Решение от 18 февраля 2021 г. по делу № А68-2650/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТУЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

300041, Россия, г. Тула, Красноармейский пр., д. 5

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Тула

Дело № А68-2650/2020

Резолютивная часть решения объявлена 11 февраля 2021 года.

Решение в полном объеме изготовлено 18 февраля 2021 года.

Арбитражный суд Тульской области в составе судьи К.Т. Захарова,

при ведении протокола помощником судьи Е.Ю. Васильевой,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «ЭкоКомсервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – Общество, истец)

к обществу с ограниченной ответственностью «ЭкоГринСити» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – Компания, ответчик)

о взыскании задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами,

при участии

от истца – ФИО1, представитель по доверенности; ФИО2, директор,

от ответчика – ФИО3 и ФИО4, представители по доверенностям,

установил:

Общество обратилось в суд с иском к Компании о взыскании задолженности по договору аренды транспортных средств с экипажем № 22-2018/АТС от 24.12.2018 в размере 7 517 500 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами (далее – проценты) за период с 16.09.2019 по 31.12.2019 в размере 161 333,93 руб.

В ходе судебного заседания истец уточнил заявленные требования, просил взыскать с ответчика 7 443 500 руб. основного долга и 161 333,93 руб. процентов, уточненные требования поддержал в полном объеме.

Суд, руководствуясь ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), принял заявленное уточнение к рассмотрению.

Ответчик возражал против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в отзывах.

Заслушав пояснения сторон, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный суд установил следующее.

24.12.2018 между истцом (арендодатель) и ответчиком (арендатор) был заключен договор № 22-2018/АТС, предметом которого является предоставление арендодателем за плату во временное пользование арендатору транспортных средств с экипажем, а также услуг по управлению транспортными средствами и их техническому содержанию (обслуживанию) и эксплуатации (п. 1.1 договора).

Транспортные средства предоставляются арендатору для осуществления им хозяйственной деятельности в целях перевозки твердых коммунальных отходов (п. 1.2 договора).

Перечень передаваемых в аренду транспортных средств (11 единиц техники: 8 мусоровозов, 2 трактора и 1 минипогрузчик) указан в приложении № 1 к договору (п. 1.3 договора).

Предоставляемые арендодателем транспортные средства должны соответствовать требованиям, предъявляемым к транспортным средствам, используемым в соответствии с их конструктивным назначением (п. 1.5 договора).

Как следует из п. 6.1 договора ежемесячная стоимость услуг устанавливается в Приложении № 2 (2 000 руб. за 1 час работы техники).

Арендные платежи перечисляются арендатором на расчетный счет арендодателя по окончании каждого календарного месяца до 15 числа месяца, следующего за расчетным, на основании акта об оказании услуг (п. 6.2 договора).

В соответствии с разделом 2 договора арендодатель, в частности, обязался предоставить арендатору транспортных средств в состоянии, соответствующем условиям договора и назначению транспортного средства, со всеми его принадлежностями и относящейся к нему документацией (п. 2.2 договора); нести все расходы, связанные с услугами по управлению транспортными средствами, в т.ч. по оплате топлива, платных парковок, услуг членов экипажа (п. 2.10 договора); обеспечить постоянное включение GPS-трекера на транспорте (п. 2.13 договора).

Согласно п. 8.2 договора споры, возникшие при его исполнении, разрешаются в судебном порядке в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В Едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения о том, что у Компании имеется филиал, расположенный на территории Тульской области.

