Решение от 21 сентября 2020 г. по делу № А27-30497/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000,

тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

http://www.kemerovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А27-30497/2019
город Кемерово
21 сентября 2020 года
Дата оглашения резолютивной части решения: 15 сентября 2020 года

Дата изготовления судебного акта в полном объёме: 21 сентября 2020 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Шикина Г.М.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению публичного акционерного общества «Россети Сибирь» (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Красноярск,

к обществу с ограниченной ответственностью «Кузбасская энергосетевая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Кемерово,

о взыскании 1 939 470 руб. 16 коп.

третье лицо:

Региональная энергетическая комиссия Кемеровской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Кемерово,

при участии (до перерыва):

от истца: ФИО2, представитель, доверенность от 15.06.2020 № 42/68, диплом, паспорт;

от ответчика: ФИО3, представитель, доверенность от 29.12.2018 № 302, паспорт, диплом,

у с т а н о в и л:

публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания «Сибири» (далее – истец, ПАО «МРСК Сибири») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Кузбасская энергосетевая компания» (далее – ответчик, ООО «КЭнК») о взыскании 1 810 531 руб. неосновательного обогащения, 128 939 руб. 16 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами с дальнейшим начислением процентов на сумму неисполненного обязательства до фактического исполнения.

Определением суда от 30.12.2019 исковое заявление принято к производству, назначено предварительное судебное разбирательство на 18.02.2020.

Определением суда от 18.02.2020 дело было признано подготовленным к рассмотрению по существу, судебное разбирательство назначено в судебном заседании 17.03.2020, затем судебное заседание неоднократно откладывалось, в том числе, по ходатайствам сторон. К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Региональная энергетическая комиссия Кемеровской области.

Определениями суда от 27.03.2020, 13.04.2020 судебное разбирательство перенесено на 14.05.2020.

14.09.2020 от истца поступило ходатайство, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), об увеличении размера исковых требований: просит взыскать с ответчика 1 810 531 руб. неосновательного обогащения, 130 254 руб. 34 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 27.08.2020 с дальнейшим начислением процентов с 28.08.2020 до полного погашения суммы основного долга.

В силу части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Уточнение принято судом к рассмотрению.

Кроме того, представитель истца представил альтернативный расчет исковых требований, в соответствии с которым размер неосновательного обогащения составил 675 202 руб. 19 коп., размер процентов по статье 395 ГК РФ составил 48 584 руб. 91 коп.

В судебном заседании 27.08.2020 представитель истца в порядке статьи 124 АПК РФ уведомил суд о смене наименования истца на публичное акционерное общество «Россети Сибирь».

В судебном заседании представитель истца пояснил, что до сентября 2018 года спорные точки от ПС №35 кВ №24 «Дальние горы» относились к сетевой организации ООО «ОЭСК», однако с 01.09.2018 договор аренды расторгнут, о чем ООО «ОЭСК» уведомил письмом от 08.10.2018 № 895/10.

Таким образом, ООО «ОЭСК» утратило право пользования присоединением ПС №35 кВ №24 «Дальние горы», а ООО «КЭнК» приобрело это право, при этом у сетевой организации ООО «КЭнК» отсутствует право на оплату передачи электроэнергии, осуществленную с помощью объектов электросетевого хозяйства, которые она приобрела по своей воле после принятия тарифного решения и которые не были учтены при установлении тарифа. В связи с этим позиция ПАО «МРСК Сибири» такова, что при отсутствии у сетевой организации ООО «КЭнК» утвержденных тарифов (относительно спорного присоединения), надлежащим получателем денежных средств по котловому тарифу является ПАО «МРСК Сибири», являющееся вышестоящей сетевой организацией.

