Решение от 1 февраля 2026 г. АС Саратовской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

410002, <...>; тел/ факс: <***>;

http://www.saratov.arbitr.ru; e-mail: info@saratov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А57-18461/2025
02 февраля 2026 года
город Саратов


Резолютивная часть решения оглашена 19 января 2026 года

Полный текст решения изготовлен 02 февраля 2026 года

Арбитражный суд Саратовской области в составе судьи Седовой Н.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Насибуллиной Л.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Молоко» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Москва

к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), г. Саратов,

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "УСЛАД" (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 15.02.2006, ИНН: <***>, адрес: 410033, САРАТОВСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г САРАТОВ, УЛ СПАРТАКА, ЗД. 15, КОРПУС А-4, ОФИС 2, факт. адрес: 410038, г. Саратов, тер. Усть-Курдюмского шоссе, зд. 37, кафе «Плакучая Ива»),

об обязании совершить определенные действия, взыскании задолженности,

при участии:

от ответчика - ФИО2, по доверенности,

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд Саратовской области поступило исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Молоко» к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 об обязании Ответчика прекратить неправомерное использование обозначения заведения общественного питания сходного до степени смешения с товарным знаком «Плакучая Ива» в коммерческой деятельности в отношении услуг 43 класса МКТУ, в т.ч. на товарах, этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются при оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации; взыскании суммы компенсации за неправомерное использование сходного до степени смешения обозначения с товарными знаками «Плакучая Ива» в размере 500 000 рублей; взыскании госпошлины.

Определением от 11.11.2025 к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО "УСЛАД" (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 15.02.2006, ИНН: <***>).

В порядке статьи 49 АПК РФ от истца поступило ходатайство об уточнении исковых требований, просит:

1. Взыскать солидарно с ООО «Услад» и ИП ФИО1 в пользу ООО «Молоко» сумму компенсации за неправомерное использование сходного до степени смешения обозначения с товарными знаками Истца «Плакучая Ива» в размере 500 000,00 (пятьсот тысяч) рублей;

2. Взыскать с ООО «Услад» и ИП ФИО1 в пользу ООО «Молоко» госпошлину в размере 30 000,00 (Тридцать тысяч) рублей.

В соответствии с ч. 5 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу.

Реализация установленного частью 2 статьи 49 АПК Российской Федерации права истца до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично осуществляется лишь с санкции суда, поскольку именно суд в силу части 3 статьи 9 данного Кодекса, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, что является необходимым для достижения задач судопроизводства в арбитражных судах. При этом суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц (часть 5 статьи 49 АПК Российской Федерации). Данное правомочие суда выступает процессуальной гарантией закрепленного в статье 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации права на судебную защиту.

Представленные истцом уточнения приняты судом.

В соответствии с ч. 6 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела, если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе.

В соответствии со ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, проведения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом направленной ему копии судебного акта.

Лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если:

1) адресат отказался от получения копии судебного акта и этот отказ зафиксирован;

2) несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем орган связи проинформировал арбитражный суд;

3) копия судебного акта, направленная арбитражным судом по последнему известному суду месту нахождения организации, месту жительства гражданина, не вручена в связи с отсутствием адресата по указанному адресу, о чем орган связи проинформировал арбитражный суд.

Информация о всех принятых по делу судебных актах, о датах, времени и месте проведения судебных заседаний размещалась на официальном сайте Арбитражного суда Саратовской области - http://www.saratov.arbitr.ru., а также в информационных киосках, расположенных в здании арбитражного суда.

В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Права участников процесса неразрывно связаны с их процессуальными обязанностями, поэтому, в случае нереализации участником процесса предоставленных ему законом прав, последний несет риск наступления неблагоприятных последствий, связанных с несовершением определенных действий. В рассматриваемом случае таким неблагоприятным последствием явилось вынесение судебного акта без учета позиции ответчика относительно предъявленных к нему требований.

