Постановление от 25 апреля 2023 г. по делу № А56-52580/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


25 апреля 2023 года

Дело №

А56-52580/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Тарасюка И.М., ФИО1,

при участии ФИО2 и его представителя ФИО3 (доверенность от 24.07.2022),

рассмотрев 18.04.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.10.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2023 по делу № А56-52580/2021/со.,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.06.2021 принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью «Стэк-Аэро», адрес: 191119, Санкт-Петербург, Лиговский пр., д. 114, лит. А, пом/оф 2-Н/104,105, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 24.08.2021 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением от 16.02.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

В рамках дела о банкротстве Общества конкурсный управляющий ФИО4 05.05.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил привлечь ФИО5 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Определением от 06.10.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2023, ФИО5 и ФИО2 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам, неполное выяснение обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, просит отменить определение от 06.10.2022 и постановление от 19.01.2023 и направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

По мнению подателя жалобы, судами не учтено, что конкурсный управляющий в нарушение пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) не представил доказательств того, какие документы не переданы и как их отсутствие повлияло на проведение процедур банкротства.

Как указывает ФИО2, суды первой и апелляционной инстанций не приняли во внимание, что он обеспечил надлежащее хранение документации должника в арендуемом помещении, при этом отказ арендодателя допустить ФИО2 к имуществу и документам Общества является причиной непередачи остальной части документации, что подтверждает отсутствие намерения ФИО2 уклониться от ее передачи.

Податель жалобы также считает, что он как номинальный директор Общества, что подтверждается ФИО5, должен быть освобожден от субсидиарной ответственности.

В заявлении, поступившем в суд 10.03.2023 в электронном виде, ФИО5 поддерживает доводы кассационной жалобы.

В судебном заседании ФИО2 и его представитель поддержали доводы кассационной жалобы.

Остальные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее– АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО5 и ФИО2 являются участниками должника с долями в уставном капитале в размере по 50 %.

Кроме того, ФИО2 в период с момента создания Общества 20.12.2011 до момента открытия процедуры конкурсного производства 15.02.2022 являлся генеральным директором должника.

Ссылаясь на неисполнение контролирующими должника лицами обязанности по предоставлению документации Общества в полном объеме, что затруднило формирование конкурсной массы, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление ФИО4 и приостанавливая производство в части определения размера субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из того, что совокупность обстоятельств, приведенных конкурсным управляющим в обоснование заявления, и представленных доказательств достаточна для привлечения ФИО5 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества по указанным основаниям.

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 19.01.2023 оставил без изменения определение от 06.10.2022.

Исследовав материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как видно из материалов дела, Общество признано несостоятельным (банкротом) решением от 16.02.2022, резолютивная часть которого объявлена 15.02.2022, таким образом, как правильно указали суды первой и апелляционной инстанций, обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему возникла у руководителей Общества с 15.02.2022 - то есть после 01.07.2017.

Следовательно, к спорным правоотношениям в указанной части применяются нормы Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пунктов 4, 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Установленная приведенной нормой права ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и с обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Судами установлено, что на дату рассмотрения настоящего обособленного спора документация Общества конкурсному управляющему не передана, а той части документации Общества, а именно информации по штатным единицам, которая была передана ФИО2 после начала процедуры банкротства, недостаточно для полного и всестороннего анализа финансового состояния должника на предмет выявления активов, на которые может быть обращено взыскание в целях удовлетворения требований кредиторов.

В частности, суды установили, что согласно бухгалтерскому балансу должника за 2020 год по состоянию на 31.12.2020 у должника имелись активы в виде запасов на сумму 5 688 000 руб., а также финансовые и иные оборотные активы на сумму 3 772 000 руб., которые в отсутствие первичных документов бухгалтерского учета установить и идентифицировать невозможно.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 Постановления № 53 лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов (абзац шестой пункта 24 Постановления № 53.

Суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, установили, что ФИО5 являлся фактическим руководителем должника, а ФИО2 – номинальным.

Указанные обстоятельства лицами, участвующими в деле, не обжалуются.

При этом судами обоснованно указано, что названные обстоятельства сами по себе не являются основанием для освобождения номинального руководителя от субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Вопреки доводам подателя жалобы суды правомерно исходили из того, что номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В пункте 6 Постановления № 53 указано, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Исходя из того, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности Общества, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, конкурсному управляющему не были переданы и в результате этого формирование конкурсной массы и проведение расчетов с кредиторами оказались невозможными, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о наличии предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО5 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

При указанных обстоятельствах суды правомерно признали доказанной причинно-следственную связь между непередачей указанными лицами документов Общества и невозможностью формирования конкурсной массы.

Доказательств обратного вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

Учитывая, что формирование конкурсной массы не завершено, суд первой инстанции правомерно на основании пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановил производство по обособленному спору в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку суды первой и апелляционной инстанций не устанавливали размер субсидиарной ответственности, является преждевременным вывод об отсутствии оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности ФИО2

В силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов суды первой и апелляционной инстанций установили все существенные для дела обстоятельства и дали им надлежащую правовую оценку. Выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу.

Доводы, указанные в кассационной жалобе не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, а сводятся к несогласию с оценкой судами установленных фактических обстоятельств дела и направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств, и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.10.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2023 по делу № А56-52580/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.


Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи


И.М. Тарасюк

ФИО1