Решение от 14 марта 2018 г. по делу № А53-847/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-847/18
14 марта 2018 г.
г. Ростов-на-Дону



Резолютивная часть решения принята 07 марта 2018 г.

Полный текст решения изготовлен 14 марта 2018 г.


Арбитражный суд Ростовской области в составе:

судьи Корха С. Э.

рассмотрев в порядке упрощенного производства материалы дела по иску

индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 316619600075123, ИНН <***>)

к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 10 317 руб. страхового возмещения, 11 245,53 руб. неустойки за период с 22.07.2017 г по 07.11.2017 г., 9 000 руб. в возмещение расходов на проведение независимой оценки, 354,38 руб. почтовых расходов, 50 % от присужденной суммы штрафа.

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в суд с иском к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» с требованием о взыскании 10 317 руб. страхового возмещения, 11 245,53 руб. неустойки за период с 22.07.2017 г по 07.11.2017 г., 9 000 руб. в возмещение расходов на проведение независимой оценки, 354,38 руб. почтовых расходов, 50 % от присужденной суммы штрафа.

Определением суда от 22.01.2018 г. дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства. Данным определением сторонам установлен срок для представления ответчиком отзыва на исковое заявление и обосновывающих отзыв письменных доказательств, а также срок для направления сторонами друг другу дополнительных документов, содержащих объяснения по существу заявленных требований и возражений в обоснование своей позиции.

Истец и ответчик, извещены надлежащим образом о рассмотрении спора в упрощенном порядке в соответствии со ст. 123 АПК РФ.

Ответчик, извещенный надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства, в порядке ст. 123 АПК РФ, отзыв на иск не представил. Факт получения ответчиком определения суда подтверждается почтовым уведомлением.

Дело было рассмотрено без вызова сторон в порядке упрощенного производства согласно правилам, предусмотренным положениями главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 07 марта 2018 г. была вынесена резолютивная часть решения.

13 марта 2018 г. от истца поступило заявление о составлении мотивированного текста решения.

Исследовав материалы дела, суд установил, что 23 июня 2017 года в РО г. Красный ФИО2 произошло дорожно-транспортное происшествие. Водитель автомобиля марки Рено Логан, государственный регистрационный знак Е 525АО 161, ФИО3, страховой полис ЕЕЕ № 0384160505 допустил столкновение с автомобилем VORTEX TINGO, государственный регистрационный знак <***> принадлежащим на праве собственности ФИО4, полис ЕЕЕ № 0904406480, в результате чего автомобилю были причинены механические повреждения. Гражданская ответственность ФИО4 застрахована в СПАО «ИНГОССТРАХ».

23.06.2017г. между ФИО4 и ИП ФИО1 был заключен договор уступки требований (цессии) № ЦС КС - 00114, на основании которого в соответствии со ст. 382, 387, 388, 389 ГК РФ ФИО4 уступил ИП ФИО1 право требования с СПАО «ИНГОССТРАХ» сумм страхового возмещения.

27.06.2017г. истец обратился в СПАО «ИНГОССТРАХ» с заявлением о возмещении убытков, что подтверждается описью почтового отправления, почтовой накладной и кассовым чеком.

11.07.2017г. документы были получены страховой компанией СПАО «ИНГОССТРАХ», что подтверждается почтовым уведомлением.

Ответчиком указанный случай был признан страховым и 21.07.2017г. истцу былавыплачено страховое возмещение в размере 34 400 рублей, что подтверждается платежным поручением № 736381 от 21.07.2017г.

Не согласившись с размером выплаты истец обратился к независимому эксперту ИП ФИО5 с целью определения размера затрат навосстановительный ремонт АТС.

Согласно экспертного заключения № 24-10/2017 Ш от 24.10.2017г. стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа на дату ДТП составляет 44 717 рублей.

Таким образом, разница между выплаченным истцу страховым возмещением (34 400 рублей) и определенной истцом стоимостью ущерба (44 717 рублей) составляет: 44 717 рублей - 34 400 рублей = 10 317 рублей.