В то же время ООО «КЭнК» письмом от 02.10.2018 № 11/ПТО-27/5602 направило информацию о технологическом присоединении ПС №35 кВ №24 «Дальние горы». В середине тарифного периода между третьим лицом и ООО «КЭнК» заключен договор аренды электросетевого имущества. Затраты на содержание переданного оборудования не были учтены при формировании НВВ третьего лица. Вследствие заключения ООО «КЭнК» договора аренды электросетевого оборудования и оказания услуг по передаче электрической энергии, оплата услуг по спорным точкам ПС №35 кВ №24 «Дальние горы» в адрес Истца никем не производится.

В рассматриваемый период ООО «КЭНК» применительно к спорным точкам не имело установленного регулирующим органом тарифа на оказание услуг по передаче электрической энергии, в связи с чем, не имело статуса сетевой организации в отношении этих точек.

В рассматриваемый период ООО «КЭНК» применительно к спорным точкам не имело установленного регулирующим органом индивидуального тарифа на оказание услуг по передаче электрической энергии, в связи с чем, в отношении спорных точек не имело статуса сетевой организации.

Таким образом, в спорный период ООО «ЭК «СТИ» надлежало было рассчитаться по котловому тарифу с сетевой организацией ПАО «МРСК Сибири», участвующей в процессе передачи электроэнергии и которая является вышестоящей сетевой организацией.

В рассматриваемый период отплата от ООО «ЭК «СТИ» по спорным точкам должна была осуществляться по котловому тарифу в пользу ПАО «МРСК Сибири», а не ООО «КЭНК».

Исходя из специфики правоотношений в электроэнергетике, перераспределение денежных средств должно осуществляться законным способом, а не путем заключения договора нарушающего принципы соблюдения баланса экономических интересов сторон. Получение ООО «КЭНК» электросетевого хозяйства по договорам аренды после тарифного регулирования приведет к недополучению истцом необходимой валовой выручки (НВВ).

До сентября 2018 года существовала следующая система расчётов:

ООО «ЭК «СТИ» в составе оплаты по договору энергоснабжения получало электросетевую надбавку от потребителя, рассчитывался по котловому тарифу с сетевой организацией ООО «ОЭСК», которая в свою очередь по своему индивидуальному тарифу рассчитывалась с ПАО «МРСК Сибири».

С сентября 2018 года существовала и по 31.12.2018 должна быть следующая система расчётов.

С 01.09.2018 договор аренды ООО «ОЭСК» по спорным точкам расторгнут, о чем ООО «ОЭСК» уведомил письмом от 08.10.2018 № 895/10. Таким образом, ООО «ОЭСК» с сентября 2018 года не оказывает услуг по передаче электроэнергии в отношении спорных точек

В связи с этим, с 01.09.2018 по спорным точкам оплата должна осуществляться ООО «ЭК «СТИ» по котловому тарифу именно ПАО «МРСК Сибири», которая является вышестоящей сетевой организацией.

При установлении регулятором для общества ООО «КЭнК» индивидуальных тарифов в НВВ на 2018 год не учитывались доходы от общества ООО «ЭК «СТИ» по единым (котловым) тарифам за объемы электрической энергии потребителей, присоединенных к объектам электросетевого хозяйства, ранее эксплуатируемым ООО «ОЭСК» (а затем и самим потребителем), а также не учитывались расходы на содержание указанных объектов электросетевого хозяйства в связи с отсутствием на момент тарифного регулирования документов, подтверждающих права владения ООО «КЭнК» указанными объектами.

В связи с вышеизложенным, ООО «КЭнК» не вправе претендовать на оплату услуг по передаче электрической энергии по сетям, ранее эксплуатируемым ООО «ОЭСК» (а затем и самим потребителем), являясь при этом сетевой организацией в отношении иных объектов и следуя при этом тарифному решению, установленному при принятии во внимание расходов относительно последних.

Вместе с тем, спорные точки были учтены при тарифном регулировании на 2018 года как источник пополнения НВВ ПАО «МРСК Сибири» путём взаиморасчёта пары сетевых организаций ПАО «МРСК Сибири» и ООО «ОЭСК».

