Решение от 28 января 2025 г. по делу № А43-15113/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е Дело № А43-15113/2024

г. Нижний Новгород 29 января 2025 года

Дата объявления резолютивной части решения 14 января 2025 года

Дата изготовления решения в полном объеме 29 января 2025 года

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи Паутовой Юлии Сергеевны (шифр судьи 31-270), при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, после перерыва помощником судьи Голубевой В.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску акционерного общества "Русская кожа" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ответчику: ФИО2 (ИНН <***>), д. Ильина Гора Володарского района Нижегородской области,

при участии в деле третьего лица без самостоятельных требований относительно предмета спора общества с ограниченной ответственностью "Спецпартнер" (ОГРН <***>,

ИНН <***>) о взыскании 2099111 руб. 09 коп. задолженности в порядке субсидиарной ответственности,

при участии представителя от истца: ФИО3 по доверенности от 08.08.2024 (посредством веб-конференции),

установил:

акционерное общество "Русская кожа" обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с исковым заявлением о взыскании с ФИО2 2099111 руб. 09 коп. задолженности в порядке субсидиарной ответственности

по обязательствам общества с ограниченной ответственностью "Спецпартнер".

К участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ООО "Спецпартнер".

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 14.01.2025.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал.

Ответчик и третье лицо по делу при надлежащем извещении о времени и месте судебного заседания явку представителей в заседание не обеспечили, отзывы на иск

не представили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению спора.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителя истца, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, а также установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Рязанской области от 30.01.2024 по делу № А54-6779/2023, между АО "Русская кожа" (продавец) и ООО "Спецпартнер" (покупатель) заключен договор поставки № RL/RU/18/710 от 19.07.2018, в соответствии с которым продавец обязался передать

в собственность, а покупатель надлежащим образом принять и оплатить кожевенную продукцию.

Поставка осуществлялась периодически, исходя из заказов покупателя, при этом покупатель не осуществлял оплату товара в установленный срок, в связи с чем у последнего возникла задолженность перед истцом.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 30.01.2024 по делу № А54-6779/2023 с ООО "Спецпартнер" в пользу АО "Русская кожа" взыскана задолженность

в сумме 2061487 руб. 32 коп., неустойка за период 17.07.2023 по 21.07.2023 в сумме 4294 руб. 77 коп., судебные расходы по госпошлине в сумме 33329 руб. Также суд решил дальнейшее начисление неустойки производить на сумму долга в размере 2061487 руб. 32 коп, начиная

с 22.07.2023 по день фактического исполнения обязательства, исходя из 1/180 ключевой ставки Банка России в размере 7,5% за каждый день просрочки.

Решение вступило в законную силу, взыскателю 07.03.2024 выдан исполнительный лист серии ФС 047366161.

Судебный акт не исполнен ООО "Спецпартнер" ввиду недостаточности имущества.

В связи с неисполнением ООО "Спецпартнер" обязательства по оплате взысканной задолженности АО "Русская кожа" обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области

с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 16.04.2024 по делу № А43-7456/2024 производство по заявлению АО "Русская кожа" прекращено в связи

с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО "Спецпартнер" ФИО2 является генеральным директором и единственным участником общества с 14.06.2018.

Так как ФИО2 является контролирующим лицом должника, АО "Русская кожа" обратилось в арбитражный суд с требованием о взыскании с последнего 2099111 руб. 09 коп. задолженности в порядке субсидиарной ответственности.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) возмещение убытков является одним из способов защиты нарушенных гражданских прав.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам

о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В силу положений части 1 статьи 48, части 1 и 2 статьи 56, части 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности

и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц

к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время, из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (части 3, 4 статьи 1, часть 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве".

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (части 1-3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Предусмотренная частью 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ

"Об обществах с ограниченной ответственностью" субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ

"О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности

в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований

для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела

о банкротстве.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности

по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи

с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы,

чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом (пункт 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Пунктами 28, 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации

от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление № 53) разъяснено, что после прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных

для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о привлечении

к субсидиарной ответственности вправе подать только те кредиторы, работники должника, чьи требования в рамках дела о банкротстве были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4

статьи 142 Закона о банкротстве) (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Истец полагает, что имеются основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, предусмотренные статьей 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с частью 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного

из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации,

к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным

в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых

в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение

о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди

по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии

с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью,

о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии

с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в Единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В силу части 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо также несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если:

1) невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу

о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено;

2) должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий

и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Названная выше ответственность является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства, необходимо установить вину субъекта ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности, также имеет значение и причинно-следственная связь между действиями контролирующего должника лица и невозможностью удовлетворения требований кредиторов должника.

С учетом приведенных выше положений Закона о банкротстве и ГК РФ, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказывание наличия состава правонарушения является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении

к субсидиарной ответственности. Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц следует учитывать содержащиеся в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпции.

