Решение от 19 июля 2021 г. по делу № А40-291954/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-291954/19-189-2
г. Москва
19 июля 2021 г.
Резолютивная часть решения объявлена 13 июля 2021года

Полный текст решения изготовлен 19 июля 2021 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Председательствующего: судьи Ю.В. Литвиненко,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по иску

ФИО2

к ООО «Альфа Технологии» (127247, МОСКВА ГОРОД, ШОССЕ ДМИТРОВСКОЕ, ДОМ 100, СТРОЕНИЕ 2, ПОМЕЩЕНИЕ 4227, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.03.2013, ИНН: <***>),

ФИО3

о признании права собственности на долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, восстановлении корпоративного контроля,

Третьи лица:

МЕЖРАЙОННАЯ ИНСПЕКЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 46 ПО Г. МОСКВЕ (125373, МОСКВА ГОРОД, ПРОЕЗД ПОХОДНЫЙ, ДВЛД 3, СТР 2, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 23.12.2004, ИНН: <***>).

От истца – ФИО2 (лично), представитель ФИО4 по доверенности № 77 АГ 1888903 (удостоверение)

От ответчика – лично и за ООО «Альфа Технологии» ФИО3 (паспорт, лично), ФИО5 по доверенности от 11.01.21 (удостоверение адвоката),

В судебное заседание не явился представитель третьего лица.

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ООО «Альфа Технологии», ФИО3 о признании права собственности на долю в уставном капитале ООО «Альфа Технологии» в размере 50%, номинальной стоимостью 5000 руб. с одновременным лишением права на данную долю ФИО3

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17 июня 2020 года в удовлетворении исковых требований было отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10 марта 2021 года отменено решение Арбитражного суда города Москвы от 17 июня 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 ноября 2020 года, дело направлено на новое рассмотрение в первую инстанцию, в том числе рекомендовано рассмотреть вопрос о назначении судебной экспертизы на предмет установления подлинности подписи и собственноручной записи в заявлении ФИО2 о выходе из состава участников общества.

В судебном заседании истец поддержал заявленные исковые требования в полном объеме.

Ответчик ООО «Альфа Технологии», ФИО3 лично и в лице представителя представили отзыв на исковое заявление, в котором возражали против удовлетворения исковых требований по доводам отзыва.

Третье лицо МИФНС России № 46 по г. Москве в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица МИФНС России № 46 по г. Москве.

Повторно рассмотрев материалы дела, исследовав и оценив представленные доказательства, выслушав представителей сторон, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований.

Из материалов дела следует, что Общество с ограниченной ответственностью «АЛЬФА-ТЕХНОЛОГИИ» было создано 04.03.2013 г., о чем имеется запись в ЕГРЮЛ.

Участниками общества являлись на момент создания юридического лица ФИО3, которой принадлежала доля в уставном капитале общества в размере 50% номинальной стоимостью 5000 руб., а вторым участником ФИО2 также с долей в уставном капитале общества в размере 50% номинальной стоимостью 5000 руб. Данные обстоятельства также подтверждаются Договором об учреждении Общества от 18 февраля 2013 года. Протоколом общего собрания Учредителей об учреждении ООО «Альфа-Технологии» от 18 февраля 2013 года.

Как утверждает истец, из полученной в сети «Интернет» выписки из ЕГРЮЛ истец узнал, что утратил принадлежащую ему долю в уставном капитале Общества, поскольку данные выписки из ЕГРЮЛ содержат сведения о том, что единственным участником Общества числится ФИО3, за которой зарегистрировано право на долю в размере 100% номинальной стоимостью 10 000 руб.

На запрос ФИО2 в ИФНС № 13 по городу Москве им были получены сведения о том, что имеется копия нотариального заявления участника Общества ФИО2 и выплате ему доли в размере 50% уставного капитала Общества, которое составлено в городе Люберцы Московской области.

Также предоставлена копия Решения № 1/18 единственного участника Общества ФИО3 о выходе из состава участников ФИО2, выплате ему действительной стоимости доли, определяемой на основании бухгалтерской отчетности Общества. Переходе его доли 50% уставного капитала в размере 5000 руб. Обществу и распределении этой доли в пользу ФИО3 как следует из текста Решения, оно было составлено в городе Москве 11 сентября 2018 года в присутствии приглашенного лица ФИО2, вместе с тем, данное решение не содержит подписи ФИО2

Согласно устным объяснениям ФИО3 в ходе судебного заседания от 13 июля 2021 года (аудиопротокол), указание в Решении №1/18 на участие приглашенного ФИО2 является опиской.

