.

Полагая, что отсутствие в аукционной документации и в Едином государственном реестре недвижимости сведений об ограничениях в использовании земельного участка, связанных с нахождением на нем водного объекта, нарушает права истца на использование земельного участка для целей сельскохозяйственного производства, последний обратился с рассматриваемым иском в суд.

Согласно правилу, закрепленному в части 1 статьи 8 Водного кодекса Российской Федерации, водные объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности), за исключением случаев, установленных частью 2 данной статьи.

Земли, покрытые поверхностными водами, сосредоточенными в водных объектах (то есть внутри береговой линии), а также земли, занятые гидротехническими и иными сооружениями, расположенными на водных объектах, относятся к землям водного фонда. На землях, покрытых поверхностными водами, не осуществляется образование земельных участков (пункты 1 и 2 статьи 102 Земельного кодекса Российской Федерации).

В то же время земли, расположенные за береговой линией и не занятые гидротехническими и иными сооружениями, расположенными на водных объектах, могут относиться к землям любой иной категории, кроме земель водного фонда.

Следовательно, законодатель разделил правовой режим земель, занятых поверхностными водными объектами, и земель (территорий), примыкающих к поверхностным водным объектам по береговой линии.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах от 28.01.2019 № КУВИ-101/2019-15000 земельному участку с кадастровым номером 26:13:140802:2 установлена категория - земли сельскохозяйственного назначения.

Частью 1 статьи 65 Водного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что территории, которые примыкают к береговой линии поверхностных водных объектов, являются водоохранными зонами. На указанных территориях устанавливается специальный режим осуществления хозяйственной и иной деятельности в целях предотвращения загрязнения, засорения, заиления указанных водных объектов и истощения их вод, а также сохранения среды обитания водных биологических ресурсов и других объектов животного и растительного мира.

Правовой режим водоохранных зон не является однородным. В границах водоохранных зон выделяют береговую полосу (часть 6 статьи 6 Водного кодекса Российской Федерации) и прибрежные защитные полосы (часть 2 статьи 65 Водного кодекса Российской Федерации), на территории которых действует больший перечень публично-правовых запретов и ограничений.

Вместе с тем в силу норм Водного кодекса Российской Федерации (часть 2 статьи 2, часть 1 статьи 4) водное законодательство регулирует водные отношения - правоотношения по использованию и охране водных объектов. Положения действующего водного законодательства не содержат каких-либо норм об отнесении земельных участков, относящихся к водоохранной зоне федеральных водных объектов, к собственности публично-правовых образований. Отнесение земельного участка к водоохранной зоне само по себе не означает, что у собственника водного объекта возникает право собственности на такой участок.

Отношения по использованию и охране земель регулируются не водным, а земельным законодательством (пункт 1 статьи 3 Земельного кодекса Российской Федерации). При этом в пункте 3 статьи 3 Земельного кодекса Российской Федерации закреплен приоритет норм земельного законодательства как специального закона перед гражданским законодательством в регулировании имущественных отношений по владению, пользованию и распоряжению земельными участками.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 97 Земельного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 08.06.2006) водоохранные зоны рек и водоемов были отнесены к землям природоохранного назначения. Федеральным законом от 03.06.2006 № 73-ФЗ «О введении в действие Водного кодекса Российской Федерации» указанный подпункт был признан утратившим силу.

В то же время на основании подпункта 5 пункта 1 статьи 97 Земельного кодекса Российской Федерации к землям природоохранного назначения относятся иные земли, выполняющие природоохранные функции.

Земли природоохранного назначения относятся к землям особо охраняемых территорий (подпункт 2 пункта 2 статьи 94 Земельного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 4 статьи 97 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что в пределах земель природоохранного назначения вводится особый правовой режим использования земель, ограничивающий или запрещающий виды деятельности, которые несовместимы с основным назначением этих земель. Земельные участки в пределах этих земель не изымаются и не выкупаются у собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев и арендаторов земельных участков.

Следовательно, нахождение земельного участка в границах особо охраняемых территорий не влияет на принадлежность земельного участка, но устанавливает публично-правовые ограничения по использованию такого участка.

Согласно пункту 2 статьи 16 Земельного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 17.04.2006 № 53-ФЗ) разграничение государственной собственности на землю на собственность Российской Федерации (федеральную собственность), собственность субъектов Российской Федерации и собственность муниципальных образований (муниципальную собственность) осуществляется в соответствии с Земельным кодексом и федеральными законами.

Критерии разграничения государственной собственности на землю установлены статьей 3.1 Федерального закона от 25.10.2001 № 137-ФЗ №О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» (в редакции Федерального закона от 17.04.2006 № 53-ФЗ). Нахождение земельного участка в границах особо охраняемых территорий в качестве критерия разграничения публичной собственности в названной статье Закона не упомянуто.