В период действия договора сторонами были без замечаний подписаны следующие акты оказанных услуг:

- акт № 1 от 31.01.2019 за январь 2019 года на сумму 3 252 000 руб. (т. 3 л.д. 56),

- акт № 2 от 28.02.2019 за февраль 2019 года на сумму 3 018 000 руб. за 1 509 часов работы техники (т. 1 л.д. 25),

- акт № 3 от 31.03.2019 за март 2019 года на сумму 3 500 000 руб. (т. 3 л.д. 58),

- акт № 4 от 30.04.2019 за апрель 2019 года на сумму 5 848 000 руб. (т. 3 л.д. 59),

- акт № 5 от 31.05.2019 за май 2019 года на сумму 4 998 350 руб. (т. 3 л.д. 60),

- акт № 6 от 30.06.2019 за июнь 2019 года на сумму 3 243 800 руб. за 1 621,9 часов работы техники (т. 1 л.д. 35),

- акт № 7 от 31.07.2019 за июль 2019 года на сумму 2 990 428 руб. за 1 495,214 часов работы техники (т. 1 л.д. 44),

- акт № 8 от 31.08.2019 за август 2019 года на сумму 1 400 000 руб. за 700 часов работы техники (т. 1 л.д. 53),

- акт № 8 от 31.08.2019 за август 2019 года на сумму 1 332 500 руб. за 666 часов работы техники (т. 1 л.д. 24).

Подписание акта оказанных услуг за август 2019 года на сумму 1 400 000 руб. ответчик объяснил ошибкой. Указал, что в последующем стороны произвели перерасчет объемов фактически оказанных услуг и подписали акт на сумму 1 332 500 руб.

К актам за февраль, июнь, июль и август 2019 года также приложены расшифровки отработанных часов с разбивкой по дням и виду транспортного средства (т. 1 л.д. 26-27, 36, 46, т. 9 л.д. 1)

Факт внесения Компанией арендной платы по указанным выше актам подтверждается представленными Обществом платежными поручениями, содержащими указание на целевое назначение соответствующих платежей (т. 1 л.д. 63-113, т. 3 л.д. 64-89).

В ходе исполнения договора истец по указанию ответчика (т. 1 л.д. 23, т. 3 л.д. 127 т. 8 л.д. 96-107) составлял и направлял в его адрес по электронной почте технологические карты, фиксирующие время работы каждого транспортного средства, переданного ответчику, за каждый день аренды, а также объем собранных, транспортированных и размещенных твердых коммунальных отходов (далее – ТКО) (т. 1 л.д. 114 – т. 2 л.д. 43, т. 3 л.д. 2-49).

01.09.2019 стороны без замечаний подписали соглашение о расторжении договора аренды (т. 3 л.д. 175).

Письмами от 04.02.2020 истец со ссылкой на табели учета отработанного времени указал ответчику на необоснованное исключение следующих объемов оказанных услуг:

- 480 часов работы тракторов и минипогрузчика в феврале 2019 года общей стоимостью 960 000 руб. (т. 1 л.д. 28-29),

- 746 часов работы техники в июне 2019 года общей стоимостью 1 492 000 руб. (т. 1 л.д. 37-38),

- 1 079 часов работы техники в июле 2019 года общей стоимостью 2 158 000 руб. (т. 1 л.д. 47-48),

- 574 часа работы техники в период с 01.08.2019 по 15.08.2019 общей стоимостью 1 147 500 руб. (т. 1 л.д. 55-56),

- 880 часов работы техники в период с 16.08.2019 по 31.08.2019 общей стоимостью 1 760 000 руб. (т. 1 л.д. 58-59).

Факт получения названных писем Компания не оспаривает.

Полагая, что отказ арендатора от оплаты фактически оказанных услуг является необоснованным, Общество направило ответчику претензионное письмо, а затем обратилось в суд с настоящим иском.

Подробный расчет часов работы техники, не оплаченных ответчиком, представлен истцом в материалы дела (т. 1 л.д. 29 (за февраль 2019 года), л.д. 33 и 38 (за июнь 2019 года), л.д. 42 и 48 (за июль 2019 года), л.д. 51, 56 и 59 (за август 2019 года)).

В качестве подтверждения того факта, что арендованная Компанией техника отработала большее количество часов, чем было указано в подписанных сторонами актах, Общество представило копии указанных выше технологических карт, путевых листов (т. 4 – т. 7), справок и талонов, полученных от ООО «УК г. Узловая» (организация, эксплуатирующая полигон твердых бытовых отходов (ТБО), на который свозились ТКО, собираемые спорной техникой; т. 3 л.д. 92-110, т. 8 л.д. 18-39, т. 9 л.д. 4, 11-118).