На основании указанных документов, ИФНС № 46 по городу Москве была внесена запись в ЕГРЮЛ за ГРН 2187749307392 от 19 сентября 2018 г. об изменении состава участников Общества.

В настоящее время 100% доли в обществе с указанного времени принадлежит ФИО3

Как следует из разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», при разрешении споров, связанных с выходом участника из общества, судам необходимо исходить из следующего: согласно ст. 26 Закона, участник общества вправе в любое время выйти из него независимо от согласия других участников либо самого общества; выход участника из общества осуществляется на основании его заявления, с момента подачи которого его доля переходит к обществу. Заявление о выходе из общества должно подаваться в письменной форме (п. 2 ст. 26 Закона).

В силу пункта 2 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

Таким образом, заявление участника общества о выходе из общества является односторонней сделкой.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Для перехода принадлежащей истцу доли в уставном капитале ООО «Альфа-Технологии» в пользу общества, необходимо наличие волеизъявления ФИО2

Истец отрицал наличие волеизъявления на выход из состава участников общества, а также факт подписания нотариального заявления о выходе от 10.09.2018 года.

В качестве доказательства невозможности подписания нотариального заявления участника общества о выходе из общества ФИО2 представлено постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу от 11 августа 2018 года Мещанского районного суда города Москвы, в котором содержатся сведения о том, что 10 августа 2018 года в 21 час 00 минут ФИО2 задержан в порядке ст. 91 АПК РФ, следовательно, по мнению ФИО2 он не мог подать нотариальное заявление о выходе из состава участников общества.

Согласно п. 3 ст. 65.2 ГК РФ участник коммерческой корпорации, утративший помимо своей воли в результате неправомерных действий других участников или третьих лиц права участия в ней, вправе требовать возвращения ему доли участия, перешедшей к иным лицам.

По существу восстановление корпоративного контроля является одним из частных случаев восстановления положения, существовавшего до нарушения права (ст. 12 ГК РФ). На требование о восстановлении корпоративного контроля распространяется общий трехлетний срок исковой давности, при этом он исчисляется с момента, когда лицо, обращающееся за защитой, узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Надлежащим способом защиты является восстановление корпоративного контроля истца в отношении доли в размере 50% уставного капитала ООО «Альфа-Технологии».

С целью проверки доводов истца о том, что заявление о выходе из общества от 10.09.2018 года он не подписывал, судом направлен запрос нотариусу ФИО6, подлинность подписи которого удостоверена на заявлении о выходе из участников общества.

Согласно поступившему ответу на запрос суда за подписью нотариуса ФИО6, следует, что свидетельствование подлинности подписи ФИО2 на заявлении участника общества с ограниченной ответственностью о выходе из ООО «Альфа Технологии» за номером 50/4-н/50-2018-3-811 от 10.09.2018 г. не совершалась.

Согласно требованиям ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом согласно ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Судом был истребован подлинник заявления ФИО2 о выходе из общества от 10.09.2018 г., а также же решение № 1/18 единственного участника ООО «Альф-Технологии» из МФНС № 46 по г. Москве, которое было предоставлено суду к материалам дела, хранится в отдельном томе.

Поскольку ФИО2, оспаривает свою подпись в указанном нотариальном заявлении о выходе из общества от 10 сентября 2018 года, а нотариусом заверение указанного заявления не подтверждено, то применительно к стандарту доказывания подлежит рассмотрению вопрос о ничтожности заявления ФИО2 о выходе из состава участников общества.

В абзаце втором п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 04 апреля 2014 года N 23 разъясняется, что если при рассмотрении дела возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания, и согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза не может быть назначена по инициативе суда, то при отсутствии ходатайства или согласия на назначение экспертизы со стороны лиц, участвующих в деле, суд разъясняет им возможные последствия незаявления такого ходатайства (отсутствия согласия).

Во исполнение Постановление Арбитражного суда Московского округа от 10 марта 2021 года по ходатайству истца определением Арбитражного суда города Москвы от 26 мая 2021 года было назначено проведение судебной почерковедческой экспертизы для удостоверения подлинности либо опровержения подлинности подписи ФИО2 в представленном заявлении, поскольку установление данного факта требует именно специальных познаний и не может быть установлено иным образом, например, визуально.

Проведение судебной экспертизы было поручено «Центру содействия развитию судебно-экспертной деятельности» «ЭКСПЕРТНОЕ БЮРО ИСТИНА» эксперту ФИО7, перед которой были поставлены следующие вопросы: Кем, ФИО2 или иным лицом выполнена подпись и расшифровка подписи от имени ФИО2 в представленном заявлении участника общества о выходе из общества от 10 сентября 2018 года?