В соответствии с п. 1 ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, непредставление отзыва на исковое заявление или дополнительных доказательств, которые арбитражный суд предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

Согласно п. 3 ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, по имеющимся в материалах дела доказательствам по правилам главы 26 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

Арбитражному суду представляются доказательства, отвечающие требованиям статей 67, 68, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Дело рассматривается в порядке статей 153-167 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, проверив доводы, изложенные в исковом заявлении, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению в части по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, установлено, что общество с ограниченной ответственностью «Молоко» является единственным правообладателем исключительного права на товарный знак «Плакучая Ива», зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания под № 663350, охраняемый на территории Российской Федерации согласно заявке № 2017729182, с приоритетом от 19 июля 2017 года в отношении 43 класса МКТУ, включающего, в частности, агентства по обеспечению мест (гостиницы, пансионы), аренду временного жилья, аренду помещений для проведения встреч, базы отдыха, бронирование мест в гостиницах, бронирование мест в пансионах, бронирование мест для временного жилья, гостиницы, закусочные, кафе, кафетерии, мотели, пансионы, прокат кухонного оборудования, прокат мебели, столового белья и посуды, прокат осветительной аппаратуры, прокат палаток, прокат передвижных строений, прокат раздаточных устройств (диспенсеров) для питьевой воды, рестораны, рестораны самообслуживания, создание кулинарных скульптур, столовые на производстве и в учебных заведениях, услуги баз отдыха (предоставление жилья), услуги баров, услуги кемпингов, услуги по приготовлению блюд и доставке их на дом.

Кроме того, ООО «Молоко» является единственным правообладателем исключительного права на товарный знак «Плакучая Ива», зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания под № 1034906, охраняемый на территории Российской Федерации согласно заявке № 2023799138, с приоритетом от 16 октября 2023 года в отношении 43 класса МКТУ, включающего, в частности, аренду помещений для проведения встреч, информацию и консультации по вопросам приготовления пищи, прокат кухонного оборудования, прокат мебели, столового белья и посуды, прокат роботов для приготовления напитков, создание кулинарных скульптур, украшение еды, украшение тортов, услуги баров, услуги закусочных, услуги кальянных, услуги кафе, услуги кафетериев, услуги личного повара, услуги по обзору продуктов питания (предоставление информации о пищевых продуктах и напитках), услуги по приготовлению блюд и доставке их на дом, услуги ресторанов, услуги ресторанов лапши "удон" и "соба", услуги ресторанов с едой на вынос, услуги ресторанов самообслуживания, услуги столовых, услуги ресторанов вашоку, услуги по приготовлению национальных блюд, услуги ресторанов национальной кухни, услуги ресторанов авторской кухни.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что индивидуальный предприниматель ФИО1 и общество с ограниченной ответственностью «Услад» (далее – ответчики) без согласия правообладателя использовали обозначение «Плакучая Ива», сходное до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками истца, при оказании услуг общественного питания в ресторане, расположенном по адресу: г. Саратов, тер. Усть-Курдюмского шоссе, зд. 37.

Факт неправомерного использования спорного обозначения ответчиками подтверждается совокупностью представленных в материалы дела доказательств и не отрицается ими.

В частности, факт использования обозначения «Плакучая Ива» ИП ФИО1 подтверждается информацией из сети Интернет (скриншоты интернет-ресурсов 2ГИС, Яндекс.Карты), где посетителям страницы предлагается посещение предприятия общественного питания под обозначением «Плакучая Ива» по указанному адресу; фотографиями входной группы, вывесок, интерьера ресторана, а также рекламных материалов, сделанными представителем истца 02 августа 2024 года, на которых четко видно использование обозначения «Плакучая Ива»; кассовым чеком от 02.08.2024 г., выданным от имени ИП ФИО1, где в качестве места расчетов указано «кафе «Плакучая Ива» на сумму 800,00 рублей; ответом ИП ФИО1 на претензию от 17.03.2025 г., содержащим признание факта нарушения.

