Решение от 30 сентября 2021 г. по делу № А65-29186/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

30 сентября 2021 года Дело № А65-29186/2020

Дата принятия решения – 30 сентября 2021 года

Дата объявления резолютивной части – 21 сентября 2021 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Хисамовой Г.Р.,

при составлении протокола судебного заседания и ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 21.09.2021 дело № А65-29186/2020

по иску Общества с ограниченной ответственностью "Электросбытовая компания" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "Завод КриалЭнергоСтрой" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 203 778 687 руб.,

с привлечением в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Публичного акционерного общества Банк ВТБ (ОГРН <***>, ИНН <***>),

с участием в заседании:

от истца – представитель ФИО2 по доверенности от 13.02.2020,

от ответчика – представители ФИО3 по доверенности от 20.01.2021 № 12 и адвокат Д.А. Панов по доверенности от 17.09.2021 № 77 / ордер от 20.09.2021 № uh-B/21,

от третьего лица – не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

07.12.2020 Общество с ограниченной ответственностью "Электросбытовая компания" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Завод КриалЭнергоСтрой" (далее – ответчик) о взыскании 203 778 687 руб. задолженности по договору поставки от 22.02.2018 № 75/22-Г, из которых: 75 560 688 руб. – неустойка, рассчитанная за период просрочки с 01.01.2020 по 01.12.2020; 128 218 000 руб. – упущенная выгода.

Определением от 28.12.2020 исковое заявление принято к производству.

Определением от 22.03.2021 судебное разбирательство отложено от 23.04.2021. Тем же определением в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО "Банк ВТБ".

Определением от 23.04.2021 судебное разбирательство отложено на 21.05.2021.

Определением от 18.08.2021 судебное разбирательство отложено на 21.09.2021.

Третье лицо явку своего представителя в судебное заседание, назначенное на 21.09.2021, не обеспечило, о времени и месте проведения судебного заседания надлежащим образом извещено в порядке частей 1,4 статьи 123 АПК РФ.

Представитель истца в судебном заседании 21.09.2021 исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика иск не признал, представил письменные объяснения в порядке статьи 81 АПК РФ, которые в порядке статьи 159 АПК РФ приобщены судом к материалам дела.

Дело в порядке части 5 статьи 156 АПК РФ рассмотрено в отсутствие третьего лица.

Взаимоотношения сторон обусловлены заключенным между ними договором поставки от 22.02.2018 № 75/22-Г согласно условиям которого ответчику надлежало поставить, произвести пуско-наладочные работы (ПНР) и передать в собственность истцу товар в сроки, в порядке и на условиях, предусмотренных договором, а истец обязался принять оборудование в месте поставки и оплатить его в порядке и на условиях, предусмотренных договором (пункт 1.1.).

В соответствии со спецификацией № 1 (приложение № 1 к дополнительному соглашению № 1 от 16.06.2018) доставку, установку на площадку и пуско-наладку оборудования (ГПУ-КЭС530 с ДВС MAN Е3262 LE202 в количестве 5 (пять) штук с дополнительным оборудованием) надлежало осуществить в течение 151 (сто пятьдесят один) календарных дней после поступления первой предоплаты на расчетный счет ответчика.

Платежным поручением от 05.04.2018 № 994 истцом перечислена предварительная оплата.

В соответствии со спецификацией № 2 (приложение № 1 к договору поставки от 22.02.2018 № 75/22-Г) доставку, установку на площадку и пуско-наладку оборудования (газопоршневая установка с ДВС MWM TCG2020 V20 c генератором 10,5 кВ производства компании «MWM GmbH» в количестве 2 (два) штук с дополнительным оборудованием) надлежало осуществить в течение 195 (сто девяносто пять) календарных дней после поступления первой предоплаты на расчетный счет ответчика.

Платежным поручением от 05.04.2018 № 993 истцом перечислена предварительная оплата.

Согласно позиции истца по делу доставка, установка на площадку и пуско-наладка оборудования, указанного выше по тексту, до подачи настоящего иска ответчиком не осуществлена.

В рамках настоящих исковых требований к взысканию заявлены штрафные санкции, предусмотренные сторонами спора дополнительным соглашением от 21.12.2019 к спорному договору, общий размер которых составил 75 560 688 руб. (336 дней просрочки). Штрафные санкции начислены в связи с просрочкой ввода оборудования в эксплуатацию.

