Постановление от 16 июля 2025 г. по делу № А55-30103/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-2615/2025

Дело № А55-30103/2023
г. Казань
17 июля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 03 июля 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 17 июля 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Богдановой Е.В.,  Самсонова В.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу                  финансового управляющего ФИО1 ФИО3 Юрьевны

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2025

по делу № А55-30103/2023

по заявлению общества с ограниченной ответственностью ООО ПКО «Голиаф» о включении требования в реестр требований кредиторов по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 27.09.2023 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 08.11.2023 ФИО1 (далее – ФИО1, должник) признан несостоятельным (банкротом), арбитражным управляющим должника утверждена ФИО3 (далее – финансовый управляющий ФИО3).

Общество с ограниченной ответственностью  ПКО «Голиаф» (далее – кредитор ООО ПКО «Голиаф») обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просит включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ООО ПКО «Голиаф» в размере 83 462,16 руб.

Одновременно кредитором заявлено о восстановлении срока для включения требования в реестр требований кредиторов третьей очереди.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 11.11.2024 в удовлетворении ходатайства ООО ПКО «Голиаф» о восстановлении срока для предъявления требований кредитора отказано.

 Требование ООО ПКО «Голиаф» в размере 83 462,16 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника ФИО1

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2025 определение Арбитражного суда Самарской области от 11.11.2024 по делу А55-30103/2023 отменено. Принят по делу новый судебный акт.

 Требование ООО ПКО «Голиаф» в размере 83 462,16 руб. признано обоснованным, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО1

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной  жалобой, в которой просит постановление апелляционного суда отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы финансовым управляющим указано, что кредитором пропущен срок на предъявление требования о включении в реестр требований кредиторов должника; исполнительное производство было окончено до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) и  положение пункта 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 59 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "Об исполнительном производстве" применению не подлежит.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, требование заявителя основано на вступившем в законную силу решении Октябрьского районного суда г. Самары от 02.11.2015 по делу №2-5811/15, которым с ФИО1 в пользу ПАО «БИНБАНК» взыскана задолженность по кредитному договору <***> от 30.06.2014 в размере 83 462,16 руб. и расходы по оплате госпошлины в размере 2 703,86 руб., выдан исполнительный лист.

Определением Октябрьского районного суда г. Самары от 15.05.2019 по делу №2-5811/15 произведена замена взыскателя с ПАО «БИНБАНК» на ООО «Голиаф» в исполнительном производстве по исполнительному документу, выданному Октябрьским районным судом г. Самары по гражданскому делу №2-5811/15 по иску ПАО «БИНБАНК» к ФИО1 о взыскании кредитной задолженности.

На основании выданного исполнительного листа 26.03.2020 возбуждено исполнительное производство № 7150/20/63039-ИП.

Судом  первой инстанции установлено, что сообщение о признании должника банкротом и введении процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в печатном издании «КоммерсантЪ»                  № 215(7660) от 18.11.2023; в ЕФРСБ № 12917861 от 10.11.2023.

Реестр требований кредиторов закрыт по истечении двух месяцев с указанной даты – 18.01.2024.

Требование кредитора направлено в Арбитражный суд Самарской области через систему подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» 08.07.2024, то есть за пределами установленного двухмесячного срока с даты опубликования сведений о признании должника банкротом.

Судом первой инстанции установлено, что исполнительное производство № 7150/20/63039-ИП окончено 05.05.2023 до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника (27.09.2023).

Отказывая в удовлетворении ходатайства кредитора о восстановлении пропущенного срока, суд первой инстанции указал, что процедура банкротства является публичной, сведения о введении процедуры банкротства публикуются в издании «Коммерсантъ», размещаются в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве; судебные акты арбитражного суда по делам о банкротстве публикуются на федеральном ресурсе «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет.

Финансовым управляющим во исполнение указанных требований осуществлена публикация сообщения о судебном акте о признании должника несостоятельным (банкротом).

В соответствии с действующим законодательством включение в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и публикация в официальном печатном издании информации о признании гражданина банкротом и введении реализации его имущества является надлежащим извещением всех кредиторов должника.

 Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что кредитором пропущен установленный на предъявление требований кредиторов двухмесячный срок, при этом доводы кредитора о несвоевременном получении от финансового управляющего соответствующего уведомления значения при рассмотрении ходатайства о восстановлении пропущенного срока не имеют.

Суд апелляционной инстанции не согласился с вышеуказанными выводами суда первой инстанции в силу следующего.

В целях всестороннего и полного исследования материалов дела и проверки доводов апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции сделал запрос в службу судебных приставов ОСП Октябрьского района           г. Самары для выяснения даты направления исполнительного листа взыскателю.

Согласно ответу службы судебных приставов, исполнительный                                 документ об окончании исполнительного производства                                          № 7150/20/63039-ИП от 26.03.2020 направлен взыскателю (почтовый идентификатор № 80101706524329).

Из отчета об отслеживании отправления с почтовым идентификатором № 80101706524329 с сайта Почта России, письмо от ГУФССП РОССИИ ПО САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ (ОСП Октябрьского района г. Самары УФССП России по Самарской области) в адрес ООО ПКО «Голиаф» направлено 19.02.2025, прибыло в место вручения 24.02.2025, направлено извещение 24.02.2025, вручено адресату 28.02.2025.

Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что  по окончании исполнительного производства исполнительный лист не был направлен заявителю ООО ПКО «Голиаф» своевременно, а лишь в феврале 2025, когда ОСП Октябрьского района г. Самары получил запрос по этому поводу от Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда.

Апелляционный суд отметил, что принимая во внимание отсутствие доказательств своевременного направления исполнительного листа взыскателю и учитывая, что при прекращении исполнения требования взыскателя в исполнительном производстве правовое значение имеют обстоятельства, связанные с направлением арбитражным управляющим извещения взыскателю, ООО ПКО «Голиаф» имело достаточные основания для ожидания уведомления от финансового управляющего.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции,  пришел к выводу о том, что требование ООО ПКО «Голиаф» подтверждено судебным актом суда общей юрисдикции и было предъявлено для исполнения в службу судебных приставов, в связи с чем, срок на предъявление такого требования исчисляется с момента уведомления финансовым управляющим о получении им соответствующих исполнительных документов и о необходимости заявления кредитором требования в рамках дела о банкротстве.

Следовательно, добросовестность поведения кредитора                          ООО ПКО «Голиаф» не может определяться добросовестностью действий службы судебных приставов.

 Финансовый управляющий не представил доказательств направления им уведомления в адрес ООО ПКО «Голиаф» о необходимости предъявления требования в рамках дела о банкротстве должника ФИО1

В тоже время доказательств своевременного направления службой судебных приставов исполнительного листа и постановления об окончании исполнительного производства кредитору также не представлено.

 Таким образом, из имеющихся в материалах дела документов апелляционный суд установил, что заявитель ранее не был осведомлен о банкротстве должника ФИО1 и был проинформирован только после закрытия реестра требований кредиторов должника, тем самым, срок предъявления ООО ПКО «Голиаф» требования к ФИО1 не может считаться пропущенным.

Арбитражный суд Поволжского округа находит, что выводы, содержащиеся в обжалованном судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" разъяснено, что по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве). Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

В соответствии с абзацем 8 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан уведомлять кредиторов, а также кредитные организации, в которых у гражданина-должника имеются банковский счет и (или) банковский вклад, включая счета по банковским картам, и иных дебиторов должника о введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина не позднее чем в течение пяти рабочих дней со дня, когда финансовый управляющий узнал о наличии кредитора или дебитора.

Кроме того, согласно пункту 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 59 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "Об исполнительном производстве" судам необходимо иметь в виду, что передача исполнительных документов конкурсному управляющему в соответствии с частью 5 статьи 96 Закона об исполнительном производстве не освобождает конкурсных кредиторов и уполномоченные органы, чьи требования подтверждаются исполнительными документами, от предъявления названных требований в суд, рассматривающий дело о банкротстве, на основании пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве. Поскольку конкурсный управляющий обязан действовать и в интересах кредиторов (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), он обязан незамедлительно уведомить лиц, являющихся взыскателями, о получении им соответствующих исполнительных документов и о необходимости заявления кредиторами требований в рамках дела о банкротстве. Срок на предъявление требований такими лицами в деле о банкротстве начинает исчисляться не ранее даты направления им указанного уведомления конкурсным управляющим.