Истец также указал, что между Компанией и обществом с ограниченной ответственностью «МСК-НТ» (ИНН <***>; региональный оператор по обращению с ТКО в т.ч. на территории Богородицкого района Тульской области) был заключен договор № М-Р/234/2018 от 26.10.2018 на оказание услуг по транспортированию ТКО (т. 3 л.д. 128-137). В соответствии с п. 1.2 и абз. 2 п. 4.1 названного договора на Компанию была возложена обязанность по оказанию соответствующих услуг самостоятельно. Исходя из изложенного, между Обществом и Компанией был подписан именно договор аренды транспортных средств с экипажем, хотя фактически ответчику оказывались услуги по транспортированию ТКО. Учет объема оказанных Обществом услуг производился исходя из количества перевезенных на полигон ТКО с последующим преобразованием указанных сведений в часы работы техники. Арендованная техника использовалась именно для оказания региональному оператору услуг по транспортированию ТКО. Мусоровозы осуществляли транспортирование ТКО непосредственно от мест их накопления (контейнерных площадок) к месту размещения (полигону ТБО, эксплуатацию которого осуществляет ООО «УК г. Узловая»). Тракторы и самосвал доставляли ТКО от мест накопления отходов, размещенных бестарным способом (в труднодоступных населенных пунктах Богородицкого района Тульской области, в которых невозможно использовать мусоровозы), к месту перегрузки ТКО. Погрузка ТКО в мусоровозы на перегрузочной станции производилась с использованием минипогрузчика.

Письмом от 02.08.2019, полученным Обществом 16.08.2019, арендатор уведомил арендодателя о намерении расторгнуть договор аренды с 01.09.2019 (т. 3 л.д. 174). При этом, как указывает истец, уже с 16.08.2019 ответчик без предварительного уведомления приступил к транспортированию ТКО с использованием собственных транспортных средств. Несмотря на это, Общество продолжало обеспечивать готовность арендованных Компанией транспортных средств до подписания сторонами соглашения о расторжении договора 01.09.2019.

Возражая против удовлетворения предъявленных требований, Компания указала, что учет времени работы техники в соответствии с п. 2.13 заключенного сторонами договора должен производиться исходя из показаний GPS-трекера. В целях организации соответствующего учета ответчик по договору № 4-2019/БПС от 18.02.2019 (т. 3 л.д. 54-55) передал истцу в безвозмездное пользование соответствующее оборудование (смартфоны, оснащенные необходимым программным обеспечением). Инструкция по работе со смартфонами, содержащая указание на необходимость активации GPS-трекера, представлена в материалы дела самим истцом (т. 8 л.д. 87-94). Вместе с тем, сведений о времени работы арендованных транспортных средств, полученных с помощью GPS-трекера, Общество Компании не предоставило, соответствующий учет не вело, несмотря на обращения ответчика (т. 9 л.д. 5-8). Составленные истцом в одностороннем порядке документы (технологические карты, путевые листы) в сложившейся ситуации объем оказанных услуг не подтверждают. Кроме того, часть спорных путевых листов составлена с указанием о том, что в течение дня транспортными средствами производились работы по санитарной очистке, что свидетельствует о выполнении Обществом иных работ (услуг), не связанных с исполнением договора аренды.

Предметом заключенного сторонами договора фактически является оказание Обществом услуг по перевозке (вывозу) ТКО. Соответственно, часы работы арендованной техники подлежат оплате только в случае выполнения ей указанной в договоре функции. Указанные в путевых листах часы работы транспортных средств без привязки к конкретным географическим координатам не позволяют установить, для каких целей использовалась арендованная техника и, соответственно, не порождают обязанности арендатора по их оплате.

То обстоятельство, что сторонами был согласован перевод объема вывезенных истцом на полигон ТКО в часы работы техники, ответчик отрицал.