27.10.2017 г. в рамках досудебного урегулирования ответчику была отправлена претензия с приложенными к ней документами и отчётом эксперта, что подтверждается описью почтового отправления, почтовой накладной и кассовым чеком.

02.11.2017г. письмо было вручено ответчику, что подтверждается распечаткой отслеживания почтового отправления с официального сайта «Почта России».

В связи с чем, истец заявляет требования о взыскании 10 317 руб. страхового возмещения.

На основании п. 21 ст. 12 ФЗ «Об ОСАГО» истец также заявляет требования о взыскании 11 245,53 руб. неустойки за период с 22.07.2017 г по 07.11.2017 г.

Кроме того, заявлены требования о взыскании 9 000 руб. в возмещение расходов на проведение независимой оценки, 50 % от присужденной суммы в виде штрафа по закону «О защите прав потребителей», 354,38 руб. почтовых расходов.

Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления рассматриваемых исковых требований.

Изучив материалы дела, обозрев письменные доказательства, суд пришел к выводу о том, что в удовлетворении исковых требований надлежит отказать.

В соответствии с ч. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника.

Право требования как суммы страховой выплаты и суммы расходов на проведение независимой оценки, так и мер ответственности, предусмотренных законом «Об ОСАГО» получены истцом по договору цессии № КС-ДТ 0223 от 10.03.2017 г.

При этом, стоимость приобретаемого права в договоре не указана, а определена «сведениями, содержащимися в экспертном заключении».

В соответствии с п 1.7. договора цессии размер денежного вознаграждения, а также порядок и сроки оплаты определяются в Приложении № 2 к договору –«Соглашение о цене договора».

Однако, такое приложение в материалы дела не предоставлено, доказательств фактической оплаты за приобретаемое право в любом размере также не предоставлено.

В соответствии с п. 23 ст. 12 ФЗ «Об ОСАГО» лицо, возместившее потерпевшему вред, причиненный в результате страхового случая, имеет право требования к страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в размере, определенном в соответствии с настоящим Федеральным законом, в пределах выплаченной суммы. Реализация перешедшего права требования осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации с соблюдением положений настоящего Федерального закона, регулирующих отношения между потерпевшим и страховщиком.

Между тем, истец не предоставляет доказательств в подтверждение ни размера (цены) за который им приобретено уступаемое право, ни оплаты договора цессии хоть в каком-то размере.

Поскольку закон ставит размер права требования к страховщику, в зависимость от размера возмещения, выплаченного потерпевшему, при условии отсутствия доказательств факта и размера выплаты потерпевшему у истца право на иск не возникло.

Таким образом, учитывая уклонение сторон договора цессии от определения его цены, предъявление иска лицом, не имеющим никакого отношения к ДТП, а также процентное соотношение заявленной ко взысканию суммы ущерба в размере 10 317 руб., со всеми остальными требованиями, являющимися «добавленной стоимостью» в размере 20 599,91 руб. (размер заявляющегося страхового возмещения составляет 50% от всей суммы иска), суд усматривает в действиях истца злоупотребление правом.

В соответствии с п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановление от 26 декабря 2017 г. № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при установлении факта злоупотребления потерпевшим правом суд отказывает во взыскании со страховщика неустойки, финансовой санкции, штрафа, а также компенсации морального вреда (пункт 4 статьи 1 и статья 10 ГК РФ). В удовлетворении таких требований суд отказывает, когда установлено, что в результате действий потерпевшего страховщик не мог исполнить свои обязательства в полном объеме или своевременно, в частности, потерпевшим направлены документы, предусмотренные Правилами, без указания сведений, позволяющих страховщику идентифицировать предыдущие обращения, либо предоставлены недостоверные сведения о том, что характер повреждений или особенности поврежденного транспортного средства, иного имущества исключают его представление для осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) по месту нахождения страховщика и (или) эксперта (статья 401 и пункт 3 статьи 405 ГК РФ).

