Решение от 25 марта 2022 г. по делу № А53-41088/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-41088/19
25 марта 2022 г.
г. Ростов-на-Дону



Резолютивная часть решения объявлена 18 марта 2022 г.

Полный текст решения изготовлен 25 марта 2022 г.


Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Казаченко Г. Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО», ФИО2

к обществу с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО» ИНН <***> ОГРН <***>, обществу с ограниченной ответственностью «ВНИКО+» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО3

о признании сделок недействительными


при участии:

от истца ООО НПП "ВНИКО": представителя не направили

от истца ФИО2: по доверенности от 23.08.2019 г. ФИО4, диплом (онлайн)

от ответчика ООО НПП "ВНИКО": представителя не направили

от ответчика ООО НПП "ВНИКО +": по доверенности от 15.11.2021 г. адвокат Баланова Е.Н.

от ответчика ФИО3: по доверенности от 16.11.2021 г. адвокат Якоби В.А.

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском в интересах общества с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО» к обществу с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО» ИНН <***> ОГРН <***>, индивидуальному предпринимателю ФИО8 ИНН <***> ОГРНИП 314774628701099 о признании договора займа №3/8-18 от 19.03.2018 на сумму 30 000 000 рублей и договора займа №17-06/2019 от 17.06.2019 на сумму 50 000 000 рублей, заключенных между обществом с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО» и индивидуальным предпринимателем ФИО8 недействительными.

Также в производстве Арбитражного суда Ростовской области находилось дело №А53-41654/201 по иску участника общества с ограниченной ответственностью Научнопроизводственное предприятие «ВНИКО» ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО», обществу с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО+» о признании недействительным договора займа №3/3-19 от 20.06.2019 на сумму 30 000 000 рублей, заключённого между ООО НПП «ВНИКО» и ООО НПП «ВНИКО+».

Судом установлено , что дела № А53-41654/2019, А53- 41088/19 являются взаимосвязанными, имеют одинаковый субъектный состав лиц, связаны между собой по основаниям возникновения заявленных требований, и с целью исключения риска принятия противоречащих друг другу судебных актов, объединил дело № А53-41654/2019 с делом № А53-41088/2019 в одно производство, присвоив объединенному делу № А53-41088/2019.

Определением суда от 21.12.2020 производство по делу приостановлено до определения круга наследников ответчика ФИО8 в связи с его смертью.

Определением суда от 06.10.2021 произведена замена ответчика по делу ФИО8 на правопреемника ФИО3.

Протокольным определением суда от 01.02.2022 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приняты к рассмотрению уточненные требования (в части увеличения исковых требований), в соответствии с которыми истец просил суд признать договор займа №3/8-18 от 19.03.2018 на сумму 30 000 000 рублей и договор займа №17-06/2019 от 17.06.2019 на сумму 50 000 000 рублей, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО» и индивидуальным предпринимателем ФИО8 недействительными, применить последствия недействительности договора займа №3/8-18 от 19.03.2018 и договора займа №17-06/2019 от 17.06.2019 в виде взыскания с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО» денежных средств в сумме 39 195 108 рублей, а так же признать недействительным договора займа №3/3-19 от 20.06.2019 заключенного между обществом с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО» и обществом с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО+», в качестве применения последствий недействительности договора займа 3/3-19от 20.06.20219 года признать общество с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО+» фактическим заемщиком по договору займа №17-06/2019 от 17.06.2019 на сумму 30 000 000 рублей.

ООО «НПП «ВНИКО» явку представителя в судебное заседание не обеспечил, уведомлены надлежащим образом.

При таких обстоятельствах, дело рассматривается в порядке с.156 АПК РФ.

Представитель истца ФИО2 требования с учетом принятых уточненных требований поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнениях по иску, просил суд удовлетворить требования в полном объеме, признать договор займа №3/8-18 от 19.03.2018 на сумму 30 000 000 рублей и договор займа №17-06/2019 от 17.06.2019 на сумму 50 000 000 рублей, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО» и индивидуальным предпринимателем ФИО8 недействительными, применить последствия недействительности договора займа №3/8-18 от 19.03.2018 и договора займа №17-06/2019 от 17.06.2019 в виде взыскания с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО» денежных средств в сумме 39 195 108 рублей, а так же договора займа №3/3-19 от 20.06.2019 о признании общества с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «ВНИКО+» фактическим заемщиком по договору займа №17-06/2019 от 17.06.2019 на сумму 30 000 000 рублей. Дополнительно пояснил суду, что сделки были совершены с нарушением требований законодательства и подлежат признанию недействительной в силу того, что оспариваемые сделки имеют признаки как крупной сделки, так и сделки с заинтересованностью, что предполагает обязательную процедуру одобрения учредителями, к исключительной компетенции которых относится данный вопрос. Учредителями данная сделка не одобрялась. При этом фактически данные сделки подлежали одобрению только ФИО2, как единственным незаинтересованным лицом, в то время как она не была уведомлена о ее совершении. Факт того, что другая сторона знала о наличии заинтересованности в сделке доказывается тем, что ФИО5, ФИО6 и ФИО7 являются мажоритарными учредителями как займодавца , так и единственными учредителями заемщика, указанные сделки совершены в целях причинения ущерба обществу и с целью вывода денежных средств , сделка заключены в интересах учредителей ФИО5, ФИО6 и ФИО7, являющихся близкими родственниками.

