Постановление от 26 сентября 2018 г. по делу № А56-17507/2015

/


АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


26 сентября 2018 года

Дело №

А56-17507/2015

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Бычковой Е.Н., Тарасюка И.М.,

при участии от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Эарос» Титовой Л.Н. представителя Егоровой Е.А. (доверенность от 20.09.2018), от Прошевой В.Г. представителя Слугина Е.Д. (доверенность от 02.10.2017),

рассмотрев 24.09.2018 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Прошевой Вероники Геннадьевны (Санкт-Петербург) на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2018 по делу № А56-17507/2015 (судьи Копылова Л.С., Медведева И.Г., Тойвонен И.Ю.),

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.05.2015 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Эарос», место нахождения: 192029, Санкт-Петербург, Смоленский пр., д. 2, ОГРН 1089847352176, ИНН 7842393651 (далее – Общество, должник), введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Бухаров Дмитрий Юрьевич.

Решением суда от 04.12.2015 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего возложены на Бухарова Д.Ю.

Определением суда от 31.03.2016 конкурсным управляющим утвержден Бухаров Д.Ю.

Определением от 19.01.2017 Бухаров Д.Ю. освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением суда от 02.03.2017 конкурсным управляющим утверждена Титова Любовь Николаевна.

Конкурсный управляющий Титова Л.Н. 31.07.2017 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), просила признать недействительным заключенный 24.02.2015 Обществом и Прошевой Вероникой Геннадьевной договор купли-продажи автомобиля - грузового фургона, «Рено Мастер», модель Renault Master 2012 года выпуска, VIN VFIMAF6CH46839593, государственный номер B861ММ178, цвет кузова – белый.

В порядке применения последствий недействительности сделки заявитель просил взыскать с Прошевой В.Г. в пользу должника 670 000 руб.

Определением суда первой инстанции от 27.12.2017 (судья Кулаковская Ю.Э.) в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2018 указанное определение отменено, принят новый судебный акт, которым договор купли-продажи от 24.02.2015 признан недействительным, в порядке применения последствий его недействительности с Прошевой В.Г. в пользу должника взыскано 670 000 руб.

В кассационной жалобе Прошева В.Г., ссылаясь на допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального о процессуального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление от 06.06.2018, а определение от 27.12.2017 – оставить в силе.

Податель жалобы не согласен с выводом суда апелляционной инстанции о том, что конкурсный управляющим Титовой Л.Н. не пропустила срок исковой давности. По мнению Прошевой В.Г., указанный срок следует исчислять с даты, когда конкурсный управляющий Бухаров Д.Ю. имел юридическую возможность узнать о нарушенном праве; так как в выписке публичного акционерного общества «Сбербанк» по счету должника по состоянию на 12.08.2015 отражена операция по перечислению 25.09.2014 закрытому акционерному обществу «Европлан» (далее – ЗАО «Европлан») 10 000 руб. с назначением платежа «лизинговый платеж по договору», Прошева В.Г. считает, что с заявлением о признании сделки недействительной конкурсный управляющий Бухаров Д.Ю. мог обратиться до августа 2016 года.

Податель жалобы полагает, что представленный конкурсным управляющим отчет № 400/17 об оценке спорного автомобиля является недостоверным и подлежит исключению из числа доказательств, так как не является экспертным заключением, полученным в ходе судебного разбирательства; транспортное средство не осматривалось оценщиками, предметом исследования являлись автомобили с иными характеристиками пробега, годом выпуска и объемом двигателя; отчет составлен по состоянию цен на дату проведения оценки – 29.09.2017.

По мнению Прошевой В.Г., апелляционный суд не учел рецензионное заключение № РЗ 2010-1\17, подготовленное обществом с ограниченной ответственность «Хонест», согласно которому в отчете № 400/17 не учтены качественные характеристики объекта оценки.