В соответствии с п. 1,2 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Исходя из названия и смысла ст. 10 ГК РФ гражданские права любого лица должны быть реализованы и попадают под защиту закона при условии соблюдения их «пределов», т.е. до тех пор, пока права одного лица не выходят за границы его личного пространства и не нарушают границы прав иных лиц.

При этом злоупотребление правом не всегда связано с противоправными действиями, действия лица формально могут и не нарушать никакое нормы закона, но быть направленными в обход закона, т.е. реализация права осуществляется недозволенными способами.

Так, в рассматриваемом случае, истцом формально законно приобретено право требования по договору цессии. Однако, учитывая, что требования о взыскании заявленной суммы предъявлены не в целях защиты нарушенных прав потерпевшего или прав истца, т.к. права истца, не являющегося участником ДТП не нарушались, а в иных целях, связанных с намерением формирования неосновательного обогащения, суд усматривает в данных действиях злоупотребление правом.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Так суд, оценив условие договора цессии, фактические обстоятельства дела пришел к выводу о том, в исковых требованиях надлежит отказать, в том числе и на основании ст. 10 ГК РФ.

Совокупность привходящих обстоятельств как по конкретному делу, так и в целом на рынке страховых услуг вызывает потребность у недобросовестных его участников в формальной судебной легитимации, преимущественно значимой для целей не столько настоящего, сколько будущих обращений и индульгирующих заведомо недобросовестную структуру бизнеса скупки страховых обязательств для вторжения в них с намерением прибыли, а не компенсации потерь.

Такое позиционирование прямо противоречит как принципу эквивалентности гражданского правоотношения и доброй совести его участников, так и правовой природе страхового обязательства.

Возмещение вреда, как в экономическом, так и в правовом смысле, в принципе, не имеет целью и не предполагает создание добавленной стоимости по отношению к любому участнику.

Реализация механизма правового регулирования института страхования не может и не должна приводить к смещению имущественной массы даже в пользу его действительных участников, тем более скупщиков долгов и неустоек.

Между тем, в настоящем случае (в том качестве, как заявлены исковые требования) не достигается ни одна из указанных целей.

Обратная правовая позиция предполагает такую отыскиваемую подобными заявителями легитимацию алгоритма их действий, которая входит в противоречие с позитивным нормативно-правовым регулированием рынка страховых услуг и наносит вред его участникам.

Таким образом, суд оценивает действия истца не как направленные на защиту нарушенного права, т.к. истец не является субъектом, право которого нарушено, а как направленные на получение необоснованной выгоды, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны истца и является основанием для отказа в исковых требованиях.

Указанный правовой подход согласуется с судебной практикой (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2015 г. по делу № А40-128511/15, Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 14.05.2015 г. по делу № А70-13213/14, Постановление от 29.06.17г. АС Северо-Кавказского округа по делу № А53-15953/2016).

В целом выводы суда согласуются с позицией Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда изложенной в постановлениях по делам № А53-17504/2016, А53-17240/2016, А53-17249/2016, А53-12097/2016, А53-17962/2016, А53-17985/2016, А53-10251/2016, А53-18713/2016, А53-17982/2016.

Кроме того, злоупотребление правом также было допущено истцом в процессе предъявления требования о взыскании самого страхового возмещения.

Получив от страховщика выплату страхового возмещения, истец полагает данный размер все равно недостаточным.

Для чего предоставляет экспертное исследование № 24-10/2017 Ш от 24.10.2017г., выполненное по его заказу ИП ФИО5, на основании гражданско-правового договора с выбранным им же экспертным учреждением.

При этом, истец безмотивно заявляет, что именно данное заключение верно определяет размер ущерба, однако, чем обусловлена его приоритетность, в сравнении с оценкой, произведенной страховщиком не поясняет.

В определении от 22.01.2018 г. суд обязывал истца предоставить письменные пояснения с указанием конкретных позиций в предоставленном экспертном исследовании, за счет которых сумма выплаты, по расчету истца превышает произведенную страховщиком.