С учетом приведенных норм, нахождение спорного участка в водоохранной зоне (территории со специальным режимом использования и охраны природных ресурсов) федерального водного объекта само по себе не свидетельствует о принадлежности такого участка Российской Федерации. Уровень публичной собственности в отношении земельных участков определяется на основании критериев, закрепленных в статьях 17-19 Земельного кодекса Российской Федерации, а также в статье 3.1 Вводного закона Российской Федерации.

Нахождение спорного участка в водоохранной зоне (территории со специальным режимом использования и охраны природных ресурсов) федерального водного объекта само по себе не свидетельствует о принадлежности такого участка Российской Федерации. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31 марта 2016 г. по делу №А32-19490/2015.

Следовательно, полномочия на распоряжение спорным земельным участком у ответчика имелись, а сам спорный земельный участок сформирован не за счет земель покрытых водными объектами, а за счет территории примыкающей к береговой линии поверхностного водного объекта, и то лишь частично.

Торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в течение одного года со дня проведения торгов (пункт 1 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Поскольку нарушений закона при проведении 03.04.2019 торгов по лоту №3 судом не установлено, оснований для признания договора аренды по мотиву ничтожности не имеется.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

При этом по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» таким действием является волеизъявление стороны сделки, то есть ее осознанное поведение, направленное на достижение определенных правовых, хозяйственных и иных последствий.

В целях обеспечения возможности осуществления участниками гражданского оборота свободного и осознанного волеизъявления законодателем наряду с установленным пунктом 5 статьи 10 ГК РФ общеправовым запретом на злоупотребление гражданскими правами предусмотрена обязанность по добросовестному ведению переговоров о заключении договора, исключающая предоставление контрагенту неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны (подпункт 2 пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ).

В свою очередь, несоответствие друг другу внутреннего (субъективного) содержания волеизъявления и реального существа достигнутой сторонами договоренности в установленных законом случаях может свидетельствовать о недействительности совершенной сделки.

Так, согласно пункту 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В силу подпунктов 2, 5 пункта 2 статьи 178 ГК РФ заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в том числе, таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные, либо заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В этой связи в пункте 5 информационного письма от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса» Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации дал рекомендацию о том, что непроявление арендатором должной осмотрительности при совершении оспариваемого договора аренды должно служить основанием для отказа в признании этого договора недействительным по мотиву его совершения под влиянием заблуждения относительно качеств его предмета.

Участвуя в аукционе и заключая договор аренды земельного участка, истец не был лишен возможности осмотреть его и узнать о состоянии, расположении и иных особенностях этого земельного участка. Таким образом, при заключении спорного договора истец не проявил требовавшуюся в таких обстоятельствах осмотрительность, обычную для деловой практики совершения подобных сделок.

Сам по себе факт нахождения водного объекта в границах земельного участка обязывает арендатора земельного участка, землевладельца и землепользователя соблюдать ограничения, вызванные нахождением на таком земельном участке водного объекта независимо от того прошли они государственную регистрацию или нет.

Природа ограничений прав в водоохранных зонах водных объектов является не гражданско-правовой, а земельно-правовой, так как эти ограничения не связаны с правами третьих лиц (как, например, сервитут, аренда или залог), а проистекают из природных факторов и необходимости учета при определении правового режима земельного участка его значения как природного объекта, тесно связанного с другими природными объектами. Эта связь является объективной, правовой режим определяется законодательно и не зависит от условий договора. Водоохранные зоны формируются по правилам статьи 65 Водного кодекса Российской Федерации, и их размер зависит от вида водного объекта и его протяженности, но не определяется тем, сформированы или нет земельные участки на соответствующей территории и какие права на них закреплены. Содержание ограничений также одинаково для собственников, землевладельцев, землепользователей, арендаторов земельных участков. Кроме того, земельные участки могут быть сформированы в любой момент, даже когда водоохранная зона на данной территории уже существует, т.е. земельный участок образовывается в пределах водоохранной зоны.

Несмотря на имеющиеся в силу закона ограничения в использовании земельного участка, такие ограничения не исключает возможность его использования для сельскохозяйственного производства.

Таким образом, условия для признания договора аренды недействительным по основаниям, заявленным истцом, в том числе по доводу о не опубликовании в извещении о проведении аукциона ограничений в использовании арендуемого земельного участка, отсутствуют.

Поскольку вопрос применения последствий недействительности сделки является производным от результатов рассмотрения вопроса о действительности (недействительности) сделки, а в рассматриваемом споре в признании договора аренды недействительным отказано, постольку требования о применении последствий недействительности сделки удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края

Р Е Ш И Л:

исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в двухмесячный срок в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Л.В. Быкодорова