В связи с выбытием условных единиц по спорной точке от ООО «ОЭСК», в период сентябрь 2018 года по спорной точке оплата производилась в адрес ПАО «МРСК Сибири» - «Кузбассэнерго – РЭС» от сбытовой организации по котловому тарифу.

В периоды с октября по декабрь 2018 года сбытовая организация стала по этим же точкам осуществлять оплату по котловому тарифу в пользу ООО «КЭнК».

Таким образом, ООО «КЭнК» не являясь сетевой организацией по отношению к указанным точкам, в периоды с октября по декабрь 2018 года получало от сбытовой организации оплату по котловому тарифу, причитающуюся ПАО «МРСК Сибири», как вышестоящей сетевой организации.

Представитель ответчика исковые требования не признал, представил возражения на исковое заявление с приложением документов согласно перечню, пояснил, что исковые требования не подлежат удовлетворению, поскольку доводы истца о том, что ООО «КЭнК», не являясь сетевой организацией по отношению к спорным точкам поставки, в периоды с октября по декабрь 2018 получало от ООО «ЭК СТИ» оплату по котловому тарифу, причитающуюся (исходя из тарифного решения) ПАО «МРСК Сибири», основаны на неправильном применении норм материального права, а указанные ПАО «МРСК Сибири» в обоснование исковых требований обстоятельства не доказаны.

Указал также на разногласия между истцом и ответчиком по объёмам перетока и по виду тарифа, используемого при расчёте суммы иска. Представил свой расчёт объёма перетока, подтвердив его Ведомостями снятия показаний приборов учета электрической энергии за октябрь, ноябрь и декабрь 2018. Пояснил, что доход (дополнительный отпуск электроэнергии в кВт.ч) считается в ведомостях как сумма строк 21 + 22 минус сумма строк 23, 24, 25.

Истец свой расчет производит не по фактическим объемам перетока э/э, а по плановым, определенным в договоре оказания услуг по передаче э/э №18.4200.517.15 от 01.01.2015, заключенном между истцом и ООО «ОЭСК», то есть другой энергосетевой организацией.

В удовлетворении исковых требований просит отказать в полном объеме.

Более подробно доводы изложены в отзыве на исковое заявление и дополнениях к нему.

Изучив материалы дела, заслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Между ПАО «МРСК Сибири» в лице филиала ПАО «МРСК Сибири» - «Кузбассэнерго - РЭС» (Сетевая организация 1) и ООО «Кузбасская энергосетевая компания» (Сетевая организация 2) заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.01.2015 № 2176/14, в соответствии с которым стороны обязуются осуществлять взаимное предоставление услуг по передаче электрической энергии путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих Сторонам на праве собственности и (или) ином законном основании, и оплачивать друг другу услуги по передаче электроэнергии в порядке и сроки, установленные Договором.

В соответствии с согласованным пунктом 3.3.1. Договора, Сетевая организация 1 обязуется обеспечить передачу электроэнергии в точках поставки, указанных в Приложении № 1.1 в пределах величины максимальной мощности (Приложение № 2) путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей принадлежащих Сетевой организации 1.

Сторонами подписаны приложения к договору, в том числе приложение № 1 «Перечень точек присоединения электрических сетей сторон» (с выделением перечня точек присоединение электрических сетей истца к электрическим сетям ответчика; электрических сетей ответчика к электрическим сетям истца; опосредованно подключенных точек присоединения), приложение № 2 «Технические характеристики точек присоединения», приложение № 7 «Акты разграничения балансовой принадлежности сетей и эксплуатационной ответственности сторон».

Между ПАО «МРСК Сибири» (исполнитель) и ООО «ЭК «СТИ» (заказчик) заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.09.2015 № У/П/18.4200.2545.15.

ПАО «МРСК Сибири» направило ООО «ЭК «СТИ» дополнительное соглашение от 16.10.2018 к этому договору о дополнении его точкой поставки ПС 35/6 кВ № 24 «ш. Дальние горы», приложив к нему акт об осуществлении технологического присоединения этого оборудования к своим сетям от 02.10.2018, подписанный ПАО «МРСК Сибири» и заявителем (потребителем услуг по передаче электрической энергии) – ООО «КЭнК».