18 июня 2021 года в Арбитражный суд города Москвы поступило заключение судебной экспертизы, согласно выводам которой в представленном заявлении участника общества о выходе из общества от 10 сентября 2018 года рукописная запись «Писемский Антон Павлович» выполнена не ФИО2, а иным лицом. Установить, кем, ФИО2 или иным лицом выполнена подпись от его имени в заявлении участникам о выходе из общества от 10 сентября 2018 года не представляется возможным.

В соответствии с п. 17 ст. 21 ФЗ N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" от 08 февраля 1998 года (далее - "Закон об ООО"), лицо, утратившее долю или часть доли, вправе требовать признания за ним права на данные долю или часть доли в уставном капитале общества с одновременным лишением права на данные долю или часть доли приобретателя (в том числе добросовестного и возмездного) при соблюдении определенных Законом об ООО условий.

Статья 12 ГК РФ предусматривает такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права.

Так, в области корпоративных отношений реализация данного способа защиты прав может выражаться в виде присуждения истцу соответствующей доли участия в уставном капитале хозяйственного товарищества или общества, исходя из того, что он имеет право на такое участие в хозяйственном товариществе или обществе, которое он имел бы при соблюдении требований действующего законодательства.

Согласно вышеприведенной норме п. 17 ч. 1 ст. 21 Закона об ООО, если доля или часть доли в уставном капитале общества возмездно приобретена у лица, которое не имело права ее отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), лицо, утратившее долю или часть доли, вправе требовать признания за ним права на данные долю или часть доли в уставном капитале общества с одновременным лишением права на данные долю или часть доли добросовестного приобретателя при условии, что данные доля или часть доли были утрачены в результате противоправных действий третьих лиц или иным путем помимо воли лица, утратившего долю или часть доли; требование о признании за лицом, утратившим долю или часть доли, права на данные долю или часть доли и одновременно о лишении права на данные долю или часть доли добросовестного приобретателя, которое предусмотрено п. 17 ч. 1 ст. 21 Закона об ООО, может быть заявлено в течение трех лет со дня, когда лицо, утратившее долю или часть доли, узнало или должно было узнать о нарушении своих прав.

Из буквального толкования вышеназванных положений Закона об ООО следует, что если ответчик (фактический обладатель доли на текущий момент, конечный приобретатель) является и возмездным, и добросовестным приобретателем доли, то истец должен доказать нижеследующие обстоятельства:

истец ранее являлся управомоченным обладателем доли;

лицо, которое передало спорную долю ответчику, не имело права ее отчуждать, т.е. является неуправомоченным отчуждателем;

истец утратил долю помимо своей воли, в том числе в результате противоправных действий третьих лиц;

требование о признании за лицом, утратившим долю, права на долю должно быть заявлено в течение трех лет со дня, когда лицо, утратившее долю, узнало или должно было узнать о нарушении своих прав.

При этом в случае если ответчик не является возмездным и (или) добросовестным приобретателем доли, то доказывание выбытия доли помимо воли истца не требуется и достаточно доказывания того, что истец ранее являлся обладателем доли, ответчик приобрел долю у неуправомоченного лица, 3-летний срок исковой давности является соблюденным.

Согласно правовой позиции ВАС РФ, выраженной в Постановлении Президиума ВАС РФ N 972/11 от 28 июня 2011 года, "права лица, считающего себя владельцем спорной доли, подлежат защите вне зависимости от признания недействительными ранее совершенных юридически значимых действий с таким имуществом".

Следовательно, при избранном истцом способе защиты корпоративных прав оспаривание каких-либо сделок или действий по отчуждению Доли не требуется, не имеет правового значения и не является условием, необходимым для удовлетворения иска о восстановлении корпоративного контроля (обладания долей) в обществе с ограниченной ответственностью.

В соответствии с п. 1 ст. 8 Федеральный закон от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" участники общества вправе выйти из общества путем отчуждения своей доли обществу, если такая возможность предусмотрена уставом общества В соответствии с п. 1 ст. 26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок.

Право участника общества на выход из общества может быть предусмотрено уставом общества при его учреждении или при внесении изменений в его устав по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно разъяснениям, данным в п. 16 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", при разрешении споров, связанных с выходом участника из общества, судам необходимо исходить, в том числе из того, что выход участника из общества осуществляется на основании его заявления, с момента подачи которого его доля переходит к обществу.