Представитель ответчика общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО+» возражал в удовлетворении заявленных исковых требований по доводам, изложенным в отзыве, дополнениях, считал, что сделки совершенными в пределах обычной хозяйственной деятельности, одобрения не требовали, исполнены.

Представитель ответчика ФИО3 возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве, просил в иске отказать в полном объеме.

Суд, выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, изучив все представленные документальные доказательства и оценив их в совокупности, установил следующие фактические обстоятельства.

Участниками общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» на момент осуществления оспариваемых сделок являлись ФИО2 (30%), ФИО5 (40%), ФИО6(15%) и ФИО7 (15%).

Участниками общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО+» на момент осуществления оспариваемых сделок являлись ФИО5 (40%), ФИО6(30%) и ФИО7 (30%).

Между обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» и индивидуальным предпринимателем ФИО8 были заключены договор займа № 3/8-18 от 19.03.2018 на сумму 30 000 000 рублей и договор займа №17- 06/2019 от 17.06.2019 г. на сумму 50 000 000 рублей.

По мнению истца, указанные договоры являются недействительными ввиду того, что они, как крупные сделки не были оспорены общим собранием участников Общества, кроме того, содержат положения, свидетельствующие об их притворности в части установления реальной цены договора, то есть об ином размере цены договора, за счет начисленной неустойки.

Также, между обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» и обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО+» 20.06.2019 был заключен договор займа №3/3-19 на общую сумму 30 000 000 рублей.

Истец полагает данный договор недействительным в силу его притворности, так как фактическим заемщиком средств у ФИО8 было именно общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО+», а также то, что данным договором причинен ущерб, так как ставка процентов по договору была установлена в размере 5% годовых, тогда как общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» получило 50 000 000 рублей от индивидуального предпринимателя ФИО8 по договору займа №17-06/2016 от 17.06.2019 под 24% годовых.

Исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Согласно положениям пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации участники корпорации вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Как определено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ)".

Согласно части 4 статьи 53, части 1 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участник юридического лица при рассмотрении арбитражным судом корпоративного спора пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца, поскольку является законным представителем юридического лица, а также обладает правом требовать принудительного исполнения решения арбитражного суда в пользу этого юридического лица, как материального истца и фактического взыскателя (часть 2 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Следовательно, участник общества является косвенным выгодоприобретателем по иску наряду с обществом, получая выгоду от увеличения активов общества в случае удовлетворения иска.

В соответствии со статьями 53, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 43 - 46 Закона N 14-ФЗ участники такого общества вправе, помимо реализации объема корпоративных прав, определенных в статье 8 Закона N 14-ФЗ, оспаривать совершенные обществом сделки и требовать возмещения убытков причиненных обществу органами его управления. Аналогичные права предоставлены участникам корпорации, к которой отнесены также общество с ограниченной ответственностью, нормой статьи 65.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, вступившей в силу с 01.09.2014.

Таким образом, ФИО2 обладает достаточной легитимацией на оспаривание сделок займа, совершенных обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» и индивидуальным предпринимателем ФИО8, а также договора займа, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» и обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО+», поскольку на момент совершения указанных сделок ФИО2 являлась участником обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» с долей участия 30%.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделке недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ установлены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса должны быть установлены: сговор (совместные действия) представителя и другое стороны сделки в ущерб интересам представляемого либо совершение представителей сделки в ситуации отсутствия доказательств сговора (или совместных действий), но с причинением явного и очевидного для контрагента в момент совершения сделки ущерба интересам представляемого.

В обоснование требований истец ссылается на положения пункта 4 статьи 45 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", в соответствии с положениями которого крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

По смыслу названных норм правом на оспаривание крупных сделок и сделок с заинтересованностью обладают общество, члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, участник (участники).

Лицо, обратившееся за судебной защитой, вправе ссылаться в обоснование исковых требований только на нарушения собственных прав и интересов.

Защищаемый интерес должен непосредственно касаться истца и состоять в восстановлении положения, существовавшего до нарушения его прав. При этом участник должен доказать не только факт нарушения, но и причинно-следственную связь между совершенной сделкой и наступлением негативных последствий.

Соответствующий иск может быть удовлетворен в том случае, если совершение сделки повлекло за собой возникновение неблагоприятных последствий для истца как участника общества, что привело к нарушению прав и охраняемых законом интересов последнего, и целью обращения в суд является восстановление этих нарушенных прав и интересов.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25) разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 того же Кодекса).

В силу пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25).

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника. При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно).

