Постановление от 22 октября 2024 г. по делу № А40-66537/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-66537/19
22 октября 2024 года
город Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 октября 2024 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Морхата П.М., Перуновой В.Л.,

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО1, паспорт;

от ФИО2: ФИО2, паспорт; ФИО3, доверенность от 12.09.2024; ФИО4 в порядке части 4 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации;

рассмотрев 10 октября 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 26 апреля 2024 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 28 июня 2024 года

о признании доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 и ФИО1

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Олекс Холдинг-М»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.11.2019 ООО «Олекс Холдинг-М» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2021 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 и ФИО1

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26 апреля 2024 года признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 и ФИО1, производство по заявлению конкурсного управляющего должника приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28 июня 2024 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции ФИО1, ФИО2 и его представители поддержали доводы кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, кассационная инстанция находит определение и постановление подлежащими отмене, а обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы по следующим основаниям.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что конкурсным управляющим должника выявлено, что ФИО2 и ФИО1 (далее - ответчики) имели возможность определять деятельность должника. Указанные лица в соответствии со статьей 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) являются лицами, контролирующими должника.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО1 конкурсный управляющий указал на: неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) (статья 61.12 Закона о банкротстве); невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий или бездействия контролирующего должника лица (подпункт 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Суды пришли к выводу о том, что оснований для привлечения ФИО2 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве не имеется.

Суд апелляционной инстанции указал, что ФИО1 ссылался на то, что он обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, по результатам рассмотрения которой постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2023 № 09АП-38777/2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 10.01.2022 отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 16.11.2023 постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2023 оставлено без изменения, сделка признана действительной в отношении платежей в пользу ООО «Аирвейв».

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.12.2023 в рамках о банкротстве ООО «Олекс Холдинг-М» определение Арбитражного суда города Москвы от 10.01.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 о признании недействительной сделки с ООО «РИК» отменено, обособленный спор направлен на новое рассмотрение. Дата и время судебного заседания 30.05.2024. Таким образом, на момент вынесения оспариваемого определения сделка не признана недействительной. Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Судом апелляционной инстанции указанные доводы отклонены в связи со следующим.

Апелляционный суд указал, что в своем заявлении конкурсный управляющий обосновывал причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов совершение должником следующих действий:

перечисление в пользу ООО «Констракт Неруд» денежных средств в размере 7.765.633 руб. в период с 22.10.2018 по 24.12.2018;

перечисление в пользу ООО «Маг-Дизайн» денежных средств в размере 5.944.805,56 руб. в период с 23.10.2018 по 20.11.2019;

перечисление в пользу ООО «Аирвейн» 18.12.2018 и 12.07.2019 денежных средств в размере 8.071.116,50 руб.;

перечисление в пользу ООО «РИК» денежных средств в размере 3.667.945,20 руб. в период с 22.11.2018 по 14.02.2019;

перечисление в пользу ООО «Элитстрой» денежных средств в размере 10.730.294 руб. в период с 15.10.2018 по 27.11.2018;

Исходя из указанных судебных актов, признаны действительными следующие сделки:

перечисление в пользу ООО «Аирвейн» 18.12.2018 и 12.07.2019 денежных средств в размере 8.071.116,50 руб.;

перечисление в пользу ООО «РИК» денежных средств в размере 3.667.945,20 руб. в период с 22.11.2018 по 14.02.2019.

Однако не стоит вопрос о признании действительными следующих сделок:

перечисление в пользу ООО «Констракт Неруд» денежных средств в размере 7.765.633 руб. в период с 22.10.2018 по 24.12.2018 (определение Арбитражного суда города Москвы от 10.01.2022);

перечисление в пользу ООО «Маг-Дизайн» денежных средств в размере 5.944.805,56 руб. в период с 23.10.2018 по 20.11.2019 (определение Арбитражного суда города Москвы от 12.08.2021, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2023);

перечисление в пользу ООО «Элитстрой» денежных средств в размере 10.730.294 руб. в период с 15.10.2018 по 27.11.2018 (определение Арбитражного суда города Москвы от 26.07.2021).

Также апелляционным судом установлено, что ФИО1 подал в Верховный Суд Российской Федерации кассационную жалобу на определение Арбитражного суда города Москвы от 12.08.2021, постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2023 и Арбитражного суда Московского округа от 02.11.2023. Определением Верховного Суда Российской Федерации от 29.02.2024 отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Заявитель подал ходатайство в Верховный Суд Российской Федерации о восстановлении пропущенного процессуального срока для подачи кассационной жалобы. Определением Верховного Суда Российской Федерации от 07.05.2024 отказано в удовлетворении ходатайства ФИО1 о восстановлении пропущенного процессуального срока.

Таким образом, обжалуемый судебный акт вступил в законную силу, материалам дела не опровергается факт причинения имущественного ущерба кредиторам.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица).