Заявление о выходе из общества должно подаваться в письменной форме. Временем подачи такого заявления следует рассматривать день передачи его участником как совету директоров (наблюдательному совету) либо исполнительному органу общества, так и работнику общества, в обязанности которого входит передача заявления надлежащему лицу, а в случае направления заявления по почте - день поступления его в экспедицию либо к работнику общества, выполняющему эти функции.

Исходя из пункта 2 статьи 26 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" подача заявления участником общества порождает правовые последствия, предусмотренные этой нормой, которые не могут быть изменены в одностороннем порядке.

Исходя из положений п. 2 ст. 154 ГК РФ правовые последствия заявления о выходе участника из общества наступают исключительно в силу волеизъявления участника, направленного на прекращение прав участия в обществе. Такое волеизъявление является односторонней сделкой, поскольку для ее совершения необходимо и достаточно воли одной стороны.

В соответствии с ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В соответствии с ч. 2 указанной статьи ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Таким образом, на основании выше установленных обстоятельств, а именно: нахождение ФИО2 в период времени – 10 сентября 2018 г. под стражей, отсутствия нотариального удостоверения заявления и вывода эксперта относительно подлинности рукописной записи истца на заявлении о выходе из состава участников общества суд приходит к выводу о ничтожности заявления ФИО2 о выходе из состава участников общества, а следовательно, и решения единственного участника общества от 11.09.2018 N 1/18.

Более того, арбитражный суд обращает внимание на то, что действующим законодательством и действовавшим на момент составления заявления о выходе из состава участников общества (п. 1 ст. 26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) действовало правило о нотариальном удостоверении таких заявлений.

Согласно ч. 3 ст. 163 ГК РФ, если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность.

Таким образом, заявление о выходе из состава участников общества от 10.09.2018 является ничтожным также по данным основаниям.

При этом, суд отмечает, что по смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, на которую указывают стороны, а должен сам правильно квалифицировать спорные правоотношения и определить нормы права, подлежащие применению в рамках фактического основания и предмета иска.

При рассмотрении настоящего дела суд принял во внимание требования ст. 133, ст. 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, возлагающих на суды обязанность самостоятельно определять характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами по делу, а также нормы законодательства, подлежащие применению, что соответствует правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении по делу N 8467/10 от 16.11.2010.

Поскольку истцом заявлено требование о восстановлении корпоративного контроля, в отсутствие заявленных требований о признании недействительным решения, на основании которого была внесена запись в ЕГРН, то суд полагает необходимым самостоятельно оценить правомочность указанного решения в силу предоставленных законом полномочий суда самостоятельно определять правовую квалификацию правоотношений.

Доводы ответчика о том, что на основании решения единственного участника № 28 от 17 января 2020 года произведено увеличение размера уставного капитала с 10 тыс. Рублей до 50 000 тыс. рублей, что в случае удовлетворения исковых требований влечет возникновение неосновательного обогащения у ФИО2 судом отклоняются, как не основанные на законе.

Поскольку в силу ст.ст. 17, 21, 23 Закона об ООО отчуждение доли в размере 50%, принадлежащей ФИО2 произошло на основании ничтожной сделки, все последующие корпоративные решения не имеют юридической силы (в силу отсутствия согласия и участия ФИО2 при принятии данных решений) и не могут порождать каких-либо правовых последствий, поскольку в юридическом смысле истец не утратил право собственности на долю в размере 50%, что свидетельствует о том, что неосновательное обогащение в размере внесенной суммы в счет увеличения уставного капитала может возникнуть только у Общества перед ФИО3, поскольку денежные средства в счет увеличения уставного капитала произошли также на основании недействительного решения, но никак не перед ФИО2

Доводы ответчика о том, что ФИО2 не были оплачены 50% уставного капитала Общества, что также не порождает у него права собственности на указанную долю судом отклоняются, поскольку объективными доказательствами не подтверждены.