Статьей 399 ГК РФ предусмотрено, что если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность. То есть субсидиарная ответственность устанавливается

в качестве санкции за противоправное (виновное) поведение должника или лиц, имеющих право в силу закона определять условия ведения хозяйственной деятельности должника или же влиять на исполнение должником своих обязательств.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие)

не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу пункта 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах

с ограниченной ответственностью" в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Из сущности конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота. В исключительных случаях участник (учредитель) и иные контролирующие лица могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, если их действия (бездействие) носили недобросовестный или неразумный характер по отношению к кредиторам юридического лица и повлекли невозможность исполнения обязательств перед ними.

Согласно статье 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, от 21.05.2021 № 20-П (далее - Постановление № 20-П), предусмотренная данной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается

в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

Долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение

по отношению к кредиторам, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1 Постановления от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", разъяснил, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица

(в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Вина ответчика в данном случае рассматривается как непринятие объективно возможных мер по устранению или недопущению отрицательных результатов своих действий, диктуемых обстоятельствами конкретной ситуации. Вина как элемент состава правонарушения при оценке действий (бездействий) органов юридического лица отдельно не доказывается, поскольку подразумевается при доказанности недобросовестности или неразумности действий (бездействия) органов юридического лица. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на органы юридического лиц обязанностей заключаются в принятии ими необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено избрание участником (учредителем) таких моделей ведения хозяйственной деятельности и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства. Вывод о неразумности поведения участников (учредителей) юридического лица может следовать, в частности, из возникновения ситуации, при которой лицо продолжает принимать на себя обязательства, несмотря на утрату возможности осуществлять их исполнение (недостаточность имущества), о чем контролирующему лицу было или должно было стать известным при проявлении должной осмотрительности.

Суд оценивает существенность влияния действия (бездействия) контролирующего лица на поведение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и невозможностью погашения требований кредиторов.

ООО "Спецпартнер" зарегистрировано 14.06.2018 (ОГРН <***>) и является действующей организацией.

Контролирующим лицом ООО "Спецпартнер" является ФИО2 – учредитель (участник с долей 100%) и генеральный директор.

Участник общества или иное контролирующее лицо могут быть привлечены

к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее

к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным.

В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п.

Что касается процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, то в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации она должна осуществляться

с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства

в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор. Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства,

обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то,

что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 Постановления № 53).

При этом, суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

В соответствии с пунктом 2 статьи 62 ГК РФ учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица. При недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия солидарно за свой счет.

Если ликвидационной комиссией установлена недостаточность имущества юридического лица для удовлетворения всех требований кредиторов, дальнейшая ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, установленном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 4 статьи 62 ГК РФ).

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве лежит на руководителе должника (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, что уже по состоянию на 31.12.2021 ООО "Спецпартнер" отвечало признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Самый высоколиквидный актив (денежные средства) по состоянию на 31.12.2021 составлял 345 тыс. руб., на 31.12.2022 - 96 тыс. руб. Собственный капитал организации

по состоянию на 31.12.2021 составлял - 1373 тыс. руб. (отрицательное значение), на 31.12.2022 составлял - 5514 тыс. руб. (отрицательное значение).

Стоимость чистых активов определена по данным бухгалтерского баланса.

Согласно пункту 4 статьи 90 ГК РФ, если по окончании второго или каждого последующего финансового года стоимость чистых активов общества с ограниченной ответственностью окажется меньше его уставного капитала, общество в порядке и в срок, которые предусмотрены законом об обществах с ограниченной ответственностью, обязано увеличить стоимость чистых активов до размера уставного капитала или зарегистрировать

в установленном порядке уменьшение уставного капитала. Если стоимость указанных активов общества становится меньше определенного законом минимального размера уставного капитала, общество подлежит ликвидации.

С учетом имеющихся в материалах дела сведений, финансовое положение

ООО "Спецпартнер" на конец 2021 года характеризуется как неплатежеспособное. При этом, ФИО2 не инициировал процедуру ликвидации общества, не обратился в арбитражный суд

с заявлением о признании юридического лица несостоятельным (банкротом).

Не обращение в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом), нежелание контролирующего лица финансировать расходы по проведению процедур банкротства при наличии подтвержденного решениями суда долгов перед кредиторами свидетельствует о намеренном пренебрежении контролирующим общество лицом своими обязанностями, о попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности

в рамках дела о банкротстве.

На основании судебного запроса из Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Нижегородской области поступила копия бухгалтерской и налоговой отчетности ООО "Спецпартнер" за 2021-2023 гг.

Налоговый орган пояснил, что за 2024 год бухгалтерская отчетность не поступала.

Суд в порядке части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истребовал у ПАО "Сбербанк" выписку по операциям по счету ООО "Спецпартнер" № 40702810742000032281 за период с 01.06.2022 по дату подготовки ответа на судебный запрос.

Из анализа представленной выписки по счету следует, что ФИО2, являясь директором и единственным участником ООО "Спецпартнер", осуществлял операции

по снятию наличных денежных средств со счета, начиная с 20.11.2022 снято со счета 875000 руб.

Указанные перечисления осуществлены ответчиком при наличии неплатежеспособности и недостаточности имущества у ООО "Спецпартнер".

В результате совершения финансовых операций имело место выбытие денежных средств из имущественной массы должника при отсутствии доказательств встречного предоставления

в пользу общества.