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, в том числе договоры займа №3/8-18 от 19.03.2018 г., №17-06/2019 от 17.06.2019 г. и №3/3-19 от 20.06.2019 г., а так же представленные первичные учетные документы ООО НПП «ВНИКО», банковские выписки и иные, имеющиеся в материалах дела документы, суд пришел в выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований ФИО2 ввиду следующего.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, не оспоренных участвующими в деле лицами, 19 марта 2018 года между индивидуальным предпринимателем ФИО8 (заимодавец), с одной стороны, и обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» (заемщик), и другой стороны, был заключен договор займа №3/8-18, в силу пункта 1.1. которого заимодавец передает в собственность заемщика денежные средства в сумме 30 000 000 рублей, а заемщик обязуется вернуть заимодавцу сумму займа и уплатить проценты на нее в порядке и в сроки, предусмотренные договором.

Заемщик обязуется возвратить сумму займа и оплатить проценты не позднее 26.06.201 5 года (п. 1.2 договора).

Пунктом 1.6 договора займа от 19.03.2018 установлена цель предоставляемого обществу займа - оплата материально-технических ресурсов, производственных расходов, текущих налоговых платежей, выплата текущей заработной платы персоналу заемщика в рамкам производства оборудования для нужд ООО «Газпром инвест». Заимодавец вправе потребовать предъявить ему для ознакомления оригиналы документов, подтверждающих целевое использование суммы займа, а именно: договор поставки и спецификации с заказчиком, отгрузочные документы, платежные поручения, подтверждающие оплату от заказчика. Данное требование должно быть удовлетворено заемщиком в течение 13 рабочих дней с момента предъявления, в противном случае использование суммы займа считается нецелевым.

Пунктом 2.4 договора установлен размер процентов за пользование суммой займа из расчета 24% годовых, уплачиваемых единовременно в конце срока погашения суммы займа (п.2.3 договора).

В пункте 3.1 договора установлена ответственность заемщика по уплате неустойки (пени) в размере 0,5 % от неуплаченной суммы за каждый день просрочки.

Пунктом 3.2 договора займа установлена обязанность заемщика по уплате пени в размере 0,5% за нарушение сроков уплаты процентов (п.2.3 договора).

17 июня 2019 года между индивидуальным предпринимателем ФИО8 (заимодавец), с одной стороны, и обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» (заемщик), с другой стороны, был заключен договор займа №17-06/2019, в силу пункта 1.1 которого заимодавец передает в собственность заемщика денежные средства в сумме 50 000 000 рублей, а заемщик обязуется вернуть заимодавцу сумму займа и уплатить проценты на нее в порядке и в сроки, предусмотренные договором.

Заемщик обязуется возвратить сумму займа и оплатить проценты не позднее 17.08.2019 года (п. 1.2 договора).

Пунктом 1.6 договора займа от 17.06.2019 предусмотрено предоставление целевого займа - для оплаты материально-технических ресурсов, производственных расходов, текущих налоговых платежей, выплата текущей заработной платы персоналу заемщика в рамках производства оборудования для нужд ООО «Газпром добыча Астрахань». Заимодавец вправе потребовать предъявить ему для ознакомления оригиналы документов, подтверждающих целевое использование суммы займа, а именно: договор поставки и спецификации с заказчиком, отгрузочные документы, платежные поручения, подтверждающие оплату от заказчика. Данное требование должно быть удовлетворено заемщиком в течение 10 рабочих дней с момента предъявления, в противном случае использование суммы займа считается нецелевым.

Пунктом 2.4 договора установлен размер процентов за пользование суммой займа из расчета 24% годовых, уплачиваемых единовременно в конце срока погашения суммы займа (п. 2.3 договора).

В пункте 3.1 договора установлена ответственность заемщика по уплате неустойки (пени) в размере 0,5 % от неуплаченной суммы за каждый день просрочки.

Пунктом 3.2 договора займа установлена обязанность заемщика по уплате пени в размере 0,5% за нарушение сроков уплаты процентов (п.2.3 договора).

Истица ссылается на то обстоятельство, что сделки с ИП ФИО8 являлись крупными и выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности для общества и подлежали одобрению, указав что в 2018 г. балансовая стоимость активов за предыдущий год (стр.1600 баланса по сост. на 31.12.2017) =76 520 000 руб. От этой величины 25% = 19 130 000 руб. Следовательно, заем в сумме 30 000 000 руб. – крупная сделка. В 2019 г. балансовая стоимость активов за предыдущий год (стр.1600 баланса по сост. на 31.12.2018) =116 522 000 руб. От этой величины 25% = 29 130 500 руб. Следовательно, заем в сумме 50 000 000 руб. – крупная сделка.

В силу пункта 1 статьи 46 Федерального закона N 14-ФЗ от 08.02.1998 "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ) крупной сделкой является сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом, связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества, в результате которых у общества возникает обязанность направить обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах"), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Из пункта 3 статьи 46 Закона N 14-ФЗ следует, что принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является компетенцией общего собрания участников общества. Крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 Гражданского кодекса по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества (пункт 4 статьи 46 Закона N 14-ФЗ).