Также суды исходили из того, что в рассматриваемом случае действия руководителей ООО «Олекс Холдинг-М» свидетельствуют о нарушении обязанности действовать разумно и добросовестно в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), судебными актами установлено, что оспариваемые сделки преследовали недобросовестные цели - вывод активов общества и причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, в связи с чем суды пришли к выводу о том, что ФИО2 и ФИО1 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Между тем, судами не учтены и не получили оценки доводы ответчика ФИО1, которые имеют существенное значение для разрешения спора.

Ответчик указал, что суд первой инстанции при рассмотрении заявления конкурсного управляющего усмотрел в действиях ФИО1 основания привлечения его к субсидиарной ответственности по пунктам 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, не учитывая причинно-следственную связь, в частности, из указанных в определении сделок только одна признана недействительной на основании значительной просрочки платежа. Данные сделки-платежи осуществлены в рамках ранее заключенных договоров, при их рассмотрении можно установить, что они не могли послужить основанием для банкротства, составляют менее 1% общей задолженности, что не является значительным ущербом, и были направлены на уменьшение задолженности перед кредиторами.

Согласно разъяснениям пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Суд не оценил влияние этой сделки - перевода на объективное банкротство.

В соответствии с пунктом 23 Постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Суд не оценил существенную убыточность сделки, которая составляет менее 1% всей задолженности, как и не оценил соответствие рыночным потребностям - ниже рыночной стоимости, а также позволило сохранить реализованные активы общества.

В пункте 56 Постановления № 53 разъяснено, что по общему правилу, на конкурсном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, применение всех изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличием причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. При отсутствии доказательств наличия причинной связи между действиями контролирующего должника лица и фактом банкротства суд выносит определение о привлечении к субсидиарной ответственности.

Из общедоступной информационный системы «Картотека арбитражных дел» усматривается, что оспариваемые судебные акты основаны на отмененных определениях арбитражных судов по настоящему делу апелляционной и кассационной инстанцией в нарушении статьи 61.11 Закона о банкротства, а именно: из пяти определений, указанных в оспариваемом судебном акте, два определения отменены судом апелляционной и кассационной инстанции полностью и вынесены судебные акты об отказе в признании сделок недействительными.

Ответчик указывал, что договоры заключались с 01.11.2016 по 31.07.2018, ФИО2 работал в должности исполнительного директора организации-банкрота в период с 21.08.2018 (запись в трудовой книжке на основании приказа от 21.08.2018 № 53) по 09.11.2018 (запись в трудовой книжке на основании приказа от 26.10.2018 № 127/18) за подписью начальника отдела кадров Собко ООО «Олекс Холдинг-М». ФИО2 03.12.2018 принят на новую работу, что подтверждается карточкой учета сумм начисленных выплат и иных вознаграждений и сумм начисленных страховых взносов за декабрь 2018 года и 2019 год, имеющейся в материалах дела и представленной в суде первой инстанции, а также справкой от 12.05.2022 с нового места работы. Согласно уставу должника, руководство текущей деятельности осуществляется единоличным исполнительным органом - генеральным директором, генеральный директор избирается сроком на 1 год. ФИО2, принятый приказу о приеме на работу и личному заявлению на должность исполнительного директора, оформлен на должность генерального директора, что доказывает факт введения ФИО2 в заблуждение о его должностных обязанностях, поэтому им подано заявление об увольнении по собственному желанию 26.10.2018 с увольнением через две недели после подачи заявления, то есть ФИО2 через 48 рабочих дней после начала работы в должности исполнительного директора подано заявление об увольнении по собственному желанию.

Законодательством не предусмотрена возможность внесения в Единый государственный реестр юридических лиц информации о прекращении полномочий руководителя без одновременного внесения сведений о вновь назначенном на эту должность лице, согласно подпункту «а» пункта 1.3 статьи 9 Федерального закона № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». Заявление о новом единоличном исполнительном органе может быть подписано только новым руководителем общества и подано самим обществом в регистрирующий орган по месту своего нахождения, что должником не было выполнено в нарушение требования закона.

Таким образом, недействительные сделки заключены за пределами работы ФИО2 в должности исполнительного директора. В период работы ФИО2 шесть платежей по договорам, которые не имеют признаков самостоятельных сделок, являются цепочкой взаимосвязанных платежей по договорам, заключенным до вступления в должность ФИО2 При этом из шести платежей ФИО2 лично подписал только один платеж на сумму 150.000 руб., ни одного договора ФИО2 не подписывал.

Указанные обстоятельства не проверены арбитражными судами и им не дана правовая оценка.

По мнению ответчика, в обжалуемых судебных актах ошибочно понимается под датой сделки дата платежа, что не соответствует фактическим обстоятельствам дела, так как договоры, положенные в назначение платежа носили длительный, регулярный характер, заключены задолго до вступления в должность ФИО2, платежи составляли менее 0,5% от доли активов организации-банкрота, а период работы в должности исполнительного директора ФИО2 составлял всего 58 рабочих дней с 21.08.2018 по 09.11.2018.

