Постановление от 19 января 2025 г. по делу № А63-17206/2022

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-17206/2022
г. Краснодар
20 января 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 января 2025 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Илюшникова С.М. и Резник Ю.О., при участии в судебном заседании от ФИО1 – ФИО2 (доверенность                          от 16.05.2023), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 21.11.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2024 по делу № А63-17206/2022, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного производственного кооператива «Архангельский» (далее – должник, кооператив)                                      ФИО1 (далее – заявитель, кредитор) обратился в арбитражный суд с заявлением о включении реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме                          46 173 600 рублей.

Определением суда от 21.11.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 22.10.2024, заявление удовлетворено частично. Требования кредитора в сумме 44 260 594 рублей 70 копеек, из которых 38 160 тыс. рублей основного долга, 6 100 594 рубля 70 копеек процентов за пользование займом признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона                        от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

В кассационной жалобе заявитель просит определение суда и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт о включении требований ФИО1 в третью очередь реестра требований кредиторов должника или направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Податель жалобы указывает, что суд апелляционной инстанции оставил без внимания дополнительные доказательства отсутствия аффилированности ФИО1 по отношению к должнику; суды не рассмотрели доводы ФИО1 о том, что он утратил право быть членом СПК «Архангельский» с момента расторжения трудового договора и выхода на пенсию, его членство в кооперативе является формальным и в настоящее время оспаривается (дело № А63-14189/2023); суды не раскрыли обстоятельства контроля ФИО1 над деятельностью должника после его увольнения; неистребование займа обусловлено неистечением срока действия договора; доля участия ФИО1 в уставном капитале должника составляет 5,88 %, что не позволяет отнести его к лицам, аффилированным по отношению к должнику; требования ФИО1 составляют 6,77 % от общего размера реестра и не позволяют контролировать процедуру банкротства.

Отзывы на кассационную жалобу не поступили.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты отменить, кассационную жалобу – удовлетворить.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Предметом кассационного обжалования явилось определение очередности удовлетворения требований заявителя. В силу части 1 статьи 286 Кодекса законность обжалуемого судебного акта проверяется судом в указанной части.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установили суды, СПК «Архангельский» обратился в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 17.01.2023 (резолютивная часть определения объявлена 10.01.2023) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3 Сведения о введении в отношении должника указанной процедуры банкротства опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 21.01.2023      № 77034153811 и в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 16.01.2023                          № 10531561.

17 декабря 2019 года ФИО1 (займодавец) и должник (заемщик) заключили договор займа, согласно которому заимодавец обязался передать заемщику денежные средства в сумме 38 160 тыс. рублей, а заемщик обязался вернуть сумму займа и уплатить проценты за пользование займом в срок до 16.12.2022 (пункты 1, 5). Процентная ставка за пользование денежными средствами составляет 7 % годовых              (пункт 3).

Денежные средства, предоставленные ФИО1 должнику по договору, поступили на расчетный счет кооператива, открытый в ПАО «МинБанк», что подтверждается платежными поручениями от 17.12.2019 № 1352, от 14.01.2020 № 122.

Поскольку должник возврат заемных средств в согласованные сторонами сроки не осуществил, проценты за пользование займом не уплатил, заявитель обратился в суд.

Признавая требования заявителя обоснованными в части, суды руководствовались статьями 65, 71 и 223 Кодекса, статьями 9.1, 19, 71, 142, 148 Закона о банкротстве, правовой позицией изложенной в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор судебной практики от 29.01.2020), постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона                     от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 44), и пришли к выводу о том, что состав, размер требований кредитора подтверждены материалами дела, однако, поскольку на момент предоставления займа должник находился в состоянии имущественного кризиса, принимая во внимание аффилированность кредитора по отношению к должнику суды сочли указанные обстоятельства достаточными для понижения очередности удовлетворения требования кредитора, до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суды обоснованно исходили из следующего.

В силу статьи 223 Кодекса, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным статьями 71 и 100 названного закона, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления                Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника – банкрота, предъявляются повышенные требования.

В предмет доказывания по спорам об установлении обоснованности и размера требований кредиторов входит оценка сделки на предмет ее заключенности и действительности, обстоятельств возникновения долга, о реальности возникших между сторонами правоотношений, установления факта наличия (отсутствия) общих хозяйственных связей между кредитором и должником, экономической целесообразности заключения сделки, оценка поведения сторон с точки зрения наличия или отсутствия злоупотребления правом при заключении сделки (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.08.2020 № 308-ЭС19-9133 (15), от 15.09.2020 № 308-ЭС19-9133 (10)).

Признавая заявленные требования в размере 38 160 тыс. рублей основного долга обоснованными суды исходили из того, что наличие реальных договорных отношений, финансовой состоятельности кредитора и факт задолженности подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами.

Отказывая в удовлетворении требований в части начисления процентов за пользование заемными денежными средствами по договору от 17.12.2019 после 31.03.2022, суды двух инстанций исходили из того, что в рассматриваемом случае проценты не начисляются с начала действия моратория (01.04.2022), введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», в том числе в период с момента окончания моратория, срок действия которого истек 02.10.2022, и до момента возбуждения дела о банкротстве (в настоящем случае 21.10.2022), а также в период банкротства.