ООО «ЭК «СТИ» согласилось заключить его на период с 1 по 30 сентября 2018 года, о чём указано в протоколе разногласий. ПАО «МРСК Сибири» согласовало это.

На последующий период (с 01.10.2018) в отношении этой же точки поставки ООО «ЭК «СТИ» заключило с ООО «КЭнК» дополнительное соглашение от 19.10.2018 на оказание услуг по передаче электрической энергии к договору от 12.09.2017, поскольку последнее обратилось к нему в интересах потребителя электрической энергии, предоставив подписанный с этим потребителем акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 26.09.2018.

ООО «КЭнК» является территориальной сетевой организацией, имеет индивидуальные тарифы на взаиморасчёты с филиалом ПАО «МРСК Сибири» - «Кузбассэнерго-РЭС» на 2018 год (постановление Региональной энергетической комиссии Кемеровской области от 31.12.2017 № 778) и владеет ПС 35/6 кВ № 24 «ш. Дальние горы» на основании договора аренды с 20.08.2018.

Во исполнение этого ООО «ЭК «СТИ» оплатило ООО «КЭнК» объём передачи электрической энергии по данной точке поставки за октябрь-декабрь 2018 года.

Тот факт, что объект электросетевого хозяйства, образующий спорную точку поставки электрической энергии, не был учтён в тарифе ООО «КЭнК» на 2018 год, не подвергается сомнению. Однако это обстоятельство, даже в совокупности с пунктом 6 Правил № 861, устанавливающим запрет владельцам объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, на воспрепятствование перетоку электрической энергии и получению за это платы, не является основанием для утверждения о том, что ООО «КЭнК» не является территориальной сетевой организацией применительно к этой точке поставке. Закон не указывает такого обстоятельства как учёт в тарифе у территориальной сетевой организации того или иного объекта электросетевого хозяйства, а устанавливает иные критерии, не подлежащим расширительному толкованию (ст. 3 Закона об электроэнергетике, постановление Правительства Российской Федерации от 28.02.2015 №184 «Об отнесении владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям»), которым ООО «КЭнК» соответствует, о чём свидетельствует наличие тарифного решения на 2018 и последующий год. В последующем ООО «КЭнК» обязан произвести оплату вышестоящей сетевой организации – ПАО «МРСК Сибири» по индивидуальному тарифу, установленному во взаиморасчётах предыдущей сетевой организации и ПАО «МРСК Сибири».

Данные обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Кемеровской области от 03.06.2019 по делу № А27-886/2019, оставленным постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2019 без изменения, согласно части 2 статьи 69 АПК РФ не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Суд апелляционной инстанции в постановлении от 02.09.2019 указал на следующее.

Акт разграничения балансовой принадлежности электросетей в спорной точке поставки подписан истцом с ООО «КЭнК», который не является производителем электрической энергии, а обладает статусом электросетевой организации, которому соответствующий объект электросетевого хозяйства принадлежит на праве аренды.

Следовательно, имеет место непосредственное присоединение электрической сети истца с электрической сетью ООО «КЭнК», которому истец фактически оказывал услуги по передаче электрической энергии в данную точку поставки.

Ответчику (ООО «ЭК «СТИ») соответствующие услуги оказывало ООО «КЭнК».

Согласно пункту 2 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), определяющим признаком сетевой организации является владение на законном основании объектами электросетевого хозяйства, с использованием которых такие организации оказывают услуги по передаче электрической энергии. Собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, вправе оказывать услуги по передаче электрической энергии с использованием принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства после установления для них тарифа на услуги по передаче электрической энергии. В этом случае к их отношениям по передаче электрической энергии применяются положения настоящих Правил, предусмотренные для сетевых организаций.

