Решение от 26 сентября 2024 г. по делу № А33-37334/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ


27 сентября 2024 года


Дело № А33-37334/2023

Красноярск


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 12.09.2024 года.

В полном объёме решение изготовлено 27.09.2024 года.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску муниципального предприятия города Красноярска «Красноярское пассажирское автотранспортное предприятие № 7» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к муниципальному предприятию города Красноярска «специализированное автотранспортное предприятие» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании ущерба;

с участием в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью «Удача» (ИНН <***>, ОГРН <***>);

в присутствии в судебном заседании:

- представителя истца: ФИО1 (полномочия подтверждаются доверенностью от 09.07.2024);

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Гелбутовской А.О.; 



установил:

муниципальное предприятие города Красноярска «Красноярское пассажирское автотранспортное предприятие № 7» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к муниципальному предприятию города Красноярска «Специализированное автотранспортное предприятие» (далее – ответчик) о взыскании ущерба в виде расходов на восстановительный ремонт автобуса НЕФАЗ-5299 (государственный регистрационный знак № В105ТЕ124, далее – автобус) в размере 13 862,14 руб. (с учетом сделанных в ходе рассмотрения спора уточнений).

Определением от 26.12.2023 возбуждено производство по делу. Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 12.09.2024, с извещением участников судебного спора о судебном разбирательстве и размещением сведений о дате и времени судебного заседания на сайте суда.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

31.05.2023 по адресу: <...> произошла аварийная ситуация с участием вышеуказанного автобуса, принадлежащего истцу на праве хозяйственного ведения, в результате которой автобус получил механические повреждения в виде повреждения правового бокового стекла. На момент происшествия вблизи расположения автобуса на участке, подконтрольном ответчику, проводились работы по скашиванию травы с помощью газонокосилки, из-под которой вылетел камень, разбивший стекло автобуса.

Факт причинения вреда был зафиксирован в путевом листе от 31.05.2023 № 00000033216, акте на аварию (поломку) автомобиля от 31.05.2023. В акте водитель указал свои пояснения, согласно которым на момент происшествия он управлял автобусом, остановленным на дороге перед поворотом на ул. 60 Лет Октября. Со стороны ул. Матросова, прилетел от стримера камень, разбивший стекло.

Также истец сделал обращение в отдел полиции № 6 МУ МВД России «Красноярское» по факту повреждения автобуса (КУСП № 15022 от 31.05.2022). По результатам его рассмотрения дан ответ о том, что сообщение не свидетельствует о совершении преступлений или административного правонарушения, а отношения из случившегося происшествия носят гражданско-правовой характер. В связи с чем рекомендовано обращаться в суд.

На месте происшествия автобуса произведена фотосъемка участка, на котором производились работы по скосу травы, и самого автобуса. На фотографиях зафиксировано повреждение стекла и осуществление работ по скосу травы.

В целях осуществления ремонта истец понес расходы на приобретение нового стекла стоимостью 11 192,98 руб. (счет-фактура № 1591 от 16.06.2023), герметика стоимостью 2 550 руб. за 3 ед. товара (счет-фактура № 53 от 18.04.2023) и обезжиривателя стоимостью  120,06 руб. за 1/3 ед. товара (счет-фактура № 4307 от 01.06.2023). Общая сумма расходов составила 13 862,14 руб. Оплата приобретенного товара подтверждается платежными поручениями № 2277 от 02.06.023, № 1670 от 19.04.2023, № 2157 от 24.05.2023.

Ответчик не оспаривал, что участок, на котором в день происшествия проводились работы по скосу травы, находится на содержании ответчика в рамках муниципального контракта, заключенного с муниципальным казенным учреждением «УДИБ». Однако сам ответчик непосредственно такие работы не проводил ввиду того, что выполнение работ по содержанию улично-дорожной сети г. Красноярска поручено обществу с ограниченной ответственностью «Удача» (далее – подрядчик), с которым заключен договор субподряда № 288-ЕИ от 18.09.2023.

Ответчик возражал, ссылаясь на положения указанного договора о том, что субподрядчик должен компенсировать третьим лицам убытки, возникшие вследствие выполнения субподрядчиком работ.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Причинение имущественного вреда порождает обязательство по его возмещению между причинителем вреда и потерпевшим в зависимости от оснований сложившихся между ними отношений – деликтных (при отсутствии договорных отношений) или договорных (при причинении ущерба в результате неисполнения, ненадлежащего исполнения договорных обязательств).

Если вред возник из-за неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается по правилам об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного сторонами (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 02.03.2021 № 53-КГ20-26-К8, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.05.2015 № 305-ЭС14-6511, постановление Президиума ВАС РФ от 18.06.2013 № 1399/13).

В настоящем случае между сторонами нет договорных отношений, обстоятельства спора указывают на то, что вред причинен из деликтрых правоотношений. Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъясняется, что при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Бремя доказывания иной причины возникновения убытков в случае установления обычного последствия допущенного нарушения должно возлагаться на ответчика (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.07.2024 № 307-ЭС24-2577, от 30.05.2024 № 305-ЭС23-27140, от 08.06.2023 № 305-ЭС23-2686).

Указанный подход к установлению причинной связи применим и в случае причинения вреда из деликтных отношений в силу общей правовой природы меры ответственности по возмещению убытков и единых оснований для её возникновения.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъясняется, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 02.07.2020 № 32-П отмечается, что по смыслу пункта 1 статьи 15 и статьи 1064 ГК РФ обязательства по возмещению вреда обусловлены, в первую очередь, причинной связью между противоправным деянием и наступившим вредом. Иное означало бы безосновательное и, следовательно, несправедливое привлечение к ответственности в нарушение конституционных прав человека и гражданина, прежде всего права частной собственности.