Кроме того, согласно справочному расчету, составленному Компанией исходя из сведений об объемах ТКО, перевезенных Обществом на полигон ТБО, а также выданных ООО «УК г. Узловая» талонов, задолженность по внесению арендной платы у арендатора также отсутствует (т. 3 л.д. 194-196; т. 8 л.д. 40-43, 76-79).

В июле-августе 2019 года Общество периодически включало оборудование спутниковой навигации. Согласно соответствующим сведениям, часы работы арендованных транспортных средств, количество которых определено таким образом, значительно меньше объемов, указанных в подписанных сторонами актах за соответствующие периоды (т. 3 л.д. 209-214).

Ответчик также обратил внимание на то, что в период действия договора (2019 год) акты оказанных услуг подписывались сторонами без каких-либо замечаний со стороны истца. Претензии об оплате спорных услуг на общую сумму более 7 500 000 руб. были направлены Обществом только в 2020 году. При этом, до направления указанных претензий, арендодатель письмом от 25.12.2019 требовал от арендатора оплаты задолженности по оплате услуг, оказанных в июле и августе 2019 года только в размере 450 000 руб. (т. 3 л.д. 201).

Кроме того, Компания указала, что исходя из буквального толкования Приложения № 2 к договору аренды, размер арендной платы составляет 2 000 руб. за 1 час работы всех транспортных средств.

Истец приведенные ответчиком доводы полагал необоснованными, указал, что смартфоны передавались ответчику не в целях контроля маршрута арендованных транспортных средств через GPS-трекер, а в целях фотофиксации выполненных работ. Согласно абз. 3 п. 4.1 договора, заключенного Компанией и ООО «МСК-НТ», именно на ответчика была возложена обязанность по оснащению мусоровозов, используемых при оказании соответствующих услуг, аппаратурой спутниковой навигации. Положения договора аренды не предусматривают обязанность арендодателя нести расходы по приобретению и установке такого оборудования. Транспортные средства, не оснащенные подобной аппаратурой, были приняты ответчиком без замечаний. Положения п. 2.13 договора аренды предусматривают обязанность Общества по включению подобной аппаратуры в случае, если она будет установлена Компанией. Указания на использование смартфонов в качестве GPS-трекеров ответчик истцу не давал, обращал внимание исключительно на необходимость фотофиксации контейнерных площадок (т. 3 л.д. 176-177). Арендованная техника была зарезервирована за Компанией и не использовалась Обществом в иной хозяйственной деятельности. Указание ответчика на то, что арендная плата за пользование всей техникой составляет 2 000 руб. за 1 час истец оспорил. В период исполнения договора ответчик регулярно получал от истца технологические карты и иные документы, подтверждающие обоснованность рассматриваемых в настоящем деле требований, возражений против изложенной в них информации не заявлял, дополнительных пояснений не запрашивал.

В подтверждение приведенных доводов Общество сослалось в т.ч на электронную переписку, которую стороны вели в период исполнения договора (т. 2 л.д. 102-104, т. 3 л.д. 180-183, т. 8 л.д. 96-165)

Расхождение в государственных регистрационных номерах трактора МТЗ 82.1, указанных в приложении № 1 к договору и соответствующих путевых листах, истец объяснил тем, что согласно паспорту самоходной машины ТА 166730 (т. 2 л.д. 44) государственный регистрационный знак трактора 14.08.2018 был изменен с 5401 ТА 71 на <***>.

Принимая во внимание данные сторонами пояснения и представленные доказательства, суд поставил на обсуждение сторон вопрос о правовой квалификации требования Общества о взыскании задолженности за вторую половину августа 2019 года (арендная плата или убытки (упущенная выгода)).

В ходатайстве от 11.01.2021 истец указал, что просит взыскать с ответчика именно задолженность по арендной плате за указанный период.

В соответствии с требованиями ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В силу ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Рассмотрев приведенные сторонами доводы и представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 606 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

При этом арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества (п. 1 ст. 611 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату), порядок, условия и сроки внесения которой определяются договором аренды.

Согласно ч. 1 ст. 632 ГК РФ по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование и оказывает своими силами услуги по управлению им и по его технической эксплуатации.