В связи с существенной просрочкой ввода оборудования в эксплуатацию истцом также заявлены к возмещению убытки в виде упущенной выгоды (доходы, которые могли быть извлечены истцом в течение периода просрочки, при условии ввода ответчиком оборудования в эксплуатацию согласно условиям договора), размер которых согласно расчету истца составил 128 218 000 руб.

В ходе рассмотрения дела ответчик в отношении заявленных к нему исковых требований возражал, указывал, что обязательства по поставке и пуско-наладке спорного оборудования им надлежащим образом исполнены, спор в указанной части уже урегулирован путем примирения, что подтверждается утвержденным определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.03.2020 в рамках дела № А65-1193/2020 мировым соглашением. В части убытков требования истцом не доказаны.

Из материалов дела усматривается надлежащее исполнение ответчиком обязательств по договору, что подтверждается представленными универсальными передаточными документами от 15.11.2018 № 730 на сумму 19 516 032,49 руб., от 03.12.2018 № 791 на сумму 38 975 858,38 руб. и от 08.09.2019 № 489 на сумму 128 020 786,52 руб.

Указанные универсальные передаточные документы истцом не оспорены надлежащими доказательствами.

Согласно Техническому отчету № ДВСР__ПНР 0548-019 по наладочным работам газопоршневых установок, работающих на природном газе, составленному в отношении газопоршневых установок КЭС-500, в количестве 5 шт., а также согласно Техническому отчету ООО «Глобал Энерджи» по результатам пусковых работ и режимно-наладочных испытаний 2-х газопоршневых когенераторных установок TCG2020 V20 фирмы MWM Gmbh, следует о работе поставленного оборудования, согласно договору, в порядке соответствующем набору параметров, декларированных фирмой-производителем.

29.01.2021, как это следует из представленных актов ввода оборудования в эксплуатацию, все поставленное оборудование в рамках договора поставки от 22.02.2018 № 75/22-Г выдержало испытания и введено в эксплуатацию.

Более того, вопрос вины ответчика в нарушении обязательств по спорному договору в части процедуры поставки оборудования разрешен сторонами спора в рамках дела № А65-1193/2020. Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.03.2020 утверждено мировое соглашение согласно условиям которого ответчик обязался уплатить истцу пени в соответствии с пунктом 7.2 договора за нарушение срока установки и пуско-наладки оборудования, предусмотренного спецификациями №№ 1,2 в общем размере 23 213 951,30 руб. От взыскания штрафа в порядке пункта 7.5. договора за неисполнение обязанностей по передаче истцу документов, предусмотренных пунктами 6.1.5, 6.1.6 договора истец по условиям мирового соглашения отказался.

В силу статьи 138 АПК РФ стороны могут урегулировать спор, заключив мировое соглашение или используя другие примирительные процедуры, если это не противоречит федеральному закону.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в определении от 24.02.2004 № 1-О, мировое соглашение представляет собой соглашение сторон о прекращении спора на основе добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок, что является одним из процессуальных средств защиты субъективных прав.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2014 № 50 "О примирении сторон в арбитражном процессе" (далее - Постановление № 50), из смысла и содержания норм, регламентирующих примирение сторон, а также из задач судопроизводства в арбитражных судах следует, что утвержденное судом мировое соглашение основывается на примирении сторон на взаимоприемлемых условиях, что влечет за собой окончательное прекращение гражданско-правового спора (полностью либо в соответствующей части).

В пункте 9 Постановления № 50 указано, что мировое соглашение представляет собой соглашение сторон, то есть сделку, вследствие чего к этому соглашению, являющемуся одним из средств защиты субъективных прав, помимо норм процессуального права, подлежат применению нормы гражданского права о договорах, в том числе правила о свободе договора (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким соглашением, если оно утверждено арбитражным судом, стороны прекращают спор (полностью или в части) на основе добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок.