Пункт 34 Правил № 861 устанавливает обязанности по договору смежных сетевых организаций предоставления услуг по передаче электрической энергии и оплаты этих услуг и (или) осуществления встречного предоставления услуг по передаче электрической энергии.

В силу подпункта "г" пункта 41 Правил № 861 по договору между смежными сетевыми организациями при исполнении договора между территориальными сетевыми организациями, обслуживающими потребителей, расположенных на территории одного субъекта Российской Федерации, сторонами договора осуществляется взаимное предоставление услуг по передаче электрической энергии, при этом потребителями услуг являются обе стороны.

Из указанных норм следует, что смежные сетевые организации одновременно являются исполнителями и потребителями услуг по передаче электрической энергии и, следовательно, несут встречные обязанности по оплате услуг по передаче электрической энергии.

Законодательство, регулирующее правоотношения по передаче электроэнергии, исходит из того, что в силу естественно-монопольной деятельности электросетевых организаций цена услуг по передаче электроэнергии (тарифы) устанавливается государством путем принятия органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов решения об установлении тарифа.

Услуги сетевых организаций по передаче электроэнергии подлежат государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 ГК РФ, статьи 4 и 6 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях», пункт 4 статьи 23.1 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», пункты 6, 46 - 48 Правил № 861, подпункт 3 пункта 3 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178, далее – Основы ценообразования).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 утверждены Правила государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике (далее – Правила № 1178), в силу пункта 35 которых цены (тарифы) применяются в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики.

Во исполнение закрепленных законодателем принципов государственного регулирования в субъектах Российской Федерации реализована котловая экономическая модель взаиморасчетов за услуги по передаче электроэнергии (приказ ФСТ России от 31.07.2007 № 138-э/6, информационное письмо ФСТ России от 04.09.2007 № ЕЯ-5133/12 «О введении котлового метода расчета тарифов на услуги по передаче электрической энергии»). В соответствии с пунктом 49 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-э/2 (далее – Методические указания № 20-э/2) расчет тарифов на услуги по передаче электрической энергии осуществляется с учетом необходимости обеспечения равенства тарифов на услуги по передаче электрической энергии для всех потребителей услуг, расположенных на территории соответствующего субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе (категории) из числа тех, по которым пунктом 27 Методических указаний предусмотрена дифференциация тарифов на электрическую энергию (мощность). Расчет единых на территории субъекта Российской Федерации тарифов на услуги по передаче электрической энергии, дифференцированных по уровням напряжения, для потребителей услуг по передаче электрической энергии (кроме сетевых организаций) производится независимо от того, к сетям какой сетевой организации они присоединены.

Конечные потребители оплачивают услуги по передаче электроэнергии по единому "котловому" тарифу, который гарантирует равенство тарифов для всех потребителей услуг, расположенных на территории субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе, и обеспечивает совокупную необходимую валовую выручку всех сетевых организаций региона, входящих в "котел".

В связи с тем, что фактические затраты сетевых организаций в регионе различны, то для получения положенной им экономически обоснованной НВВ каждой паре сетевых организаций утверждается индивидуальный тариф взаиморасчетов, по которому одна сетевая организация должна передать другой дополнительно полученные денежные средства.

При этом тариф устанавливается так, чтобы обеспечить сетевой организации экономически обоснованный объем финансовых средств, необходимых для осуществления регулируемой деятельности в течение расчетного периода регулирования, то есть объем НВВ. Базовые величины для расчета ставок тарифов рассчитываются исходя из характеристик объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации на момент принятия тарифного решения. Инициатором принятия тарифного решения является регулируемая организация, которая представляет в регулирующий орган исходные сведения для установления тарифа (Правила № 1178, раздел III Основ ценообразования, пункты 43, 44, 47 – 49, 52 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-э/2; далее – Методические указания № 20-э/2).

Из указанных правовых норм следует, что в основе тарифа лежит экономическое обоснование НВВ регулируемой организации. Распределение совокупной НВВ всех сетевых организаций региона посредством применения индивидуальных тарифов для смежных пар объективно обусловлено составом электросетевого хозяйства сетевых организаций и объемом перетока электроэнергии через объекты электросетевого хозяйства.