Однако, в предоставленных 12.02.2018 г. истцом пояснениях содержится информация только относительно договора цессии и расчета неустойки, какие-либо пояснения о порядке определения недоплаченной части страхового возмещения не содержатся.

Оценив предоставленное истцом экспертное исследование, суд признает его ненадлежащим доказательством, поскольку расчет ИП ФИО5 не соответствует «Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства», утвержденной Центральным банком Российской Федерации 19 сентября 2014 г. N 432-П. и не может быть документальным подтверждением размера ущерба.

В соответствии с п. 3 ст. 12.1. закона «Об ОСАГО», независимая техническая экспертиза проводится с использованием Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, которая утверждается Банком России.

Так, в соответствии с абз. 1, 3 п. 1.6. Единой Методики, в ходе осмотра транспортного средства проводятся описание повреждений и предварительное определение способа их устранения (в акте осмотра), исходя из следующих положений.

По каждому повреждению фиксируются следующие данные: вид повреждения в соответствии с типовыми определениями и характеристиками повреждений транспортного средства, приведенными в приложении 2 к настоящей Методике, место расположения, характер и объем. Объем повреждения определяется линейными размерами (глубиной, шириной, длиной) либо отношением площади поврежденной части к общей площади детали (в процентном соотношении или частях).

Акт осмотра № 24-10/2017 Ш от 23.06.2017 года, на котором основывается заключение ИП ФИО5 не содержит подписи собственника, место осмотра автомобиля не указано, объем повреждений, указанный в акте осмотра линейными измерениями (глубиной, шириной, длиной) либо отношением площади поврежденной части к общей площади детали (в процентном соотношении или частях) не исследовались - указаны только общие фразы: разлом, деформация и т.п.

В акте осмотра указан больший объем повреждений (крыло переднее левое, зеркало левое, бампер задний лев., диск колеса задниего лев.), чем заявлен в Европротоколе от 23.06.2017 г.

В соответствии с п. 2.1. Единой методики, в рамках исследования устанавливается возможность или невозможность получения транспортным средством потерпевшего повреждений при обстоятельствах, указанных в заявлении о страховом случае, в документах, оформленных компетентными органами, и в иных документах, содержащих информацию относительно указанных обстоятельств. Данный вопрос перед экспертом не ставился и соответственно не исследовался.

В заключении ИП ФИО5 при определении стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, использовался порядок, отличный от утверждённого Единой методикой, обязательной к использованию при определении стоимости ремонта по ОСАГО. Таким образом, экспертное заключение, выполненное с нарушением Единой методики, является ненадлежащим доказательством в силу императивных норм ст. 12.1. Закона «Об ОСАГО».

Кроме того, в заключении никак не обоснован вывод о необходимости замены повреждённых элементов, в отсутствие указания на степень их повреждения ни в линейных размерах, ни в каких-либо иных характеристиках, расчет стоимости ремонта исходя из необходимости замены деталей не может быть признан судом обоснованным.

С учетом указанных пороков, ни акт осмотра, ни предоставленное истцом заключение нельзя признать допустимым доказательством.

На основании вышеизложенного, страховщик исполнил свои обязательства в полном объеме, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований о взыскании страхового возмещения надлежит отказать.

Рассмотрев требования о взыскании неустойки, суд признает их не подлежащими удовлетворению.

В соответствии с п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 58 от 26.12.2017 года. Страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции и/или штрафа, если обязательства страховщика были исполнены в порядке и в сроки, которые установлены Законом об ОСАГО, а также если страховщик докажет, что нарушение сроков произошло вследствие непреодолимой силы или вследствие виновных действий (бездействия) потерпевшего (пункт 5 статьи 161 Закона об ОСАГО).

Ответчик исполнил свои обязательства, выплатил страховое возмещение в сроки, предусмотренные законом об ОСАГО.

Поскольку истец не доказал, что выплаченная сумма страхового возмещения не является верной, выплата произведенная страховщиком осуществлена в пределах сроков.

