Решение от 9 сентября 2025 г. по делу № А41-63255/2025

Арбитражный суд Московской области 107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А41-63255/2025
10 сентября 2025 года
г.Москва


Резолютивная часть объявлена 08 сентября 2025 года Полный текст решения изготовлен 10 сентября 2025 года

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Д.Ю. Капаева, при ведении протокола секретарем судебного заседания К.А. Федорченко, рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ООО "Екатерина" к ООО "ВОДОКАНАЛ" об обязании, при участии: от истца: ФИО1 по доверенности от 20.06.2025 от ответчика: ФИО2 по доверенности от 27.12.2024

УСТАНОВИЛ:

ООО "Екатерина" (истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ООО "ВОДОКАНАЛ" (ответчик) об обязании осуществлять услуги водоотведения по Договору № 180 и представить оформленные надлежащим образом счета для оплаты и акты оказания услуг водоотведения по Договору холодного водоснабжения и водоотведения от 01.01.2015 № 180, заключенного между истцом и ответчиком.

Представители сторон присутствовали в судебном заседании. Судом в порядке ст. 131 АПК РФ к материалам дела приобщен отзыв на исковое заявление.

Согласно ч. 4 ст. 137 АПК РФ, если в предварительном судебном заседании присутствуют лица, участвующие в деле, либо лица, участвующие в деле, отсутствуют в предварительном судебном заседании, но они извещены о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия и ими не были заявлены возражения относительно рассмотрения дела в их отсутствие, суд вправе завершить предварительное судебное заседание и открыть судебное заседание в первой инстанции, за исключением случая, если в соответствии с настоящим Кодексом требуется коллегиальное рассмотрение данного дела.

Поскольку представители сторон присутствовали в судебном заседании, суд завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание в первой инстанции.

Исследовав материалы дела в полном объеме, выслушав присутствующих представителей сторон, поддержавших свои позиции по спору, суд установил следующее.

Как следует из иска, между сторонами заключен договор холодного водоснабжения и водоотведения от 01.01.2015 № 180 (Договор) для объекта, расположенного по адресу: <...> (АЗС № 5).

По утверждению истца, 19.06.2025 сотрудниками истца установлен факт ограничения водоотведения на объекте, в связи с чем истец обратился к ответчику и от ответчика получено письмо от 04.06.2025 о том, что Договор между сторонами расторгнут 06.05.2019, в связи с чем врезка в сеть водоотведения ликвидирована, однако платежи за водоотведение осуществляются истцом и принимаются ответчиком.

В условиях того, что ответчик является гарантирующей организацией для централизованной системы холодного водоснабжения и водоотведения на территории г. Ивантеевка Московской области и иное лицо не может подавать и осуществлять прием сточных вод истца, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Ответчик, в представленном в материалы дела отзыве, возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Исследовав и оценив все имеющиеся в материалах дела доказательства, суд признает исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" и пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты при очевидности преследуемого им материально-правового интереса суд обязан самостоятельно определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела с тем, чтобы обеспечить восстановление нарушенного права, за защитой которого обратился истец.

В ходе судебного разбирательства на уточняющие вопросы суда присутствующий представитель истца подтвердил, что преследуемый интерес посредством подачи настоящего иска направлен на подтверждение в судебном порядке факта заключенности (действия) Договора.

Статья 12 ГК РФ предусматривает способы защиты гражданских прав. Речь идет о средствах защиты, к которым лицо, чье право нарушено, может прибегнуть. Однако указанный в данной статье список способов защиты не является закрытым. Закон может предусматривать и иные способы защиты. Кроме того, в ряде случаев судебная практика признает возможность использования и таких способов защиты, которые предусмотрены не в законе, а в соглашении сторон либо нигде в принципе не предусмотрены, но представляются соответствующими принципам права и оправданными с политико-правовой точки зрения.

Судебная практика исходит из того, что выбор способа защиты нарушенного права из тех, которые доступны пострадавшему лицу в силу права или условий сделки, осуществляется по усмотрению пострадавшего. Из правила об осуществлении гражданских прав по усмотрению их обладателей (пункт 1 статьи 9 Гражданского кодекса) делается вывод о том, что выбор одного из доступных истцу способов защиты нарушенного права принадлежит истцу

Этот выбор должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения и опираться на соответствующие фактические обстоятельства и правовые основания. Избранный пострадавшим лицом способ защиты должен привести к защите нарушенных или оспариваемых материальных прав либо к реальной защите законного интереса, а также должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения (Определение Конституционного Суда РФ от 16.03.2006 N 80-О; определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.02.2016 N 308-КГ15-13732, от 02.10.2018 N 308-КГ18-6724, от 18.12.2018 N 307-ЭС18-8988).

По смыслу положений, изложенных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (раздел "Обязательственное право", вопрос N 2), разъяснениям, содержащимся в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты при очевидности преследуемого им материально-правового интереса суд обязан сам определить, из какого правоотношения спор возник и какие нормы подлежат применению.

Данный подход вытекает из последовательного проведения принципа, согласно которому суд знает право (iura novit curia). Иск индивидуализируют не правовая квалификация, не выбранный истцом способ защиты и правовые основания иска, а исключительно фактические обстоятельства и сущностный результат, который истец пытается достичь за счет обращения за судебной защитой. Правовой же режим иска и правовую квалификацию заявленного требования как относящегося к тому или иному конкретному способу защиты определяет суд.

Из материалов дела следует, что ранее истец направил 20.02.2019 письмо вх. № 268 о расторжении Договора в связи с изменившейся технической ситуацией, при этом по утверждению истца и представленным доказательствам следует, что истцом оплачиваются ответчику услуги в рамках Договора.

На основании положений ст.ст. 1, 10, 432 ГК РФ, ч. 2 ст. 41 АПК РФ при оценке обстоятельств настоящего дела суд исходит из догматического правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению).

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого, недобросовестного и неразумного поведения субъектов гражданского оборота. Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, если другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное

отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Противоречивое поведение стороны в гражданском обороте не дает ей права на судебную защиту, поскольку подпадает под действие принципа эстоппель и положений п. 4 ст. 1 и ст. 10 ГК РФ, не допускающих возможность извлечения выгоды из собственного недобросовестного поведения.

Учитывая вышеизложенное, суд полагает, что требования истца соотносятся с ненадлежащим способом защиты и полагает возможным применить в отношении истца принцип эстоппель, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Согласно положениям ч.2, 3 ст. 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Между тем, не смотря на не однократные предложения суда, истец правом на изменение иска в порядке и по основаниям ст. 49 АПК РФ в установленном порядке не воспользовался, а ссылка истца на обстоятельства, установленные в рамках дела № А41-86719/2020, не соотносятся с обстоятельствами настоящего дела, не опровергают вышеуказанные вывода суда.

Иные доводы истца отклоняются судом, поскольку противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам, данные доводы сделаны при не правильном и не верном применении и толковании норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, иные имеющиеся в материалах дела доказательства, оцененные судом по правилам ст. ст. 64, 67, 68, 71 АПК РФ, не подтверждают законности и обоснованности требований.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

С учётом результата рассмотрения спора, судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца.

Руководствуясь ст. ст. 110,167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Московской области в течение месяца.

Судья Д.Ю. Капаев