По общему правилу сетевые организации получают плату за услуги по передаче электроэнергии по установленным им тарифам по тем объектам электросетевого хозяйства, которые учитывались регулирующим органом при принятии тарифного решения. Такой порядок распределения совокупной НВВ экономически обоснован и обеспечивает баланс интересов сетевых организаций.

В силу своего нормативного характера тарифное решение обязательно для смежных сетевых организаций, должно применяться в расчетах по тем же правилам, по которым устанавливался тариф. Поскольку тарифы устанавливаются по инициативе регулируемой организации и при ее непосредственном участии, что позволяет ей своевременно отстаивать свои права, знать о принятом решении и следовать ему при осуществлении деятельности в течение периода регулирования (пункты 12, 25 Правил № 1178).

Урегулирование потребителем отношений по передаче электрической энергии с сетевой организацией, к сетям которой непосредственно присоединено его энергопринимающее устройство, не противоречит положениям действующего законодательства (пункты 24 (1), 25 Правил № 861) и не является злоупотреблением правом со стороны потребителя. Оплатив услуги по котловому тарифу, потребитель считается исполнившим свои обязательства.

Аналогичным образом законодательство не запрещает сетевой организации получать плату за услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в ее законное владение в течение периода регулирования, поскольку возникающий в этом случае дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования (пункт 7 Основ ценообразования, пункт 20 Методических указаний № 20-э/2).

Между тем критерии оценки обоснованности затрат на оказание услуг по передаче электроэнергии одинаковы для всех сетевых организаций, а законодательством предусмотрены механизмы, позволяющие распределить между сетевыми организациями совокупную НВВ, не нарушая по существу экономическое обоснование тарифного решения.

Следует учитывать, что мерами тарифного регулирования корректируются только объективные просчеты такого регулирования (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения и т.п.). Эта правовая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, от 19.01.2017 № 305-ЭС16-10930.

Субъективные же просчеты сетевых организаций, к которым, помимо прочего, может быть отнесен выход за рамки экономической модели, являются рисками их предпринимательской деятельности и возмещению не подлежат (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993).

Последствия поступления во владение сетевой организации объектов электросетевого хозяйства, состоявшегося после утверждения регулирующим органом тарифного решения на соответствующий период (далее – новые электросетевые объекты), и оказания сетевой организацией в этот период услуг по передаче электрической энергии, в том числе посредством использования таких объектов, определяются согласно правовым позициям Верховного Суда Российской Федерации, сформированным в принятых им определениях по конкретным делам (в частности, определения от 08.04.2015 № 307-ЭС14-4622, от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993, от 19.01.2017 № 305-ЭС16-10930, от 04.09.2017 № 307-ЭС17-5281, от 28.12.2017 № 306-ЭС17-12804, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-21623, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-20124, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-22541, от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208).

По смыслу упомянутых правовых позиций презумпция добросовестности сетевой организации (пункт 5 статьи 10 ГК РФ) действует до тех пор, пока ее оппонентом не будет подтверждено (статьи 9, 65 АПК РФ), что услуги по передаче электрической энергии (их часть) были оказаны с использованием новых электросетевых объектов.

Доказанность подобных обстоятельств любыми относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами переводит на сетевую организацию необходимость их разумного объяснения с приведением экономического обоснования невозможности их предвидения на стадии участия сетевой организации в процедуре утверждения тарифного решения, а равно обязанность доказать отсутствие нарушения прав и разумных ожиданий иных взаимодействующих с ней участников электроэнергетического рынка, определяемых по тарифному решению как сбалансированному плану хозяйственной деятельности электросетевого комплекса региона на период регулирования.

Иными словами, сетевая организация должна доказать, что ее действия не отходили от установленного в гражданском обороте стандарта поведения добросовестного участника, определяемого по критерию ожидаемости действий субъекта оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункты 3, 4 статьи 1, статья 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 Постановления № 25).