Совместное участие ООО «Услад» в неправомерном использовании обозначения «Плакучая Ива» и его причастность к деятельности ресторана подтверждается следующими доказательствами: фотоотчетом и кассовыми чеками от 16.03.2025 г., полученными представителем истца в кафе «Плакучая Ива», из которых следует, что расчеты с потребителями производятся также и от имени ООО «Услад», при этом место расчетов в чеках идентично – «кафе «Плакучая Ива»; лицензией ООО «Услад» на розничную продажу алкогольной продукции № 64РПО0000573 от 22.07.2024 г., выданной для осуществления деятельности по адресу: г. Саратов, тер. Усть-Курдюмского шоссе, зд. 37. Учитывая требования законодательства РФ, реализация алкогольной продукции возможна исключительно лицом, на которое выдана лицензия, что свидетельствует о непосредственном участии ООО «Услад» в оказании услуг общественного питания в спорном ресторане, получении дохода от обслуживания посетителей и использовании при этом спорного обозначения.

Судом установлено, что предпринимательская деятельность ресторана «Плакучая Ива» осуществляется при фактическом участии двух хозяйствующих субъектов - ИП ФИО1 и ООО «Услад». Ответчики осуществляют деятельность в одном и том же помещении, под единым коммерческим обозначением, в отношении одного и того же круга потребителей, с использованием одного и того же спорного обозначения. Ассортимент услуг и характер деятельности полностью совпадают. Для потребителя ресторан «Плакучая Ива» воспринимается как единый объект общественного питания, вне зависимости от того, какое лицо указано в кассовом чеке.

Таким образом, разделение деятельности ресторана между ИП ФИО1 и ООО «Услад» не сопровождается разделением коммерческого обозначения, потребительского восприятия и хозяйственного результата. Действия ИП ФИО1 и ООО «Услад» носят согласованный и взаимосвязанный характер и направлены на достижение единого хозяйственного результата.

Для вывода о совместном нарушении исключительного права не требуется установления наличия между ответчиками договорных отношений либо формального соглашения о совместных действиях. Достаточно установления объективной взаимосвязанности их поведения, при которой действия каждого из них являются необходимым элементом единого процесса использования спорного обозначения и направлены на достижение общего хозяйственного результата.

Совокупность представленных доказательств подтверждает факт неправомерного использования ответчиками обозначения, сходного до степени смешения с товарными знаками истца. При таких обстоятельствах ИП ФИО1 и ООО «Услад» подлежат привлечению к солидарной ответственности за нарушение исключительных прав истца.

Указанные обстоятельства послужили основанием обращения истца с настоящим иском в арбитражный суд.

Оценив представленные в дело доказательства на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом, в том числе способами, указанными в п. 2 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров и/или услуг, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров/услуг, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (п. 3 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обращаясь с настоящими исковыми требованиями в суд, истец указал, что ответчики осуществляют коммерческую деятельность с использованием сходного до степени смешения обозначения с товарным знаком истца. Из материалов дела усматривается, что ответчики используют обозначение «Плакучая Ива» для индивидуализации заведения общественного питания.

Словесный элемент «Плакучая Ива» используется большими, заглавными буквами, привлекая внимание потребителей, как индивидуализирующая функция в коммерческом обозначении заведения общественного питания. Таким образом, истец приходит к выводу, сравниваемые обозначения производят общее зрительное впечатление и ассоциируются друг с другом в целом.

Также судом установлено, что в рамках досудебного урегулирования спора от истца в адрес ответчика ИП ФИО1 поступило требование о прекращении неправомерного использования товарного знака «Плакучая Ива» либо о согласовании условий его использования с контактным лицом ООО «Молоко».

В ответ на данное требование ИП ФИО1 было направлено предложение о заключении лицензионного договора на использование товарного знака с ежемесячной оплатой в размере 10 000 рублей либо единовременным платежом в размере 100 000 рублей.