В настоящем случае версия истца о произошедшем носит правдоподобный и реальный характер. Ущерб причинен в тот момент, когда автобус, участвовавший в городском дорожном движении, находился на проезжей части дороги в неподвижном состоянии. Водитель автобуса планировал совершить поворот на соседнюю улицу, ожидая сигнала светофора и передвижения впереди находившихся транспортных средств. Обстановка места происшествия свидетельствует о том, что вокруг автобуса не было никаких факторов, которые могли бы создать спорную ситуацию. Очевидно, что камень сам собой просто так не мог прилететь в стекло автобуса. Описанное истцом развитие событий могло произойти только в результате чьих-то действий. Наиболее вероятно, что такими действиями могли послужить работы по скосу травы при использовании специального технического устройства – газонокосилки.

Принцип работы такого устройства заключается в том, что скашивание травы осуществляется в результате вращательных движений режущего механизма устройства. Поскольку элементы режущего механизма предназначены для срезания непрочной материи (травы), при попадании в радиус их действия твердых и крепких по своим свойствам предметов (например, камня) в результате соударения режущих элементов с такими предметами последние могут произвольно и неконтролируемо вылетать из-под зоны работы устройства.

Таким образом, заявленный истцом механизм повреждения стекла является вполне обычным последствием, если осуществление работ по скашиванию травы рассматривать как возможную причину происшествия. При изложенных обстоятельствах у истца не было разумных причин подозревать кого-либо иного в причинении вреда, нежели организацию, отвечающую за действия работника, проводившего работы скосу травы.

Процессуальные правила доказывания предполагают, что стороны должны представлять ясные и убедительные доказательства обстоятельств дела либо доказательства, преобладающие над доказательствами процессуального противника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.12.2018 № 305-ЭС17-4004(2)).

По общему правилу, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Однако такая обязанность не является безграничной. Если истец в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а ответчик с ними не соглашается, не представляя документы, подтверждающие его позицию, то возложение на истца дополнительного бремени опровержения документально неподтвержденной позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.01.2018 № 305-ЭС17-13822).

Исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента должно быть истолковано против нее (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11).

В данном случае бремя опровержения версии истца перешло на ответчика. Однако возражения ответчика на счет его непричастности к механизму причинения вреда являлись формальными, основанными на том, что истец не имеет безупречных доказательств, которые могли бы доподлинно воспроизводить картину произошедшего. Например, видеозапись при современном уровне развития технологий является одним из таких доказательств. Видеозапись может в динамике и ретроспективно показать, каким образом произошло повреждение стекла. Однако для этого необходимы условия – съемка должна вестись в нужный момент и в нужном месте.

Между тем рассматриваемая ситуация являлась непредсказуемой для истца, он не ожидал, что при изложенных обстоятельствах автобусу будет причинен вред. В то же время истец не располагал устройствами, осуществлявшими автоматическую видеосъемку. Поэтому любой бы другой потерпевший, оказавшийся в схожей ситуации на месте истца, вероятно так же не имел бы идеальных доказательств.

Объективная сложность доказывания убытков и их размера, равно как и причинно-следственной связи, не должна снижать уровень правовой защищенности участников экономического оборота при необоснованном посягательстве на их права (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.07.2024 № 307-ЭС24-2577).

В связи с чем требовать от истца дополнительных доказательств было бы чрезмерным при том, что позиция ответчик выражалась только в отрицании своей причастности к деликту. Ответчик должен был указать на иную более вероятную причину повреждения автобуса.

При этом причинение вреда может быть совершено как действием (действиями), так и бездействием, например, вследствие неисполнения возложенной законом, иным нормативным актом или договором обязанности; ответственность за ненадлежащее содержание имущества сама по себе не связана с непосредственным присутствием собственника на месте и в момент происшествия (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 06.09.2022 № 46-КГ22-25-К6, от 05.04.2022 № 48-КГ21-28-К7, от 21.12.2021 № 5-КГ21-159-К2, от 21.12.2021 № 5-КГ21-142-К2, от 02.03.2021 № 46-КГ20-26-К6, от 16.02.2021 № 88-КГ20-14-К8, от 03.07.2018 № 84-КГ18-1, от 10.10.2017 № 5-КГ17-150).

Ответчик не отрицал, что участок, на котором проводились работы по скосу травы, находятся на его содержании.

Наличие у ответчика подрядных отношений с третьим лицом, которому непосредственно поручено осуществлять работы, ставшие причиной деликта, не имеют значения для разрешения спора между ответчиком и истцом. Договоренности между ответчиком и подрядчиком о распределении рисков ответственности не могут лишать истца права на возмещение убытков за счет ответчика, поскольку истец не является участником такого соглашения (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 18.07.2023 № 33-КГ23-4-К3, 20.11.2018 № 5-КГ18-227, от 05.09.2017 № 50-КГ17-21). Наличие договорных отношений с подрядчиком не освобождает ответчика от исполнения функций по содержанию вверенного ему участка (определение Верховного Суда РФ от 12.12.2014 № 309-ЭС14-5730). Перед третьими лицами именно ответчик отвечает за надлежащее содержание участка и проведение в связи с этим работ по скосу травы.

С учетом изложенного заявленный иск подлежит удовлетворению, а расходы истца по оплате государственной пошлины возмещению за счет ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края 



РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с муниципального предприятия города Красноярска «специализированное автотранспортное предприятие» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу муниципального предприятия города Красноярска «Красноярское пассажирское автотранспортное предприятие № 7» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 13 862 руб. 14 коп. ущерба, а также 2000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.



Судья

Э.А. Дранишникова