И в случае, когда новые электросетевые объекты получены сетевой организацией от иного владельца, то есть, когда при принятии тарифного решения регулятором не устанавливался тариф на передачу электрической энергии, в том числе посредством их использования, то, пока не доказано обратное, предполагается, что сетевая организация намеренно действовала в обход тарифного решения с целью перераспределения котловой выручки в свою пользу, и услуги по передаче электрической энергии, оказанные посредством использования новых электросетевых объектов, оплате не подлежат (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). При этом одним из видов правовой реакции на действия, совершенные в обход закона, является применение именно тех правил, которые стремился избежать осуществляющий подобные действия субъект (пункт 8 Постановления № 25).

Применительно к котловой экономической модели взаиморасчетов за услуги по передаче электрической энергии это означает, что сетевая организация вправе претендовать на получение платы за услуги лишь в том размере, который учтен регулирующим органом при утверждении индивидуального тарифа (в объеме ее необходимой валовой выручки), о чем указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208.

В связи с чем должно быть обеспечено экономическое восстановление котловой модели взаиморасчетов таким образом, как если бы она фактически была соблюдена всеми ее участниками.

Вместе с тем, в данном случае ООО «ЭК «СТИ», не являясь фактически потребителем услуги по получению энергии посредством использования спорной точки поставки в связи с ее первоначальным нахождением в пользовании сетевой организации ООО «ОЭСК» и ее последующим выбытием в пользование иной сетевой организации (ООО «КЭнК»), не может и не должно считаться лицом, обязанным нести бремя негативных последствий изменения состава электросетевого имущества смежных с ПАО «МРСК Сибири» сетевых организаций.

Поскольку владельцем спорного объекта, переданного в течение регулируемого периода, является сетевая организация ООО «КЭнК», основываясь на позиции ВС РФ, отраженной в принятых им определениях по конкретным делам (в частности, определения от 08.04.2015 № 307-ЭС14-4622, от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993, от 19.01.2017 № 305-ЭС16-10930, от 04.09.2017 № 307-ЭС17-5281, от 28.12.2017 № 306-ЭС17-12804, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-21623, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-20124, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-22541, от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208), и на позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в постановлении от 25.04.2019 № 19-П, ООО «ЭК СТИ» является ненадлежащим ответчиком.

Действительно, объект электросетевого хозяйства, образующий спорную точку поставки электрической энергии, не был учтен в тарифе ООО «КЭнК» на 2018 год.

Вместе с тем, это обстоятельство не является основанием для утверждения о том, что ООО «КЭнК» не является территориальной сетевой организацией применительно к этой точке поставке.

Судом первой инстанции верно отмечено, что закон не предусматривает такого обстоятельства как учет в тарифе у территориальной сетевой организации того или иного объекта электросетевого хозяйства, а устанавливает иные критерии, не подлежащим расширительному толкованию (ст. 3 Закона об электроэнергетике, постановление Правительства Российской Федерации от 28.02.2015 № 184 «Об отнесении владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям»), которым ООО «КЭнК» соответствует, о чем свидетельствует наличие тарифного решения на 2018 и последующий год.

Принимая во внимание, что ООО «КЭнК» сохраняет статус сетевой организации, заключил с 01.10.2018 с ООО «ЭК СТИ» дополнительное соглашение к договору об оказании услуг по передаче электрической энергии по данной точке поставки, эти стороны подписали документы о технологическом присоединении, то он тем более вправе рассчитывать на получение платы за эти услуги.

В последующем ООО «КЭнК» обязан произвести оплату вышестоящей сетевой организации – ПАО «МРСК Сибири» по индивидуальному тарифу, установленному во взаиморасчетах предыдущей сетевой организации и ПАО «МРСК Сибири».

При таких обстоятельствах суд, исходя из того, что истцом нормативно обоснованы и документально подтверждены заявленные требования, находит их подлежащими удовлетворению.