Данные суммы были обоснованы ИП ФИО1 тем, что кафе «Плакучая Ива» по адресу: Усть-Курдюмское шоссе, зд. 37, не является сетевым, а общая выручка не превышает 100 000 рублей.

21 апреля 2025 года от истца поступил ответ об отказе заключить предложенный лицензионный договор.

После этого ответчик прекратил использование обозначения заведения общественного питания, сходного до степени смешения с товарным знаком «Плакучая Ива», в коммерческой деятельности в отношении услуг 43 класса МКТУ.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса РФ к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственности), отнесены, в том числе, фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания, а также коммерческие обозначения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса РФ гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Согласно п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", (далее – Постановление №10) при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ).

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 13 Информационного письма от 13 декабря 2007 г. № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений может быть разрешен самим судом без назначения экспертизы на основе Правил рассмотрения заявки.

В силу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При этом, словесные обозначения сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений может быть звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) (пункт 42 Правил № 482).

Звуковое (фонетическое) сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков, близость звуков, составляющих обозначение, расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу, наличие совпадающих слогов и их расположение, число слогов в обозначениях, место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений, близость состава гласных, близость состава согласных, характер совпадающих частей обозначений, вхождение одного обозначения в другое, ударение.

При этом одним из наиболее распространенных случаев звукового сходства является фонетическое вхождение одного обозначения в другое.

Смысловое сходство определяют на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей; в частности, совпадение значения обозначений в разных языках; совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. В п. 43 Правил № 482 отражено, что изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:

1) внешняя форма;

2) наличие или отсутствие симметрии;

3) смысловое значение;

4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное);

5) сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Как разъяснено в пункте 162 постановления № 10, согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.

При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц.

При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю.

В соответствии п. п. 1, 2 ст. 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации способы защиты интеллектуальных прав могут применяться по требованию правообладателей, организаций по управлению правами на коллективной основе, а также иных лиц в случаях, установленных законом.

Согласно п.3 ст. 1252 ГК РФ правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Статьей 1252 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования:

1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса;

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

Истец ранее в исковом заявлении сообщил, что данные товарные знаки «Плакучая Ива» активно используются Лицензиатами ООО «Порт» и ООО «Пляж», имеют большую потребительскую ценность и Лицензиаты ежемесячно оплачивают лицензионные выплаты за данное право использования.

В то время, как ответчикам право использования словесного элемента «Плакучая Ива» от Истца не предоставлялось и неоднократно сообщалось об этом посредствам направления претензий о неправомерном использованием обозначения схожего до степени смешения с товарными знаками Истца.

Согласно правовой позиции ВАС РФ, изложенной в Постановлении Президиума от 18.07.2006 N 3691/06, для признания сходства обозначений уже достаточно самой опасности, а не реального смешения обозначений в глазах потребителя.

Использование коммерческого обозначения, способного ввести в заблуждение относительно принадлежности предприятия определенному лицу, в частности обозначения, сходного до степени смешения с коммерческим обозначением, товарным знаком принадлежащим другому лицу, согласно п. 2 ст. 1539 ГК РФ не допускается.

Избранный Ответчиками способ конкуренции на рынке отличается от поведения, которое в подобной ситуации ожидалось бы от любого субъекта, преследующего свой имущественный интерес, но не выходящего за пределы осуществления гражданских прав и честной деловой практики.

Появление на рынке таких сходных обозначений способно либо ввести потребителей в заблуждение относительно товара или его изготовителя, либо привести к смешению деятельности одного хозяйствующего субъекта с деятельностью субъекта-конкурента.

И то, и другое - формы недобросовестной конкуренции: запрет недобросовестной конкуренции путем введения в заблуждение указан в ст. 14.2 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (с последующими изменениями), а запрет недобросовестной конкуренции путем смешения с деятельностью хозяйствующего субъекта-конкурента либо с товарами или услугами, вводимыми в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

Товарный знак истца №663350 выполнен в виде словесного обозначения «ПЛАКУЧАЯ ИВА» черным шрифтом, буквами русского алфавита.