В силу пункта 1 статьи 11 Закона об обществах учреждение общества осуществляется по решению его учредителей или учредителя. Решение об учреждении общества принимается собранием учредителей общества. В соответствии с пунктом 8 статьи 11 Закона об обществах сведения о размере и номинальной стоимости доли каждого участника общества вносятся в единый государственный реестр юридических лиц в соответствии с федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц. При этом сведения о номинальной стоимости долей участников общества при его учреждении определяются исходя из положений договора об учреждении общества или решения единственного учредителя общества, в том числе в случае, если эти доли не оплачены в полном объеме и подлежат оплате в порядке и в сроки, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 15 названного выше корпоративного закона, оплата долей в уставном капитале общества может осуществляться деньгами, ценными бумагами, другими вещами или имущественными правами либо иными имеющими денежную оценку правами. В силу положений пункта 1 статьи 9 и статьи 16 Закона об обществах, участники общества обязаны, в том числе оплачивать доли в уставном капитале общества в порядке, в размерах и в сроки, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом и договором об учреждении общества. Вместе с тем, каждый учредитель общества должен оплатить полностью свою долю в уставном капитале общества в течение срока, который определен договором об учреждении общества или в случае учреждения общества одним лицом решением об учреждении общества. Срок такой оплаты не может превышать четыре месяца с момента государственной регистрации общества. При этом доля каждого учредителя общества может быть оплачена по цене не ниже ее номинальной стоимости. Не допускается освобождение учредителя общества от обязанности оплатить долю в уставном капитале общества.

В случае неполной оплаты доли в уставном капитале общества в течение срока, определяемого в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, неоплаченная часть доли переходит к обществу. Такая часть доли должна быть реализована обществом в порядке и в сроки, которые установлены статьей 24 настоящего Федерального закона. Доля учредителя общества, если иное не предусмотрено уставом общества, предоставляет право голоса только в пределах оплаченной части принадлежащей ему доли.

Согласно подпункту 3 пункта 7 статьи 23 ФЗ Закона об обществах, доля или часть доли переходит к обществу с даты истечения срока оплаты доли в уставном капитале общества или предоставления компенсации, предусмотренной пунктом 3 статьи 15 настоящего Федерального закона.

Согласно представленному договору об учреждении общества от 18 февраля 2013 г., в пункте 4 содержится указание о том, что уставной капитал на момент регистрации уставной капитал оплачен полностью. В силу статьи 23 Закона об обществах доля, принадлежащая обществу, в течение одного года со дня ее перехода к обществу должна быть по решению общего собрания участников общества распределена между участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале общества либо продана всем или некоторым участникам общества и (или), если это не запрещено уставом общества, третьим лицам и полностью оплачена. В случае неоплаты доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью в срок, предусмотренный законом или учредительным договором, лицо утрачивает статус участника общества.

Вместе с тем, как следует из представленных документов, уставной капитал был оплачен в полном объеме, то обстоятельство, что денежные средства были внесены самой ФИО3 на оплату уставного капитала общества, еще не свидетельствуют о том, что оплата уставного капитала произошла за счет личных денежных средств ФИО3 в отсутствии корпоративного решения в соответствии с подпунктом 3 пункта 7 статьи 23 ФЗ Закона об обществах.

Поскольку в данном случае, ФИО3, как добросовестный участник общества и генеральный директор должна была инициировать вопрос о переходе 50% неоплаченной доли общества еще в 2013 году.

Вместе с тем, данный довод про неоплату доли озвучен только в 2019-2020 годах после подачи искового заявления ФИО2, направленным на восстановление корпоративного контроля.

Учитывая вышеизложенные, исковые требования в своей совокупности являются обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с ч. 2 ст. 168 АПК РФ, определяя дальнейшую судьбу вещественных доказательств, а именно оригиналов следующих документов: подлинник заявления ФИО2 о выходе из общества от 10.09.2018 г., а также же решение № 1/18 единственного участника ООО «Альф-Технологии» из МФНС № 46 по г. Москве, которые на время рассмотрения дела приобщены в отдельный том, то по вступлении в законную силу решения суда, по миновании надобности подлежат возвращению МИФНС № 46 по г. Москве.

При вынесении резолютивной части решения суда от 13 июля 2021 года судом была допущена описка в части указания участников процесса, участвовавших в судебном заседании от 13 июля 2021 года, а именно указание о явке представителя третьего лица. Опечатка не изменила содержание судебного акта и подлежит исправлению в соответствии со ст. 179 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Расходы по оплате госпошлины распределяются в соответствии со статьями 106, 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 49, 65, 71, 106, 110, 167-170, 171, 176-177, 180, 181, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Признать за ФИО2 право собственности на 50% доли в уставном капитале ООО «Альфа Технологии» номинальной стоимостью 5 000 руб. с одновременным прекращением права ФИО3 на 50% доли в уставном капитале ООО «Альфа Технологии» номинальной стоимости в размере 5000 руб.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 госпошлину в размере 6000 руб., а также расходы на проведение экспертизы в размере 30 000 руб.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Девятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд города Москвы в течение одного месяца со дня изготовления решения в полном объеме.

Судья:

Ю.В. Литвиненко