С учетом положений части 2 статьи 9 АПК РФ, если стороны при заключении мирового соглашения прямо не оговорили в нем иные правовые последствия для соответствующего правоотношения (включающего как основное обязательство, из которого возникло заявленное в суд требование (требования), так и дополнительные), такое соглашение сторон означает полное прекращение спора, возникшего из этого правоотношения. В связи с этим последующее выдвижение в суде новых требований из того же правоотношения, независимо от того, возникло такое требование из основного либо из дополнительного обязательства, не допускается.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 15 Постановления № 50, если стороны при заключении мирового соглашения прямо не оговорили в нем иные правовые последствия для соответствующего правоотношения (включающего как основное обязательство, из которого возникло заявленное в суд требование (требования), так и дополнительные), то с учетом положений части 2 статьи 9 АПК РФ такое соглашение сторон означает полное прекращение спора, возникшего из этого правоотношения.

В связи с этим не допускается последующее выдвижение в суде новых требований из того же правоотношения независимо от того, возникло такое требование из основного либо из дополнительного обязательства, поскольку мировое соглашение, не предусматривающее условий о выполнении дополнительных обязательств, направлено на прекращение гражданско-правового спора в полном объеме как в отношении основного, так и связанных с ним дополнительных обязательств.

Следует отметить, что дополнительное соглашение от 21.11.2019 на дату утверждения мирового соглашения в рамках дела № А65-1193/2020 имело место быть и прилагалось к исковому заявлению по указанному арбитражному делу, что свидетельствует о том, что истцом уже ранее выбраны основания для защиты своих нарушенных прав в части процедуры поставки оборудования.

На основании пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Вместе с тем, для взыскания убытков (упущенной выгоды) с ответчика не имеется никаких оснований в виду следующего.

Так, требование о взыскании упущенной выгоды в размере 128 218 000 руб. на основании неисполнения стороной контрагента обязательств, стоимость которого равна 4 000 000 руб. представляет собой нарушение принципов справедливости, соразмерности ответственности допущенному нарушению, которое вменяет истец ответчику.

В качестве доказательств убытков в виде упущенной выгоды в результате невозможности коммерческой эксплуатации приобретенного оборудования, а именно, дохода от поставок потребителям тепловой энергии, образующейся в результате выработки электроэнергии, истец предоставил договоры поставки тепловой энергии для хозяйственно - бытовых нужд с покупателями тепловой энергии: договор от 31.01.2020 № 263 с ООО "Энергосбыт-Шелковичная", договор от 31.01.2020 № 261 с ООО "Энергосбыт-Техстекло", договор от 31.01.2020 № 262 с ООО "Тепловой ресурс", договор б/н от 27.04.2020 с ООО "ТЭГК".

Согласно пункту 1 статьи 2 ГК РФ деятельность хозяйственного общества должна быть направлена на систематическое извлечение прибыли.

Истец заключил указанные договоры поставки, хотя ему было известно, что на момент заключения этих договоров, согласно его позиции по настоящему делу, оборудование не введено в эксплуатацию, т.е. он заключил заведомо неисполнимые договоры, к тому же будучи неисполненными, ведут к взысканию с истца пени и убытков.

При этом противоправность поведения указанного лица предполагается именно в отношении потерпевшей стороны и наличие противоправности поведения подлежит доказыванию.

В абзаце третьем пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" содержатся разъяснения о том, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором (пункт 3 вышеуказанного постановления Пленума).

В соответствии с пунктом 3 Постановления № 7 при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления. Применительно к убыткам в форме упущенной выгоды лицо должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления.

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением.

Кроме того, истец просит взыскать убытки в виде упущенной выгоды в сумме 128 218 000 руб., при этом он игнорирует положения статьи 394 ГК РФ, согласно которой, если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой, т.е. истец при предъявлении требований должен был учесть как уплаченную ранее по делу № А65-1193/2020 неустойку, так и ту, которая им заявлена к взысканию в рамках настоящего дела.

Возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом, возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего (определение Верховного суда РФ от 30.11.2010 № 6-В10-8).

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истцом же не доказан ни факт причинения убытков, ни его размер, не представлено доказательств ненадлежащего исполнения ответчиком договорных обязательств.

На основании изложенного, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в порядке части 1 статьи 110 АПК РФ относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Отказать в иске.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд путем направления апелляционной жалобы через Арбитражный суд Республики Татарстан.

Судья Г.Р. Хисамова