Как усматривается из материалов дела, ответчики использовали в своей коммерческой деятельности словесное обозначение «ПЛАКУЧАЯ ИВА», включающие словесный элемент «ПЛАКУЧАЯ ИВА».

Для определения наличия или отсутствия сходства сравниваемые обозначения должны рассматриваться в целом.

Суд приходит к выводу, что сходство используемого ответчиком и соответчиком обозначения «ПЛАКУЧАЯ ИВА» с товарным знаком истца № 663350 обусловлено наличием у них общего словесного элемента «ПЛАКУЧАЯ ИВА», который суд признается доминирующим и выполняющим индивидуализирующую функцию.

Данные обозначения совпадают по звуковому (фонетическому) и смысловому (семантическому) критериям.

Отдельные графические отличия сравниваемых обозначения и товарного знака не способны повлиять на общий вывод о том, что эти обозначения ассоциируются друг с другом в целом за счет фонетического и семантического сходства их доминирующих словесных элементов, выполняющих в сравниваемых обозначениях основную индивидуализирующую функцию.

Отдельные отличия в сравниваемых обозначениях второстепенны и не оказывают существенного влияния на их восприятие в целом.

Обозначение «ПЛАКУЧАЯ ИВА», используемое ответчиками, выполнено черным шрифтом, товарный знак истца «ПЛАКУЧАЯ ИВА» выполнен черным шрифтом.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 14.09.2018 по делу №СИП-772/2017.

Обозначение «ПЛАКУЧАЯ ИВА», использованное ответчиками, выполненное печатным «жирным, выделенным» шрифтом, является доминирующим элементом, поскольку акцентируют на себе внимание потребителя при восприятии обозначения в целом.

Изобразительные элементы не несут самостоятельных смысловых образов, являются в данном случае второстепенными элементами.

В соответствии с пунктом 45 Правил N 482 при установлении однородности товаров и услуг определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

Согласно разъяснению, данному в пункте 162 Постановления N 10, однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Принадлежащий истцу товарный знак по свидетельству Российской Федерации №663350 использован ответчиком и соответчиком при оказании услуг – кафе (ресторанов, баров), то есть в отношении услуг 43-го класса МКТУ, для которых в том числе зарегистрирован указанный товарный знак истца (право использования).

С учетом установленного сходства сравниваемых обозначений до степени смешения, Истец обосновано пришел к выводу о нарушении ответчиком и соответчиком исключительного права истца на товарный знак при осуществлении деятельности в отношении услуг 43-го класса МКТУ при оказании услуг общественного питания в ресторане «ПЛАКУЧАЯ ИВА», расположенном по адресу: г. Саратов, тер. Усть-Курдюмского шоссе, зд. 37, кафе «Плакучая Ива».

При этом устанавливая возможность смешения спорного обозначения и противопоставленного ему товарного знака потребителями, Истец принял во внимание высокую степень сходства сравниваемых обозначений и однородность товаров и услуг.

Существенным обстоятельством, подлежащим учету при анализе сходства в соответствии с пунктом 162 Постановления №10, является наличие серии товарных знаков. Угроза смешения сравниваемых обозначений усиливается тем, что противопоставленные товарные знаки с более ранним приоритетом имеют доминирующий словесный элемент, объединяющий данные обозначения в одну серию.

Наличие серии противопоставленных товарных знаков усиливает вероятность смешения сравниваемых обозначений, поскольку оспариваемое обозначение со сходным элементом может восприниматься как продолжение серии противопоставленных товарных знаков с более ранним приоритетом, зарегистрированных на имя одного лица.

Таким образом, наличие у истца исключительного права, в том числе, на товарный знак №1034906 (дата приоритета 16 октября 2023 г.) усиливает вероятность смешения используемого ответчиком и соответчиком обозначения с товарными знаками истца.