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" (далее - постановление N 27), для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью):

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности. При оценке возможности наступления таких последствий на момент совершения сделки судам следует принимать во внимание не только условия оспариваемой сделки, но также и иные обстоятельства, связанные с деятельностью общества в момент совершения сделки. Например, сделка по приобретению оборудования, которое могло использоваться в рамках уже осуществляемой деятельности, не должна была привести к смене вида деятельности.

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 8 статьи 46 Закона N 14-ФЗ). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2011 N 722/11 сформирована правовая позиция, согласно которой к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности, судебная арбитражная практика относит обусловленные разумными экономическими причинами сделки, не отличающиеся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени, и необходимые для осуществления его хозяйственной деятельности.

Под обычной хозяйственной деятельностью следует понимать любые операции , которые приняты в текущей деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, сходных по размеру активов и объему оборота, независимо от того, совершались ли такие сделки данным обществом ранее.

К сделкам , совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности , могут относиться сделки по приобретению обществом сырья и материалов , необходимых для осуществления производственно-хозяйственной деятельности , реализации готовой продукции, получению кредитов для оплаты текущих операций.

В обоснование довода о том, что оспариваемые договоры займа необходимо квалифицировать как совершенные в рамках обычной хозяйственной деятельности, ответчиком в материалы дела представлены ранее заключавшиеся кредитные договоры с кредитными организациями для пополнения оборотных средств на аналогичные суммы.

Так, 05 сентября 2014 года между Банком ОАО «Центр-Инвест» и ООО «НПП «ВНИКО» был заключен кредитный договор <***> на сумму 30 000 000 рублей под залог недвижимого имущества и поручительства юридических лиц.

18 сентября 2015 года между Банком ОАО «Центр-Инвест» и ООО «НПП «ВНИКО» был заключен кредитный договор<***> на сумму 30 000 000 рублей под залог недвижимого имущества и поручительства юридических лиц.

С учетом представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что ответчиком ООО «НПП ВНИКО» и ранее осуществлялась деятельность с помощью пополнения оборотных средств привлекая заемные денежные средства (л.д.107-121 том 1).

Также судом установлено, что в производстве Арбитражного суд Ростовской области находилось дело А53-10899/2017 по заявлению общества с ограниченной ответственностью научно- производственное предприятие «ЭКОФЕС» о признании общества с ограниченной ответственностью научно- производственное предприятие «ВНИКО» несостоятельным (банкротом), возбужденное 27.04.2017 года. Производство по которому прекращено 05.02.2018 года , ввиду погашения требований кредиторов.

В связи с указанным, суд признает обоснованным довод представителя ответчика ООО «НПП ВНИКО» о том, что с целью дальнейшего осуществления деятельности общества необходимо было пополнение оборотных средств , в том числе и с целью выполнения договора поставки №888-17П от 07.02.2018 года, заключенного с ООО «Газпром инвест», поскольку из представленных доказательств, а именно письма ПАО КБ «Центр Инвест» от 04.05.2018 года следует о принятии Кредитным комитетом банка решения об отказе ООО НПП «ВНИКО» в получении кредита в виде открытой кредитной линии с максимальной ссудной задолженностью в размере 30 000 000 рублей на пополнение оборотных средств.

Кроме того, из представленного в материалы дела расчета стоимости чистых активов ООО НПП «ВНИКО» за 2017 год следует, что в структуре нераспределенной прибыли на 31.12.2017 года денежные средства составляют 1 099 000 рублей , что соответствует данным по выпискам банка. Указанное опровергает довод истца о том, что ООО НПП «ВНИКО» располагало достаточным размером денежных средств для выполнения договора .

Суд соглашается с доводами ответчика ООО «НПП ВНИКО» о том, что пополнение оборотных средств необходимо было для целей финансирования сделки Общества с ООО «Газпром добыча Астрахань» и отклоняет довод представителя истца о том, что заемные денежные средства не использовались для указанной цели ввиду следующего.

Приведенный истцом в обоснование довода о нецелевом использовании ответчиком ООО НПП «ВНИКО» заемных денежных средств анализ, составленный на основании банковских выписок за период с 11.04.2018 года по 04.10.2018 года и указание на наличие у общества нераспределенной прибыли по состоянию на 31.12.2017 года в размере 17 354 000 рублей, что также по мнению истца свидетельствует об отсутствии необходимости в получении займов , а равно как получение займов с целью вывода денежных средств , судом отклоняется поскольку представленными в материалы дела доказательствами подтверждается расходование денежных средств на закупку товаров (договоры с поставщиками, товарные накладные, УПД, платежные поручения), выплату заработной платы, уплату налогов , страховых взносов, иных платежей, что соответствует целям, указанным в договорах займа.

Доказательств того, что приобретенные товары не могут быть отнесены к расходам, понесенным в рамках исполнения контракта с ООО «Газпром инвест» в материалы дела не представлено, как и не представлено доказательств в обоснование отсутствия необходимости оплаты подрядных работ, равно как того, что оплаченные работы не выполнены подрядчиком, а товары не поставлены.