Арендодатель в течение всего срока договора аренды транспортного средства с экипажем обязан поддерживать надлежащее состояние сданного в аренду транспортного средства, включая осуществление текущего и капитального ремонта и предоставление необходимых принадлежностей (ст. 634 ГК РФ).

Как установлено п. 1 ст. 635 ГК РФ предоставляемые арендатору арендодателем услуги по управлению и технической эксплуатации транспортного средства должны обеспечивать его нормальную и безопасную эксплуатацию в соответствии с целями аренды, указанными в договоре. Договором аренды транспортного средства с экипажем может быть предусмотрен более широкий круг услуг, предоставляемых арендатору.

Согласно ст. 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии с п. 2 Правил обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 12.11.2016 N 1156, вывоз ТКО представляет собой транспортирование ТКО от мест (площадок) их накопления до объектов, используемых для обработки, утилизации, обезвреживания, захоронения твердых коммунальных отходов. Мусоровозы, используемые для транспортирования ТКО, относятся к транспортным средствам категории N.

В силу п. 27 названных Правил транспортирование твердых коммунальных отходов с использованием мусоровозов, не оснащенных аппаратурой спутниковой навигации, допускается до 1 января 2018 г.

Согласно п. 1 Постановления Правительства РФ от 25.08.2008 N 641 «Об оснащении транспортных, технических средств и систем аппаратурой спутниковой навигации ГЛОНАСС или ГЛОНАСС/GPS», автомобильные и железнодорожные транспортные средства, используемые для транспортирования твердых коммунальных отходов, подлежат обязательному оснащению аппаратурой спутниковой навигации ГЛОНАСС или ГЛОНАСС/GPS.

Согласно п.п. 3 подраздела 1.1 раздела 1 Перечня объектов технического регулирования, на которые распространяется действие технического регламента таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» (Приложение № 1 к техническому регламенту Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» (ТР ТС 018/2011), принятому Решением Комиссии Таможенного союза от 09.12.2011 N 877) к транспортным средствам категории N относятся транспортные средства, используемые для перевозки грузов – автомобили грузовые и их шасси.

В соответствии с «ГОСТ Р 52051-2003. Механические транспортные средства и прицепы. Классификация и определения» (принят и введен в действие Постановлением Госстандарта РФ от 07.05.2003 N 139-ст) понятия «транспортное средства категории N» и «трактор» не являются тождественными.

Из изложенных выше пояснений сторон следует, что между ними возникли разногласия относительно лица, обязанного обеспечить арендованные транспортные средства аппаратурой спутниковой навигации, а также относительно стоимости часа работы оборудования.

В соответствии с положениями ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Утверждение ответчика относительно того, что сторонами был согласован размер арендной платы в сумме 2 000 руб. за 1 час работы всех 11 единиц арендованной техники, суд находит необоснованным, поскольку в ходе 8 месяцев исполнения договора сторонами подписывались акты оказанных услуг, содержание которых явно свидетельствует о том, что расчет арендной платы производится исходя 2 000 руб. за 1 час работы одного транспортного средства.

Положения заключенного сторонами договора не содержат условия о возможности учета количества часов работы техники исходя из объема вывезенных на полигон ТБО отходов.

Согласно пунктам 1.1, 1.2, 2.2 и 2.13 заключенного сторонами договора арендуемые транспортные средства будут использоваться в целях перевозки ТКО. При этом обязанность по предоставлению арендатору транспортного средства в состоянии, отвечающем его назначению, возлагается на арендодателя.

На момент заключения договора аренды и предоставления транспортных средств Компании, Общество не могло не знать о требованиях к оснащению транспортных средств навигационным оборудованием, изложенных в Постановлении Правительства РФ от 12.11.2016 N 1156 и от 25.08.2008 N 641.

Таким образом, учитывая положения п. 1 ст. 611, ст. 634 и п. 1 ст. 635 ГК РФ суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае именно на истца была возложена обязанность по оснащению передаваемых ответчику транспортных средств соответствующими GPS-трекерами.