Довод ответчика о том, что он не преследовал цели вызвать ассоциацию у потребителей с какой-либо группой или сетью ресторанов, правомерно должен быть отклонен судом в связи со следующим.

Одной из функций товарного знака является индивидуализирующая, в связи с которой благодаря товарному знаку маркированная им продукция получает известность среди потребителей. Индивидуализирующая функция, очевидно, нарушается тогда, когда другие лица используют зарегистрированный товарный знак с целью привлечения внимания потребителей к своим товарам.

Использование ответчиком и соответчиком обозначения «ПЛАКУЧАЯ ИВА» для заведения общественного питания более года доказан и подтверждается материалами дела.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что ответчиками нарушено исключительное право ООО «Молоко» на товарные знаки «ПЛАКУЧАЯ ИВА» путем несанкционированного использования сходного до степени смешения обозначения в отношении однородных услуг. В связи с этим, индивидуальный предприниматель ФИО1 и общество с ограниченной ответственностью «Услад» подлежат привлечению к солидарной гражданско-правовой ответственности.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Подпунктом 1 статьи 1301 ГК РФ установлено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Из чего следует, что размер компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяется судом исходя из характера нарушения.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Относительно размера компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, истец, в соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявил требование о взыскании 500 000 рублей.

Ответчик ИП ФИО1 заявил о снижении размера компенсации.

Как разъяснено в пункте 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление от 23.04.2019 N 10), положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Таким образом, при установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 1 статьи 1301 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления от 13.12.2016 N 28-П), и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика, подтвержденным соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

С учетом изложенных норм права суду необходимо определить, на что конкретно направлены доводы ответчика о снижении размера компенсации - на оспаривание размера взыскиваемой суммы либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного размера.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом, как следует из фактических обстоятельств, в данном деле отсутствует основной критерий, являющийся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления N 28-П основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, поскольку как указывалось выше, истцом предъявлено требование о защите исключительного права лишь на одно произведение изобразительного искусства и товарный знак ("Лунтик").

Задачами судопроизводства в арбитражных судах являются: защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность; укрепление законности и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края", приведены следующие правовые позиции: абзац второй пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Тем самым суд, следуя данному указанию и исходя из общих начал гражданского законодательства, не лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика - индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей (пункт 3.2 Постановления); как следует из абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий размер компенсации при этом все равно не должен составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения, не исключаются ситуации, при которых определяемая на основании указанных норм Гражданского кодекса Российской Федерации мера ответственности за однократное нарушение исключительных прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации - даже принимая во внимание его характер и последствия, а также другие обстоятельства дела - может оказаться чрезмерной, не отвечающей требованиям разумности и справедливости.

Причем, если применение подобной санкции к нарушителю - юридическому лицу обычно не приводит к непропорциональному вторжению в имущественную сферу его участников - физических лиц, то в отношении индивидуального предпринимателя оно не исключает возложение на нарушителя столь серьезных имущественных обязательств, что их исполнение, в свою очередь, может не только поставить под сомнение продолжение им предпринимательской деятельности (что само по себе можно рассматривать как конституционно допустимое следствие совершенного правонарушения), но и крайне негативно отразиться на его жизненной ситуации.