Как установлено судом из представленной выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО НПП «ВНИКО» и не оспаривается истцом , одними из основных видов деятельности ООО «НПП «ВНИКО» является производство прочего электрического оборудования, представление услуг в области добычи нефти и природного газа, производство электрической распределительной и регулирующей аппаратуры. В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что заключение спорных договоров нельзя считать выходящим за рамки обычной хозяйственной деятельности общества с учетом их условий.

Использование заемщиком целевого кредита не по назначению не опровергает факта выдачи заимодавцем средств на цели, связанные с осуществлением заемщиком обычной хозяйственной деятельности, и сделка не может быть признана недействительной, как совершенная без одобрения.

Исходя из положения пункта 4 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом.

Согласно положениям статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и порядке, определенных договором.

Статья 809 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусматривает обязательность включения в договор займа условия о начислении процентов по некой среднерыночной ставке. Следовательно, наличие в договоре займа условия о начислении процентов за пользование займом в ином размере не свидетельствует о неравноценности заключенного договора.

Кроме того, истцом не доказан тот факт, что согласованная сторонами в договоре займа № 3/8-18 от 19.03.2018 и договоре займа № 17-06/2019 от 17.06.2019 процентная ставка за пользование займами в размере 24 % годовых по своему числовому значению свидетельствует о злонамеренном характере её установления сторонами с целью причинить ущерб заемщику, а также является ставкой, многократно превышающей средневзвешенные процентные ставки по краткосрочным банковским кредитам, не имеющим обеспечения возвратности, выданным в рассматриваемый период времени.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Обстоятельства заключения договоров займа № 3/8-18 от 19.03.2018 и договора займа № 17-06/2019 от 17.06.2019 и наличия в них условий о начислении неустойки по ставке 0,5 % в день от неуплаченной суммы займа также не может само по себе свидетельствовать о намерении сторон причинить вред обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО».

Факт несвоевременного возврата со стороны общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» сумм займов и уплаты процентов за пользование займами ФИО8 не может являться основанием для признания договоров займа недействительными и свидетельствовать о сговоре между заемщиком и займодавцем, а также о том, что контрагент по сделке должен был знать о злоупотреблении, действуя разумно и добросовестно ввиду следующего.

Из представленных в материалы дела доказательств судом установлено, что между ООО «Газпром Инвест» и ООО НПП «ВНИКО» был заключен договор поставки № 888-17/П со сроком поставки оборудования до 30.04.2018 г. (Спецификация на поставку № 1). П. 3.3 Договора было предусмотрено, что «расчет по договору производится Покупателем в течение 30 календарных дней с даты получения Товара в подписанной сторонами товарной накладной (УПД), при наличии счет-фактуры и счета на оплату».

Письмом с исх. № 04/016-1180 ООО «Газпром Инвест» попросило приостановить отгрузку систем бесперебойного электропитания и щитов распределительных для скважин до особого распоряжения.

В 2018 году в структурах Газпрома происходили корпоративные изменения, 15.08.2018 г. между ООО «Газпром инвест» (Прежний Покупатель), ООО «Газпром добыча Астрахань» (Новый покупатель) и ООО НПП «ВНИКО» (Поставщик) было заключено Соглашение о перемене стороны в договоре №888-17/П, согласно которому ООО «Газпром добыча Астрахань» приняло на себя все права и обязанности Прежнего Покупателя по указанному договору. Также, было внесено изменение в сроки поставки, установлен новый срок поставки – не позднее 30.08.2018 г.

Вместе с тем, ООО НПП «ВНИКО» направило в адрес Покупателя письмо, согласно которому сообщало о завершении производства и готовности произвести отгрузку в полном объеме в установленный договором срок (с 30.04.2018 г.), просило сообщить о сроках принятия груза Заказчиком.

С учетом изложенного, можно сделать вывод о том, что изменение сроков отгрузки продукции произошло не по вине ООО НПП «ВНИКО» и как следствие об отсутствии злонамеренного умысла ООО НПП «ВНИКО» в уплате ФИО8 неустойки за нарушение сроков возврата займа, данное обстоятельство находилось вне воли ФИО8

При заключении договора займа №3/8-18 от 19.03.2018 года стороны не могли располагать информацией о проводимых ООО «Газпром инвст» корпоративных изменениях и об изменении срока поставки.

Фактически отгрузка продукции была завершена ООО НПП «ВНИКО» в адрес Покупателя 28.08.2018 г., с этого момента в срок до 29.09.2018 г. ООО «Газпром добыча Астрахань» должно было уплатить причитающуюся договорную стоимость товаров. Однако, ООО «Газпром добыча Астрахань» была допущена просрочка платежа до 22.10.2021 г. , что не оспаривалось сторонами в судебном заседании.

С учетом изложенного , суд приходит к выводу о том, что уплата пени по договору займа являлась вынужденной мерой, связанной с несвоевременным встречным исполнением обязательств ООО «Газпром добыча Астрахань».

Проценты за пользование заемными денежными средствами и установленные договором пени являются среднерыночными и не ущемляют права и законные интересы ООО НПП «ВНИКО» и истца.