Между тем, суд соглашается с доводами ответчика о том, что требование истца о взыскании неосновательного обогащения, основанное на расчете не по фактическим объемам перетока электрической энергии, а по плановым, определенным в договоре оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.01.2015 № 18.4200.517.15, заключенном между ПАО «МРСК Сибири» и ООО «ОЭСК», не может быть расценено как правомерное в данной ситуации.

Статья 544 ГК РФ устанавливает, что оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. Соответственно, размер неосновательного обогащения должен исчисляться, исходя из фактического объема перетока электрической энергии, а не планового.

Суд принимает расчет ответчика, который подтверждается Ведомостями снятия показаний приборов учета электрической энергии за октябрь, ноябрь и декабрь 2018 (т. 2, л.д. 6 – 14) и частично удовлетворяет исковые требования в части суммы неосновательного обогащения, исходя из следующего расчета с учетом представленного истцом альтернативного расчета неустойки:

месяц тариф объём сумма

- октябрь 2018 – 0,555473 руб./кВтч 472199,00 262293,80 руб.;

- ноябрь 2018 – 0,555473 руб./кВтч 260203,00 14453,74 руб.;

- декабрь 2018 – 0,555473 руб./кВтч 346455,00 192446,39 руб.

Итого: 599275,93 руб.

В связи с нарушением сроков исполнения денежного обязательства на сумму задолженности истцом в соответствии со статьей 395 ГК РФ начислены проценты за пользование чужими денежными средствами.

В соответствии со статьёй 1107 ГК РФ, лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

По пункту 3 статьи 395 ГК РФ проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

В связи с нарушением сроков исполнения денежных обязательств на сумму задолженности истцом начислены проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 ГК РФ в размере 43 182 руб. 84 коп. за период с 21.11.2018 по 27.08.2020 с применением ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации 4,25 % годовых, действующей на день рассмотрения дела арбитражным судом.

Суд частично удовлетворяет иск в части процентов по статье 395 ГК РФ, поскольку проверив расчет процентов истца, признал его неверным, произвел собственный расчет, в соответствии с которым иск подлежит удовлетворению в части процентов в размере 43 182 руб. 84 коп., исходя из следующего расчета сумм процентов за отдельные периоды:

месяц сумма период размер %

- октябрь 2018 – 262293,80 руб. с 21.11.2018 по 27.08.2020 19729,52 руб.;

- ноябрь 2018 – 144535,74 руб. с 21.12.2018 по 27.08.2020 10366,97 руб.;

- декабрь 2018 – 192446,39 руб. с 22.01.2019 по 27.08.2020 13086,35 руб.

Итого: 43 182,84 руб.

Из абзаца первого пункта 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что по смыслу статьи 330 Кодекса, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства (абзац второй пункта 65 названного постановления).

Согласно части 1 статьи 9, части 1 статьи 65 АПК РФ, судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу части 31 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

При таких обстоятельствах иск подлежит частичному удовлетворению на основании статей 309, 310, 1102, 1107 ГК РФ в общем размере 642 458 руб. 77 коп.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на стороны пропорционально удовлетворенным исковым требованиям в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ.


Руководствуясь статьями 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кузбасская энергосетевая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Кемерово, в пользу публичного акционерного общества «Россети Сибирь» (ОГРН <***>, ИНН <***>), <...> 458 руб. 77 коп., из них: 599 275 руб. 93 коп. неосновательного обогащения, 43 182 руб. 84 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 21.11.2018 по 27.08.2020, с дальнейшим их начислением на сумму долга в размере 599 275 руб. 93 коп. по день фактической оплаты суммы долга за каждый день просрочки с применением ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды. Со дня частичного уменьшения суммы основного долга указанная неустойка подлежит начислению на оставшуюся сумму основного долга.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кузбасская энергосетевая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Кемерово, в пользу публичного акционерного общества «Россети Сибирь» (ОГРН <***>, ИНН <***>), <...> 849 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд, г. Томск, через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья Г.М. Шикин