Учитывая, что дело о банкротстве СПК «Архангельский» возбуждено в течение трех месяцев после прекращения действия моратория, обязательства перед                     ФИО1 возникли до введения моратория, в этой связи суды пришли к выводу, что в данном случае подлежали применению положения статьи 9.1 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений пункта 10 постановления Пленума № 44, в связи с чем, сумма процентов за пользование заемными средствами по договору составила 6 100 594 рубля 70 копеек.

Выводы в части обоснованности требований не обжалуются, в связи с чем судом округа не проверяются.

При разрешении вопроса об очередности удовлетворения заявленных требований, суды руководствовались следующим.

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника.

При подозрении на аффилированность сторон, кредитор, предъявляющий требование к должнику, должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления внешне безупречных доказательств исполнения сделок с целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) и от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что противоречит стандарту добросовестного осуществления прав.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016             № 308-ЭС16-1475).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики           от 29.01.2020, аффилированность кредитора по отношению к должнику сама по себе не исключает возможность включения требования заинтересованного кредитора в реестр требований кредиторов, но может повлиять на очередность удовлетворения такого требования.

В пункте 3 Обзора от 29.01.2020 указано, что требования контролирующего должника лица подлежат субординации, в частности, если они возникли в условиях имущественного кризиса должника.

Как разъяснено в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020 контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее – компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункт 8 статьи 63 Гражданского кодекса.

Согласно абзацу 4 пункта 3.2 Обзора от 29.01.2020 невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статьи 813 Гражданского кодекса), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Как установили суды, и следует из открытых данных информационной системы «Картотека арбитражных дел», вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу, установлено, что по итогам 2019 года балансовая стоимость активов должника составляла 461 095 тыс. рублей, при этом обязательства превышали активы и составляли 487 229 тыс. рублей, в том числе краткосрочные –392 253 тыс. рублей. Величина капитала общества по итогам 2019 года имела отрицательное значение                       (– 26 134 тыс. рублей); деятельность характеризовалась непокрытым убытком в сумме                26 134 тыс. рублей. Динамика чистых активов должника с 2019 года до 2022 года имела отрицательное значения (по итогам 2019 года – 26 124 тыс. рублей, 2020 года –                      38 526 тыс. рублей, 2021 года – 140 885 тыс. рублей); экономические показатели его деятельности свидетельствуют об убыточности с 2019 года и недостаточности стоимости активов для расчетов по имеющимся обязательствам.

Согласно информационному ресурсу «Банк данных исполнительных производств» с 31.12.2019 на принудительном исполнении в структурных подразделениях ГУФССП России по Ставропольскому краю находилось 6 исполнительных производств, возбужденных в отношении СПК «Архангельский», общая сумма взыскания по которым составляла 19 539 200 рублей 46 копеек.

При этом, из материалов электронного дела усматривается, что на момент заключения договора займа у СПК «Архангельский» имелись неисполненные обязательства начиная с 2017 года перед иными кредиторами. С указанного периода времени кооператив систематически прибегал к получению заемных денежных средств, в том числе от аффилированных с ним лиц. В рамках настоящего дела о банкротстве заявлены требования по меньшей мере 12 кредиторов, основанные на договорах займа на общую сумму более 180 млн. рублей.

В то же время, в период с 11.02.1987 по 22.03.2010 ФИО1 являлся директором и председателем кооператива, а также членом СПК «Архангельский». Кроме того, ФИО1 до настоящего времени является участником указанного кооператива, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

При таких обстоятельствах суды пришли к выводу, что как до, так и после заключения договора займа, ФИО1 являлся заинтересованным/аффилированным лицом по отношению к СПК «Архангельский».

Суды установили, что денежные средства, предоставленные ФИО1 кооперативу по договору займа, израсходованы на погашение кредитных обязательств СПК «Архангельский» перед ПАО «МинБанк» по договорам от 03.05.2017 № 04-275,                  от 03.10.2018 № МСХ 02-332 и на иные хозяйственные нужды, что подтверждается выпиской по счету № 407…119.

При изложенных обстоятельствах суды заключили о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса в момент предоставления займа ФИО1

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Кодекса имеющиеся в материалах дела доказательства, руководствуясь вышеназванными нормами права и разъяснениями к ним, а также правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики от 29.01.2020, принимая во внимание предоставление займа на длительный срок на значительную сумму без установления регулярных выплат и заключения обеспечительных сделок, невостребование заинтересованным лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование, предусмотренного договором или законом, суды двух инстанций констатировали, что заявленная задолженность не отвечает критериям обычных хозяйственных отношений, в рассматриваемом случае фактически имело место финансирование со стороны кредитора, направленное на обеспечение предпринимательской деятельности должника, осуществляемого путем пополнения его активов.

Учитывая названные обстоятельства, суды пришли к выводу, что предоставление должнику денежных средств по договору займа фактически являлось компенсационным финансированием, в связи с чем, требование заявителя не может быть учтено в реестре требований кредиторов наравне с иными независимыми кредиторами должника и подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Довод подателя жалобы об отсутствии у кредитора статуса учредителя/члена кооператива был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и обоснованно им отклонен как несостоятельный, поскольку опровергается материалами дела.

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводов суда первой и апелляционной инстанций не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку по своей сути касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, основаны на ином толковании норм права, подлежащих применению при рассмотрении спора; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и получившим надлежащую правовую оценку с подробным изложением мотивов их отклонения.

Нормы права при разрешении спора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 21.11.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2024 по делу № А63-17206/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

Н.А. Сороколетова

Судьи

С.М. Илюшников


Ю.О. Резник