Истец в обоснование довода о получении денежных средств по договорам займа по завышенный процент указывает на то, что «фактически стоимость займа (30 000 000 рублей) составила 127% годовых, а не 24% годовых, как указано в договоре, т.к. возвращено 52 265 408 рублей, т.е. на 22 миллиона рублей больше, чем получено.

Как следует из представленных ответчиком доказательств, в рамках заключенного с ПАО КБ «Центр-Инвест» кредитного договора <***> от 18.09.2015 г. (на сумму займа 30 000 000 рублей) была установлена процентная ставка в размере 15%, при данной процентной ставке предполагалось предоставление Заемщиком в обеспечение исполнения обязательств залогового имущества, покрывающего сумму займа.

Однако, п. 2.3.10 Договора было предусмотрено, что в случае непредоставления недвижимого имущества в залог, процентная ставка за пользование суммой кредита должна была быть повышена на 5%, т.е. использование коммерческого кредита, предоставленного банком ПАО КБ «Центр-Инвест» в период, когда у Общества отсутствовали признаки банкротства, имелось имущество, обеспечивающее исполнение обязательств, а также был участник, отвечающий своим личным имуществом по долгам Общества (залог, поручители юридические и физические лица), составляло 20% годовых.

Вместе с тем, в обеспечение исполнения Заемщиком исполнения по договорам займа, Заемщиком не было передано никакое недвижимое имущество.

С учетом изложенного можно сделать вывод о том, предоставление ФИО8 займа в размере 30 000 000 рублей под 23% годовых соответствовало аналогичным операциям в хозяйственной деятельности ООО НПП «ВНИКО» и не могло причинить Обществу ущерб, и оснований полагать, что установленная договорами ставка пени свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны истца, не имеется.

Кроме того, исходя из содержания условий оспариваемых договоров займа можно сделать вывод о том, что ИП ФИО8 имел заинтересованность в своевременном возврате сумм займов и уплате процентов, что подтверждается указанием в договорах на конкретные сроки возврата займов, определенных календарными датами, а не определение сторонами обязательства по возврату займов, например, моментом востребования.

В п. 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» разъяснено, что лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:

1)наличие признаков, по которым сделка признается соответственнокрупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушениепорядка одобрения соответствующей сделки;

2)нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересовобщества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершениеданной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику.

Следует учитывать, что если невыгодность сделки для общества не была очевидной на момент ее совершения, а обнаружилась или возникла впоследствии, например, по причине нарушения контрагентом или самим обществом возникших из нее обязательств, то она может быть признана недействительной, только если истцом будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Обязанность заемщика по возврату заемных средств и процентов нельзя расценивать как неблагоприятное последствие, поскольку указанная обязанность обусловлена договором и соответствует основным началам гражданского законодательства (статьи 1 и 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Со стороны истца в материалы дела не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, которые свидетельствовали бы о сговоре либо об иных совместных действиях ФИО8 и общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» в ущерб интересам общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО», не представлено доказательств, свидетельствующих об аффилированности ФИО8 с обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО», его участниками или с единоличным исполнительным органом общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО».

В пунктах 1.7 договора займа № 3/8-18 от 19.03.2018 и договора займа № 17-06/2019 от 17.06.2019 установлено: Заемщик (общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО») гарантирует, что заключение договоров надлежащим образом согласовано уполномоченными органами (лицами) общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО». Заемщик гарантирует, что полномочия соответствующих лиц на подписание договора Уставом или другими документами не ограничены.

Следовательно ,суд приходит к выводу о том, что ФИО8, исходя из самой обстановки заключения договоров займа и содержащихся в текстах договоров гарантий заемщика о соблюдении корпоративных процедур, предшествующих подписанию сделок, а также последующих действий заемщика по исполнению сделок (получение и возврат сумм займов, уплата процентов), не мог усмотреть каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделок .

Судом установлено, и подтверждено истцом в представленных в материалы дела письменных дополнениях к исковому заявлению, что до 25.07.2019 в сведениях Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) единственным учредителем общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» значился ФИО9, умерший 18.11.2016, дочерью которого является истец ФИО2

Таким образом, на момент заключения с ФИО8 оспариваемых договора займа № 3/8-18 от 19.03.2018 и договора займа № 17-06/2019 от 17.06.2019 у общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» отсутствовали лица, сведения о которых были бы зарегистрированы в ЕГРЮЛ, являвшиеся участниками общества, одобрение со стороны которых требовалось бы для заключения оспариваемых договоров, как крупных сделок.

Относительно доводов истца о расходовании обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» денежных средств, полученных от ФИО8 по договору займа № 17-06/2019 от 17.06.2019, путем заключения договора займа №3/3-19 от 20.06.2019 с обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО+» на сумму 30 000 000 рублей, суд приходит к выводу о том, что контроль расходования заемных денежных средств, полученных обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» от ФИО8 по договору займа № 17-06/2019 от 17.06.2019, как и по договору займа № 3/8-18 от 19.03.2018, на цели производства оборудования для нужд общества с ограниченной ответственностью «Газпром инвест» и общества с ограниченной ответственностью «Газпром добыча Астрахань», является правом, но не обязанностью заимодавца.