Таким образом, к требованиям кредиторов, на принудительное исполнение которых выдан исполнительный лист, предусмотрен особый порядок исчисления срока предъявления требований, который исчисляется с даты направления конкурсным управляющим кредитору уведомления о получении исполнительного документа и необходимости заявления кредитором требования в рамках дела о банкротстве.

Указанные разъяснения подлежат применению как при банкротстве юридических лиц, так и при банкротстве физических лиц.

Согласно части 6 статьи 47 Закона об исполнительном производстве копии постановления судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства не позднее дня, следующего за днем его вынесения, направляются взыскателю и должнику; в суд, другой орган или должностному лицу, выдавшим исполнительный документ.

Довод финансового управляющего о том, что положение пункта 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 59 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "Об исполнительном производстве" не применяется при рассмотрении заявленного требования, подлежит отклонению, поскольку, признавая уважительными причины пропуска срока для предъявления требования  кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника, суд апелляционной инстанции обоснованно установил отсутствие доказательств, подтверждающих направление финансовым управляющим в адрес кредитора уведомления о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры банкротства в соответствии с абзацем 8 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, несмотря на то, что процедура банкротства должника является публичной, сведения о введении любой процедуры банкротства публикуются в электронной и бумажной версиях издания «Коммерсантъ», размещаются в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, а судебные акты арбитражного суда по делам о банкротстве публикуются на общедоступном официальном федеральном информационно-справочном ресурсе «Картотека арбитражных дел», законодатель и судебная практика исходят из того, что взыскатель, поручивший исполнение судебного решения государственной службе, специально созданной для этих целей, имеет разумные ожидания того, что он будет проинформирован путем индивидуального извещения об объективной невозможности продолжения процедуры взыскания, начатой по его заявлению, в связи с банкротством должника.

Из правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.04.2019 № 305-ЭС18-23717, следует, что при прекращении исполнения требования взыскателя в исполнительном производстве, о котором кредитор узнает после открытия процедуры конкурсного производства (реализации имущества), для правильного определения начала течения срока закрытия реестра требований кредиторов правовое значение имеет не момент опубликования информационного сообщения о введении процедуры, а обстоятельства, связанные с направлением арбитражным управляющим извещения взыскателю, его индивидуальная осведомленность о банкротстве должника и необходимости обращения с требованием в реестр требований кредиторов.

Судом апелляционной инстанции обоснованно сделаны выводы о том, что направление арбитражным управляющим извещения взыскателю отсутствует, доказательств того, что службой судебных приставов своевременно была направлена копия постановления об окончании исполнительного производства в адрес ООО ПКО «Голиаф» и кредитор был заблаговременно осведомлен как об окончании исполнительного производства, так и о возбуждении дела о банкротстве должника в материалах дела не представлено, недобросовестность кредитора в настоящем обособленном споре не установлена, признаков злоупотребления правом со стороны кредитора не выявлено.

Таким образом, принимая во внимание добросовестное поведение кредитора,  установив, что в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие об отсутствии у ООО ПКО «Голиаф» объективной возможности обратиться с требованием до закрытия реестра требований кредиторов должника, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу об уважительности причин пропуска предъявления кредитором требования и необходимости включения требования ООО ПКО «Голиаф» в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не могут служить основанием для отмены или изменения принятого судебного акта, поскольку несогласие заявителя жалобы с выводом суда не свидетельствует о нарушении норм материального и процессуального права.

Полномочий для переоценки доказательств, а также сделанных судом апелляционной инстанции на их основании выводов, суд округа в силу части 3 статьи 286 АПК РФ не имеет.

Государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы в размере  20 000 руб. подлежит взысканию с ФИО1 в доход федерального бюджета на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2025 по делу № А55-30103/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 20 000 рублей за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                              П.П. Васильев


Судьи                                                                            Е.В. Богданова


В.А. Самсонов