При этом суд также обращает внимание на довод Компании относительно передачи Обществу семи смартфонов по договору № 4-2019/БПС от 18.02.2019, согласно п. 1.1 и 1.2 которого, названные устройства передаются для использования в качестве средств фиксации и связи с целью контроля качества оказываемых услуг. Положения инструкции по работе со смартфонами, переданной истцу, предусматривают в т.ч. возможность использования данных устройств в качестве GPS-трекеров.

Соответственно, риск наступления негативных последствий, связанных с неисполнением предусмотренной договором обязанности по оснащению передаваемого в аренду имущества соответствующим оборудованием, возлагаются в рассматриваемом случае на арендодателя.

Таким образом, учитывая то обстоятельство, что в период действия договора акты оказанных услуг были подписаны Обществом без замечаний, а также отсутствие сведений, объективно подтверждающих продолжительность работы транспортных средств в спорной части (показания GPS-трекеров), суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении требования Общества о взыскании задолженности по оплате часов работы 8 мусоровозов следует отказать.

Составленные в одностороннем порядке путевые листы и технологически карты не являются в подобной ситуации достаточным доказательством, подтверждающим объем фактически оказанных Обществом услуг.

Указание истца на отсутствие у ответчика возражений относительно часов работы техники, сведения о которых содержались в технологических картах и путевых листах, направляемых в адрес Компании, суд находит необоснованным, поскольку, как указывалось выше, сторонами без замечаний подписывались акты оказанных услуг, содержащие указание на иное количество часов работы техники.

Оснований для удовлетворения требования Общества о взыскании задолженности по оплате часов работы техники за период с 16.08.2019 по 31.08.2019, по мнению суда, в рассматриваемом случае также не имеется.

Принимая во внимание положения п. 1.2 договора аренды и содержание п. 1 ст. 635 ГК РФ, суд соглашается с утверждением ответчика о том, что предметом заключенного сторонами договора является не просто передача арендатору транспортных средств с экипажем, а оказание названными транспортными средствами соответствующих услуг. Соответственно, в рассматриваемом случае арендованное имущество не может находиться в пользовании у арендатора без оказания услуг по эксплуатации транспортных средств в соответствии с условиями договора.

Тот факт, что в течение названного периода предусмотренная договором аренды цель (перевозка ТКО) не достигалась, участвующими в деле лицами не оспаривается. Уже 16.08.2019 Общество получило сведения о том, что соответствующая хозяйственная деятельность осуществляется иными транспортными средствами. За разъяснениями к Компани относительно необходимости продолжения исполнения договора истец не обращался.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что Обществом заявлено именно требование о взыскании задолженности по оплате фактически отработанного времени, а не убытков в виде упущенной выгоды, в удовлетворении иска в рассматриваемой части следует отказать.

Вместе с тем, как изложенные выше положения нормативных актов, так и поведение сторон (передача Компанией Обществу только 7 смартфонов при том, что Компанией арендовано 11 транспортных средств) свидетельствуют о том, что оснащение аппаратурой спутниковой навигации двух тракторов и минипогрузчика не является обязательным в силу закона и не согласовано сторонами при заключении договора.

Принимая во внимание механизм оказания услуг перечисленными транспортными средствами, задействованными при сборе ТКО бестарным способом и последующей перегрузке ТКО в мусоровозы, часы работы указанной техники могут быть определены в т.ч. на основании путевых листов. Полигон ТБО, учитывая изложенные выше обстоятельства, указанные транспортные средства не посещали.

Доказательств, свидетельствующих о том, что сведения, отраженные в путевых листах в рассматриваемом случае не соответствуют действительности, в материалах дела не имеется.

Пояснений относительно порядка определения количества часов работы техники, указанных в подписанных сторонами актах оказанных услуг, ответчик не представил, соответствующие сведения, указанные в составленных Обществом табелях не оспорил.

Довод Компании относительно указания в путевых листах на выполнение арендованной техникой работ по санитарной очистке, учитывая механизм оказания соответствующих услуг, не свидетельствует об исполнении транспортными средствами иной хозяйственной деятельности, не связанной с договором аренды.