Поскольку ФИО2 не представлено доказательств обратного, равно как

и доказательств принятия им каких-либо мер по работе, направленной на погашение долга перед АО "Русская кожа", суд пришел к выводу о том, что поведение ответчика

с очевидностью не соответствовало критериям разумности и добросовестности.

Согласно выписке по счету № 40702810742000032281, открытому в ПАО "Сбербанк", последняя операция по счету произведена ответчиком 24.08.2023, согласно данным налогового органа последняя отчетная документация сдана в 2023 году.

Таким образом, в настоящее время хозяйственная деятельность ООО "Спецпартнер", несмотря на статус действующей организации в ЕГРЮЛ, фактически не осуществляется.

В пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление № 62) разъяснено,

что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения

не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

Согласно Постановлению № 20-П при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу - кредитору требований, связанных

с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Суд, принимая во внимание, правовые позиции, изложенные в Постановлении № 20-П, Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632

и от 14.09.2021 № 20-КГ21-6-К5, а также учитывая, что предъявляя иск к ответчику,

АО "Русская кожа" представило доказательства, обосновывающие противоправность поведения ФИО2, как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также то,

что соответствующее поведение ответчика стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований истца, в том числе принимая во внимание пассивную процессуальную деятельность ФИО2 (уклонение от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений), суд считает возможным переложить бремя опровержения утверждений истца на ФИО2 - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

При надлежащем извещении ФИО2, им не обеспечена явка в судебные заседания, не представлена письменная позиция по делу и не представлены доказательства, подтверждающие правомерность его действий и отсутствие причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед

АО "Русская кожа".

В ситуации, когда единственный участник хозяйственного общества одновременно выполняет функции генерального директора, действительно присутствует риск того, что такой участник, ведущий дела общества во всей полноте, включая руководство его текущей деятельностью (участвующий в переговорах с контрагентами, заключающий сделки от имени общества, свободно распоряжающийся имуществом общества и т.п) будет использовать правовую форму юридического лица только в качестве средства защиты от имущественных притязаний кредиторов по отношению к себе лично. Однако в силу презумпции добросовестности, пока не доказано иное, предполагается, что даже при высокой степени контроля за деятельностью общества участник отделяет собственную личность от личности корпорации.

В рассматриваемом случае ФИО2 допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, что привело к существенному ухудшению финансового положения ООО "Спецпартнер" и создало условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов ООО "Спецпартнер" и размером его обязательств.

Ответчик в спорных отношениях действовал (бездействовал) без должной добросовестности и разумности - зная о наличии долга, не намереваясь исполнять обязательства контролируемого им юридического лица, создал ситуацию, при которой фактическое взыскание задолженности с ООО "Спецпартнер" в пользу истца стало невозможным.

Таким образом, утверждения истца о недобросовестном и неразумном поведении ответчика, как директора и единственного учредителя ООО "Спецпартнер", которым

не приняты меры к исполнению вступившего в законную силу решения суда, являются обоснованными и материалами дела не опровергнуты.

В рамках настоящего дела установлено наличие непогашенной ООО "Спецпартнер" задолженности перед истцом, отсутствие у общества возможности погасить данную задолженность, наличие у ФИО2 статуса контролирующего ООО "Спецпартнер" лица, пассивное процессуальное поведение ответчика в виде непредставления в материалы дела отзыва на иск и доказательств, опровергающих доводы АО "Русская кожа".

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по долгам

ООО "Спецпартнер".

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств (части 1 статей 64 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд предлагал ФИО2 представить мотивированный отзыв по делу, а также разъяснял последствия непредставления доказательств надлежащего исполнения обязательств, однако ответчик каких-либо доказательств, опровергающих доводы истца, не представил.

Частью 3.1. статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обстоятельства, на которые ссылается сторон в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств

в их совокупности.

Оценив по вышеуказанным правилам совокупность представленных доказательств,

суд пришел к выводу, что исковые требования акционерного общества "Русская кожа" основаны на надлежащих доказательствах, являются правомерными, обоснованными, в связи

с чем подлежат удовлетворению в полном объеме. При таком исходе дела, расходы по государственной пошлине в сумме 33496 руб.

в порядке части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180-182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования акционерного общества "Русская кожа" (ОГРН <***>,

ИНН <***>) удовлетворить.

Привлечь ФИО2 (ИНН <***>), д. Ильина Гора Володарского района Нижегородской области, к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью "Спецпартнер" (ОГРН <***>, ИНН <***>) перед акционерным обществом "Русская кожа" (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Взыскать с ФИО2 (ИНН <***>), д. Ильина Гора Володарского района Нижегородской области, в пользу акционерного общества "Русская кожа" (ОГРН <***>, ИНН <***>) 2099111 руб. 09 коп. долга, а также 33496 руб. государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу на основании заявления взыскателя.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в срок, не превышающий месяца со дня его принятия. В таком же порядке решение может быть обжаловано в Арбитражный суд

Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его

в законную силу при условии, если оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока для подачи апелляционной жалобы.

Судья Ю.С. Паутова