Из пояснений представителя ответчика ФИО3 , следует, что указание в оспариваемых договорах займа на контрагентов общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» в лице общества с ограниченной ответственностью «Газпром инвест» и общества с ограниченной ответственностью «Газпром добыча Астрахань» могло служить гарантиями или опосредованным обеспечением возврата заемных денежных средств со стороны заемщика за счет исполнения дочерними компаниями ПАО «Газпром» своих обязательств по оплате поставленного оборудования.

Исходя из правовой природы заемных отношений между сторонами договора займа, имеется объективная правовая ситуация, при которой ФИО8 ни своей волей, ни своими действиями не мог ограничить распоряжение ООО НПП «ВНИКО» денежными средствами, полученными по Договору займа № 17-06/2019 от 17.06.2019, поскольку такие денежные средства с момента поступления на расчетный счет общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» становятся собственностью последнего.

Исходя из изложенного, не подлежат удовлетворению требования истца в части применения последствий недействительности договора займа № 3/3-19 от 20.06.2019, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО» и обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО+», путем признания обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО+» фактическим заемщиком по Договору займа № 17-06/2019 от 17.06.2019 на сумму 30 000 000 рублей.

Кроме того, доказательств того, что ИП ФИО8 вступал в какие-либо заемные правоотношения с обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО+» не представлено , денежные средства, передача которых свидетельствовала бы о реальности заключения договора займа, ФИО8 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «ВНИКО+» не представлено , как и не представлено доказательств их на расчетный счет.

Истец, указывая на наличие оснований для признания сделки - договора займа №3/3-19 от 20.06.2019 года ничтожной по основанию притворности, должен представить доказательства направленности воли обеих сторон на совершение именно прикрываемой сделки.

Из материалов дела следует, что договор займа №3/3-19 от 20.06.2019 подписан сторонами, денежные средства в размере 30 000 000 рублей перечислены заимодавцем заемщику. Фактическое предоставление истцу займа подтверждается приобщенным к материалам дела платежным поручением от 21 июня 2019. Договор не противоречит закону, его условия согласованы сторонами исходя из принципа свободного формирования условий договора в соответствии со своей волей и на свое усмотрение (статья 421 Гражданского кодекса РФ).

Истец ФИО2, в подтверждение заявленного довода о недействительности договора займа от 20.06.2019 указывает на то, что направленные на расчетный счет ООО КПП «ВНИКО+» в качестве суммы займа денежные средства в размере 30 000 000 рублей были, в свою очередь, получены ООО НПП «ВНИКО» по договору займа №17-06/2019, заключенного с ИП ФИО8 17.06.2019. Соответственно, как указывает ФИО2, фактическим заемщиком в размере суммы 30 ООО ООО по договору займа №17-06/2019 должно выступать именно ООО НПП «ВНИКО+».

Проанализировав условия договора займа №17-06/2019, заключенного 17.06.2019 между ИП ФИО8 и ООО НПП ВНИКО, судом установлено, что заимодавец предоставляет в собственность заемщика (ООО НПП «ВНИКО») денежные средства в размере 50 000 000 рублей со сроком возврата до 17.08.2019. За пользование заемными денежными средствами заемщик выплачивает заимодавце проценты из расчета 24% годовых (пункт 2.1. договора займа).

Полученные по договору займа №17-06/2019 от 17.06.2019 заемные денежные средства были возвращены ООО НПП «ВНИКО» заимодавцу ИП ФИО8 платежным поручением №1121 от 17.10.2019 на сумму 50 000 000 рублей, что не оспаривается сторонами.

Платежными поручениями: п/п № 984 от 18.09.2019 на сумму 3 000 000 рублей, п/п №1210 от 20.11.2019 на сумму 495 000 рублей, п/п № 1223 от 20.11.2019 на сумму 1 500 000 рублей, п/п №1240 от 27.11.2019 на сумму 3 834 700 рублей, п/п №1239 от 29.11.2019 на сумму 2 800 000 рублей, п/п №1253 от 02.12.2019 на сумму 1 995 000 рублей, п/п от 02.12.2019 на сумму 3 305 ООО рубле, а всего на сумму 16 929 700 рублей, ООО НПП «ВНИКО» перечислило ИП ФИО8 начисленные за пользование суммой займа проценты в размере 3 888 000 рублей, а также предусмотренную пунктом 3.1. договора займа от 17.06.2019 неустойку за несвоевременный возврат суммы займа в размере 13 041 700 рублей.

В рамках заключенного между ООО НПП «ВНИКО» и ООО НПП «ВНИКО+» договора займа №3/3-19 от 20.06.2019 заимодавцем на расчетный счет заемщика были перечислены денежные средства в размере 30 000 000 рублей, что подтверждается платежным поручением от 21 июня 2019, выписками по расчетному счету ООО НПП «ВНИКО+», ОООНПП «ВНИКО».