Кроме того, податель жалобы не согласен с выводами апелляционного суда о допущенном сторонами сделки при ее совершении злоупотреблении правом и квалификации спорной сделки по основаниям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), о существенном занижении рыночной стоимости спорного автомобиля.

В судебном заседании представитель Прошевой В.Г. поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе, а представитель конкурсного управляющего Титовой Л.Н. возражал против удовлетворения жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Общество (продавец) и Прошева В.Г. (покупатель) 24.02.2015 заключили договор купли-продажи транспортного средства, согласно которому продавец передал в собственность покупателя автомобиль - грузовой фургон, «Рено Мастер», модель Renault Master 2012 года выпуска, VIN VFIMAF6CH46839593, государственный номер B861ММ178, цвет кузова – белый.

В соответствии с пунктом 2.1 договора цена транспортного средства составила 35 800 руб.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий Титова Л.Н. сослалась на то, что автомобиль был продан Прошевой В.Г. по существенно заниженной цене, в связи с чем имеются предусмотренные пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) основания для признания договора купли-продажи от 24.02.2015 недействительным.

В обоснование своих доводов конкурсный управляющий Титова Л.Н. представила отчет № 40017 об оценке, подготовленный специалистами общества с ограниченной ответственностью «Городская экспертиза», согласно которому рыночная стоимость транспортного средства соответствующей модели и года выпуска составила 670 000 руб., сведения, опубликованные на сайте www.avto.ru, согласно которым минимальная рыночная стоимость автомобиля с аналогичными характеристиками составила 877 684 руб.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, Прошева В.Г. заявила о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Суд первой инстанции посчитал, что заявителем не доказано наличие предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемого договора недействительным.

Суд также согласился с доводом Прошевой В.Г. о пропуске заявителем срока исковой давности, в связи с чем определением от 27.12.2017 отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего Титовой Л.Н.

Апелляционный суд пришел к выводу, что определение от 27.12.2017 принято о правах и обязанностях собственника автомобиля Монахова Юрия Олеговича и бывшего генерального директора должника Прошева Романа Валерьевича, не привлеченных к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора, и 03.04.2018 вынес определение о переходе к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, привлек Монахова Ю.О. и Прошева Р.В. к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Основанием для отмены указанного определения и принятия судебного акта об удовлетворении заявления конкурсного управляющего Титовой Л.Н. послужили выводы апелляционного суда о наличии предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10 и 168 ГК РФ оснований для признания оспариваемого договора недействительным.

Проверив законность определения от 27.12.2017 и постановления от 06.06.2018 исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе Прошевой В.Г. и возражениях конкурсного управляющего Титовой Л.Н., Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В данном случае оспариваемый конкурсным управляющим Титовой Л.Н. договор купли-продажи заключен должником и Прошевой В.Г. 24.02.2015, то есть менее чем за 2 месяца до принятия арбитражным судом к производству заявления о банкротстве Общества (07.04.2015).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 32 Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 этого Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требуемую от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230 по делу № А40?125977/2013, в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве течение срока исковой давности начинается с того момента, когда конкурсный управляющий реально имел возможность узнать не только о самом факте совершения оспариваемой сделки, но и о том, на каких условиях она совершена, чтобы определить, причинен ли вред кредиторам.

Как следует из материалов дела, Общество признано несостоятельным (банкротом) решением суда от 04.12.2015, с заявлением о признании оспариваемого договора недействительным конкурсный управляющий Титова Л.Н. обратилась в арбитражный суд 31.07.2017.

Вместе с тем апелляционный суд не усмотрел оснований для применения исковой давности, о применении которой заявила Прошева В.Г.

При этом апелляционный суд исходил из того, что конкурсный управляющий Бухаров Д.Ю. принимал необходимые меры для получения информации об отчуждении спорного транспортного средства, которая скрывалась бывшим генеральным директором Общества Прошевым Р.В., являющимся супругом Прошевой В.Г.