При этом - учитывая, что в силу статьи 24 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание, - последствия применения данной санкции сохраняются для нарушителя даже после прекращения им предпринимательской деятельности (пункт 4 Постановления); при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану государством достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство, (пункт 4 Постановления); конституционными требованиями справедливости и соразмерности предопределяется дифференциация публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении тех или иных мер государственного принуждения; соответственно, уголовно-правовые и административно-правовые санкции, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивались соразмерность мер уголовного и административного наказания совершенному правонарушению, а также баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств (пункт 4.1 Постановления); взыскание предусмотренной подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является, тем не менее, частноправовым институтом, который основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а именно правообладателя и нарушителя его исключительного права на объект интеллектуальной собственности, и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, т.е., таким образом, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота (пункт 4.2 Постановления); учитывая, что при рассмотрении дела о защите интеллектуальных прав на стороне истца может выступать экономически более сильное, нежели ответчик, лицо, отсутствие у суда правомочия при наличии определенных обстоятельств снижать размер компенсации за однократное неправомерное использование нескольких результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации ниже установленных законом пределов может привести - вопреки конституционным требованиям справедливости и равенства - к явной несоразмерности налагаемой на ответчика имущественной санкции ущербу, причиненному правообладателю, и тем самым - к нарушению баланса их прав и законных интересов, которые защищаются статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и соблюдение которых гарантируется основанными на этих статьях принципами гражданско-правовой ответственности в сфере предпринимательской деятельности (пункт 4.2 Постановления); отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Кроме того, отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применения на основании прямого указания закона санкции, являющейся - с учетом обстоятельств конкретного дела - явно несправедливой и несоразмерной допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду (пункт 4.2 Постановления).

Вместе с тем, рассматривая требование истца о взыскании компенсации в размере 500 000 рублей на основании пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, а также положениями пункта 3 статьи 1252 и статьи 1406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующими пределы осуществления прав и возможность снижения размера компенсации, приходит к выводу о необходимости ее уменьшения.

При определении размера компенсации суд принимает во внимание следующие существенные обстоятельства.

Установлено, что данное правонарушение является первым для ответчиков, отсутствуют доказательства их привлечения к ответственности за аналогичные деяния ранее. Суд не усматривает в действиях ответчиков грубого или злостного умысла, направленного на систематическое извлечение неправомерной выгоды.

Кроме того, ответчики добровольно и оперативно прекратили использование спорного обозначения в коммерческой деятельности сразу после получения отказа истца в заключении лицензионного договора (21 апреля 2025 года), что свидетельствует об их стремлении к правомерному поведению и отсутствии намерения продолжать нарушение.

Суд отмечает, что истцом не представлены убедительные доказательства причинения ущерба в заявленном размере, равно как и не доказан факт существенного вреда деловой репутации или упущенной выгоды, соразмерной заявленной компенсации.

Учитывается довод ответчика ИП ФИО1 о том, что кафе не является сетевым, а его общая выручка не превышает 100 000 рублей, что указывает на ограниченные масштабы деятельности и, как следствие, на ограниченную степень извлеченной выгоды от неправомерного использования.

Принимая во внимание совокупность изложенных обстоятельств, суд полагает, что заявленный истцом размер компенсации в 500 000 рублей является явно завышенным и несоразмерным характеру допущенного нарушения, а также не отвечает принципам справедливости и соразмерности.

Вместе с тем, суд не находит оснований для снижения размера компенсации ниже установленного законом низшего предела, поскольку факт нарушения исключительного права истца установлен, а действия ответчиков, хотя и не носили грубого характера, были неправомерными и повлекли за собой нарушение прав правообладателя.

Таким образом, суд, исходя из вышеизложенного, определяет размер компенсации, подлежащей взысканию с индивидуального предпринимателя ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «Услад» солидарно, в размере 50 000 рублей.

Статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса РФ предусмотрено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку исковые требования удовлетворены судом частично, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с солидарно с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "УСЛАД" (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 15.02.2006, ИНН: <***>), Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), г. Саратов, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Молоко» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Москва, сумму компенсации за неправомерное использование сходного до степени смешения обозначения с товарными знаками Истца «Плакучая Ива» в размере 50 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

В остальной части – отказать.

Решение может быть обжаловано в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в полном объеме, через Арбитражный суд Саратовской области.

Лицам, участвующим в деле, разъясняется, что информация о принятых по делу судебных актах размещается на официальном сайте Арбитражного суда Саратовской области - http://www.saratov.arbitr.ru.

Направить решение арбитражного суда лицам, участвующим в деле, в соответствии с требованиями статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Судья Н.Г. Седова