Согласно п.1.2 договора займа №3/3-19 от 20.06.2019 за пользование заемными денежными средствами начисляются проценты из расчета 28% годовых. Срок возврата суммы займа определен сторонами договора 11 месяцев с момента фактического перечисления суммы займа на расчетный счет заемщика.

Согласно пункту 2.6 договора от 20.06.2019 заемщик имеет право досрочно в любое время осуществить возврат займа денежных средств заемщику как полностью, так и частично.

Согласно представленным в материалы дела платежным поручениям ООО НПП «ВНИКО+» осуществлялось досрочное частичное погашение займа с начисляемыми за пользование заемными средствами проценты: платежное поручение №27 от 11.07.2019 на сумму 1500 000 руб., платежное поручение №28 от 30.07.2019 на сумму 1 000 000 руб., платежное поручение №29 от 31.07.2019 на сумму 1 000 000 руб., платежное поручение №30 от 01.08.2019 на сумму 500 000 руб., платежное поручение №31 от 07.08.2019 на сумму 1 500 ООО руб., платежное поручение №57 от 09.09.2019 на сумму 1 000 000 руб., №64 от 16.09.2019 на сумму 500 ООО руб., платежное поручение №79 от 08.10.2019 на сумму 2 000 000 руб., платежное поручение №90 от 16.10.2019 на сумму 500 ООО руб., платежное поручение № 99 от 24.10.2019 на сумму 6 100 000 руб., платежное поручение №107 от 28.10.2019 на сумму 300 000 руб., платежное поручение №117 от 01.11.2019 на сумму 500 000 руб., платежное поручение №118 от 05.11.2019 на сумму 2 500 000 руб., №130 от 11.11.2019 на сумму 500 000 руб., платежное поручение №141 от 21.11.2019 на сумму 3 000 000 руб., платежное поручение №162 от 27.11.2019 на сумму 4 000 000 руб., платежное поручение №161 от 27.11.2019 на сумму 3 000 000руб., платежное поручение №168 от 02.11.2019 на сумму 3 337 613 руб.

Полное погашение суммы займа по договору №3/3-19 от 20.06.2019 было произведено заемщиком 02 ноября 2019 с перечислением процентов за пользование заемными денежными средствами в размере 2 747 613 рублей.

Таким образом, правоотношения по договору займа №17-06/2019, заключенного 17.06.2019 между ИП ФИО8 и ООО НПП «ВНИКО», не являются идентичными заемным отношениям между ООО НПП «ВНИКО» и ООО НПП «ВНИКО+» по договору займа №3/3-19 от 20.06.2019 ни по субъектному составу, ни по условиям указанных договоров, включая сумму займа, начисляемые на сумму займа проценты, сроки возврата суммы займа с начисленными процентами. Полное погашение ООО НПП «ВНИКО» суммы займа, полученной по договору от 17.06.2019, было произведено 17.10.2019 путем перечисления на расчетный счет ИП ФИО8 в день поступления денежных средств от ООО «Газпром добыча Астрахань» в размере 71 761 590.36 руб.

Полный расчет по договору займа №3/3-19 от 20.06.2019 был произведен ООО НПП «ВНИКО+» 02.11.2019.

Как следует из разъяснений в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Согласно положениям пункта 6 статьи 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна бьша знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Соответствующий иск может быть удовлетворен в том случае, если совершение сделки повлекло за собой возникновение неблагоприятных последствий для истца как участника общества, что привело к нарушению прав и охраняемых законом интересов последнего, и целью обращения в суд является восстановление этих нарушенных прав и интересов. Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», по смыслу пункта 1.1 статьи 84 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и абзацев четвертого -шестого пункта 6 статьи 45 Закона № 14-ФЗ, содержащаяся в них презумпция ущерба от совершения сделки подлежит применению только при условии, что другая сторона оспариваемой сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

Таким образом, при оспаривании ФИО2 договора займа от 20.06.2019 по основанию нарушения одобрения сделки с заинтересованностью подлежит применению опровержимая презумпция причинения ущерба.

Таких доказательств ФИО2 суду не представлено .

Требования ФИО2 в качестве применения последствий недействительным как притворного договора займа 3/3-19 от 20.06.2019 года в виде признания факта распространения прав и обязанностей договора займа №17-06\2019 от 17.06.2019 года на ООО НПП «ВНИКО» в части суммы займа в размере 30 000 000 рублей также не подлежит удовлетворению по причине отказа в признании недействительным самого договора займа в связи фактическим прекращением правоотношений до вынесения решения суда по делу, а также по тем основаниям, что заявляя о применении таких последствий истец ФИО2 выходит за рамки своей правоспособности, так как данное требование не направлено на защиту прав и законных интересов ООО НПП «ВНИКО». Правоотношения между ООО «НПП «ВНИКО+» и третьими лицами, не могут быть предметом защиты корпоративных прав участника ООО НПП «ВНИКО».

С учетом изложенного, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Расходы по оплате государственной пошлины, понесенные при подаче иска по правилам статьи 110 АПК РФ подлежат отнесению на истца как на проигравшую сторону.

Руководствуясь статьями 167-170,176,225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.



СудьяГ.Б. Казаченко