Довод Прошевой В.Г. том, что конкурсный управляющий Бухаров Д.Ю. имел возможность узнать о спорной сделке ранее, обоснованно отклонен апелляционным судом как противоречащий представленным доказательствам, подтверждающих наличие препятствий для получения конкурсным управляющим информации и документов, относящихся к спорной сделке.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы апелляционного суда об отсутствии оснований для вывода о пропуске конкурсным управляющим Титовой Л.Н. срока исковой давности, о применении которого заявлено Прошевой В.Г., соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм материального права.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 указанной статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Согласно правой позиции, сформированной в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», для квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Как установлено судом апелляционной инстанции, должник приобрел спорный автомобиль по договору лизинга № 545674-ФЛ/СПБ-12, заключенному 15.06.2012 с ЗАО «Европлан».

Согласно пункту 4.4.1 договора от 15.06.2012 и акту от 29.06.2012 № СПБ1000185 о постановке на учет транспортного средства его стоимость составила 1 790 460,07 руб.

Общество 23.01.2015 в лице генерального директора Прошева Р.В. выкупило спорный автомобиль по остаточной цене – 140 653,40 руб. и без оформления перехода права собственности на указанный автомобиль к должнику 24.02.2015 продало его супруге Прошева Р.В. - Прошевой В.Г. за 35 800 руб.

Апелляционным судом также установлено, что рыночная цена автомобиля на дату заключения оспариваемого договора составляла 670 000 руб., таким образом, указанный автомобиль отчужден должником по цене, которая значительно ниже его рыночной стоимости.

Поскольку приобретателем спорного имущества является Прошева В.Г. - супруга бывшего генерального директора Общества Прошева Р.В., и они имеют совместного ребенка, апелляционный суд, руководствуясь пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве пришел к выводу о том, что оспариваемый договор заключен должником с заинтересованным лицом.

Указанные обстоятельства послужили основанием для вывода о наличии признаков злоупотребления правом при заключении оспариваемого договора со стороны Прошевой В.Г.

По мнению суда кассационной инстанции, указанный вывод соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Судом апелляционной инстанции установлено, что имущество, приобретенное Прошевой В.Г. у должника по оспариваемой сделке, впоследствии реализовано третьему лицу, в связи с чем возврат указанного имущества в натуре в конкурсную массу невозможен.

При определении действительной стоимости отчужденного по оспариваемому договору автомобиля апелляционный суд исходил из сведений, содержащихся в отчете № 400/17, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства соответствующей модели и года выпуска составляла 670 000 руб., а также сведений, опубликованных на сайте www.avto.ru, согласно которым минимальная рыночная стоимость автомобиля с аналогичными характеристиками составила 877 684 руб.

Поскольку денежная сумма, которую конкурсный управляющий Титова Л.Н. просила взыскать с Прошевой В.Г. в пользу должника в порядке применении последствий недействительности сделки (670 000 руб.), не превышает 877 684 руб., апелляционный суд в порядке применения последствий недействительности сделки взыскал с Прошевой В.Г. 670 000 руб.

В кассационной жалобе Прошева В.Г. ссылается на то, что представленный конкурсным управляющим Титовой Л.Н. отчет № 400/17 не может быть принят во внимание, в связи с чем считает необоснованным определение апелляционным судом рыночной стоимости отчужденного по оспариваемому договору автомобиля на основании указанных в нем сведений.

Вместе с тем при рассмотрении настоящего обособленного спора Прошева В.Г. не опровергла доводы конкурсного управляющего и не представила доказательств, подтверждающих иную рыночную стоимость приобретенного ею автомобиля.

Представленная Прошевой В.Г. расписка на сумму 235 000 руб. не принята апелляционным судом во внимание как не относящаяся к оспариваемому договору.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2018 по делу № А56-17507/2015 оставить без изменения, а кассационную жалобу Прошевой Вероники Геннадьевны (Санкт-Петербург) – без удовлетворения.


Председательствующий

А.В. Яковец


Судьи


Е.Н. Бычкова


И.М. Тарасюк