Возражений относительно указания подобных сведений в путевых листах в период действия договора ответчик истцу не направлял.

По расчету суда, составленному в отношении названных транспортных средств исходя из табелей учета фактически отработанного времени (т. 1 л.д. 29, 33, 38, 42, 48, 51, 56, 59), путевых листов, подтверждающих соответствующие сведения, а также учитывая расшифровки отработанных и оплаченных часов работы техники (т. 1 л.д. 26-27, 36, 46, т. 9 л.д. 1) (в целях исключения повторного предъявления к оплате уже оплаченных услуг), сторонами не были учтены:

- часы работы трактора МТЗ-82 (государственный регистрационный знак <***>): 160 часов в феврале (т. 4 л.д. 1-20), 61 час в июне (т. 4 л.д. 217-223), 16 часов в июле (т. 6 л.д. 157-162), 36 часов с 01.08.2019 по 15.08.2019 (т. 7 л.д. 188-191);

- часы работы трактора МТЗ-82 (государственный регистрационный знак <***>): 160 часов в феврале (т. 4 л.д. 21-40), 36 часов в июне (т. 4 л.д. 224-229), 3 часа в июле (т. 6 л.д. 163), 16 часов с 01.08.2019 по 15.08.2019 (т. 7 л.д. 162-163);

- часы работы минипогрузчика: 160 часов в феврале (т. 4 л.д. 41-60), 85 часов в июне (т. 4 л.д. 230-241), 8 часов в июле (т. 6 л.д. 164), 96 часов с 01.08.2019 по 15.08.2019 (т. 7 л.д. 202-212).

Таким образом, принимая во внимание стоимость 1 часа работы техники (2 000 руб.) и общее количество часов работы транспортных средств (837 часов), общая стоимость услуг, не учтенных сторонами при подписании актов оказанных на основании договора аренды услуг, составит 1 674 000 руб.

Соответственно, с ответчика в пользу истца следует взыскать 1 674 000 руб. арендной платы, а в удовлетворении остальной части рассматриваемого требования – отказать.

Обществом также заявлено требование о взыскании с Компании 161 333,93 руб. процентов за указанный выше период. Расчет процентов произведен истцом исходя из размера арендной платы, не оспариваемой ответчиком.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ в действующей редакции в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Факт просрочки исполнения обязательства по оплате оказанных услуг подтверждается материалами дела.

Расчет процентов ответчиком не оспорен, судом проверен и признан неверным, поскольку Обществом при определении размера процентов не учтены положения ст. 193 ГК РФ, согласно которой если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

По расчету суда, составленному с учетом положений ст. 191 и ст. 193 ГК РФ, а также целевого назначения соответствующих платежей и дат их совершения, сумма процентов за спорный период составит 159 249,65 руб.

Таким образом, с ответчика в пользу истца следует взыскать 159 249,65 руб. процентов, а в удовлетворении остальной части рассматриваемого требования – отказать.

В соответствии со ст. 168 АПК РФ при вынесении решения суд распределяет судебные расходы.

Согласно ч. 1 ст. 110 АПК РФ в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Истцом за рассмотрение иска уплачена государственная пошлина в размере 61 394 руб., что подтверждается платежным поручением № 5 от 17.03.2020.

Вместе с тем, с учетом уточнения исковых требований надлежащий размер государственной пошлины составляет 61 024 руб.

В соответствии с п.п. 1 п. 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае уплаты ее в большем размере, чем это предусмотрено.

С учетом того, что заявленные требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца следует взыскать 14 710,67 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. Излишне государственная пошлина в сумме 370 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 167-170 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЭкоГринСити» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЭкоКомсервис» 1 833 249,65 руб., в том числе 1 674 000 руб. основного долга, 159 249,65 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 14 710,67 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ЭкоКомсервис» из федерального бюджета 370 руб. излишне уплаченной государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Двадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Тульской области в месячный срок со дня его принятия.

Судья К.Т. Захаров