Судами не исследован вопрос о том, кто фактически осуществлял платежи должника, за чьей подписью проводились платежи и процентное соотношение платежей к активам должника, при условии многочисленной смены руководителей ООО «Олекс Холдинг-М», кто давал указания о совершении платежей, судам также следовало установить, кто и в какие периоды заключал соответствующие договоры.

Ответчики указывали, что выручка организации-банкрота за 2018 год составляла 1,118 млрд. руб., активы общества на 31.12.2018 составляли 465 млн. руб. Очевидно, что убыточные сделки на спорные суммы не могут являться причиной банкротства должника, так как сумма требований кредиторов включенных в реестр требований кредиторов составляет 598,721 млн. руб., из которых по части 2 раздела 3 реестра основной долг - 574.201.425,79 руб., по части 4 раздела 3 штрафы и пени - 23.960.362,69 руб., требования после закрытия реестра требований кредиторов - 560.000 руб.

В обоснование своих доводов ответчики также ссылались на следующие обстоятельства: ООО «Олекс Холдинг-М», ООО «РИК», ООО «Маг-Дизайн» в соответствии со статьями 19 Закона о банкротстве являются заинтересованными (аффилированными) лицами. Конечными бенефициарами указанной группы компаний являются ФИО7 и ФИО8, которые входили (входят) в состав участников ООО «РИК», ООО «Маг-Дизайн», ООО «Олекс Холдинг-М». В пользу ООО «Маг-Дизайн» совершен единственный платеж, подписанный ФИО2 в период его нахождения в должности исполнительного директора должника по договору от 01.11.2016. В период подписания убыточных сделок по настоящему спору участником должника с 29.06.2011 по 19.11.2019 являлась ФИО8 ООО «Маг-Дизайн» являлся сопоручителем и залогодателем по обязательствам должника перед ПАО Сбербанк. Договоры залога и поручительства от имени ООО «Маг-Дизайн» подписывал ФИО7 Выгодоприобретателем по оспариваемым платежам являлись через аффилированные организации ФИО8 и ФИО7 по сделкам, совершенным задолго до вступления в должность исполнительного директора ФИО2 В период работы ФИО2 осуществлялась выездная налоговая проверка, которая отнимала большую часть рабочего времени ФИО2, основные текущие рабочие вопросы осуществляла ФИО8 и ФИО7, которые имели отдельный кабинет, но не занимали никаких должностей в ООО «Олекс Холдинг-М».

Согласно позиции ответчиков, в обжалуемых судебных актах отражено, что на даты убыточных сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, что опровергается материалами дела, так как дата объективного банкротства установлена судом 26.12.2018, а ФИО2 с 09.11.2018 не являлся руководителем должника и не осуществлял никаких полномочий руководителя.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий, заявляя о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылался на совершение убыточных сделок, признанных в рамках настоящего дела недействительными, как совершенными с целью причинения вреда кредиторам должника, так и на сделки, по которым отказано в признании недействительными арбитражными судами как совершенные без цели причинения вреда кредиторам должника. Один лишь факт убыточности заключенной под влиянием контролирующего лица сделки (совокупности сделок) не может служить безусловным подтверждением наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

В пункте 23 Постановления № 53 указано, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если сделка (сделки) одновременно отвечает двум квалифицирующим признакам: она является значимой для должника (применительно к масштабам его деятельности) и существенно убыточной.

В пункте 23 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» приведены критерии, характеризующие действия/бездействие в качестве соответственно недобросовестных и неразумных. Судам предписано давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило (должно было входить), учитывая обычные условия делового оборота, в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и тому подобное.

Таким образом, выводы судов о том, что убыточные платежи существенно ухудшили положение организации-банкрота, причинили существенный вред имущественным правам кредиторов, сделаны судами без ссылки на конкретные доказательства, которые подтверждают указанные обстоятельства.

В силу пункта 20 Постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В рамках настоящего спора арбитражные суды не рассмотрели вопрос о возможности переквалификации требования конкурсного управляющего на требование о взыскании убытков.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций вопреки требованиям процессуального законодательства не установлены все фактические обстоятельства дела и не дана надлежащая правовая оценка представленным доказательствам и всем доводам сторон, следует признать, что выводы судов сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела.

Ввиду того, что для принятия законного и обоснованного решения требуется установление обстоятельств, исследование и оценка доказательств, а также иные процессуальные действия, предусмотренные для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, принятые судами по данному делу определение и постановление подлежат отмене, а обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, устранить отмеченные недостатки, в соответствии со статьей 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оценить все доводы лиц, участвующих в деле, имеющиеся в деле доказательства, установить все имеющие значение для дела обстоятельства, правильно применить нормы процессуального и материального права, принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 26 апреля 2024 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28 июня 2024 года по делу № А40-66537/19 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Председательствующий-судьяВ.В. Кузнецов

СудьиП.М. Морхат

В.Л. Перунова