Так, с учетом получения страховщиком заявления о страховой выплате 11.07.2017 г., выплата, осуществленная 21.07.2017 г. произведена с соблюдением 20 дневного срока и основания для наступления ответственности страховщика отсутствуют.

На основании вышеизложенного, в удовлетворении исковых требований о взыскании неустойки надлежит отказать.

Рассмотрев требования о взыскании 9 000 руб. в возмещение расходов на проведение независимой оценки, суд также не усматривает оснований для их удовлетворения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ и пунктом 2 статьи 393 ГК РФ). В предмет доказывания по требованию о взыскании убытков входит факт причинения убытков, их размер, наличие причинной связи между виновными действиями ответчика и причиненными убытками. Под причинно-следственной связью понимается такая связь явлений, при которой одно из явлений (причина) в данном случае неправомерные действия ответчика, не только предшествуют во времени второму (следствию), но и влекут его наступление. Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при наличии всей совокупности указанных выше условий.

Исходя из буквального содержания вышеуказанной нормы права, в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком по договору обязательного страхования, может быть включена только стоимость независимой экспертизы (оценки), на основании которой осуществляется страховая выплата.

В рассматриваемом случае, истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между убытками в виде стоимости услуг эксперта и неправомерными действиями ответчика, поскольку истец самостоятельно провел экспертизу без наличия к тому оснований, предусмотренных Законом об ОСАГО.

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В рассматриваемом случае убытки, в виде расходов на оплату экспертного заключения возникли исключительно в результате действий самого истца и не находятся в причинно-следственной связи с действиями ответчика, ввиду чего не подлежат взысканию, в том числе в соответствии с п. 1 Постановления ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ»

При этом, суд учитывает выводы Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда, изложенные в постановлениях по делам № А53-4595/2016, А53-9572/2016, А53-8787/2016.

В требованиях о взыскании штрафа в размере 50 процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, заявленных на основании п.6 ст.13 Закона РФ «О защите прав потребителей» и требованиях о взыскании морального вреда надлежит отказать, еще и по тому основанию, что данные требования не могут быть заявлены в арбитражном процессе.

ФЗ "О защите прав потребителей" регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Настоящие же исковые требования заявлены предпринимателем и вытекают из экономических отношений, а не из отношений возникающих между потребителем - физическим лицом и продавцом.

Пунктом 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что предпринимательской является деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

В соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации под экономической деятельностью следует подразумевать любую законную деятельность, связанную с получением доходов, но не являющуюся предпринимательской.

Статьей 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, - с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что дела по искам, связанным с нарушением прав потребителей, в силу пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 17 Закона о защите прав потребителей, статьи 5 и пункта 1 части 1 статьи 22 ГПК РФ подведомственны судам общей юрисдикции.

Истец не является субъектом, право которого подлежит защите исходя из механизма правового регулирования, предусмотренного ФЗ "О защите прав потребителей".

Поскольку истец в настоящем деле заявляет требования, имеющие экономический характер и данные требования заявлены им как предпринимателем, а право на предъявление таких требований предоставлено исключительно физическому лицу, они не могут быть заявлены в рассматриваемом деле.

В соответствии с п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 58 от 26.12.2017 года «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» права потерпевшего на возмещение вреда жизни и здоровью, на компенсацию морального вреда и на получение предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа, а также права потребителя, предусмотренные пунктом 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей, не могут быть переданы по договору уступки требования (статья 383 ГК РФ).

Таким образом, по требованиям о штрафа на основании закона «О защите прав потребителей» предприниматель является ненадлежащим истцом, что является самостоятельным основанием для отказа в иске в данной части.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, по правилам ст. 110 АПК РФ судебные расходы относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 226 – 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда по настоящему делу подлежит немедленному исполнению и вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Лица, участвующие в деле, вправе подать ходатайство о составлении мотивированного решения в течение пяти дней со дня размещения резолютивной части решения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда – со дня принятия решения в полном объеме.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции только по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 настоящего Кодекса.


Судья Корх С. Э.